Она вошла в прихожую, абсолютно тёмную и тихую, словно никого нет дома... Вопрос, спит ли он, отпал сам собой, когда она повернулась закрыть дверь, а сзади вместе с волной воздуха на спину обрушился удар флоггером. Затем её схватили за волосы и грубо отволокли от двери. Голос, переполненный злобой и властью приказал:

— На колени.

Вспыхнул свет, резанув по глазам. Она прикрыла веки и послушно встала, подняв лицо к своему господину, в этот раз оказавшемуся одетым в латексный фартук на голое тело.

— Ты будешь наказана. Шлялась неизвестно с кем и неизвестно где.

Рабыня глянула на доминанта, приоткрыла красивый ротик и вдруг совершенно будничным тоном выдала:

— А не охренел ли ты? Я вообще-то нам деньги зарабатываю, пою, стараюсь, а ты предъявы кидаешь.

Доминант возмущённо засопел:

— А ну молчать! Ни слова, пока я не разрешу!

Саба слабо улыбнулась и обняла его ногу, подобострастно заглядывая в лицо своего самого любимого мужчины в мире.

— Так, хорошо. — Он поглаживал её по голове, а затем, как кошку, почесал за ухом. — Разувайся и в спальню. Немедленно.

— Я в туалет хочу. Чай выпила, а там в клубе одна кабинка заблёвана оказалась, а во второй не смыто, я побрезговала, до дома терпела!

Доминант о чём-то задумался, через пару секунд размышлений деловым тоном осведомившись:

— Много чая пила?

— Две кружки.

— Тогда потерпишь! — Буквально сорвав с сабы туфли, он силой поволок девушку в комнату. Раздел грубыми рывками, а нижнее бельё попросту разорвал. Мельком оглядев результат своих стараний, рванулся вперёд, впечатывая рабыню своим телом в стену. Член к этому моменты заметно выпирал, фартук не скрывал внушительный бугорок. Постояв, прижимаясь друг к другу несколько мгновений, глядя друг другу в глаза, доминант резким движением перевернул рабыню, толкнул на подобие раздвижной кровати, но с различными фиксаторами. Саба, к этому моменту уже ставшая подозрительно влажной, покорно позволила себя приковать, попутно стараясь потереться о член нависшего над ней господина. Тот нарушил ход их обычной игры, облизав грудь рабыни, а когда соски затвердели, без предупреждения защёлкнул зажимы, соединённые друг с другом тонкой цепочкой. Когда на сосках повис стальной девайс, она втянула воздух от первой волны боли, но не вскрикнула.

В этот раз в ход пошли флоггер и парочка разномастных стеков. Рабыня тихо повизгивала, стараясь не разбудить соседей за стеной, а на спине довольно быстро появились розоватые следы. Серия ударов прервалась, когда садист выдохнул сквозь зубы: «Не могу больше терпеть... « Откинув фартук, схватился за налившийся до предела, пульсирующий член и без предупреждения вошёл в сабу, вдобавок навалившись сверху на истерзанную спину и попу. Рабыня, уже не сдерживаясь, заорала от первых грубых толчков, но сообразительный доминант быстренько зажал ей рот ладонью. Особый кайф доставляло, что саба хочет в туалет и сейчас усиленно сжимает мыщцы, ещё сильнее стискивая горячий набухший член. Через несколько минут доминант осознал, что рабыня под ним как-то притихла, перестала вырываться, и почти сразу ощутил, как приливает к члену сперма. Издав короткий стон, он выдернул раздутый отросток и, содрогаясь от наслаждения, излился на исполосованную спину любимой.