Утром я проснулась от криков и щелчков кнута. Всех лошадок выгоняли в центральный проход. В моё стойло вошла Улана и, отстегнув цепочку, вытолкала меня тоже. Нас всех погнали к выходу. Ничего, не соображая, я бежала в толпе обнажённых девушек. После туалета мы оказались в спортивном зале.

Под руководством Марго, которая не переставала размахивать стеком, началась утренняя зарядка. Мы бегали, прыгали, отжимались и подтягивались у шведской стенки. Всё выглядело, как обычные занятия спортом, лишь спортсменки были абсолютно голыми.

После зарядки усталые и вспотевшие принимали душ. Наездницы, которые по сравнению с остальными девушками были маленькими и худенькими, мыли своих лошадок. Улана тёрла нам с Ласточкой спины. Потом растирала нас махровыми полотенцами и сушила феном волосы.

Потом завтракали в уютной, дорого обставленной столовой, сидя за столиками с чистенькими скатертями, как в хорошем ресторане, но голые.

После завтрака Улана пристегнула к моему ошейнику поводок и увела меня ото всех.

Мы вошли в большую комнату. Она отстегнула поводок и вышла. Я осталась одна, осматриваясь вокруг. Огромный ковёр на полу. Старинная мебель. Комната была шикарная.

За спиной послышались шаги. Я обернулась. Передо мной стояла Марго.

— Рада тебя видеть, Ромашка! — она бесцеремонно взяла меня за груди. Я непроизвольно отступила.

— Строптивых лошадок у нас не любят, — пропела Марго, беря со стола какую-то шкатулку.

— Я приготовила тебе подарок, — многозначительно промурлыкала она и раскрыла шкатулку.

На отделанном красным бархатом дне лежали два искусственных резиновых мужских члена. Я удивлённо подняла на неё глаза.

— Выбирай любой, какой тебе больше нравится, — улыбнулась Марго.

— Зачем? Не хочу, — замотала я головой.

— А, чтобы тебя выпороли на конюшне, хочешь? — повысила она голос. Вспомнив, что сделали ночью с Ласточкой, мне стало страшно.

Я снова заглянула в шкатулку.

Один член был очень длинным. Другой коротким, но невероятной толщины.

— Вот этот, — сама не понимая почему, указала я пальцем на короткий.

— Возьми его, — протянула она мне шкатулку. Я робко взяла его. Он был очень толстым. Мои пальцы едва смогли обхватить его наполовину.

— Надень его на меня, — поставила Марго шкатулку на пол и выпрямилась. Я, ещё не понимая, что сейчас произойдёт, опустилась перед ней на колени и, дрожащими руками, обхватив её бёдра, стала завязывать прикреплённые к члену ленточки у неё на спине. Третью ленточку пропустила ей между ног и бантиком прикрепила к общему узлу.

Марго, взяв меня за груди, заставила подняться. Я попятилась, пока не упёрлась ягодицами в стол. Она толкнула меня так, что я оказалась сидящей на столе.

— Теперь, кобылка, у тебя в жизни только два дела. Спорт и секс, — она положила ладони мне на колени.

— Не надо, — жалобно попросила я, не сводя глаз с болтающегося члена.

— Надо! — отрезала она и резко развела мне ноги в стороны.

Замирая от страха, я смотрела ей прямо в глаза, когда почувствовала, что её пальчик играет с колечком, вставленным мне в клитор. Сердце трепетало, но тёплая волна уже начинала разливаться внизу живота. Возбуждение всё больше и больше сменяло страх.

Осознав безвыходность своего положения, я обречённо взяла свисающий член, пальцами развела себе половые губки и сама направила его.

— Умница! — прошептала Марго и подалась вперёд, пронзив меня молнией. Всё глубже и глубже.

Я вскрикнула, откинувшись назад. Чтобы не упасть, мне пришлось опереться о стол руками.

А Марго толкала и толкала его в меня. Её живот бился о мой. Она рычала, как тигрица. Постанывая и содрогаясь всем телом, я вдруг поняла, что легко вбираю в себя этого толстенного коротышку и готова впустить его ещё глубже. Но он был коротким. Мне его не хватало. На каждый толчок я сама со всей силы прижималась своим животом к ней.

Рычания Марго перешли на крик. Она неожиданно подхватила мои ноги и резко

забросила их себе на плечи. Я упала спиной на стол. Она мощными толчками стала входить в меня глубже. Закричала и я...

Я долго не могла отдышаться.

— После обеда займёмся главным делом, — сказала Марго, помогая спуститься со стола и передавая меня вошедшей Улане.

8