Это было очень давно... тогда когда служил в армии под Егорьевском... призывался с Ташкента... Будучи салагой сдружился с пареньком живущим в двух кварталах от меня... и спустя год... когда я был уже сержантом, командиром отделения, как то находясь в гарнизонной бане, готовя роту к помывке, он поведал мне одну историю...

Ты понимаешь, сказал он, прошло больше года и я чувствую внутреннею обеспокоенность... до сих пор не могу найти себе места.

Суть его рассказа состояла в следующем.

В семье он рос один. Отца не было. Мать работала облздраотделе.

Накануне отправки в армию, произошло следующее. Сидели на диване с матерью после выпитой бутылки сухого и смотрели телевизор. Мать нежно провела рукой по волосам, затем по щеке, и тихо сказала «как же теперь я без тебя буду одна... просто не представляю...»

Ее руки продолжали нежно гладить Володю, затем она нежно поцеловала его в шею, глазки, губки... приподняв футболку ее губки заскользили по телу...

В какой — то момент, мои шорты оказались на полу — продолжал свой рассказ Володя. ЕЕ руки блуждали по всему моему телу. Казалось, что это все сниться...

Еще секунда, и Володя, лежал на диване, его мать судорожно сдергивала с себя халат одетый на голое тело. Обдавая его горячими поцелуями, она присела на его и ловким движением вставила его эрегированный член в свою влажную и горячую киску...

И слегка прикусив его верхнюю губу, ритмично опускалась на член сына...

Я был в какой-то прострации, — продолжал Володя. Мне казалось, что это очень хороший сон. Хотелось, чтоб он никогда не кончался. Так мне было хорошо.

Узкие стенки маминого горячего и мокрого влагалища обхватили мой член. Он ходил словно поршень...

Мать тихонько стонала и еле слышно шептала... как мне с тобой хорошо... как мне с тобой сладенько... милый мой... любимый мой сыночка... какой у тебя славненький... мой сладенький... если можешь прости меня дуреху... не удержалась... я...

ЕЕ шепот то переходил в стон... то переходил в какое — то сладострастное мычание...

Володя продолжал, — Наверное, ты не поверишь... я так в таком ритме, не вынимая хуя, кончил раза три... а мой хуй все стоял и стоял...

Почему-же, — ответил я, — у меня такое было и не раз. При этом чувствуя, как мой хуй начал разрывать трусы.

А что было потом, — возбуждаясь спросил я.

Потом, я начал успокаивать маму, которая тихо плакала на диване... и просила прощения... затем взял ее на руки и отнес в спальню...

и долго... долго... целовал ее заплаканные глаза... потом... губы... груди... животик...

Пока она тихо не спросила, ты правда не обижаешься меня Володя... ?

Ну а затем, она нежно и радостно целовала меня, приговаривая какой ты у меня хорошенький, настоящий мужчина...

В это время моя ручка лежала на лобке ее киске... я нежно гладил ее черные волосы... мои пальчики произвольно вошли во внутрь... погружаясь все глубже и глубже...

Как там было классненько... горячее... влажная нега... нежно обволакивала мои пальчики... мамин таз слега напрягся... подымаясь все выше и выше...

Войди в меня мой сладенький... войди... мой хорошенький... она развела в сторону ноги... .оrg и вся ее красота оказалась у меня перед глазами... я наклонился вперед и в это момент мамина ручка порхнула в низ... вначале пощупала мои яички... затем зажав ствол в руке... несколько раз вздрочнула его вверх-вниз...

Приставила к половым губам... легонечко провела по ним... и вставила во влагалище... — давай мой миленький, давай мой сладенький...

Только не спеши, входи потихонечку...

Мой член погружался все глубже и глубже...

Только не спеши... мой сладенький... потихонечку... мой милый... вот так... так... так... как классненько... ты в меня вошел... тихо сквозь стон... шептали... мамины губы...
и ее таз... медленно но верно пошел вверх... в такт моим движениям...

Еще... еще... теперь... глубже... глубже мой сладенький... как классненько ты меня е... бешь... как мне с тобой сладенько... сквозь стон... тихо причитала мама...

Мой ствол ходил опять словно поршень... ощущая... горячую влажность... маминой упругой... пизды...

ЕЕ руки крепко сжимали мое тело... в этот момент... мы стали одним целым... мне становилось... все лучше и лучше...
я счас кончу... сквозь стон тихо сказала мама...

И в этот момент... мой хуй... взорвася... извергая во внутрь мощную струю... горячей неги...

Ее тело... слегка задрожало... руки все сильней и сильней впивались в мое горячее тело...

Как мне с тобой хорошо... милый... любимый... самый классненький мой мальчик... мой сладенький... я хочу тебя еще..

Ну а потом настало утро — закурив по счету уже какую сигарету, продолжил Володя.

Мать чувствовала себя виноватой, да и я был в не в себе. Единственное что она сказала, «Не осуждай меня меня сынок... как покинул нас папа, n лет у меня никого не было... когда нибудь... ты все поймешь...

Я не знал что ответить, единственное, что хотелось в эту минуту поддержать Владимира, — 18 летнего упитанного пацана.

Мне уже было 24, в армию ушел сам с пятого курса универа... попал в неприятную историю... пришлось срочно идти служить... и в отношения секса у меня был полный порядок.

Первое что пришло в голову, я спросил,» А раньше у тебя секс был?»

— Был, но не с девочками. И то, толи секс, толи не секс. С шестого класса, с друзьями баловались, друг-друга в попу ебали, дрочили вместе, и иногда сосали... Но в 10 классе все сошло на нет. Стыдно, что ли стало...

—

«Фотка мамы есть? — спросил я.

Он достал из военного билета две фотокарточки. На меня смотрела удивительно красивая, черноволосая женщина, с длинными волосами и правильными чертами лица. Удивительно просто, отметил я, как он сильно похож на свою маму. Будто брат и сестра.

На второй фотографии она стояла в полный рост у плакучей ивы, фигура была просто идеальная.

«Ты знаешь, — продолжил я, — Ты вообще не должен париться, у тебя золотая мама, правда, просто так сложились звезды...».

Хотя в душе, для себя отметил... что не смог — бы, сделать то, что сделал Володя.

Владимир посмотрел на меня таким грустным и благодарным взглядом, что вот-вот из его глаз брызнут слезы. «Миша, Ты никому не расскажешь мою тайну...

«Нет Володя никому, — ответил я, прижимая по дружески Володю. — Пошли получать мыло, портянки, трусы и майки. Роту нужно готовит к помывке, а то старшина нам голову свернет.»