Затем революция, гражданская. Только к двадцатому году стали возвращаться мужчины. Старший брат мужа, похоронил свою заболевшую жену и к своим четырем девочкам, взял её с троими мальчиками. До коллективизации успел отгрохать большой дом. В шесть стен. Переселились в него. Этот малый отдали родственникам. Затем опять война. Сыновья, две дочери не вернулись с фронта. Муж умер от известий. Она осталась одна. Вернулась в этот дом.

– На этой самой кровати у нас прошла первая брачная ночь, – сказала Фима, – у вас хоть и не брачная, но я уверена, ты внучка, понесла уже. Поверь мне.

– Я наследующий день приболела, не пошла на работу, и она попросила не укрываться во время наших с тобой соитий. "Разреши хоть перед смертью полюбоваться на любующихся мужа с женой. Разреши повспоминать о своей не испитой любви. Я ведь все равно не сплю, все слышу".

Ночью, будто случайно уронила простыню с наших разгоряченных тел. Сказала тебе о необычной зрительнице после соития. Помнишь?

– Сначала очумел от твоего заявления. Затем возбудился от скрытого в подсознании желания получить удовлетворение на глазах наблюдателя. Оказалось, что в психиатрии есть и термин для такого удовлетворения – эксби... эксги:

– Эксгибиционизм. Психи, не считают это заболеванием, до тех пор, пока не начнешь совокупляться на глазах у множества народа. Я сначала стеснялась исполнить просьбу Фимы. Однако пенис в моем влагалище снял все запреты. Еще сильнее возбудилась от знания, что старушка наблюдает за нами.

– Да – а! Удивили мы с тобой в ту ночь Фиму количеством соитий. Я изредка поглядывал на печь, обычно тусклый старческий взгляд светился кошачьим блеском. Это прибавляло мне силы, да и ты тоже показала до этого незнакомую мне страсть.

– На следующий день бабка сказала, что спала как мертвая, как будто сама натрахалась. Проспала крики первых петухов.

– Каждый вечер мы мылись в бане, потом совокуплялись на стонущей кровати. Бабуля просыпалась с красными от слез глазами: "Недолюбилась я. Война проклятущая сгубила моих мужей"!

– И после этого мы не упускали шанса потрахаться. Ты отдавалась мне в любых местах, не сдерживала радости от экстаза. Беременность не стала помехой в любовных играх. Ой! Я вспомнил! Уже практически в конце сентября, мы с тобой уединились в кустах. Я лежал на земле, так как было холодновато лежать, а ты уже была на втором месяце беременности. Я на спине, ты в позе наездница. Скачешь. И тут девушка из нашего стройотряда забежала в кустики по малой нужде. Тебя увидела, меня нет. "Писяешь: ? Мне тоже надо сикнуть" и начинает журчать. От понимания, что буквально в полуротах метрах от нас сидит девушка с раскрытой щелью, я сильнее возбудился. Начал тебя подкидывать, ты, закусив губу, постанывать. Девушка, окончив процедуру, встала, раздвинула ноги, промокнула остатки мочи с гениталий. Начала натягивать трусы, штаны. Все это время подол её платья был прижат подбородком к груди. И самое главное, что сквозь листву я это все видел.

– Ага, вспомнила. Умора. Чего только не увидишь в необустроенной деревне. Дикие виды справляющих нужду колхозников буквально за неделю перестали тревожить. А помнишь, как Зинка Кузьмина засмотрелась на спаривающихся быка и корову. Пока шла, все голову поворачивала, в конце концов, наступила в коровью лепешку. Поскользнулась на ней и, падая, руками влезла в другие кучки лепешек. Ха – ха. Вот мату было! Ха – ха.

Мужчина с женщиной еще полежали, вспоминая прожитые годы.

– Давай у нас сегодня будет день откровений. Я тебе рассказал о своих значительных любовницах, теперь твоя очередь.

– То, что было до встречи со мной? Ха! Любовницы?! Расскажи об адюльтере... Ладно, давай я начну.

– Знаешь, почему мне нравится ролевая игра с сантехником: ? Через семь месяцев после рождения Сени, у нас прорвало трубу горячей воды. Ты как всегда в нужное время на службе. Горячая вода льется. Я, понимая, что не справлюсь сама, позвонила в жилконтору. Прибежал сантехник, перекрыл кран. Но не сразу, пришлось ему принять струю горячей воды на себя. Весь мокрый, взялся помогать мне, собирать воду, чтобы не затопить соседей. Я и не обращаю внимания, что мой халат всего на две пуговицы застегнут. Воду собрали. Я выпрямилась, теперь вижу мужчину. Крупный, сильный, под два метра ростом. Возрастом за шестьдесят лет. Он стоит мокрый, рубашка расстёгнута. Многочисленные седые волосы украшают грудь.

Он смотрит на мое тело. Я опускаю глаза и вижу свое неглиже. Мало того, что пуговицы расстегнуты, так еще мокрая ткань прилипла к грудям и ляжкам, совсем не скрывая моего тела. Я запахнулась. За окном уже стемнело. При попытке включить свет на кухне, со звоном лопнула лампочка. Битое стекло, противно хрустело под сапогами деда и моими шлепанцами. Запасные лампочки ты прятал на антресолях. При высоте потолков три метра, даже ты вставал на два стула, стоящих друг на друге. Что делать? Стекло надо собирать. Так как ночью надо кормить ребенка. Слава богу, что Сенька крепко спал в это время, не мешал мне.

Вставать на два хлипких стула, дед отказался. Посадил меня как маленького ребенка на параде, себе на плечо и поднял к антресолям. Мне все равно низко. Он подставил ладонь под мою попку и поднял. Не знаю, специально он шевелил пальцами, или подстраивался удобнее, но через два слоя ткани – халат и трусы, я чувствовала шевеление горячих пальцев. Волна возбуждения сковала меня, вместо того, чтобы искать проклятущие лампочки, сидела и прислушивалась к действиям мужчины. Только после того как он покряхтел, очнулась, нашла искомое.

Опять же он поменял лампочку. Оказалось, что это не так просто сделать. Цоколь лампочки остался в патроне. Дед, боясь, что его ударит током, попросил постелить сухие тряпки на табурет, потом снял сапоги и взгромоздился на неё. Короче поменял. При ярком свете лампочки помог мне собрать осколки стекла. Я быстро еще раз промыла пол. Сбегала в ванну, накинула другой халат. Поставила чайник на газ. Решила попоить чаем спасителя. Мужчина представился, Николай Алексеевич, звали его. Напоила деда чаем с вареньем. Ах, да! Его мокрые рубашку и штаны я повесила на батарею сушиться. Зима всё – таки, замерзнет. Окна затянуло конденсатом, что там, на улице не видать. Сидит он за столом в трусах и тапочках. Ситуация комичная – муж в командировке, голый:, не совсем правда, сантехник сидит в квартире с супругой. От горячих батарей одежда сантехника высохла быстро. Он оделся. Тут меня дернул нечистый спросить, чем я могу его отблагодарить?

Николай Алексеевич крякнул и говорит:

– Со своей супругой я уже несколько недель не живу как муж... Для потенции мне советовали соки молодой женщины... Да. Да. Те самые... Из того источника.

– И как вы это себе представляете?

– Да ты не волнуйся, доченька. Залезь себе пальцами туда, смочи их и дай мне слизать. Желательно пару раз. А лучше три раза. Я отвернусь, смотреть не буду. Давай испытаем, может не зря народ болтает. Я ведь чувствовал жар от губок твоих, понял, что ты увлажнилась, сидя на моей ладони.

Спокойный голос, придал мне уверенности, что дед не обманывает и ему действительно нужна такая деликатная помощь. Он отвернулся, я тоже отвернулась. Еще только он намекнул об источнике, я увлажнилась. Но еще не достаточно. Потерла немного клитор, представила, как он будет лизать мои пальцы. Окунула два пальчика вглубь вагины. Дед старательно облизал пальцы, по одному, всасывая по самую ладонь. Влага потоком полилась из вульвы. Настоящее возбуждение как при полноценном акте охватило меня.

Второй раз я уже не отвернулась. Посчитала достаточным, что он отвернулся. Сунула свернутые лодочкой четыре пальца вовнутрь. Для макания, мне удобнее было присесть, согнуть спину, развести бедра. Поднимаю глаза, а он смотрит, как я копаюсь. От этого я еще сильнее потекла. Не соображая, что левой рукой я продолжаю оттягивать резинку трусов, подношу ему правую ладонь. Он облизывает так же ответственно. А глазами уставился на мою промежность. Да чего уж, тут просить отвернуться, прекрасно видел мои кучеряшки. Более дурацкой картины невозможно представить. Молодая женщина стоит посередине кухни, сует пальцы себе в вагину. А за ней наблюдает сантехник. Вывел образ? Как минимум комично. Согласись?! Третью порцию влаги он слизывал долго, растягивая удовольствие. Поблагодарил. Я его тоже. Ушел.

Как шестиклассница, я села на диван и онанировала до отключки... Это еще не всё, подожди. Через неделю он встретил меня у подъезда. Сказал:

– Вот супруга моя, просила передать тебе, дочка, коробку конфет "Курочка ряба". Очень ей понравилась твоя помощь в моей хвори. Я пойду уже. А можно еще разок зайти, если потребуется: лекарство?