Я сосредоточенно смотрела на Себя на экране, стоящую на четвереньках на маленькой табуретке, с волосами, стянутыми в два хвоста, одетую в короткую чёрную юбочку и чёрные сетчатые чулки до колен. Мои груди были стянуты чёрной верёвкой, и тяжело свисали вниз. На сосках виднелись металлические прищепки. Я опять была в роли ученицы перед строгим Учителем.

Позади моей попки двигались две мужские руки, совершавшие священнодействия.

На моём лице было то особенное выражение, в котором отражалось всё накопившееся внутри возбуждение, искажавшее мои черты, изменяющее взгляд и заставляющие скулы сжиматься. Я выглядела напряжённой, будто мне было больно, хотя на самом деле испытывала огромное наслаждение.

Контраст всегда имеет большое значение.

Глядя на меня можно подумать, что я испугана, хотя на самом деле именно в этот момент я возношусь к небесам от удовольствия, и между моих бёдер мокро.

Вдруг что-то блеснуло — там, позади и внизу. Мои глаза пристально следят за серебристым отблеском. Мужские руки держат гинекологический инструмент, тот самый, которым врачи обычно раскрывают женскую вагину для осмотра. Он называется спекулум, и напоминает клюв птицы. Даже раскрывается, словно клюв.

Птица летит, но сможет ли эта развратная ситуация заставить полететь меня?!

О, да.

По моему лицу пробегают волны, словно по глади озера, в которое бросили Илья. Это происходит из-за ощущения холодного металла, прикасающегося к тёплой коже. Инстинктивно двигаюсь вперёд, но сильные мужские руки хватают мою попку, и возвращают меня назад туда, где мне самое место — в положение, определённое моим Учителем.

Инструмент постепенно согревается от тепла и влаги моей щёлки. Он проникает медленно и глубоко, а выражение моего лица снова становится спокойным и гладким, словно фарфор. Тонкая улыбка слегка растягивает кончики моего рта.

Неожиданный натиск словно разрывает меня — сосредотачиваюсь, застываю, напрягаюсь, пока властные руки делают круговые движения инструментом. Моя вагина раскрывается. Издаю слабый стон.

Механизм останавливается тогда, когда я полностью открыта — целиком и напоказ. Стоящий позади мужчина внимательно рассматривает меня, мою внутреннюю суть.

Моё лицо застывает в игривой улыбке, и я всматриваюсь в моего доброго Учителя, обернувшись назад. Рассматриваю его выражение. В его глазах отражается бесконечное любопытство, пока он вглядывается в мои сокровенные, таинственные женские глубины. Исследует, раскрывает, впитывает то, что видит. Получает новое знание и обогащает свои эмоции. Он похож на хирурга-гинеколога, которые совершает точные надрезы во время срочной операции. Вижу, насколько он серьёзен и захвачен тем, что он видит. Буквально погружён в мою скрытую сущность.

Тогда и я погружаюсь вслед за ним. еtаlеs.ru Наблюдая, как он зачарован загадками моего тела, я чувствую, как меня охватывает гордость, опьяняет наше похотливое шоу, которое я смогла ему предоставить. Чувствую себя королевой, наслаждающейся властью, которой владею.

Хотя я привыкла к этому клюву-инструменту, и его холод стал уже знакомым воспоминанием, ни на одну секунду не могу привыкнуть к ощущению полного своего раскрытия, скорее наоборот — ощущаю его слишком осязаемо каждой частичкой своего тела. Напряжение переходит в боль, заставляя меня трепетать.

Снова смотрю на своё лицо, которое излучает... могу описать это только одним словом — разврат. Не только возбуждение, страсть, желание, а именно разврат. Мне нравится смотреть на себя.

Это сильно меня возбуждает.

Когда мужчина позади меня поднимается, я, словно загипнотизированная, смотрю, как он обхватывает руками мою попку, и как властно погружается в удобно предоставленную ему открытую щёлку.

Ахаю синхронно с самой собой в фильме.

Влага между моих ног была такой же, как та, что заливала тогда пенис моего Учителя, пронизывающего ненасытно мою вагину. Шлепок по моей круглой попке заставил меня затрепетать. С порочной улыбкой я смотрела, как он хватал мои хвостики, и продолжал сильно входить в меня, вызывая все новые стоны. В какую-то секунду женские глаза широко раскрылись, взгляд взметнулся вверх, моё тело содрогнулось от удовольствия, и я услышала ритмичные громкие стоны и вздохи.

Вспоминаю с изумительной ясностью, как толстый член нажимает на металлический инструмент, увеличивая напряжение. Я чувствовала себя буквально распоротой.

Казалось бы, я видела столько своих оргазмов в зеркале и до этого, но в этот раз все было иначе. Я смотрела, как другой человек подводит меня к финалу удовольствия.

Порнофильмы не могут сравниться с могущественным ощущением того, что видишь саму себя в роли, которую воспринимаешь настоящей.

Фильм, отправленный мне мужчиной после нашей встречи, заставил меня задуматься о том, что может быть эти волнующие воображение кадры должны увидеть и другие люди, чтобы они могли испытать такое же прекрасное возбуждение, которые испытала я сама? Может быть грешно «запирать» эти красивые видения. Я осознаю, что это невозможно сделать по ряду определённых причин. Но все же...

Наверное, стоит подумать, как это сделать иначе.

Пусть нельзя увидеть, но это не значит, что нельзя передать другим образом. Мы одарены многими органами чувств — смотрим, слышим, ощущаем, вдыхаем ароматы... И можем делать и ещё одну уникальную вещь — читать.

Едва ли существует воздействие, которое сильнее самого акта чтения и получения нового знания в голове. Когда мы читаем, мы позволяем чему-то новому войти в нас, влиять на нас, изменять нас. Чтение обязывает нас думать — один процесс неизменно ведёт к другому, а это обогащает наш ум, делает его более гибким. Никто не будет проверять прочитанные нами книги, и за прочитанное не выдают дипломы, которые бы послужили для какой-то конкретной цели. Но прочитанное глубоко запечатлевается в нас, становясь неоспоримым, полноценным и долголетним опытом. Поэтому я решила попробовать воссоздать силу и глубину пережитых мною сексуальных эмоций при помощи силы Слова.

Слово и Секс.

Интеллектуальность и разврат.

Сакральные для меня миры.

Секс — это мой волшебный мир. Очаровательный, другой, спасительный, обогащающий, удовлетворяющий. Это та наркотическая доза, которая мне нужна для счастья, без которой я не смогу жить.

Цензура излишня, когда речь идёт о сексе.

Скорее наоборот — нужно избавиться от неё, чтобы ощутить истинные эмоции.