Для некоторых людей жизнь — это череда определенных событий, последовательность, которую практически ничего не может нарушить. Никаких тебе спонтанных изменений или неожиданных поворотов, разве что бонусов начислили больше и можно внести за ипотеку побольше, нежели планировалось. Это не плохо и не хорошо. Просто такой вот сорт человека «обычного». Не подумайте, такие люди могут быть гениальными, таланливыми, большими интеллектуалами и полностью быть довольными такой жизнью.

Кто же я? Обычный человек, случайно выбившийся из своей паствы или же цветок, на который наконец-то обратил внимание луч солнца, а не искусственный свет пыльной лампы?

Эти мысли стали частью моего самоанализа, пока я провела еще несколько дней дома, запершись от всего и всех, отключил телефон и полностью погрузившись в сериалы и самобичевание. Однако, так было только первые два дня. На третий, когда я была в силах вспомнить все то, что произошло со мной, меня охватила какая-то бешенная волна возбуждения. Сначала все началось с постоянного натирания клитора, но внезапно я поняла, что этого теперь мало. Мое тело, словно попробовав тяжелый наркотик, отказывался от чего-то другого.

Находясь в поисках того, что бы меня удовлетворило, я делала со своим телом все то, на что могла решиться. Зажимы на соски с легких прищепок перешли на тугие зажимы для бумаги. Я цепляла их и к половым губкам, смотря в отражении в зеркало на то, как унизительно и в то же время волнующе развратно это смотрится. Но и этого было мало! Я ненавидела Сабины всей душой за то, во что она превратила мою жизнь, а в том, что теперь моя жизнь изменится, сомневаться не приходилось. Ненавидела случайного прохожего, который выебал меня как последнюю шлюху. Но в то же время все мое тело, и не буду врать, мой мозг хотел еще. Намного больше еще!

Мне было страшно набирать Ее, потому что знала, что она будет в ярости за мое исчезнование. Возможно, вообще не захочет со мной говорить. Или же накажет так, что я после этого не узнаю свое тело... И от одной только этой мысли я сжимала зажимы сильнее и кончала в сотый раз за день. В моей киске почти постоянно находилось что-нибудь продолговатое и толстое, я даже пыталась растянуть свою попку, но так и не решилась. «Скорее всего, Сабина порвет ее... « подумала я и застонала от этой мысли.

В исходе четвертого дня изоляции я не выдержала. «Почему я должна себе отказывать? Это мое тело, моя жизнь и я никому не делаю плохо... Главное чтобы об этом никто не знал. « Когда я включила телефон, там было 2 пропущенных от нее. Я написала Сабине смс: «Простите, Госпожа, я должна была побыть наедине с собой. Когда мы можем увидеться?» Ответа я ждала долго... Всю ночь лежала с телефоном около головы и ждала когда он засветится долгожданной смской. Но этого так и не произошло.

Утром, проспав всего лишь несколько часов, с трясущимися ногами и колотящимся сердцем я пошла в спорт зал. Взяв с собой спортивную одежду, я даже не сомневалась в том, что она выгонет меня. Кое-как решившись зайти в двери, я подошла к ресепшену, чтобы взять ключик от шкафчика. Возможно, мне показалось, но показалось, что девушка смотрит на меня со скрываемой насмешкой, будто зная, что Сабина испорожнялась на меня здесь же, в душевой...

— Давно не появлялись у нас! — Она лукаво подняла взгляд своих длинных ресниц, не переставая жевать жвачку.
— Да, я плохо себя чувствовала. Сабина там?
— Аха... Наверное, заждалась вас! — Сказала она и улыбаясь уставилась обратно в компьютер.

Я зашла в раздевалку, испуганно озираясь по сторонам и на минуту оставилась, пытаясь побороть желание сбежать. А потом в конце комнаты увидела ее, болтающую с другой тренершей, видимо, новенькой, потому что раньше я ее не видела. Сабина не поднимала на меня взгляда, хоть я и чувствовала, что она знает о моем присутствии. Еле справляясь с руками я переоделась и пошла в зал. Мое сердце стучало как бешенное, а в трусиках было давно мокро. Уже находясь на беговой дорожке я вдруг вспомнила что она запретила мне одевать трусы, но было уже поздно, Сабина шла в мою сторону.

— Шлюха, быстро в раздевалку, — бросила она достаточно громко и та самая тренерша которая стояла рядом, вытаращив глаза посмотрела сначала на нее, потом на меня, ожидая моей реакции. Мои щеки, наверное, были красными и я просто осталась стоять на месте, когда она сказала уже громче, — Шлюха оглохла?

Не поднимая глаз я побежала в раздевалку, пытаясь не думать о том, что она обо мне подумала. Когда я была уже на середине раздевалки, она резко подошла сзади и взяв меня за волосы, оттянула голову назад, рывком опуская меня на колени. Мы были одни, но двери были открыты, и это было на тот момент единственным, о чем я могла думать, пока она не обошла меня и не отпуская волосы, другой рукой не влепила пощечину. Мой мозг словно отключился и вернулась другая я, шлюха, подстилка и вещь, которая нашла свое применение снова.

— Ну как, сука, побыла одна? А что вернулась?
— Пожалуйста, простите меня, я больше никуда не пропаду... — и получила еще одну пощечину, намного сильнее предыдущей.
— Лучше бы ты не возвращалась, блядь, пожалеешь. — но несмотря на эти слова, по лицу ее было видно, что она рада возвращению игрушки.
— Все что угодно, только пожалуйста...
— Пожалуйста что?
— Пожалуйста, не исчезайте.

Сабина в ответ лишь усмехнулась и дала мне пощечину. «Открой рот,» приказала она и плюнула туда, приказав проглотить. Словно придя к решению, она спросила меня:
— Ты будешь наказана. Сделаешь все, что я скажу.
И это был не вопрос, она знала, что я все сделаю, потому что теперь я точно знала, что без этого наркотика я не выживу.

Мы вернулись в зал, где она игнорировала меня еще пол часа. Мои щеки горели от пощечин, унижения и возбуждения. Девушка-тренер смотрела на меня со сменяющимся выражением жалости и омерзения. Сабина вернулась ко мне через пол часа и сказала идти к зеркалу, сказав, что ей скучно.
— Встань раком. Теперь спусти топик, чтобы груди свисали. Живо!
Трясясь от унижения и страха, что меня увидят, я выполнила то, что она сказала.
— Теперь делай махи ногами.

Внезапно в наше сторону пошла та самая тренерша, и когда я хотела поправить топ, Сабина пнула меня ногой.
— Она же увидит!!! — громко прошипела я.
— Заткнись, шалава, — был ответ моей Госпожи.

Девушка села рядом с моей головой, смотря удивленными, но заинтересованными глазами то на мою грудь, то на Сабину, и наконец-то спросила:
— Нравится когда унижают?
Сил делать махи в тот момент уже не оставалось и я просто стояла раком по приказу Сабины с голыми свисающими сиськами, на которых были видны следы от моих домашних опытов с прищепками.
— Отвечай, когда с тобой говорят, — немного удивленно, но явно заинтересованно приказала Сабина.
— Да, нравится, — сгорая от стыда и нереальности происходящего прошептала я.

Голова кружилась, а пизда сочилась как фонтан. Девушка внезапно взяла меня за сосок и с силой потянула вниз, от чего я прогнулась и застонала. Отпустив его, она на ухо прошептала:
— А мне нравится эксперементировать! — и подмигнув Сабине, ушла.

Когда я переодевалась чтобы идти домой, думая, что это и было то самое наказание, мне пришла смс «полностью разденься и жди пока все уйдут». Было стыдно и странно сидеть просто голой на скамейку, на меня пялились одетые девушки, тихо посмеиваясь, но я знала, что будет хуже, когда они уйдут.

Наконец вошла Сабина и приказала мне лечь на спину и раздвинуть ноги. Покопавшись в моих вещах она взяла клубок свернутых использованных носков и приказала пальцами раздвинуть губки. Медленно понимая, что она собирается делать, я начала плакать, но сделала так, как она приказала. Она начала сувать носки внутрь, даже не заботясь о том, что они высушили всю влагу, и начала просто пропихивать их. Уже не в силах сдерживать стоны, я растягивала губки все шире, чтобы это скорее закончилось, когда я заметила стоящего справа от меня мужчину, внимательно следящего за процессом. Я попыталась дернуться, но Сабина на секунду оторвалась от своего занятия и влепила мне пощечину, молча дав понять, чтобы закрыла рот.

Я просто зажмурилась и наконец-то носки скрылись во мне, обжигая кожу внутри. «Встань на ноги», приказала она. Дрожа всем телом и не поднимая головы, я встала, пытаясь прикрыться руками прямо перед мужчиной. Я не осмеливалась поднять глаза и в голове происходил бунт, мозг кричал о том, что свидетелями моего позора становится все больше людей, но моя блядская натура в ответ приятно начала смачивать комок, находящийся во мне.
— Тима, мой тебе подарок, но только в жопу, пизда закупорена, — хохотнула
Сабина. — И не против если я посмотрю?

Тима, лысый качок (а это все что я смогла разглядеть) подошел ко мне, от удовольствия глубоко дыша. Он взял в руки мою грудь, которая утонула в его огромных ладонях и опьянев от моей безотказности и униженности, начал сжимать их все сильнее.
— Слушай, а с ней правда можно делать все что хочешь?
— Да, ей это нравится!
— Ненавижу таких шалав, им нужно сиськи и клитор отрезать, чтобы только дырка осталась. — Возбужденно сказал мужчина, явно в восторге от того, что меня можно оскорблять.
— Ну что ж, может быть когда-нибудь так и сделаем. — То ли в шутку, то ли всерьез сказала моя Госпожа.

Он рывком уложил меня на скамейку так, чтобы моя голова свешивалась с краю, и стянув штаны, резко возгнал в меня свой хуй, который был хоть и не огромным, но очень толстым. Он получал удовольствие от того, как я задыхаюсь, и когда я руками пыталась отстранить его, так сильно выкричивал мой сосок, что я задыхалась от боли еще больше. Он ебал мой рот, и в это время я ощутила, как мои ноги раздвинула и по киске пришелся хлесткий удар.
— Сдвинешь ноги и пошлю тебя уже окончательно нахуй, шлюха, — сказала Сабина, и я быстро раздвинула ноги обратно.

Тима долбил мой рот, а Сабина ладонью шлепала меня по самому нежному месту, когда мое тело начало сотрясаться от оргазма. Мужчина, поняв что происходит, на секунду даже оставил рот в покое и рассмеялся.

— На колени, шлюха!
Я встала на колени, а мужчина сел передо мной, раздвинув ноги.
— Лижи яйца. — я подползла к нему и опустившись еще ниже, стала усердно лизать его волосатые яйца, которые он явно не вымыл после тренировки. — Какая же ты блядь... Бляяяяя... — от удовольствия он прижал меня к своему паху и стал тереться об мое лицо как будто это какая-то вещь.

Через несколько минут они подняли меня и связали мои руки, пропустив веревку и через горло, так что когда я шевелила руками, веревка меня душила. Встав раком как и было приказано, я ждала, что со мной будет дальше. Киска была сухой, потому что оттуда не вылилось ни капли, так что Тима намочил еще больше уже смоченный моей слюной хуй и приставил к колечку ануса.