– Галь, как тебе?

– Здорово. . Он у тебя толстый... Кажется, я вся раздулась...

– Так у Кольки же не тоньше, наверное?

– А кто ему давал в задницу, Кольке – то? Я только Леньке разрешала. Колька, думала, порвет. А уж как он просил... Но я не давала...

– Ну теперь – то дашь? Мужик хоть узнает, каково это.

– Теперь наверное дам. Только он, наверное, уже на твоей Наташке попробовал. Или еще нет, но скоро попробует.

Словно в подтверждение ее слов, до меня донесся громкий Наташкин, наполненный болью, крик. Я непроизвольно дернулся, собираясь бежать к ней.

– Стой, Слав. . – Галька придержала меня за руку. – Поздно уже. Да ты не бойся, ничего они плохого ей не сделают. Это она просто от неожиданности орет. Не так оно и больно, я же пережила.

Представив, как глупо я буду выглядеть, появившись сейчас в их палатке, я остался. Снова пристроившись к заднице Гальки, я со всей доступной мне силой вбил член ей в анус и принялся неистово трахать его, стараясь заставить ее кричать так же, как кричала жена. Поначалу Галина действительно громко вскрикивала от каждого моего движения, но вскоре крики сменились постанываниями, плавно перешедшими в откровенно сладострастные стоны. Член скользил все легче, я увеличил темп, чувствуя приближение оргазма. Выстреливая сперму вглубь прямой кишки, я чувствовал, как Галька содрогается подо мной.

Потом мы лежали, наверное, полчаса, отдыхая. Мы молчали. Сквозь тонкую ткань палатки доносились Наташкины стоны и неразборчивые мужские голоса.

– Славка... – сладко потянулась Галина, выпячивая груди – Еще будем? Или спать?

В другой ситуации я бы, конечно, выбрал "спать", но когда слышно, как рядом трахают твою жену и конца этому не видно...

– Еще хочу! – сказал я – Только не встает что – то...

Галька живо приподнялась и оценив состояние полового органа, обхватила его губами. Под ее языком он немного напрягся, но явно недостаточно. Она не сдавалась. Глядя на это, я, чтобы не лежать без дела, запустил руку ей между бедер, поглаживая там все подряд и иногда вставляя пальцы в обе ее дырочки. Галина, продолжая сосать, перекинула ногу через меня и опустилась промежностью на лицо. Я принялся вылизывать терпко пахнущую щель, особое внимание уделяя клитору. Движения губ на моем члене сразу же потеряли четкий ритм, чем дальше, тем чаще они замирали, неожиданно сжимались или наоборот, выпускали член изо рта. Женская промежность на моем лице двигалась, мешая мне. Я придержал ее, вначале за ягодицы, а потом вставив пальцы в анус и влагалище. Как только я это сделал, Галина кончила, а член мой снова отвердел, готовый к бою. Спихнув ее, пока еще плохо воспринимавшую действительность, с себя, я бесцеремонно поставил ее раком и торопливо ворвался в ее попку, самое любимое у меня с сегодняшнего дня отверстие. Трахал я ее долго, оргазм все не шел и не шел. Смазка подсохла, каждое мое движение вызывало у нее боль. Я знал это, и это заводило меня еще больше. Наконец, вылив ей в задницу последние скупые капли спермы, я успокоился.

Наташки тоже не было слышно. Интересно, они спать легли или просто мужики передохнуть решили? Я спросил об этом у Гальки.

– Какая тебе разница? – сонно ответила она. – Еще полночи впереди. Если сейчас не трахнут ее, то к утру точно. Я их знаю. Спать давай.

Поскольку от меня ничего не зависело, я попытался уснуть. Долго ворочался, пытаясь представить себе, что там сейчас происходит с женой, прислушивался к ночной тишине, и незаметно для себя все – таки задремал.

Утром я проснулся раньше всех. Осторожно, стараясь не потревожить посапывающую рядом Галину, выбрался наружу. В соседней палатке было тихо. Усевшись у потухшего костра, я закурил и задумался. При свете утра на трезвую голову все казалось каким – то нереальным. Я просидел так довольно долго, выкурив кучу сигарет, пока из палатки не показалась всклокоченная голова Леньки. Обозрев окрестности и не увидев никого, кроме меня, он спросил, показывая на нашу палатку

– Мама там?

Я кивнул. Ленька прошмыгнул к матери. Следом на волю выбрался Колька.

– Эх... – сказал он, присаживаясь рядом – Классная у тебя жена...

– Как она там?

– Да нормально! – он хлопнул меня по плечу – Сейчас выйдет.

Через минуту появилась и Наташка. И правда, чего ей там задерживаться – одевать все равно нечего, краситься – тем более незачем. Вид у нее был... как бы это сказать. . попользованный. Взлохмаченная, синие круги под глазами. На шее засосы, на груди тоже. Бедра в синяках от пальцев. Малые половые губы торчали наружу, набухшие, темно – фиолетовые. Они были видны, потому что ноги жена не сдвигала, а шла, слегка расставляя их в стороны. Не говоря ни слова, она подошла ко мне и опустившись на натертые, покрасневшие колени, взяла мой член в рот.

– Ты чего? Мало тебе? – удивился я.

Она сделала несколько сосущих движений, потом ответила

– Славка, ты на меня посмотри! Мало... Да меня в жизни так не трахали! Это я, чтобы ты не подумал, что я про тебя забыла.

– Не думаю, не думаю. . – я поднял ее и посадил рядом.

Пока я ее разглядывал, член начал оживать. Мне захотелось оттрахать ее прямо сейчас, на глазах у Кольки, всю в следах ночной оргии, с засохшей спермой на лобке, животе и бедрах.

– Наташ... – я прижал ее к себе и шепнул – Я тебя хочу. Сейчас. Здесь. При всех.

Жена внимательно посмотрела на меня и ни слова не говоря, повернулась ко мне задом и нагнулась.

– Трахаться будете? – хмыкнул Колька – Мало ночью было? – потом посерьезнел – Мне уйти?

– Оставайся... – мой член уже входил в непривычно широкое Наташкино влагалище. Я обратил внимание на опухший покрасневший анус.

– Наташ, они тебя в попку трахали? – полуутвердительно поинтересовался я.

– Да – а – а...

– Только Ленька? Или Колька тоже?

– Оба – а – а – а...

– А можно я тоже? – с замиранием я ожидал ответа.

– Н – н – е – е – т... Позже... Болит все...

Нет так нет. Я продолжал долбить привычное отверстие. Колька курил, поглядывая на нас. Из палатки наполовину высунулась Галька и тоже смотрела. Она характерно покачивалась, толкаемая невидимым мне Ленькой сзади. Наташка вела себя непривычно спокойно. Наверное, действительно устала за ночь. Я трахал ее, как резиновую куклу, без малейшей взаимности. Она дождалась, пока я, удовлетворенный, выпущу ее, деловито вытерла промежность и скрылась в палатке, которую уже освободили Галька с сыном.

– Ну что, пора собираться. – Колька встал, потягиваясь. – К вечеру дома быть надо, завтра на работу.

Уехали мы к обеду, добравшись до дома без приключений. Колькино семейство чрезвычайно тепло распрощалось с нами, вырвав обещание в ближайшее время повторить вылазку на природу. Впрочем, мы не особенно и упирались.

– Знаешь, Славка... – Наташка вздохнула, наблюдая как Колькина машины выезжает со двора – Мне, конечно, понравилось. Даже слишком. Но я, наверное, с ними больше никуда не поеду.

– Почему? – Не понял я.

– Боюсь. Привыкну, по другому не смогу. Знаешь, как классно, когда тебя вдвоем? В обе дырки? Да впрочем, тебе не понять.

– Пошли домой – подтолкнул я ее – Между прочим, в одной из этих дырок побывали все, кроме законного мужа. Надо срочно восполнить этот пробел!

А с Колькиным семейством мы все же съездили на природу меньше чем через месяц. Правда, Леньки, отправленного в лагерь, с нами не было, зато была еще одна супружеская пара, так же, как и мы в прошлый раз, думающая что едет просто отдыхать. Но это уже другая история.