Какое жаркое лето! Моё тонкое платье прилипло к телу, пот стекает в шеи на едва сформировавшуюся грудь. Под платьем только трусики, мою маленькую грудь прикрывать еще рано. Ветер развевает низ платья, обнажая мою юную упругую попку, но меня это ничуть не тревожит. Я — юная девушка с белыми волосами, ярко-красными губами и темно-карими глазами. Пока я ничего не знаю о сексе, я ни разу не трогала себя между ножек, ни разу не целовалась с мальчиком... Я девственно чиста.

Это был прекрасный жаркий день летних каникул. Дома было неимоверно скучно, а солнце звало на улицу, подальше от дома. Моя подружка Вика жила по-соседству и я решила пойти погулять к ней. Мы с ней отлично ладили, целыми днями просиживая на простилке в её саду, среди густой и высокой травы. Нам было весело вдвоем. Её отец бросил семью несколько лет назад, а мать пропадала сутками на работе, и их двор с домом чаще всего были полностью в нашем распоряжении.

Я постучала в её дверь и она вышла ко мне в одних трусиках.

— Привет, Вика! Что делаешь? Может, поиграем вместе?

— Привет, Ань, да, я сейчас выйду.

Через пару минут мы уже шли с простилкой в направлении сада. В саду была «наша» поляна, где мы были скрыты ото всех за высокими и густыми кустами смородины, Мы расстелили простилку и рухнули на неё, глядя на пролетающие облака. Мы рассматривали в них причудливые формы и весело смеялись. Но она сегодня была сама не своя. Вика всё время замолкала и о чем-то думала, будто хотела что-то сказать, но не могла. Затем она повернула голову ко мне:

— Знаешь, Аня, сегодня утром, когда мама ушла на работу, а я еще была в постели, я зачем-то залезла рукой в свои трусики. Ты когда-нибудь трогала себя там?

Я не знала, что ответить. Это было для меня странно. Конечно, когда я купалась, я касалась своей писечки и чувствовала себя при этом странно, но я даже подумать не могла, что это чувствую не одна я.

— Только в ванной, когда моюсь, — ответила я и жутко покраснела. — Я себя чувствую при этом очень необычно... — добавила я дрожащим голосом и отвела взгляд от подружки.

После неловкой паузы Вика всё же заговорила снова:

— Мне вдруг стало так приятно, что я не могла остановиться. Мне было хорошо, как никогда. Это странно, правда?

— Правда.

Мои мысли путались, внизу живота как-то странно потянуло, а писечка стала намокать. Я испугалась, думая, что что-то со мной не так, но любопытство брало верх.

— Вика, ты покажешь, как именно ты трогала себя?

Неуверенно она спустила трусики до колен и раздвинула ножки. Я увидела гладенький лобок и розовенькую писечку, в которую она запустила свой маленький пальчик. Она закрыла глаза и начала водить им вверх и вниз медленно, смакуя каждое движение. Я смотрела на это с широко раскрытыми глазами, не веря в происходящее. Какое-то странное чувство овладело мной, мои ножки плотно сжались и попка начала ерзать по простилке, а писечка намокла так сильно, что на трусиках расползлось мокрое пятно.

Вика остановилась, открыла глаза и повернулась ко мне.

— Может ты тоже попробуешь?

Я не знала, что делать дальше. Моя писечка была мокрой и горячей, я смотрела на подружку и хотела потрогать себя так же. Лишившись последних сомнений, я тоже опустила трусики, согнула ножи в коленях и неуверенно коснулась пальцем писечки. Проникнув между губок, я почувствовала, что там не просто мокро, но и скользко. Я провела пальчиком сверху вниз и обратно. Это оказалось очень приятно, и я повторила. Мне не хотелось останавливаться и я начала двигать пальчиком быстрее. Совершенно непонятное удовольствие возрастало внутри, казалось, будто каждое движение всё приятнее. Вика больше не закрывала глаза, она смотрела на меня и быстро двигала пальчиком в своей писечке. Вдруг она остановилась и схватила меня за руку.

— Стой. Можно я попробую, какая она у тебя?

Мне было страшно, стыдно, но я хотела попробовать.

— Да, но я хочу потрогать твою тоже.

Она аккуратно положила руку мне на лобок, пробираясь пальчиком между моих мокрых губок. Меня стала пробивать дрожь. Это были ласки, приносящие непередаваемое удовольствие. Она раздвинула пальчиком мои губки и скользнула ниже. Ощущения от её прикосновений были другими, мне было намного приятнее, я хотела еще... Она начала водить вверх и вниз сначала подушечкой указательного пальца, затем пальчиком по всей длине. Стала тереть мою писечку сильно и быстро. Мне хотелось стонать, но я стеснялась и боялась, что кто-то нас может услышать. Я стала тяжело дышать, а низ живота тянуло. Из писечки что-то текло, но мне было слишком приятно, чтобы остановить подружку. Она терла писечку всё быстрее и быстрее, и в одно мгновение меня будто током ударило. Я выгнула спинку и сильно заерзала попкой, плотно сжав ножки и Викину руку между ними, чтобы она больше ею не двигала. Еще через мгновенье я обессиленно упала на простилку, сказал Вике остановиться.

— Ты тоже такое чувствовала?

Вика со своей детской улыбкой смотрела на меня.

— Да. Мне было очень приятно и интересно, сможешь ли ты почувствовать то же?

Я хотела потрогать её писечку и сделать ей так же приятно. Я положила руку ей на живот и медленно повела вниз к её писечке. Дойдя до губок, раздвинула их двумя пальчиками и медленно, но с усилием повела вниз к попке. Между пальчиками проскользнуло что-то, напоминающее маленький комочек, и Вика ойкнула. Я вернулась к этому месту и погладила комочек двумя пальцами. Подружка закрыла глаза и тихонько замычала. Я начала теребить его пальчиками, проводя вниз и вверх, из стороны в сторону, водя пальчиками вокруг него, и Вика начала очень тяжело дышать, ерзая попкой. Из её писечки текла просрачная скользкая жидкость. Я спустилась пальчиками чуть ниже и нащупала дырочку. Я попробовала вставить туда пальчик. Там было очень мокро, но мой пальчик почти сразу уперся во что-то, и я не стала продолжать. Жидкость из Викиной писечки текла уже по попке, я размазывала её между губок и пальчики хлюпали, доставляя подруге удовольствие. Я снова вернулась к комочку и начала зажимать его между пальчиками, наглаживая всё быстрее и быстрее. Вика выгнула спинку и замычала, хватая меня за руку и отстраняя от своей писечки. Она повернулась ко мне и улыбнулась.

— Анечка, давай это будет нашим секретом.

Я не возражала. Я знала, что мы еще не раз вернемся к этому, а сейчас я натягивала трусики, думая о том, что только что произошло.