Это было довольно давно, в то врем, я когда я был еще студентом. Мне было 22: возраст, в котором член имеет большую власть над телом, нежели мозг. Секса хотелось до безумия, но вот беда, я был полноват, не то чтобы жирный, но уже с животиком такого размера, который девушкам не нравился. Пару раз ходил к жрицам красного фонаря, но понял: не мое.

И я решил заняться собой. Устроился в тренажерный зал, девушки и парни там занимались вместе. И была там женщина, нет не так: ЖЕНЩИНА. Красивая подтянутая шатенка, лет 25—30, ее звали Нина. Грудь третьего размера, и подтянутое сексуальное тело спортсменки сводили меня с ума. Нина приходила в зал позже всех, и уходила тоже последней, как я узнал позже, она была подругой администраторши, и поэтому сама закрывала зал, а админша спокойно уходила домой пораньше.

Мои попытки, хотя чего уж врать, мою единственную попытку с ней познакомиться она мягко, но весьма недвусмысленно отвергла. Я не мог нормально спать, мечтая обнять и ласкать это прекрасное тело.
Это случилось под новый год, я упоминал что был студентом? Ну так вот, я был студентом мед. вуза, и работал уже весьма давно. С места работы были тихо позаимствованны ампулы снотворного (фенобарбитал и реланиум).

Все было рассчитано, мной до последнего момента. Нина, как и многие в зале брала с собой на тренировку минералку, маленькую бутылочку, которую потихоньку выпивала. В тот день она, как всегда, осталась допоздна, на часах было уже 20:00, а в бутылке половина объема. Дождавшись момента, когда она отвлеклась (беговые дорожки стояли в отдельной комнате) я подсыпал снотворное ей в воду, сломав пару ампул каждого препарата, я налил их в бутылочку и поболтал. Компрометирующую меня стеклотару спрятал в карман.

Сердце билось, как бешеное, когда я увидел Нину, входящую с беговой, она была в белых шортах, обтягивающих ее упругую попку, и белом, мокром от пота топике, который не прикрывал ее прекрасную талию. Она залпом выпила воду, осушив бутылочку до дна, и пошла качать пресс. Минуты шли, и движения девушки становились медленнее, медленнее. Наконец она встала, и пошла в раздевалку. Я же, выждав еще минут десять, отправился следом.

Открыв раздевалку и не найдя там Нину, я сначала испугался, но потом догадался заглянуть в туалет. Нина уснула прямо на сортире, сидя, со спущенными трусами, из приоткрытого рта стекала струйка слюны, раздавался тихий храп. Я потряс ее за плечо, и убедившись, что лекарство вырубило ее крепко, поднял и перенес Нину на диванчик в раздевалке, предварительно натянув на нее белье и шорты. Взяв из сумки спящей девушки ключи, я запер зал и закрыл шторами окна.

Вернувшись в раздевалку я начал ласкать ее безвольное тело, целовать нежные губки. Нина пахла потом, не тем который бывает после недели без ванной, а только только вспотевшей женщиной — возбуждающий, дразнящий запах. Я снял шорты, под которыми были обычные белые трусики, ведь она шла на тренировку, а не на свидание, но меня они возбудили, как самые изысканные стринги. Следующим предметом гардероба, которого лишилась бессознательная спортсменка, стал топик, а затем и лифчик, тоже белый. Ее тело было великолепно, гладкая, нежная, выбритая кожа: на ногах, руках и киске не было ни волоска. Я поцеловал ее в губы, лаская ее язычок своим. Руками гладил мерно вздымающуюся от дыхания грудь.

Достав заранее прихваченные презервативы и смазку, и раздевшись сам, я приступил к изнасилованию спящей красавицы. Я раздвинул ее ноги и начал лизать влагалище моей мечты, язычком облизывая ее клитор и губки, как следует увлажнив киску Нины, я одел презик и вошел в нее. В ее влагалище было горячо, я, не помня себя, закинул ноги девушки себе на плечи и начал трахать её. Я не мог остановится, я трахал беспомощно похрапывающую сучку, ее груди подпрыгивали, а голова моталась из стороны в сторону.

Наконец я кончил, о это было невероятное ощущение, такого оргазма я не испытывал раньше никогда. Следующие полчаса я обнимал и целовал её, не было ни единой части на теле Нины, которую я не поцеловал. Перевернув малышку на животик, я смазал ей анус, и ввел туда пальчик, попка была упругой и охватывала его. Смазав член, я начал осваивать попку Нины, сначала член в ней двигался с трудом, но потом пошло, как по маслу.

В тот день я ушел домой только под утро, натрахавшись и сделав несколько снимков беспомощной Нинки с разных ракурсов. Все следы своего грехопадения я убрал, даже волосы причесал моей жертве, как они были. Бутылку с остатками снотворного на дне и ампулы выкинул на свалку, а на место положил такую же, но чистую пустую бутылку. Дома сказал, что был на дежурстве, а Нине — что ушел как обычно, раньше неё. У меня после того дня прибавилось уверенности, и пару раз был секс с взаимного согласия, но такого кайфа, как от спящей, посапывающей в моих объятиях Нинки, и не испытал больше ни разу.