— Молодой человек, вы не могли бы помочь? — услышал я нежный, словно ласкающий слух девичий голос.

Обернувшись, я увидел его обладательницу — милую на вид темноволосую девушку чуть старше себя.
Одета незнакомка была явно не по погоде — чёрные сапоги на высоком каблуке скрывали её тонкие ножки до колена, а под расстёгнутым серым полушубком виднелось короткое платье.

Я пытался что-либо ответить, но смог только промямлить что-то нечленораздельное. В этот момент я почувствовал, как предательская краснота приливает к лицу.

Девушка, улыбнувшись, взяла меня под руку и повела к соседней двери.

Анна (а её звали так) провела меня по длинному коридору в тускло освещённую комнату.

На диване полулежала фигуристая белокурая девушка. Она была одета в бархатную ночную рубашку под которой, я уверен, ничего не было. В данный момент она без особого интереса рассматривала какой-то журнал.

— Что надо сделать? — спросил я, с трудом оторвав взгляд от груди блондинки.
— Ничего, — Аня, увидев мой изумлённый взгляд, добавила, — Ты всё уже сделал.

В этот момент она ударила меня своим сапогом в пах так, что я согнулся от боли; затем она «добила» меня локтем.

— Ничтожество, — процедила она сквозь зубы, смотря на то, как я катаюсь по полу.
— Что... Происходит? — с трудом сказал я, когда боль чуть отпустила.
— Малыш, я давно тебя выслеживала. Обычно мы с Лизой предпочитаем девочек для наших игр. Но сейчас решили отойти от этой традиции.
— Какие игры?! О чём вы вооб... — немедленно вырвалось у меня, но затем Лиза вколола мне что-то в руку. Голова сразу же закружилась, а затем я нырнул в темноту.

Когда я очнулся, то понял, что я полностью нагой. Но это было не единственным «открытием» — мои руки были закованы в самые настоящие кандалы.
Вскочив, я прикрыл руками своё достоинство.
Оглянувшись, я увидел Аню. Девушка была обнажённой, если не считать её чёрных сапог. Закинув одну ногу на другую, она начала:
— Объясняю первый и последний раз. На ближайшее время ты — наша собственность. Все попытки бунта будут жестоко пресекаться (в этот момент я вспомнил о той страшной боли). Наши с Лизой приказы выполняются немедленно и беспрекословно. Тебе всё ясно?
Нервно сглотнув, я ответил:
— Да... Госпожа, — добавил я на всякий случай.
— Мальчик любит порно? — засмеялась Лиза, бывшая всё в той же ночной рубашке.
Блондинка подошла ко мне, соблазнительно виляя бёдрами:
— Подними руки.
С трудом преодолев стеснительность, я подчинился.
Лиза прижалась ко мне своим телом, я чувствовал, как от дыхания вздымается её роскошная грудь. Девушка поцеловала меня — затем нежно коснулась губами моей шеи и стала опускаться всё ниже.

В тот момент, когда я потерял голову от возбуждения, Лиза отдалилась от меня.
— Подойди ко мне и встань на колени — велела Аня.
Когда я это сделал, девушка протянула мне свою ногу.
На какое-то мгновение я вспыхнул гневом, но затем осознал, что выбора у меня нет, и принялся лизать её сапог.

Девушки, улыбаясь, смотрели на текущие из моих глаз слёзы унижения.

— Отлично. Теперь выше.

Я, не проронив ни слова, коснулся кончиком языка плоти Ани. Я проникал в неё всё глубже, делая это быстрее и быстрее. Не прошло и минуты, как из изящных губ Анечки вырвался стон.
Девушка судорожно вцепилась в мои волосы, прося меня не останавливаться.

В тот момент, когда стоны моей мучительницы заполнили собой всю комнату, её влага оросила меня.

Спустя минуту я точно так же ублажал Лизу.
Затем она велела мне ласкать её сзади.
Раньше я бы никогда не стал этого делать, но теперь я действительно стал их собственностью, безвольной вещью в руках своих хозяек.

Аня велела мне лечь на живот, сама же отошла в другой край комнаты.
Лиза закрепила мои оковы к спинке кровати так, что самостоятельно я встать не мог.

Оглянувшись, я увидел, как Анна примеряет длинный страпон.

— Нет, пожалуйста, что угодно, только не это...
Лиза в ответ на мои мольбы заткнула мне рот своими трусиками, для надёжности заклеив сверху скотчем.

Смирившись, я ждал неизбежного. Нежные руки Ани втирали в меня гель, затем я почувствовал холодный материал искуственного фаллоса; потом он вошёл в меня.

Кляп превращал мои крики в мычание. Анна с неистовством насиловала меня, но, в этот момент, вместе с болью, я испытал невиданный ранее оргазм. Боль в удивительном экстазе сплелась с удовольствием. Это было именно то, чего я тайно желал и в чём не мог признаться даже себе...