До Сидорыча было идти около получаса, но я не торопился отправляться туда. Выйдя из подъезда, я обошел дом с тыльной стороны и притаился в палисаднике возле приоткрытого окна нашей кухни, благо квартира была на первом этаже. Я мог украдкой видеть сидевших за столом и слышать их голоса.

– Толик, можно тебя попросить залезть за холодильник и вытащить от туда бутылку, – обратилась моя жена к гостю.

Изумленный Анатолий извлек из – за холодильника поллитру самогона.

– Что смотришь? – усмехнулась моя жена, – Наливай!

– Но позвольте, – вмешался Павел Николаевич, – зачем тогда Олег пошел покупать еще одну бутылку, если у вас было?

– Пусть прогуляется! – махнула рукой Катя, – ему полезно.

– Вы на него зла не держите за тот поступок, – сказал Павел Николаевич. – Ему просто похоже нравится, когда не один он может любоваться вашим телом.

– А вам понравилось любоваться мной? – вкрадчиво спросила моя супруга.

– Конечно! – почти хором ответили гости.

– Еще хотите? – продолжила кокетничать с ними жена.

– Ну как сказать, – замялся Павел Николаевич. – Не удобно как то в отсутствие Олега.

– Ну вы же сами сказали, что ему это нравится, – не унималась моя супруга. – Да и потом, он не узнает ничего.

Возникла некоторая пауза в разговоре, воспользовавшись которой Катя встала из – за стола и скинула с себя халат, под которым как выяснилось она была абсолютно голой. Я был в шоке, впрочем наверное как и те, кто сидел на кухне. Никогда не думал, что моя жена может быть способна на такое.

– Ну, так лучше чем в купальнике? – спросила она с дрожью в голосе.

– Как вы думаете, Екатерина Васильевна, когда примерно вернется Олег? – прервал свое молчание Павел Николаевич.

– Не раньше чем через час, – стыдливо сказала моя жена. – А что?

Вместо ответа Павел Николаевич вскочил со своего места и заключил Катю в свои объятья, покрывая поцелуями ее грудь и плечи.

– Прекратите немедленно! Мы так не договаривались! – завизжала она, колотя наглеца по спине кулачками.

Не обращая внимание на ее реакцию этот боров приподнял ее и взвалив себе на плечо потащил прочь с кухни.

– Помогите! – попыталась было крикнуть она, но ее голос внезапно сорвался на полуслове.

– Толик, давай за мной и самогон захвати! – послышался призыв Павла Николаевича из коридора к своему напарнику.

Анатолий, выйдя из оцепенения, схватил бутылку и бросился вон из кухни. Я метнулся было к расположенному рядом окну нашей спальни, но оно было наглухо закрыто и плотно завешано шторой. Любой нормальный муж на моем месте немедленно бы вернулся домой, чтобы спасти свою любимою от надругательства, но я вместо этого медленно двинулся по направлению к железке, с упоеньем думая лишь о том как эти двое мало знакомых мне мужчин наслаждаются сейчас телом моей супруги. Миновав железнодорожный переезд, я вскоре подошел к дому Сидорыча, который колол дрова во дворе. Цель моего визита хозяину долго объяснять не пришлось, завидев меня он тут же бросил свою работу и направился в дом за бутылкой.

– Привет жене! – сказал он сухо, протягивая мне свой товар.

Расплатившись с Сидорычем, я направился обратно, слегка пошатываясь, хотя был не сильно пьян, и переодически отхлебывая из горлышка. Дойдя до места, я опять решил сначала заглянуть в окно нашей кухни. По началу там как прежде было пусто, но некоторое время спустя на кухне появился Павел Николаевич на котором из одежды была лишь одна полурастегнутая рубаха. Он взял с плиты чайник и стал жадно поглащать воду через его носик, в этот момент мой взгляд сосредоточился на его маленьком сморщенном члене, кожа которого лоснилась от соков моей супруги. Следом за ним вошел по пояс голый Анатолий, на ходу застегивая брюки.

– Пропихнул ей еще разок на последок, – сказал он довольным голосом. – Кажется она то же протащилась.

– Твое дело молодое! – усмехнулся ему в ответ Павел Николаевич. – Хороша бабенка, ничего не скажешь. Она еще там?

– Нет, – замотал головой молодой самец. – Пошла в ванную. А нам все это не грозит никакими последствиями?

Вряд ли она станет распространяться своему мужу о случившемся, если ты это имел в виду, – успокоил своего напарника Павел Николаевич. – Кстати он скоро должен вернуться, пойду оденусь и тебе твою рубашку принесу, а ты чай поставь пока.

После того как Павел Николаевич вышел, на кухне вскоре появилась моя жена. Она снова была в халате, а голова ее была обернута полотенцем, так как она видимо намочила волосы принимая душ. Она молча села за стол, а Анатолий в тот момент попытался удалиться.

– Куда? – схватила его за руку моя Катя, – Стыдно стало?

– Есть немного, – признался Анатолий, присаживаясь на табуретку.

Тут на кухню снова зашел Павел Николаевич, но он был уже полностью одетым и нес в руке рубашку своему напарнику.

– Я там на всякий случай кровать заправил, – деловито сказал он.

– Вот как значит. Следы заметены! – промолвила полупьяным голосом моя супруга, – А может Олегу все чесно расскажите, как вы мной тут попользовались в его отсутствие?

– Зачем осложнятьситуацию, – невозмутимо ответил Павел Николаевич, разливая чай всем присутствующим. – Он вас и так подозревает во всех смертных грехах, я имею в виду ту историю с водителем.

– Успел значит мой муженек вас тут просветить на мой счет, я смотрю, – улыбнулась Катя, – Да только он сам ничего не знает. С водителем у меня ничего не было ни тогда, ни после, а вот какая история была на самом деле – это я вам сейчас раскажу, раз уж все равно все так вышло. Вообщем, было это год назад, когда мы еще с Олегом в общаге ютились.

Праздновали день рождения одного из его коллег, помню тогда я с его начальником танцевала, с Андреем Сергеевичем, и он мне по пьяному делу стал на ушко нашептывать, что мол, если я хочу чтобы Олегу квартиру выделили, как молодому специалисту, то я должна быть с ним полюбезней и все такое. Я не спала той ночью, все думала об этом, а наутро решилась и отпросившись со своей работы пошла прямо к Андрею Сергеевичу, зашла в кабинет и стала сбивчиво объяснять, что мол согласна.

Он посмотрел на меня с удивлением и сказал: "Раздевайся!", я опупела слегка и говорю: "Что прям здесь?", а он головой кивает. Ну я разделась, стою, дрожу как банный лист, со стыда сгораю, а Андрей Сергеевич подходит ко мне, начинает лапать, на стол сажает, ширинку растегнул и в путь... Тут в кабинет заваливается Мишка Тополев (дверь то забыли запереть), который рядом с Олегом сидит в отделе, приятель его. Рот раскрыл, глаза вытращил и стоит как вкопанный, ну Андрею Сергеевичу объяснятся пришлось, предложил ему тоже значит меня... Ну тут я, что называется, завелась с полоборота, не знаю от чего, может от того, что ситуация была необычная (два мужика меня вместе имеют), а может из – за того, что Олег мой за стенкой сидел возле своей доски чертежной в это время.

Шепчу им: "Миленькие, роднинькие еще хочу!", а они отстрелялись по разу и все, одели меня кое – как и выпроводили незаметно, а я вся горю. Пошла к Сидорычу, думаю: "Возьму самогона и выпью с горя!". Прихожу, а он у себя в сарае на верстаке мастерит чего – то, увидел меня и говорит: "Жди здесь, сейчас вынесу". Вышел он значит, а я не знаю что со мной творится, мне уже хоть какого мужика подавай. Разделась прям там, легла на верстак, сама себя ласкаю. Сидорыч вернулся, увидел меня такую и сразу к делу.

Мне и стыдно с одной стороны, он же мне в отцы годится, а с другой – ничего с собой поделоть не могу. Кончила под ним, извиняюсь за подробности, прямо на верстаке. Никогда ничего подобного не испытывала по остроте ощущений. Он тогда с меня денег за поллитру не взял, только я ее тогда пить не стала, принесла домой и хранила до сегодняшнего дня, даже на новоселье не открыли...

Я чуть с ума не сошел, слушая всю эту чудовищную историю, однако мой член стоял как часовой у мавзолея.

– Что – то Олег куда – то запропастился, – задумчиво сказал Павел Николаевич.

– Я вот все думаю, может рассказать ему всю правду и про тот случай и про сегодня, – продолжила моя супруга свои рассуждения. – И будь, что будет!

– Честно говоря, я бы не советывал, – с опаской произнес старший наладчик. – Неизвестно как он отреагирует на все это.

– А мы его перед фактом поставим, – усмехнулась жена. – Выдадим ему раскладушку, а я с вами в нашей постели лягу, так сказать по законам чукотского гостеприимства.

Все присутствующие засмеялись, а я вдруг почувствовал как извергшееся из моего члена семя заливает мне штаны.