– Ti lubish krasnie yabloki?

– Da, – сглотнул парень слюну.

– Ti lubish beliy shokolad?

– Da...

– Tebe nravitsa... raduga?

– Da.

– Tebe nravyatsa zvyozdi?

– Da...

– Tebe nravyatsa moi koleni?

Подросток открыл рот и тут же закрыл, сбившись с налаженного ритма. Глаза его моргнули.

– Ну же, Дэн, – ласково увещевала его Ирина. – Тебе просто нужно ответить положительно или отрицательно на простой вопрос. Если ты забыл какие – то слова или не знаешь их значения, я могу тебе объяснить.

– Я... – Он замолчал.

Она коснулась рукою колена, открытого теперь до бедра. Парень, от шока, похоже, забывший даже об избегании глазного контакта, мог насладиться этим зрелищем во всей красе.

– Tebe nravyatsa moi koleni, Дэн?

Голос её был таким сладким. Таким вкрадчивым.

– D – da, – сглотнув комок, выдавил парень.

Ирина улыбнулась уголками рта. Едва заметно.

– Tebe nravyatsa... moi byodra?

Она провела ладонью по одному из них, как бы случайно позволив юбке ещё чуть – чуть приподняться. Сантиметра на два.

– Da, – проговорил ученик.

Щёки его горели.

– Чего ты хочешь, Дэн? – проговорила Ирина, не сводя с него пристального взгляда через свои деловые очки. – Я предлагаю тебе поиграть... в немного другую игру. Игру, которая может ещё сильнее расширить твой словарный запас.

Преподавательница сделала паузу.

– Ты формулируешь желания на инлинке. Можешь пользоваться записями. Можешь даже подглядывать в учебник... это только поможет расширить твой лексикон. Я – выполняю их, если это в моих силах.

Она неспешно поменяла расположение ног, тем не менее оставляя их перекрещёнными.

– Ты... согласен?

Глаза подростка горели. Но он явно не знал, что ответить, снова впав в ступор.

– Эх, как же плохо ты понимаешь простые вещи, – с показной грустью покачала она головой. – Ну хорошо, для примера... vozmi ruchku.

Дэн моргнул. Затем вздрогнул. Мгновением позже пальцы его сомкнулись на гелевом стерженьке.

Преподавательница откинулась на спинку офисного стула, в глазах её проявилась мечтательность. Рука её соскользнула вниз по ткани колгот на колене.

– Narisuy krug.

Ручка описала окружность на листе бумаги.

– Твоя очередь.

Ирина неспешно покачивалась влево – вправо вместе с офисным стулом, колени её выписывали те же завораживающие движения под взором Дэна.

Не в силах отвести от них взор, подросток сглотнул слюну.

– Sdelayte... yubka vverh, – выдавил он, явно позабыв все правила согласования слов. И заалел.

Сделав недоумённое лицо, Ирина еле заметно покачала головой. Коснулась рукой края подола и изобразила лёгкую укоризну.

– Как тебе не стыдно, Дэн.

Она смерила его взглядом с головы до ног. Смотреть на лицо парня было просто жалко.

– Как тебе не стыдно допустить столько ошибок в реплике, – с той же интонацией добавила она. – Ты как будто совсем не учил интерлинка?

Сжалившись над ним – и вспомнив попутно кое о чём – она быстро набросала на листке бумаги схему согласования для каждого из слов в подобного рода фразах и указала предпочтительные синонимы.

– Смотри.

Подросток глянул. Лицо его заалело ещё гуще.

– Ну, попробуй ещё раз. Ты же способен построить фразу правильно, да?

По лицу парня прошла дрожь.

Он ещё раз взглянул на листок, потом – на её колени. Потом – снова на листок.

– Pripodnimite... kray yubki.

Преподавательница интерлинка слегка поправила очки, продолжая строго разглядывать его. Предложение было построено верно, но отказать себе в маленьком невинном удовольствии она не могла.

– Ты забыл одно слово. Ключевое. В фольклорах некоторых стран его даже считают волшебным.

– Pozhaluysta... – выдохнул Дэн.

Последовала пауза.

Затем, будто по таймеру, темноволосая девушка в чёрных сапогах, тёмных колготках, полураспахнутой кожаной куртке, чёрной юбке, белой блузе и деловых очках неторопливо выпрямилась.

Стоя перед Дэном, она коснулась пальцами края юбки – неуверенно и сразу отдёрнув пальцы, как от огня, – но тут же, будто набравшись духу, взявшись за тёмный подол вновь.

Пристально глядя ему в лицо, Ирина приподняла край своего одеяния, обнажая обтянутые тёмными колготками колени, открывая взору безупречные бёдра и предоставляя даже шанс увидеть часть манящих ягодиц. Пальцы её дрогнули было на миг, словно в стремлении отпустить подол, – но тут же застыли, стальными клещами удерживая чёрную ткань в наибесстыднейшем положении.

Преподавательница несмело облизнула губы.

– Чего ты теперь хочешь, Дэн? – мягко осведомилась она. Брови её взлетели.

Подростка слегка трясло. Он тяжело дышал, не отводя взгляда от её оголённых ног.

– Хочу... чтобы...

– На инлинке, Дэни, – ласково напомнила она.

Ирина смотрела, как раскрасневшийся ученик листает учебник и конспекты в поисках нужных слов, как блестят капельки пота на его лбу, как взгляд его временами скользит по её ягодицам и бёдрам, порою перемещаясь чуть выше. Откинув голову назад, она попыталась принять более влекущую позу.

Кто бы мог подумать, что стезя садистки окажется столь сладка?

Займись она самоанализом, она бы поняла, что в ощущениях этих многое от скрытого желания отомстить устроителям шоу, как бы воплотившимся для неё ныне в нескладной фигуре ученика. Преподавательнице сейчас, однако, было не до психологических изысканий.

Кровь бархатно стучала в её висках. Пряный аромат воздуха, кажется, пропитал её всю.

Подросток негромко кашлянул.

– Да, Дэни? – нежно поинтересовалась она. Чуть – чуть потеребив пальцами края юбки.

Дэн помялся с минуту. Набрал в грудь воздуха.

– Pozhaluysta... snimite s sebya odezhdu. Ispolnite... ispolnite striptiz, – выдохнул он.

Брови преподавательницы заново взмыли вверх.

– Ты... хочешь, чтобы я сняла с себя всё? – будто в припадке растерянности сама кашлянула она, перейдя на обычный язык. Приоткрыв на миг губы – и как бы даже сурово нахмурившись. – Разделась перед тобою прямо тут и сейчас? Сделав это. . под музыку?

На тинейджера было жалко смотреть. Стыд и страх плыли по его лицу белесо – алыми волнами.

Ирина, украдкой любуясь дивными переливами оттенков, поправила свои строгие деловые очки.

– Horosho, – опускает она взор.

Рука её, высвободив край юбки, проскальзывает в висящую на плече сумочку, извлекая косметичку. Как хорошо, что в памяти её зеркальца как раз имеется трек с приятной подбадривающей мелодией.

Лишний довод к тому, что всё это – небыль?

Пара щелчков наманикюренным пальцем по ледяному стеклу – и неторопливая плавная музыка мягкими аккордами заливает комнату.

Ирина снимает сумку с плеча и отправляет её на столик, слегка надув губы и не сводя с ученика немного рассерженный взгляд. Отчасти она и вправду рассержена – чувство это странно пьянит и возбуждает – она всерьёз ожидала, что Дэн будет умолять её избавляться от предметов одежды по одному, в преддверии чего и заставляла его заучивать их наименования?

Обе её ладони птицею взлетают к плечам – край юбки молотом падает вниз и вновь укрывает её ноги чёрным бархатным опахалом.