Возвращалась незнакомка тем же обычным шагом. Еще издалека было видно, как подрагивают в такт неторопливой ходьбе ее симпатичные девичьи грудки и слегка развиваются не очень длинные, но пышные, натурального блондинистого цвета волосы. Чем ближе приближалась девушка, тем отчетливее было видно и ее плоский животик, и задорные чуть раскосые кончики сосков. Подойдя почти вплотную, она протянула мне более, чем на половину, полную бутылку "ноль семь". Я глянул – водка, похоже, была качественной – и сказал:

– Пей!

Пить из горла она не умела: чуть не закашлялась, сделав пару мелких глотков. Я забрал бутылку и указал на небольшой пенек метрах в пяти от нас:

– Садись! В ногах правды нет, – а проанализировав своими все еще заторможенными мозгами явно набухающие соски и задумчивую полуулыбку, дополнил известную поговорку малоизвестным окончанием, – Правда – между ними: И правда у каждого своя... Я хочу увидеть твою правду:

Мы подошли и сели: девушка – на пенек лицом к озерцу, а я – напротив, прямо на землю, скрестив ноги по – турецки. Затем посмотрел на сидящую незнакомку и повторил:

– Я хочу увидеть правду: Ножки – то раздвинь. Или ты перед мужиками никогда ноги не раздвигала?

– Нет, – пьяный румянец на лице скрывал возможные проявления прививаемого с младенчества женского стыда.

– А как же ты трахалась? По собачьи? – я ухмыльнулся, раскрутил водку в бутылке и, опрокинув ее (благо, не вся даже качественная водка снабжена этими идиотскими дозаторами), влил в себя разом грамм сто пятьдесят как минимум.

– Ну – у – у: То: – девушка, по – видимому, не знала, как реагировать на вопросы. Кроме того, продемонстрированный мной способ потребления водки на людей неосведомленных обычно производит несколько ошеломляющее впечатление.

– Вот то – то и оно, что раздвигала, – с явным удовольствием от ее растерянности констатировал я достаточно очевидный факт и протянул ей бутылку. – Выпей еще!

Естественно, повторить мой способ она была не в состоянии, но по одной ей известным причинам решила не отстать по количеству выпитого. Мелкими глотками, с передыхами это заняло некоторое время, в течение которого ее стройные ножки постепенно раздвигались, открывая мне вид на тщательно и гладко выбритую киску с выступающими малыми половыми губками.

Это медленное раздвигание вызвало в моих постепенно приходивших в себя от облома мозгах неожиданную ассоциацию и я, чуть подправив в соответствии с ситуацией текст, негромко напел (благо, что у Шифрина тоже нет голоса) :

– И жизнь, как в театре, нам предлагает

Роли не те, что хотим мы сыграть:

В душе ты одна, ну, а маска другая,

Попробуй сумей ту маску сорвать!

– Что? – в ее голосе одновременно проявились и некоторая ошеломленность, и заинтересованность. Я повторил и, чуть – чуть помедлив, продолжил почти ("шпага" уж точно была бы не к месту) по оригиналу:

– Я и маска – кто сильней из нас? –

Просто не решить проблему эту.

Если маску не сорвать сейчас,

Навсегда останусь я Лаэртом.

Не представляю, знала ли девушка кто такой Лаэрт и почему так плохо им оставаться, но общий смысл явно до нее дошел. И, похоже, заставил задуматься – некоторое время мы сидели практически неподвижно: она – на пеньке, несколько раздвинув ноги, а я – напротив на земле, пристально, но спокойно глядя прямо перед собой – на ее киску.

Как я и надеялся, первой пошевелилась незнакомка. Она наклонилась ко мне, протягивая бутылку, которую до сих пор сжимала за горлышко в правой руке. Но я не шевелился и девушке пришлось нагнуться так, что явно уже затвердевшие соски симпатичных грудок коснулись ее колен. И тут же, лаская их, колени поползли в сторону. Я забрал бутылку.

Девушка выпрямилась, при этом не только не сдвигая ноги, но раздвигая их еще сильнее – стало хорошо видно, как поблескивают от смазки, начавшей выделяться, скорее всего, еще во время нудистской прогулки, концы малых губ. Затем она прикрыла глаза и ладонями обеих рук развела в стороны большие половые губы, забралась пальцами в преддверие влагалища и растянула в стороны так понравившиеся мне малые губки. Стали видны отверстие уретры и внутренняя поверхность вагинального канала – вот это и была ее собственная женская правда:

– Истину глаголют: правда всегда открывается, – тихо и вкрадчиво прокомментировал я.

Небольшой теплый ветерок ласкал теперь не только ее уже сильно набухшие соски, но и клитор, и раскрытую настежь часть вагины. В этом ему помогали слегка шевелящиеся травинки: Иногда и я, чуть – чуть наклоняясь вперед, тихо и нежно дул на это чудо или мягко поглаживал его сорванным стебельком. Мне было хорошо видно, как оно становиться все более и более влажным. Дыхание незнакомки потихоньку, почти незаметно учащалось...

Шло время: Мой член под действием как алкогольного, так и визуального допинга, начал медленно приходить в норму из состояния облома. Я успел сделать еще глоток водки – на этот раз обычный.

– Трахни меня: Пожалуйста: – ее голос сильно изменился – теперь в нем была не вызванная внешними условиями просьба, а собственное сексуальное желание.

– В рот! – поправил я и удобно примостил бутылку на траве.

– В рот: – как бы покорно повторила девушка, но в голосе чувствовалась какая – то мечтательность.

Я встал, достал вместе с яйцами свой член, уже вполне очнувшийся от облома и достигший своего рабочего размера почти в 25 см. Подошел, аккуратно разделил ее не очень длинные волосы на две примерно равные пряди и начал наматывать их на руки. Все это время она пыталась поймать мой член своими слегка пухленькими губками. Ее попытка помочь себе руками была мной сразу же пресечена:

– Трахать! А не миньет. Найди рукам другое занятие.

Не знаю, послушалась ли незнакомка совета найти занятие рукам. Я как раз закончил наматывание волос и дал ей, наконец, возможность поймать мой член своими губками. Она мягко обхватила ими головку, нежно прошлась язычком вдоль уздечки и уже было хотела заглотить больше, но я удержал ее за волосы и повторил:

– Трахать! А не миньет.

Она чуть кивнула головой, явно не желая выпускать доставшуюся ее ротику головку моего члена, и промычала что – то несомненно утвердительное. Тогда я легонько нажал и член, бережно охваченный мягкими девичьими губками, двинулся по языку в ее глотку...

Крепко держа ее за волосы, я начал насаживать голову девушки на свой член, и одновременно двигаться сам, с силой вонзая его в ее прелестный ротик. Я хотел, чтобы член вошёл целиком, но он помещался плохо, девушка давилась и хрипела: Наконец, она расслабила мышцы шеи, давая мне возможность легко управлять ее головой, и наловчилась заглатывать член так, что ее нос каждый раз зарывался в волосы моего лобка, а мои яйца шлепали по ее подбородку.

– В_гла – за смо – треть! Смо – треть в_гла – за! – Выкрикнул я в такт движениям. Она открыла и приподняла изумрудно – зеленые глазки – они характерно блестели: удовольствие и предвкушение оргазма:

И я стал вдалбливать свой член в ее ротик с большей силой и все возрастающей скоростью. Ещё несколько таких удачных движений: (Девушка неотрывно, почти не мигая длинными иссиня – черными слегка изогнутыми кверху ресницами, смотрела мне прямо в глаза). Еще несколько: (Казалось, она получает удовольствие от созерцания и осознания, что я смотрю, как трахаю ее в рот). Еще: Я тяжело задышал, поднял вверх голову, отрывая взгляд, и так засадил член в рот, одновременно притягивая девушку за волосы, что вжал ее нос в свой живот, полностью перекрыв возможность дышать. Одновременно с первым мощным выстрелом моей спермы в ее глотку, незнакомка затряслась всем телом – стонать она не могла и поэтому лишь громко мычала. Я сделал ещё несколько движений своим членом, выбрасывая последние капли спермы в ее горло, а потом осторожно его вынул. Отодвинув голову незнакомки, которая вяло потянулась за членом, посмотрел на нее – глаза были полуприкрыты, лицо и все тело расслаблено. По сути, в вертикальном положении оно держалось лишь благодаря тому, что я все еще продолжал сжимать волосы.

Не знаю почему, но мне не хотелось резко обрывать ее негу. Поэтому я, раскрутив с рук волосы, аккуратно перехватил ее голову, а затем, зайдя сзади и усевшись на траву, дал девушке возможность облокотить об меня свое окончательно обмякшее разгоряченное тело. Ее голову я положил себе на плечо. Так мы и сидели...

Тот небольшой ветерок, который недавно ласкал интимные места незнакомки, пропал – наверное, умчался искать следующую клиентку – и унес с собой легкий шелест листьев и травы. В наступившей полной тишине я понял, что так и не выключил свой плеер, а он, радующийся возможности собственного выбора (стоял режим случайного воспроизведения), тихо выдавал философские рассуждения на тему человеческих масок:

– Найди приют в цветах и травах,

Достань до неба рукой –

Ни те, кто лгут, ни те, кто правы,

Не скажут, кто ты такой

Под каждой маской и в каждой роли

Согласно доле любой.

Но лишь в одном вовеки волен

Ты – стать самим собой! Стать самим собой!