На новом месте работы всё хорошо. Зарплата – просто очень! Работа нравится. Я даже думать не мог, что буду такое интересное делать.

В первую же пятницу Володя, напарник, сказал: Сегодня вечером мы, я и Аркаша, едем за город, отдыхать в лесу в палатках. Вечером в воскресенье вернёмся в город. Ты как, пойдёшь с нами?

– Я не готов. У меня же ничего нет.

– Чего нет?

– Ну, палатки, спальника. Я не знаю что ещё.

– Ты никогда в походы не ходил?

– Не – а.

– А рюкзак есть?

– Ну, такой, для нота.

– Сойдёт. Ещё сумку большую возьми. Дома положи в них еду, питьё, спички фонарик. Смену одежды. Мы за тобой заедем в половине восьмого.

Забрали меня ровно, как договаривались. Часа два ехали по загородному шоссе, потом свернули на просёлок. Примерно через полчаса остановились на лесной поляне. Сильно смеркалось. Парни установили палатку, а я вынул из багажника рюкзаки и сумки. Устроили маленький костёр. Выпили чаю из термоса. Стало темно. Луна ярко освещала поляну. Было тепло и тихо.

– Пошли купаться, – предложил Аркадий.

– Пошли.

Парни разделись догола.

– А ты чо? Не стесняйся, тут никого нет. Ближайшая деревня километров за двадцать.

Я тоже снял плавки. Не далеко от поляны было озерцо. Когда – то, – рассказали парни, – тут геологи рылись, карьер забросили, а в него завернул местный ручей. Где – то под землёй вода уходит. Так что, вода чистая, проточная. Только обрывов полно.

На отмели вода была тёплая, а на глубине обжигала холодом. Стали играть в догонялки. Парни, балуясь, хватали меня под водой то за жопу, то за яйца. Я уворачивался, нырял. Устав, лёг на воду отдохнуть. Парни стали меня поддерживать. Кто – то взял меня за член. Я насторожился, но дёргаться не стал. Решил посмотреть, что будет. Володя стал мне дрочить. Член встал. Я вывернулся и вышел на берег.

Так, кажется парни голубые. Ночь. Я даже не знаю где мы. И днём я не найду даже просёлок. Мда, рыпаться не стоит. Если хотят, пусть сосут, могу и выебать, но себя ебать не дам.

Парни подошли ко мне.

– Замёрз? – Спросил Вова. Вдруг он присел и взял мой член в рот. Через пару секунд мне захорошело. Хуй встал колом. Аркаша обнял меня сзади, крепко прижался грудью к спине. Руки его щупали, ласкали, мою грудь, а хуем он тёрся о мои булки.

– Парни, я не голубой, вообще, – голос свой я не узнал. Какой – то сиплый и тягучий. Мне было хорошо!

Володя бросил сосать и поцеловал меня в губы долгим засосом.

– А мы и не говорим, что ты голубой. Это мы голубые, – заговорил Аркадий, – не возражаешь, если мы у тебя пососём после ужина?

– Да хоть два раза. Вовка, соси дальше, у меня сейчас яйца лопнут.

После отсоса (ой, хорошо!) мы вернулись к палатке, добавили дров в костёр, вытерли друг друга полотенцами. Парни вытерли мне и между ног и между булками.

Стали доставать еду. Что делать с коньяком? Взял я две бутылки, чтобы проставиться коллегам, а тут такое... Больше я с ними ни в какие походы не пойду. Гадство, стоит и всё! Как вижу их голых, встаёт, предатель! Выставил одну бутылку. Приняли, закусили. Стало тепло и весело. Аркаша достал водку. Я ведь не хотел напиваться... Болтали о том, о сём. Я всё спрашивал, как может нравиться держать чужой хуй во рту или когда тебя ебут?

– Пока сам не попробуешь, не поймёшь, – отвечали они и лезли целоваться.

Потом мы пели, танцевали. Я не помню, мы плавки одевали после озера? В этой крохотной палатке мы с Володькой снова целовались, потом он лёг вальтом и стал сосать. Ну, я взял и попробовал тоже: Ну, а чо теперь?! Так получилось! Потом Володька разрешил мне войти в него. Нормально, мне в кайф. Показалось, что поспали мы чуть – чуть, и я проснулся от ласк. Ласкали меня с обеих сторон. Теперь я вошёл в Аркашу, через пару минут в меня вошёл Вовка. Я только крякнул. Вот водка до чего доводит!

Проснулся я от яркого солнца, которое светило прямо в открытую палатку. На костре что – то вкусно скворчит, птицы вовсю распевают. Тишина, а воздух! Ароматы лесные! Вылез из палатки. Аркаша голяком у костерка старается. Вована не видно. Голова, как ни странно, не болит. Только слабый какой – то я, будто огород вчера вскопал один целиком. Ха, а голым – то хорошо по улице ходить, весело так!

Аркаша подплыл – "С добрым утром, Павлик! Туалет вон в той стороне. До овражка иди тропинкой прямо, не сворачивай". – И чмок меня в щечку. – "Бумага на пеньке, около машины", – И шлёп меня по голой попе. И, что странно, у меня от его наглости только член приятно вздрогнул. А он опять перед костром присел, типа повар.

– Смотри, яйца не зажарь, – я ему. И гордо проплыл мимо. По дороге вспоминаю прошлую ночь. Ахуеть, не встать!!! Мало того, что я ПАРНЕЙ ебал! Так МЕНЯ выебли, и в рот и в жопу!!! Блядь! Ёбанный я в рот!

Но вот он овраг, вот берёзка кривая, за которую так удобно держаться. О! В очке больно! Нихуя мне не приснилось, всё было на самом деле. Блядь, я же теперь пидар! Чо делать – то теперь?! Утопиться в их ёбанном озере? Или их утопить, типа сами? А как я отсюда выбираться буду? Не пришлось мне в жизни машину водить. Не, как говорит моя подруга, – не надо грязи. Наверняка, они опять пристанут. Имеют право, блядь! Но ебать себя я больше не дам. Их буду, хуй им во всё! Силой захотят, – за нож возьмусь. Струсят, по ним видно.

Возвращаюсь на поляну. Парни улыбаются, щебечут, вкуснятиной пахнет. Солнце, как же хорошо кругом! Хуйня, они живут, и я жить буду!

– О, Пашуля! Доброе утро! – Это Вова разулыбался. – Умываться будешь? На правую сторону иди. Течение туда уходит. А давай я тебя провожу. – Игриво покачивая бёдрами и поматывая хуем, он пошёл со мной. Вот, блядь, у меня опять встаёт!

Отмель и вправду хороша. Я весь намылился шампунем и всё пальцем проверяю очко. Вроде нормально?

– Чо, болит?

– Иди ты на хуй! Я же говорил, что я не пидар. Нахуя ты меня выебал?!

– Пашенька, ну не злись. Ну, по пьянке получилось. Кстати, в рот ты сам взял, помнишь? Ну, ладно, ну, прости. Ты ведь нас тоже трахал не по – детски. Причём обоих. Ты не волнуйся, никто ничего не узнает. Ну, милый, ну, лапа?

Я нырнул, смывая пену. Поплавал с удовольствием. Как же тут хорошо! Вовик поднырнул и присосался к моему хую. Когда он вынырнул, я оттолкнул его и поплыл к берегу. Вытираюсь, а хуй и не думает падать. Вот гад! Замотался полотенцем и весь такой, в образе пошёл на нашу поляну.

Сели завтракать. Аркаша такой – "Чем бы похмелиться, голова болит?". Короче, достал я коньяк, потом у них в багажнике пятилитровый баллон пива обнаружился: Собирать ягоды, естеснно, было уже некому. Всё было хорошо. Мы пили за мир, за дружбу, за любовь. И мне пришлось доказать, что я их люблю – во всё, и обоих. Они меня трахать не лезли уже. Но к вечеру я сам отсосал у Вовки. Чо уж теперь? Поздно пить боржоми, когда почки отвалились! А что – то в этом есть! Спать я лёг в машине. Ну их. Знаю я их.

Ну, чо сказать? Дружим мы. Ездим на то место. Только б лето не кончалось!

Всё будет хорошо.