Я тебя придумал в детстве,
Когда сказки сочинял.
В тридесятом королевстве
В башне замка представлял.

Дамой сердца мне являлась
Со страниц романов ты,
Из походов ждать ручалась,
Взяв в полон мои мечты.

Ты мерещилась в читалке,
На соседнем этаже
И в салоне иномарки
На опасном вираже.

Улыбаясь, ты смотрела
Со страниц журналов мод.
Суетная жизнь пестрела,
Пролетал за годом год.

Романтическая юность
Очень быстро отцвела.
Изморщинилась наружность,
Облысела голова.

Я, надежды не теряя,
Всё ж искал тебя в толпе.
Дней бегущих не считая,
Днём бродил и при луне.

Обыскал все подворотни,
Закоулки, чердаки
Брошенных домов с полсотни,
Где бомжуют старики.

Посещал пансионаты,
Танцы, «тем, кому за сто»,
Травмопункты, интернаты.
Наконец, мне повезло.

Ты пришла из райсобеса
Свежей кожею бела,
Светлый ангел, поэтесса,
Уточнить мои дела:

Всё ли с пенсией нормально,
Нужен ли перерасчёт,
Не обижен ли случайно,
Поздравляли ль в Новый год?

Ты мне пела про надбавки,
Что в Москве хороший мэр,
Про субсидии и ставки,
Про развал СССР.

Я, разинувши хлебальник,
На твой бюст глазел в упор,
Слюни распустил, охальник,
Отвести не в силах взор.

Возжелал я насладиться
Первозданной красотой,
В губы сладострастно впиться
И наречь навек женой.

Я к тебе тянулся телом,
Гордо бросивши костыль,
То белел, казался смелым,
То алел, седой упырь.

Замечтался полоумный
И... , похоже, задремал.
Целовался в снах лазурных,
Бурно пару раз кончал.

В ранних сумерках поднялся.
Ты растаяла, как дым.
Я невольно испугался,
Неужели вновь один?

Тихо в комнате, пустынно,
Нет медалей, орденов,
Всё разбросано картинно
От посуды до штанов.

Жаль заначки пенсионной,
Вазы, кирзовых сапог.
Получил «хрен окрылённый»
Назидательный урок:

Миловаться надо раньше,
Целоваться, танцевать,
Выбирать партнёрш постарше,
Не томиться, не вздыхать!

На закате жизни трудно
Даму заманить в силки.
Очень больно и паскудно!
Не влюбляйтесь, старики!