Плеер я выключил. Через некоторое время незнакомка слегка пошевелилась, устраивая поудобней свою белокурую головку на моем плече, а правую руку на своей киске. Тут же в другую ее руку я сунул бутылку, которую не забыл прихватить. Вначале девушка повертела ее в руке, видимо, пытаясь осознать, что это такое, а затем с передыхами сделала несколько своих обычных небольших глотков и вернула бутылку мне. С моим размером глотка на целый там еле хватило. Мою мысль "Сколько водки не бери, все равно два раза бегать" незнакомка перебила совершенно неожиданным образом – она взяла мою левую руку и положила себе на грудь:

– Полапай меня: Пожалуйста:

Голос был приглушенным, с легким придыханием. Моя рука соскользнула ниже и я легонько сдавил ее небольшую упругую девичью грудку. Она тихо застонала и тем же голосом попросила:

– И вторую тоже: Пожалуйста:

– Это в договоренности не входило, – сообщил я ей, но просьбу выполнил – "если женщина просит: " Некоторое время мы сидели молча: она – нежно поглаживая свою киску, а я – бережно тиская ее бархатистые упругие грудки. На ощупь они доставляли не меньшее удовольствие, чем на взгляд. Но я сознательно действовал таким образом, чтобы не распалять незнакомку, а постараться успокоить: сил на вторую для нее эрекцию у меня уж точно не было. Поэтому и обхватил грудки не спереди, а снизу, пытаясь не касаться обмякших, но все равно очень симпатичных сосочков, готовых по первому зову вернуться в возбужденное состояние, и постепенно переходил от тисканья к ненавязчивому поглаживанию.

– Ты откуда взялся? – прервала молчание незнакомка уже почти нормальным голосом.

– Да так, мимо проходил, – ухмыльнулся я.

– Я не о том. Ты какой – то странный.

– Ага: Инопланетянин, который:

– Трахни меня! – достаточно резко и одновременно мягко перебила незнакомка. – По полной!. .

– Нет, это в договоренности не входило – теперь уже жестко повторил я, пытаясь оторвать руки от понравившегося им занятия. Руки сопротивлялись: не так уж часто им выпадала возможность долго и безнаказанно хозяйничать на такой замечательной грудке – небольшой и упругой с бархатистой кожей. Но моя сила воли оказалась крепче и они уступили, скользнув напоследок по бокам девушки. Как только это произошло, незнакомка достаточно быстро отпрянула от меня и повернулась, лихо перекинув правую ногу через мою голову. Теперь она сидела лицом ко мне, широко раздвинув согнутые в коленях ноги: несколько разошедшиеся в стороны большие губы открыли общий вид малых. Смотря мне прямо в глаза, девушка повторила недавно успешно проделанную процедуру: ладонями обеих рук еще больше развела в стороны большие губы, забралась пальцами в преддверие влагалища и растянула в стороны малые. Потом, не отрывая взгляда, она встала и ее раскрытое настежь влагалище оказалось буквально в десятке сантиметров от моего лица – внутри было мокро. Очень мокро: И призывный пряный запах:

Девушка перехватила малые губы двумя пальцами левой руки, не давая им возможности сойтись, а указательным пальцем правой буквально ткнула в мышцы, закрывающие проход к матке:

– Трахни вот сюда! Я хочу, чтоб ты узнал мою правду! Я хочу стать собой! Трахни меня!

– "Надо каждый день по капле выдавливать из себя раба", – произнес я, нажимая на "каждый" и "по капле" и одновременно про себя отметив, что последнюю песню она тоже слышала. – А ты хочешь все и сразу.

– Трахни меня!. . – повторила незнакомка, продолжая демонстрировать мне великолепный вид преддверия своего влагалища. – Пожалуйста:

Дежавю:

Член, недавно насильно вытащенный с помощью водки и аналогичной картинки из состояния облома, в котором пребывал от вчерашнего "вечера отдыха", после успешно выполненного задания в горле девушки явно решил в ближайшее время не реагировать ни на какие раздражители. А мозги, хоть уже и отошли от состояния полного облома, но придумать, как выпутаться из ситуации не теряя достоинства, не могли. "Не умеешь работать голов (к) ой – работай руками, – чуть подкорректировал я в уме известную поговорку. – и языком". Но вслух сказал другое:

– Лучше мы устроим "зеркальные войны". Но учти – ты мне будешь должна. "Потому что за все надо платить. А свобода сама по себе ничего не значит", – пришлось поменять фразы местами. Но разве она узнает?

– Я согласна, я отдам, – она хотела быть искренней. – А что такое "зеркальные войны"?

– Догадайся с трех раз, – улыбнулся я и, подняв руки, взялся за ее попку, которая, как и ожидалось, была такой же бархатистой и упругой, как грудки незнакомки. Я начал мягко притягивать ее к себе, одновременно заваливаясь на спину.

– Куни?! – полувопросительно – полуутвердительно сказала девушка с ноткой беспокойства в голосе. Не знаю, чем оно было вызвано: или незнакомка таких ласк еще не получала, или, что более вероятно, не получала от них истинного наслаждения.

Очень давно одна из моих секс – учительниц – "знойная женщина, мечта поэта!" – объяснила, что далеко не каждая способна к оргазму в любимой мужчинами позиции 69 даже на боку: ведь нормальная женщина будет занята не столько своими ощущениями, сколько мужскими и на собственные радости у нее уже просто не хватает сил, а в некоторых случаях – и желания. Сидеть же над мужским часто колючим подбородком и получать удовольствие не расслабляясь, а пытаясь одновременно не поцарапаться самой, не задушить партнера и удерживать киску на удобной высоте, может только, как она выразилась, "психическая мазохистка" или "сексуальная акробатка". Сексуальные мазохистки могут не обращать внимание на первое, садистки – на второе, а фригидные и имитаторши – на третье. Обоснованно считая, что моя незнакомка не принадлежит к двум последним категориям, и предполагая, что сексуально – акробатическую школу она не заканчивала, я несколькими перекатами создал положение, которое бы подошло для многих остальных, то есть нормальных, женщин: девушка лежала на спине, нешироко разбросав в стороны присогнутые в коленях ножки и открывая доступ моему языку к своей киске. Не знаю как, но в процессе перехода от начального положения "стоя" к конечному "лежа", она так и не убрала свою левую руку, продолжая с помощью длинных тонких ухоженных пальцев демонстрировать мне призывно раскрытое преддверие своего влагалища.

Я взял эту изящную ручку и, мягко лизнув ладошку, отправил ее на исследование девичьей груди – там ей дело найдется, а тут мне помощь была не нужна. Начал я с того, что взасос поцеловал ее в губы – в ее прелестные мягкие малые половые губки, так призывно выступающие из почти сомкнутых больших. Разогревать девушку не было особой необходимости, но, во – первых, на всякий случай надо было перестраховаться и отработать подготовительную программу, во – вторых, мне захотелось самому получить удовольствие – если не сексуальное, то по крайней мере моральное. (Хотя, если быть честным, то в тот момент для меня гораздо более важным было "во – вторых" – "все мужики – эгоисты, они любят в женщинах себя"). Поэтому я временно оставил в покое малые губки и приступил к обцеловыванию бархатистой кожи больших губ, животика, внутренней поверхности бедер... И затем в обратном порядке. Вновь добравшись до места, с которого начал, я прервался для того, чтобы перейти к следующему этапу. Чуть приподняв глаза, я глянул вперед – обе руки незнакомкии с удовольствием были заняты тем, что подразумевалось в моем предложении одной из них: мяли девичьи грудки и теребили уже вставшие по стойке "смирно" сосочки. Глазки девушки были полуприкрыты, из прелестного недавно оттраханного ротика раздавались приглушенные звуки слегка учащенного дыхания.

Я, максимально вытянув шею и язык, дотронулся его кончиком до плоского животика чуть ниже пупка и начал нежно, еле касаясь языком бархатистой кожи спускаться вниз: животик, а за ним бедра и все тело несколько раз судорожно дернулись. Дойдя чуть ниже места, где расходятся большие половые губы, мой язык, потихоньку расслабляясь, почувствовал бугорок, за ним – небольшую впадинку, потом под ним (пришлось чуть – чуть помочь рукой) медленно разошлись в стороны малые губки... Чуть глубже: Язык захватил немного смазки, уже во всю радостно плещущейся в преддверии влагалища, почти полностью расслабился: Теперь немного назад, в сторону бугорка...

Та же моя секс – учительница как – то дала мне возможность хотя бы примерно ощутить, что чувствуют многие женщины, когда их партнер с упорством, достойным лучшего применения, начинает тыкать языком в клитор или усиленно облизывать его конец: она несколько минут упорно "ласкала" исключительно головку моего члена. Нет, конечно, люди разные бывают, но после того урока я предпочитаю по первому разу использовать более универсальную программу: мой язык очень легонько, на самом пределе касания, лизнул – от основания к кончику – небольшой клиторочек, демонстрируя, что нашел его, и отправился на детальное исследование близлежащих окрестностей. А на исследование более отдаленных я отправил руки, до того почти неподвижно ласкавшие попку и внешнюю поверхность бедер незнакомки. Они мягко, почти не касаясь тела, начали поглаживать любые доступные места: лобок, животик, внутреннюю поверхность бедер, коленки: Теперь до поры, до времени у них было занятие, выполнение которого не нуждалось в контроле:

Мой расслабленный язык, неторопливо исследовав близлежащие окрестности клиторочка, снова едва касаясь лизнул его, как бы сообщая, что не забыл эту замечательную частичку женского организма. Мои губы тоже были не прочь с ней поластиться: они обхватили клиторочек у самого основания и сделали несколько легких сдавливающее – сосательных движений. Затем передохнувший язык медленно отправился за новой порцией смазки в преддверие влагалища. Но ему не надо было так далеко путешествовать – смазка тоненьким густым ручейком стекала меж губок по коже на молодую изумрудно – зеленую, почти как глаза девушки, травку. Язык с удовольствием прошелся по малым губкам, а потом все же решил заглянуть во влагалище прежде, чем, набрав смазки, так же медленно отправиться в обратный путь:

"Здравствуй, здравствуй, здравствуй дорогой! Я вернулся, я дошел!" – почти по "Уматурман" сообщил мой язык клиторочку, проделав то же самое касательное лизание от его основания к концу, и отправился теперь в более подробное исследование близлежащих окрестностей, становясь то чуть тверже, то чуть мягче. В это время все свои чувства я сосредоточил на реакциях незнакомки: так, вот ее зона!. .

Мой язык не спеша проделывал и проделывал уже ставшее привычным путешествие от клитора к преддверию влагалища за смазкой и обратно, не забывая по дороге облизать и так понравившиеся мне малые губки. Но в районе клитора он все чаще сосредотачивал свои ласки на найденной зоне у правой от меня стороны основания. Время от времени, когда ему требовалась небольшая передышка, мои губы не упускали возможности присоединиться к пиршеству, обхватывая у основания, слегка сдавливая и посасывая маленький симпатичненький клиторочек.

При приближении к найденной зоне язык выдерживал некоторую паузу, иногда сдвигаясь в сторону или даже немного отступая назад, и продолжал очень медленное мягкое продвижение, лишь когда дыхание девушки замирало. Тогда при достижении зоны раздавались сдержанные постанывания и тело начинало дрожать, с каждым разом – все сильнее и сильнее. Лишь когда заканчивалась дрожь, мой язык оставлял эту зону, медленно проходился по окрестностям и отправлялся в путь за новой порцией смазки. Наконец, незнакомку охватил спазм окончательного оргазма: изо рта раздался хриплый стон, переходящий в крик, руками она впилась в собственные груди, ногами сильно сжала мою голову, а из ее влагалища в мой подбородок выстрелила струя пряных выделений. Дернувшись еще пару раз, девушка затихла и полностью обмякла:

Я встал, небрежно вытер ладонью доставшуюся моему подбородку жидкость: Понюхал, а затем слизнул... Но моему члену было абсолютно все равно – он считал, что после вчерашнего "вечера отдыха" и сегодняшнего пива и так уже достаточно потрудился. На мое счастье, незнакомке пока не понадобился вагинальный оргазм: возможно, такова ее природа вообще, но скорее всего – просто устала от нескольких клиторальных. А то, что их у нее было несколько, с нарастающим эффектом, я почти не сомневался:

"Мне нужна передышка, я мечтаю о сне. О, как я устал!" – настойчиво бились в голове две строки Кинчева, соответствующие моему состоянию – сказывалось вчерашнее. Поэтому я свалился тут же, рядом с незнакомкой, закинув руки за голову. Почти сразу же она придвинулась вплотную, повернулась на бок и пристроила голову на моем плече. Пришлось вытащить руку из – под головы и обнять ее. Плавно поглаживая ее изящную спинку, я провалился в обычную для своего обломного дня полудрему: