Автор – Hooked1957. Категория: Loving Wives

Опубликовано на Literotica 09.11.2026, рейтинг 4, 52.

От переводчика. Т.е. от меня.

У меня есть рассказ - "Камень на пляже". Там главный герой теряет память в результате несчастного случая. Один из читателей предъявил мне претензию в том, что мой герой якобы избирательно забыл бытовые реалии, но при этом сохранил профессиональные компетенции и вернулся на прежнюю служебную должность. И саркастически назвал описанный в рассказе случай - "это что-то новое в области нейробиологии." Отвечу фразой одного из героев старого советского фильма "Формула любви" - "Голова предмет темный и исследованию не подлежит".

Как бы то ни было, мозг человека настолько сложен, что рассуждать о том, реально ли потерять часть памяти, но помнить что-то другое могут только специалисты. Мною был написан рассказ, произошедшие в нем события являются художественным вымыслом и не претендуют на роль докторской (или иной) диссертации.

В переведенном мною рассказе тоже есть несчастный случай, который привел к потере памяти, которая в свою очередь привела к необратимым последствиям в жизни героев.

Приятного чтения. С уважением, CrazyWolf.

Сидя на своём любимом месте в дальнем конце барной стойки, Клинт Хендрикс заметил её сразу, как только она вошла в зал под руку со своим спутником.

Он не видел её пять лет, но она казалась ему такой же красивой, как и в последний раз, когда они встречались. Тогда она подписывала бумаги, которые должны были освободить её от Клинта после восемнадцати лет брака. В тот день его сердце было разбито, и сейчас ему было ненамного легче, пока он наблюдал, как женщину и её спутника провожают к столику на двоих в глубине дорогого ресторана.

Клинт понимал, что мысль эта была язвительной, но всё же подумал: скорее всего, за ужин платит она. В этом заведении цены были такими, что её спутнику, работавшему физиотерапевтом, это было бы не по карману. Сама же она могла позволить себе такой ресторан — ведь при разводе Клинт отдал ей половину их совместного имущества... хотя, по правде говоря, выбора у него особо не было.

Похоже, спутник рассказывал женщине какую-то забавную историю: Клинт заметил, как озарилось её лицо и как она склонила голову набок — так она всегда делала, когда ей что-то нравилось. Он также обратил внимание, что теперь её волосы были чуть светлее и длиннее, юбка — немного короче, а блузка — чуть обтягивающей, чем в те времена, когда они были вместе. Сам того не замечая, Клинт глухо застонал.

— Никогда раньше не видел эту парочку. Женщина — настоящая MILF. Такую я бы точно запомнил, если бы видел раньше, — сказал ему молодой бармен, стоявший за стойкой напротив Клинта.

— Повторить вам “Angel’s Envy Rye”?

Клинт посмотрел на бармена и кивнул.

— Вот в этом-то и проблема, — ответил он. — Я её до сих пор не забыл. А этот идиот даже не представляет, как ему повезло.

Бармен удивлённо распахнул глаза, глядя на Клинта.

— Вы... и она... серьёзно? Что случилось, если не секрет? — спросил он едва слышно.

***

Клинт Хендрикс и Ллойд Манфред играли во фрисби возле своего общежития за день до начала занятий на третьем курсе Университета штата Айова. В какой-то момент прямо на траектории полёта диска оказалась невысокая светловолосая студентка. Она буквально налетела на него, и фрисби ударил её сбоку по голове. От неожиданности скорее, чем от боли, девушка с тихим вскриком рухнула на землю.

— Ты в порядке? Это всего лишь фрисби. Ни крови, ничего, — сказал Клинт.

Девушка повернулась к нему, и он увидел самые яркие голубые глаза, какие ему доводилось встречать за всю его ещё недолгую жизнь.

Она потрогала голову, затем посмотрела на пальцы, проверяя, действительно ли, как сказал Клинт, крови нет.

— Да, кажется, я больше смущена, чем ушиблась. Надо было внимательнее следить за тем, что происходит вокруг. Иногда я так сосредотачиваюсь на чём-то одном, что перестаю замечать всё остальное, — сказала она.

Клинт помог ей подняться, не сводя глаз с её лица. Девушка вздрогнула под его пристальным взглядом.

— Я... я Клинт. И очень рад познакомиться со своей будущей женой, — сказал он. — Может, поженимся прямо сегодня? Или всё-таки не будем торопиться и сначала узнаем друг друга получше, прежде чем идти под венец?

— Я придерживаюсь старомодных взглядов. Может, для начала немного повстречаемся, а уж потом я стану миссис Клинт... как там твоя фамилия? Кстати, меня зовут Алия. Все называют меня Ли.

— Значит, будешь Ли Хендрикс. Звучит неплохо, — сказал Клинт.

Ллойд подошёл к ним и услышал конец разговора. По выражению лица Клинта он сразу понял: игра в фрисби закончена.

— Только об одном прошу: назови в мою честь своего первенца, — сказал он.

Через два года у Клинта и Алии родилась Лейни. Они поженились через год после окончания Университета штата Айова. С самой первой встречи они были практически неразлучны. Клинт работал инженером-электриком в крупной общенациональной компании, а Алия — специалистом по работе с клиентами в региональной компании, предоставлявшей финансовые услуги.

И Клинт, и Алия сказали бы, что их жизнь почти идеальна. Да, порой суровая реальность вмешивалась в их сказку, но в целом они были именно той парой, на которую друзья смотрели как на образец идеальных отношений.

***

А потом наступило 20 марта 2019 года.

После того как Алия заехала в супермаркет за несколькими покупками, она направлялась домой. На дорогах местами образовалась тонкая ледяная корка. И хотя её Jeep Cherokee был полноприводным, льду безразлично, сколько у машины ведущих колёс. На скользкой дороге всё решает случай — во всяком случае, не меньше, чем что-либо другое. В тот раз удача отвернулась от Алии: её внедорожник проскользил на красный свет через оживлённый перекрёсток, и в водительскую дверь на полном ходу врезался бетономешалка.

Чудом Jeep Алии отбросило примерно на пятьдесят футов, но он не задел ни одной другой машины. Единственной травмой, которую врачи обнаружили у Алии, оказалась шишка на левой стороне головы — там, где она ударилась о боковое стекло со стороны водителя.

На первый взгляд казалось, что Ли повезло. Боковина её машины была сильно повреждена, но сама она, похоже, отделалась без серьёзных травм. Так было до тех пор, пока врачи не начали задавать ей вопросы. Ли совершенно не помнила столкновения с бетономешалкой и понятия не имела, кто она такая.

Когда медики скорой помощи обнаружили её, Ли сидела в своём Jeep, изо всех сил вцепившись в руль. В конце концов им удалось разжать её пальцы, но на вопрос, как её зовут, она ответить не смогла. Лишь когда её всё-таки уговорили отдать им сумочку, удалось найти водительские права и установить её личность.

Клинт был вне себя от счастья, когда приехал в больницу и увидел жену сидящей на кровати в приёмном отделении. Он вошёл в палату и направился к ней, чтобы, как обычно, крепко обнять. Но Ли выставила перед собой обе руки, словно защищаясь, не подпуская его. Клинт опешил от такой реакции, но едва успел спросить, что происходит, как в палату вошёл лечивший её врач.

Клинта немало встревожило известие врача приёмного отделения о том, что у его жены, с которой они прожили четырнадцать лет, одна из форм амнезии. Казалось, она помнила какие-то сведения, но не могла связать имена с лицами... В данном случае она совершенно не узнавала мужчину, который пытался её обнять.

— Это я, Клинт, милая. Твой муж, — мягко сказал он. — Мы женаты уже четырнадцать лет.

И Клинт, и врач обеспокоенно посмотрели на Ли, когда та лишь растерянно переводила взгляд с одного на другого.

— Замечательно. Значит, он мой муж. А кто тогда я? — спросила она.

Врач объяснил им обоим, что амнезия обычно бывает временной и не видит причин, по которым в данном случае всё должно обстоять иначе. Он сообщил, что на следующий день её осмотрит невролог. А пока Ли оставят в больнице на ночь.

Клинт отправился домой за их двенадцатилетней дочерью, чтобы привезти её в больницу. Он надеялся, что встреча с дочерью поможет жене вспомнить прошлое.

Ли отреагировала на появление дочери так же настороженно и оборонительно, как прежде на мужа. Отец предупредил Лейни, что мама может её не узнать, но от этого девочке было не легче. Когда мать не позволила себя обнять, Лейни разрыдалась.

На следующее утро доктор Трой Дженни не обнадёжил Клинта после осмотра Ли.

— Мозг — сложнейший механизм, и мы до сих пор не знаем всего, что в нём происходит, — объяснил он Клинту. — Хотя я рассчитываю, что это временное состояние, понятия не имею, сколько времени может пройти, прежде чем память полностью восстановится. Не торопите события. Но, возможно, стоит принести фотографии из её прошлого — это может помочь.

Клинт провёл с женой несколько часов. Ли неохотно шла с ним на контакт. В конце концов он уехал домой, а спустя несколько часов вернулся вместе с дочерью и целой подборкой старых семейных фотографий.

Фотографии, похоже, немного успокоили Ли и убедили её в том, что Клинт и Лейни действительно её родные. К сожалению, Клинт заметил, что от этого ей не стало уютнее в их присутствии. Она по-прежнему держалась от них настороженно и не позволяла к себе прикасаться.

Врачи подвергли Ли практически всем известным им когнитивным тестам, но даже спустя неделю так и не нашли способа избавить её от амнезии. Физически она, казалось, была совершенно здорова. Невролог хотел выписать её домой, к Клинту и Лейни, но сама Ли не была уверена, что хочет возвращаться к двум «незнакомцам». Клинта одновременно ранили и возмутили её слова врачу о том, что она не желает ехать со своим так называемым мужем и дочерью.

— Думаю, мы можем оставить вас здесь ещё на несколько дней, но потом придётся искать другое решение, если память так и не вернётся, — сказал доктор Дженни.

Ли согласилась на следующий день поехать с Клинтом домой — посмотреть, не поможет ли знакомая обстановка восстановить память. Но только после того, как он пообещал в конце визита отвезти её обратно в больницу. Дом произвёл на неё впечатление, однако оставаться там наедине с мужчиной и его дочерью, так она продолжала называть Клинта и Лейни, Ли по-прежнему не хотела. Клинт сдержался и промолчал, когда в конце визита она попросила отвезти её обратно в больницу.

В день аварии Клинт позвонил родителям Алии и объяснил, что произошло. Теперь он снова связался с ними и попросил приехать к нему домой: вдруг встреча с дочерью поможет ей вернуть память. Уже через несколько часов они были у него, а на следующий день вместе с Клинтом отправились в больницу. Ли не узнала и их. Она не проявила ни малейшего желания остаться с ними наедине или обнять их. Когда дочь не позволила матери обнять себя, та разрыдалась.

— Я прекрасно понимаю, мама. И Лейни тоже, — сказал Клинт. — Похоже, со всеми остальными она чувствует себя гораздо свободнее, чем с нами. Я просто не знаю, что ещё можно сделать.

У Клинта была отличная медицинская страховка, поэтому уже на следующей неделе Ли смогли перевести в пансионат с уходом, похожий на хоспис. Она сама умоляла врача не заставлять её возвращаться домой к Клинту и Лейни. И муж, и дочь были совершенно подавлены тем, что Ли отказывалась жить с ними.

По настоянию врача Ли продолжала встречаться с мужем и дочерью, а также с другими родственниками и друзьями из той жизни, которая теперь осталась для неё в прошлом. Доктор Дженни и сотрудники пансионата прекрасно видели, что с новыми людьми Ли легко находила общий язык, но от тех, кто был частью её прежней жизни, по-прежнему старалась держаться подальше. В разговоре с врачом она призналась, что с новыми знакомыми чувствует себя свободнее, тогда как старые друзья словно пытаются снова втиснуть её в прежние рамки.

Клинт вернулся к работе, а Лейни ходила в школу, поэтому обычно они навещали Ли по вечерам. Примерно через неделю однажды вечером они приехали и обнаружили, что Ли куда-то ушла с одной из управляющих пансионатом. Клинта и Лейни возмутило, что она проводит время с подругой, в то время как их самих продолжает избегать. Когда Клинт обратился к сотруднице пансионата, та объяснила, что это не тюрьма и, пока Ли не занимается чем-то опасным, она вольна приходить и уходить когда захочет.

— Похоже, вы забыли, что она замужняя женщина, независимо от того, помнит она меня и свою дочь или нет. Я должен знать, где она и с кем. Готов поспорить на хорошие деньги, что у человека, который сейчас её сопровождает, совершенно иное представление о том, что считать опасным поведением, — прорычал он.

Когда на следующий вечер Клинт и Лейни снова приехали к ней, он высказал те же претензии уже самой жене. Ли слушала его, нахмурив брови, а затем заявила, что она ему не собственность и вправе приходить и уходить, когда ей вздумается.

— Вам двоим пора уходить, — сказала Ли и отвернулась от них. — Я сама позвоню, когда захочу вас видеть. Больше не приходите без приглашения.

Клинт и Лейни были потрясены поведением Ли. Но, немного успокоившись и сумев отодвинуть гнев на второй план, Клинт понял: жена больше не считает себя связанной брачными клятвами, которые дала ему больше десяти лет назад. Ведь она не помнила ни его самого, ни их брака. Это был самый горький день в его жизни.

Несмотря на свои двенадцать лет, дочь оказалась достаточно сообразительной, чтобы понять, как сильно слова матери ранили отца. Сама Лейни провела немало часов, беседуя с матерью, рассказывая ей семейные истории и показывая фотографии. Девочка заметила, что каждый раз, когда на снимках мать видела себя рядом с родными, её лицо омрачалось.

— Это было тогда. А сейчас всё иначе, — снова и снова повторяла Ли дочери.

Когда страховка Клинта перестала покрывать расходы на пансионат, Ли пришлось вернуться домой, к мужу и дочери. Клинт поселил её в гостевой спальне, чтобы она не чувствовала, будто он вторгается в её личное пространство — душевное или физическое. За исключением времени приёма пищи, дома она почти не выходила из своей комнаты. И здесь важно уточнить: речь шла именно о тех случаях, когда она вообще бывала дома. В большинстве дней, когда Клинт возвращался с работы, Лейни уже была дома одна, а Ли отсутствовала. Обычно она появлялась где-нибудь к вечеру, и кто-нибудь из её новых друзей привозил её обратно.

Первую неделю Клинт ничего не говорил, но его терпение не было безграничным.

— Как бы ты ни относилась к нам, я твой муж, а Лейни — твоя дочь! — однажды вечером закричал он, когда Ли вернулась домой в весьма потрёпанном виде. — Можешь больше себя не уважать, но нас и этот дом ты будешь уважать! Можешь считать, что вправе приходить и уходить когда вздумается, но, пока ты моя жена и живёшь под моей крышей, будь добра хотя бы из элементарной вежливости предупреждать нас, куда уходишь, и приходить к общему столу во время еды. А ещё могла бы хоть иногда помогать по дому, например приготовить обед или ужин. Ваше Высочество!

В тот вечер Ли, казалось, пристыдили его слова. Но три дня спустя она ушла из дома, прихватив с собой половину одежды.

Клинт был одновременно встревожен и зол. Впрочем, он не опасался, что жена сможет нанести ему финансовый ущерб: он уже исключил её из всех банковских счетов и заблокировал доступ к кредитным картам. Единственная карта, которую он ей оставил, имела лимит в тысячу долларов.

Больше всего Клинта выводило из себя откровенное пренебрежение жены чувствами дочери. Лейни провела бесчисленное количество часов рядом с матерью, пытаясь помочь ей вспомнить прежнюю жизнь, и всё это время сталкивалась с её равнодушием и отсутствием интереса. Немало ночей девочка проплакала в объятиях отца, переживая из-за того, что они потеряли. Клинту казалось, будто они с дочерью пережили настоящую смерть близкого человека.

Клинт смотрел на вещи реально. Уже некоторое время он подозревал, что в новой жизни Ли появились другие мужчины, но не решался проверить свои догадки. Он понимал: стоит получить подтверждение — и дело неизбежно закончится разводом, независимо от амнезии жены. Но теперь, когда она ушла, Клинт понял, что пора выдернуть чеку из гранаты, в которую превратился их брак. Он решил, что развод стал неизбежен и никто в этом не виноват. Он нанял частное детективное агентство с хорошей репутацией, и уже через неделю у него было более чем достаточно доказательств. Сказать, что его сердце было разбито, — значит не сказать ничего.

Клинт объяснил дочери, что собирается развестись с её матерью, и рассказал, почему принял такое решение. Он также сказал, что добьётся полной опеки над ней из-за «проблем» матери. К его облегчению, Лейни, несмотря на свой юный возраст, отнеслась к его словам с пониманием.

Клинт распорядился вручить Ли документы о разводе по адресу квартиры её бойфренда, где она жила после ухода из семейного дома. Его адвокат потребовал предоставить Клинту полную опеку над дочерью, сохранив за Ли право на встречи с ней. При этом ей полагалась бы лишь половина тех алиментов, на которые она могла бы рассчитывать, поскольку эта сумма компенсировала бы отсутствие выплат на содержание ребёнка с её стороны. Поскольку опека оставалась за Клинтом, ему также отходил дом — до тех пор, пока дочь не поступит в колледж.

Через своего адвоката Ли дала понять, что полностью согласна со всеми предложениями Клинта. Обе стороны и их адвокаты договорились встретиться через два месяца, чтобы подписать все документы.

Супруги не виделись с тех пор, как Алия ушла из семейного дома почти три месяца назад. Клинт был потрясён, когда на встречу жена пришла с небольшим, но уже заметным животиком. Он ни на секунду не сомневался, что ребёнок не его: после аварии Ли, случившейся больше года назад, они ни разу не были близки.

— И куда такая спешка, Ли? Парню всего двадцать пять. Вы что, целое племя собираетесь завести? — язвительно спросил Клинт.

Ли уловила сарказм в его голосе, но лишь равнодушно посмотрела на человека, который уже пятнадцать лет числился её мужем. Она видела все фотографии, слышала все истории, но не испытывала к этому мужчине и его (их общей) дочери абсолютно ничего. Она не понимала, почему должна жертвовать собой ради счастья этих незнакомцев.

С Иэном Суонсоном всё обстояло совершенно иначе. Несмотря на шестнадцатилетнюю разницу в возрасте, высокий, крепко сложенный белокурый красавец вновь пробуждал в Ли страсть, словно она была не сорокалетней матерью подростка, а девчонкой, охваченной подростковым желанием. И что было особенно важно — между ними возникла и эмоциональная близость. Поэтому, узнав, что ждёт ребёнка от Иэна, она ничуть не сожалела.

Лейни была раздавлена, когда отец сообщил ей, что через несколько месяцев у неё появится сводный брат или сестра.

— Ей плевать на меня, хотя я её первенец и мы четырнадцать лет были матерью и дочерью. Зато этому ребёнку она будет отдавать всё без остатка. Нет, пап, я совсем этому не рада, — заявила девочка.

Несколько месяцев спустя Клинт, взглянув на имя звонящего на экране телефона, даже не поверил своим глазам. Быстро прикинув сроки, он недоумевал, зачем бывшая жена звонит ему, чтобы сообщить о рождении второго ребёнка. Любопытство всё же взяло верх, и он ответил.

— Ну что, у Лейни теперь есть маленький сводный братик или сестрёнка? — спросил он вместо приветствия.

— Э-э... братик... Наверное, сводный брат. Он родился пару дней назад, — ответила Алия. — Но я позвонила совсем не поэтому...

Клинт несколько секунд молча слушал, а затем сухо спросил:

— Чего ты хочешь, Ли?

— Я позвонила... чтобы извиниться... ну, в каком-то смысле, — запинаясь, произнесла Алия. — Понимаешь, роды могут стать серьёзным испытанием для женского организма... И сразу после рождения ребёнка ко мне вернулась большая часть утраченных воспоминаний. Теперь я понимаю, как ужасно поступила с тобой и Лейни. Я никогда не смогу загладить свою вину перед вами, Клинт. Никогда. Теперь я это знаю. И единственное, что мне остаётся, это попросить у тебя прощения от всего сердца.

— У нас был замечательный брак. Теперь я это помню. А я всё разрушила и разбила тебе сердце. И я никак не смогу всё исправить, что бы ни делала. Никогда. Мне правда очень жаль.

Клинту показалось, что у него сейчас взорвётся голова. Алия слышала, как он дышит на другом конце провода, но он не произносил ни слова.

— Я понимаю, что это уже ничего не меняет: теперь я с Иэном, я люблю его, и у нас есть ребёнок. Но мне показалось, ты должен знать: теперь я понимаю, как сильно ты меня любил. И теперь, когда я вспомнила, что было между нами, в моём сердце всегда останется место и для тебя.

— Наверное, я очень счастливая женщина: в моей жизни были два мужчины, которые любили меня так, как любил ты и как теперь любит Иэн. Мне просто очень жаль, что я не вернулась к тебе. Может быть, хотя бы друзьями мы всё-таки сможем остаться?

— Я могу пообещать, что буду относиться к тебе хотя бы вежливо, потому что нас связывает дочь. Но нет, друзьями мы не будем. Ты была моей женой, и я не хотел тебя терять. Это ты решила уйти к другому мужчине, неважно, помнила ты меня тогда или нет. Теперь ты любишь другого и родила от него ребёнка. Ты принадлежишь ему. Для меня ты словно умерла, хотя продолжаешь ходить по земле и общаться со всеми остальными.

— Но есть и хорошая новость — по крайней мере, для нашей дочери. Для Лейни всё будет так, словно ты вернулась с того света. Почти два года ты практически не обращала на неё внимания, хотя она изо всех сил пыталась наладить с тобой отношения. Я понимаю, что у тебя теперь новорождённый ребёнок, но ты должна загладить свою вину перед старшей дочерью. Ещё раз причинишь ей боль, и я даже не стану сохранять с тобой вежливость. Я заставлю тебя за это ответить.

Клинт услышал в трубке всхлипывания.

— Это невероятно. Ещё два дня назад у меня не было ни одного ребёнка. А теперь их двое. Обещаю тебе, Клинт: я сделаю всё, что в моих силах, чтобы загладить свою вину перед Лейни и отныне всегда быть рядом с ней, — сказала Алия.

— Думаю, большего я и не могу от тебя требовать. Позвони ей сегодня, когда она вернётся из школы, и сама ей всё скажи, — ответил Клинт.

В тот же день, когда Клинт вернулся из гаража домой, Лейни с нетерпением ждала его на кухне. Она тут же принялась рассказывать об их телефонном разговоре с матерью, широко улыбаясь. Следующие пять минут она говорила без умолку. Клинт невольно улыбался вместе с ней: сердце переполняла радость за дочь.

— Я собираюсь навестить её дома. Надо купить подарок малышу — моему брату Джейкобу, — сказала она. — Пап, ты поедешь со мной?

Улыбка быстро исчезла с лица Клинта, сменившись хмурым выражением.

— Она звонила мне сегодня на работу. Всё объяснила. Я рад за неё... и теперь за тебя тоже, но для меня это практически ничего не меняет. Она по-прежнему жена другого мужчины, хотя теперь хотя бы помнит, как хорошо нам с ней было вместе. Нам было хорошо... очень хорошо. Но теперь она с ним. Они — семья. Она любит его, и это правильно. У них есть ребёнок.

— Она всегда будет твоей матерью, но моей женой она больше не является. Здесь я теперь лишний, Лейни, — тихо сказал Клинт.

— Я дам тебе денег, чтобы ты купила хороший подарок, но он будет только от тебя. Нет, я не хочу ехать с тобой. Я буду вести себя с ней вежливо. Она всё-таки твоя мать. Но не более того. Я не собираюсь становиться её другом. И уж тем более не собираюсь дружить с ним. Твой брат... точнее, сводный брат, никак со мной не связан. Он для меня ничего не значит.

Лейни прекрасно поняла, что хотел сказать отец. Как показалось Клинту, её улыбка сменилась бесконечно печальным выражением лица.

***

Клинт допил третий бокал ржаного виски “Angel’s Envy”, заканчивая свой рассказ. Молодой бармен держал бутылку под рукой и тут же налил ему ещё.

— За счёт заведения. История что надо. Теперь я понимаю, почему ты не хочешь иметь с ней ничего общего. Уверен, все вокруг тебя достают, потому что считают, будто всё дело в твоём «ущемлённом мужском самолюбии». Но я-то тебя понимаю. Она вырезада тебе сердце ржавым зазубренным ножом, — сказал бармен. — Какая же стерва.

***

После рождения сына Алия и её партнёр стали устраивать семейные рождественские праздники и каждый раз приглашали Клинта, но он ни разу не пришёл. Приглашали и мать Клинта, однако она тоже отказывалась. Алии она объяснила, что, хоть и хотела бы прийти, сочла бы это неуважением к собственному сыну.

— Да он уже взрослый мужчина, мама, — сказала Алия своей бывшей свекрови. — То, что он хочет дуться, не значит, что и тебе нужно лишать себя праздника. Лейни придёт. Ты ведь сможешь с ней повидаться.

— Даже не вздумай больше говорить такое, милочка, — отчеканила Софи Хендрикс. — Клинт и так больше года терпел от тебя всякую дрянь. Могу тебе сказать: будь мой бывший муж жив, он бы ни за что такого не допустил, даже если бы у тебя была амнезия. Ты просто сняла обручальное кольцо и стала изображать свободную женщину. Мой муж бы мне такого наговорил, что мало не показалось бы, если бы я попыталась вот так уйти из дома. Но, видимо, мы принадлежим к другому поколению. Некоторые, наверное, похвалили бы Клинта за то, что он такой «прогрессивный» мужчина, но мой Том к их числу точно не относился бы.

Спустя несколько лет Клинту наконец довелось встретиться с Иэном — это произошло на выпускном Лейни в колледже. Перед началом церемонии к Клинту подошёл спутник Алии, представился и протянул руку. Клинт посмотрел на неё так, словно она была радиоактивной, и даже не подумал ответить на рукопожатие.

— Я хочу, чтобы вы знали: когда у меня с Алией всё началось, я несколько недель даже не подозревал, что она замужем. А когда узнал, Алия всё мне объяснила, и стало ясно, что между вами уже ничего нет, — сказал Иэн.

— Угу. Конечно. Возможно, ты и говоришь правду. Но то, что ты не дождался нашего развода, в моих глазах тебе очков не добавляет. Теперь она твоя. Можно сказать, ты получил её благодаря формальной лазейке. Но если хоть раз причинишь ей боль, я тебе нос сломаю. Ты меня понял? — произнёс Клинт.

В следующий раз Клинт и Алия оказались в одном месте лишь два года спустя — на свадьбе Лейни. Дочь привлекла мать к организации торжества, а Клинт с удовольствием взял на себя отцовские обязанности и оплатил расходы.

После развода Клинт встречался с женщинами от случая к случаю, но в такой важный для дочери день он не собирался выглядеть жалким одиночкой. Когда-то он неплохо танцевал, и за полгода до свадьбы записался в танцевальную студию. Он намеревался провести большую часть вечера на танцполе, приглашая как можно больше незамужних женщин, а может, и парочку замужних.

Клинт всегда следил за собой, но после развода, а затем и отъезда Лейни в колледж стал уделять спортзалу ещё больше времени. Танцевальные занятия тоже помогли избавиться от лишнего жира. В свои пятьдесят два он выглядел так, словно был на десять лет моложе. На свадьбе он не упустил случая продемонстрировать свою форму, появившись в элегантном тёмно-синем костюме итальянского кроя с едва заметной тонкой полоской.

Когда перед свадебной церемонией Клинт заглянул в комнату, где невеста готовилась к выходу, там раздалось дружное восхищённое «О-о-о!». Лейни гордилась тем, как эффектно выглядит её отец, и, судя по всему, подружки невесты были с ней полностью согласны.

— Чёрт, Лейни, твой папа... просто... настоящий красавчик! — воскликнула Лиза Брэдли, подруга Лейни ещё с детства. — Я раздобуду его номер и дам маме. Она тоже разведена. По-моему, они отлично подошли бы друг другу.

Несколько девушек одобрительно заговорили, соглашаясь с Лизой. Алия тоже находилась в комнате и помогала дочери собраться. Она промолчала, хотя и сама считала бывшего мужа весьма привлекательным мужчиной.

Клинт очень гордился дочерью и одобрял её выбор. Молодой человек, за которого она выходила замуж, ему нравился. С его родителями Клинт уже дважды встречался, и они были в курсе необычной истории брака и развода родителей невесты.

Клинт посоветовал дочери освежить в памяти фокстрот — именно под него им предстояло танцевать танец отца и дочери. Он заранее договорился с музыкантами, чтобы первую половину танца они играли быстрый фокстрот, а затем незаметно перешли на современную композицию. Лейни с удовольствием следила за тем, как уверенно отец ведёт её в фокстроте, и на мгновение растерялась, когда музыка внезапно сменилась.

— Ну же, малышка, не отставай! — подзадорил её отец, отпуская дочь и начиная двигаться в ритме новой мелодии.

Лейни замешкалась ещё на секунду, но затем широко улыбнулась и поймала новый ритм.

— Попался, пап! — рассмеялась она. — Когда ты успел научиться так танцевать?

— Это всё ради тебя, детка. Ну, может, ещё и немного ради себя, — ответил Клинт.

Большую часть свадебного вечера Клинт переходил от одного столика к другому, общаясь с гостями, если в этот момент не был на танцполе. Он постарался хотя бы раз станцевать с каждой незамужней женщиной из семьи жениха. Даже мать жениха не осталась без приглашения: прежде чем подойти к ней, Клинт предусмотрительно спросил разрешения у её мужа. Семья Спенсера Нэрона осталась под большим впечатлением от этого дня и от Клинта в частности.

— Он даже тётушку Милли вытащил танцевать! Ей ведь лет девяносто. Последние пятнадцать лет я не видел, чтобы она хоть куда-нибудь передвигалась без ходунков. А тут она полностью доверилась твоему отцу, была уверена, что он её удержит. Ты видела, какая счастливая у неё была улыбка? — поделился Спенсер со своей новоиспечённой женой.

— Сегодня вечером я уже не раз видела такие улыбки на женских лицах, — ответила Лейни. — Кажется, я никогда ещё не видела отца таким... обаятельным.

Лейни заметила, что за весь вечер Клинт так ни разу и не пригласил потанцевать её мать, и поделилась этим наблюдением с мужем.

— Не надо сегодня об этом, Лейни. Свадьба удалась. Думаю, почти все прекрасно проводят время. К тому же твоя мама не одна, с ней здесь твой отчим. Они уже несколько раз выходили вместе на танцпол, — заметил Спенсер.

— Да, но... — начала было Лейни.

— Оставь это на сегодня, милая, и я щедро тебя за это вознагражу чуть позже, — сказал Клинт.

Алия не могла не заметить, что Клинт ни разу не пригласил её на танец.

Через две недели после свадьбы Клинту позвонила женщина. Обычно он не отвечал на звонки с незнакомых номеров, но на этот раз увидел, что номер местный.

— Хендрикс, — отозвался он.

— Клинт? Пожалуйста, не бросайте трубку. Вы, наверное, не узнаёте меня. Я мама “Худышки Лизы”, — скороговоркой выпалила Тоня Стэнли.

— А, здравствуйте! Я ведь видел вашу дочь на свадьбе моей дочери пару недель назад, — ответил Клинт.

— Именно поэтому я и звоню, — пояснила женщина. — Лиза сказала, что мне нужно вам позвонить... и пригласить вас на свидание. Сейчас ведь двадцать первый век. Женщины тоже могут приглашать мужчин на свидания... Так что вы не против?

Клинт тихо рассмеялся. Он вспомнил, как “Худышка Лиза” обещала дать его номер своей матери. Тогда он решил, что девчонка просто шутит. Но, похоже, она говорила совершенно серьёзно.

Клинт попытался припомнить, как выглядела Тоня Стэнли. В памяти всплыли длинные русые волосы, зелёные глаза, миловидное лицо и... стройная фигура. Наверное, вот в кого пошла её дочь, подумал он.

— И что вы предлагаете? И когда? — спросил он.

На другом конце провода женщина запнулась, затем собралась с духом и предприняла вторую попытку.

— По пятницам в «Фрейзерс» играет живая группа, исполняющая классический рок. Как насчёт того, чтобы в эту пятницу сначала легко поужинать в «Бигелоу-Барн», а потом, может быть, сходить в «Фрейзерс» потанцевать? Лиза сказала, что вы хорошо танцуете, — произнесла она.

— Звучит заманчиво. Договорились. Вы всё ещё живёте на Третьей улице? Может, я заеду за вами около шести, и поедем ужинать?

Тоня почувствовала себя четырнадцатилетней девчонкой. В животе порхали бабочки.

— Тогда договорились, — ответила она. — До встречи в пятницу.

***

Оба остались довольны свиданием. Клинт про себя отметил, что Тоня все эти годы прекрасно следила за собой. Первую часть вечера они посвятили воспоминаниям о прежних временах, когда их дочери ещё учились в старших классах. Тоня также рассказала ему о двух своих предыдущих браках. Первый распался из-за того, что отец Лизы был заядлым изменщиком, а второй — потому, что Тоня не желала больше терпеть побои.

О своем разводе Клинту рассказывать не пришлось. История о том, как Алия потеряла память, а затем ушла от мужа, много лет назад стала в городе одной из тех историй, которые пересказывали снова и снова.

— Да, когда-то мы были, можно сказать, подругами. Так продолжалось до самой аварии. После неё Алия меня толком не помнила, а когда снова начала появляться среди людей, похоже, уже не захотела восстанавливать отношения ни с кем из прежней жизни. Все мы очень переживали, когда узнали, что с тобой и Лейни она поступила точно так же. Но Лейни рассказывала Лизе, что после рождения сына к ней постепенно вернулась большая часть утраченных воспоминаний. Тогда они с Лейни смогли снова наладить отношения, — сказала Тоня.

— Да, она и со мной хотела всё восстановить, но слишком многое осталось в прошлом, и я не смог на это пойти. Она замужем за другим мужчиной, у них есть общий ребёнок... Я много лет любил эту женщину. Но, когда она уходила, она дала мне понять, что я для неё никто. Поэтому я сказал ей, что на этом мы и поставим точку.

С каждым месяцем отношения Клинта и Тони становились всё крепче. Особенно радовалась Лиза: похоже, её мать наконец встретила мужчину, который действительно её достоин.

— Мы могли бы стать сводными сёстрами! — радостно заявила она Лейни одним из первых осенних вечеров, когда та вместе со Спенсером присоединилась к Клинту, Тоне и Лизе на семейном барбекю в честь воскресного футбольного матча.

На самом деле Клинт уже подумывал о том, чтобы предложить Тоне стать второй миссис Клинт Хендрикс. Но тут...

Последние десять дней Клинт чувствовал, что в их отношениях с Тоней что-то пошло не так. За десять месяцев, что они встречались, Тоня всего дважды отказывалась от его приглашений. И вот теперь она сделала это второй раз меньше чем за две недели. Оба объяснения казались ему весьма сомнительными. Обычно Тоня не задерживалась на работе, но на прошлой неделе именно этим и объяснила свой отказ. А на этой, долго запинаясь и что-то невнятно бормоча, сообщила, что обещала научить одну знакомую вязать крючком. Вязание крючком действительно было одним из увлечений Тони, но чтобы ради этого отказаться от свидания с Клинтом? Он ведь не вчера родился. В его жизни явно что-то пошло не так.

Поразмыслив пару дней, Клинт позвонил дочери в надежде, что та, возможно, что-нибудь слышала от Лизы. Лиза никогда не скрывала, как счастлива оттого, что её мать встречается с Клинтом. Поэтому, если Тоня поделилась с ней какими-то переживаниями, скорее всего, Лейни уже обо всём знала.

— Нет, пап, она ничего не говорила. Так что, если что-то и происходит, Тоня держит всё в строжайшем секрете, — ответила Лейни. — Думаю, Лиза была бы просто вне себя, если бы Тоня хоть что-нибудь ей рассказала. Ты ведь не думаешь, что у неё появился кто-то другой?

Клинт закашлялся, а затем несколько секунд не мог отдышаться.

— Господи, надеюсь, что нет. Если это так, между нами всё кончено. Я уже купил кольцо и собирался...

— Не делай поспешных выводов, пап. Я знаю, что Тоня очень к тебе привязана, и просто не представляю её женщиной, которая могла бы так с тобой поступить, — сказала Лейни. — Думаю, тебе нужно просто спросить её напрямую. Не ходи вокруг да около. Просто спроси.

Клинт вынужден был признать, что совет дочери оказался дельным. Несколько минут спустя он уже стоял перед дверью Тони.

— Сейчас я буду с тобой совершенно откровенен, “Худышка”. Мне нужно понять, что происходит в последние несколько дней. У тебя кто-то появился? — спросил Клинт, когда Тоня открыла дверь.

(Примечание переводчика: в оригинале Клинт обращается к Тони – “Thin Mint”. “Thin Mint” — популярное американское печенье с тонким слоем шоколада и мятным вкусом, которое продают девочки-скауты. Название буквально означает «тонкие мятные печенья». Клинт обыгрывает слово thin («худенькая», «тощая»), поскольку Тоня и её дочь Лиза довольно стройные. Судя по всему, это их шутливое прозвище, связанное с худобой.)

Тоня опустила глаза. Клинт услышал, как она шмыгнула носом.

— Я не хочу мешать вам с бывшей женой, — едва слышно произнесла женщина. — Лиза слышала, как твоя бывшая сказала дочери, что Иэн ушёл, а значит, теперь ничто не мешает ей вернуть тебя. Она сказала, что знает: ты всё ещё её любишь, и она тоже тебя любит. Так что теперь, когда Иэна нет... ну, сам понимаешь. Я решила, что лучше отойти в сторону, чтобы вы с Ли могли снова быть вместе.

Клинт тихо зарычал.

— Очень благородно с твоей стороны, но... тебе не кажется... разве никто не подумал, что, может быть, стоило сначала спросить меня? — негромко произнёс он. — Я впервые об этом слышу.

Несколько секунд Клинт молча смотрел в пол. Он понимал, что в словах бывшей жены была доля правды, но сейчас ему нужно было объяснить Тоне, как обстоят дела на самом деле.

— Наверное, в каком-то смысле я всегда буду любить Ли. Она была моей первой

настоящей любовью, мы прожили в браке четырнадцать лет. Но когда она вот так всё закончила, она разбила мне сердце... И мне понадобилось немало времени, чтобы залечить эту рану. Частичка моего сердца всегда будет принадлежать ей, но уже несколько лет я не влюблён в неё.

— А вот в тебя, моя дурочка, я как раз влюблён. Может, если ты хоть на пару минут перестанешь проявлять своё благородство, то согласишься надеть это кольцо на третий палец своей левой руки.

Тоня наконец подняла глаза и посмотрела на Клинта. В тот самый момент он протянул ей знакомую бархатную коробочку с кольцом. Её глаза в одно мгновение из заплаканных превратились в сияющие от счастья.

— Ты влюблён в меня... в меня... в такую худышку? Серьёзно? Ты хочешь на мне жениться? — спросила женщина потрясённым голосом.

Клинт забрал коробочку из дрожащих рук Тони. Достал кольцо, поднёс к её лицу, а затем осторожно надел на безымянный палец.

— Да, я влюблён именно в тебя. И раз уж кольцо так хорошо смотрится на твоём пальце, буду считать, что это согласие, — заметил Клинт.

Тоня бросилась ему на шею, обхватила руками за затылок и обвила ногами его бёдра.

— Да! Ещё бы! — вскрикнула она, а в следующую секунду разрыдалась от счастья. Так они и стояли посреди комнаты, обнявшись.

Они слились в страстном поцелуе. Тоня вцепилась в Клинта, словно маленькая обезьянка, и он, неся её на себе, направился в спальню. Там он осторожно опустил её на кровать. Клинт успел расстегнуть две пуговицы на рубашке, но Тоня оттолкнула его руки и сама принялась расстёгивать остальные.

— Ты ведь понимаешь, что передумать уже нельзя? — прошептала Тоня, разглядывая кольцо. Они лежали рядом в её постели. — Я никогда не сниму его с пальца, пока жива.

— Другого ответа я и не ждал, — так же тихо ответил Клинт.

Позже тем же вечером Тоня позвонила дочери, чтобы сообщить о помолвке. Она включила громкую связь, поэтому Клинт тоже услышал, как обе женщины пронзительно завизжали — так высоко, что, пожалуй, только собаки могли оценить этот звук по достоинству.

— Подожди, что случилось? Я думала, мама Лейни собирается вернуться к мистеру Хендриксу, — сказала Лиза.

— Это был её план, а не мой, — вмешался Клинт. — И кстати, с этого дня зови меня просто Клинт, а не мистер Хендрикс.

— А можно папой? Или папочкой? — спросила Лиза.

Клинт не мог видеть её лица, но широко улыбнулся.

— Конечно! Хоть так, хоть так. Мне подходят оба варианта.

Два дня спустя Клинту позвонила бывшая жена. Такое случалось крайне редко. Она хотела встретиться, чтобы “поговорить”. Клинт и без того догадывался, о чём пойдёт речь, но решил, что лучше обсудить всё при личной встрече. Он согласился увидеться с ней на следующий вечер в тихом баре.

За все годы знакомства с Алией лишь несколько раз случалось, чтобы она пришла раньше него. На этот раз она уже сидела в дальнем углу за столиком и потягивала вино, когда Клинт вошёл. Он помахал бывшей жене и направился к бару, чтобы заказать бокал коньяка. Он заранее решил, какой алкоголь лучше всего подойдёт к разговору, который, как он подозревал, их ожидал.

Разговор начался не сразу: Алия никак не могла подобрать слова, чтобы сообщить Клинту, что она с её вторым мужчиной больше не вместе. Он сделал вид, что ничего об этом не знает, а затем изобразил сочувствие к бывшей жене. Но его притворную реакцию Алия раскусила. Клинту пришлось признать, что она права: ему ничуть не жаль, что её муженёк-козёл наконец исчез из её жизни.

— Мы ведь с ним не были женаты, Клинт... — начала она, но он перебил её.

— Вы прожили вместе больше десяти лет. Это как минимум фактический брак. В зависимости от ваших доходов ты, возможно, сможешь рассчитывать на какие-то алименты, но уж на содержание мальчишки точно подавай, — сказал Клинт.

Алия печально улыбнулась. Клинт всегда называл её сына “мальчишкой”, словно нарочно отказываясь признавать его существование.

— Так и сделаю. Спасибо, что тебе не всё равно и ты напомнил об этом. Но я хотела поговорить с тобой совсем о другом... О нас, — сказала она. — Как я тебе говорила, когда ко мне вернулась память, я вспомнила, что между нами было. Вспомнила, что ты любил меня, а я любила тебя. И с тех пор, как всё вспомнила, я ни на минуту не переставала тебя любить. То есть я любила вас обоих, но мой сын был ещё совсем маленьким, и тогда ему нужно было моё присутствие гораздо больше, чем Лейни. И я знаю... знаю, что ты всё ещё меня любишь.

— Раз Иэна больше нет, почему бы нам снова не быть вместе? В конце концов, я вовсе не настаиваю, чтобы мы опять поженились. Но почему бы нам не стать семьёй, как прежде? Ты, я и мой сын.

Клинт пристально посмотрел на женщину.

— Конечно. Да без проблем. Почему бы и нет? — насмешливо отозвался он, заметив, как просияло лицо Алии.

— Нет. Даже не надейся, — тут же добавил Клинт. — За кого ты меня принимаешь? За полного идиота?

— Я понимаю, что, когда ты ушла от нас с Лэйни, ты была сама не своя. Но ведь ты так и не попыталась по-настоящему узнать нас. Потом ты влюбилась в другого мужчину. И, по крайней мере, продолжала любить его даже после того, как узнала, кем я тебе прихожусь. И это хорошо. Потому что после твоего ухода... ты забрала с собой всё, что у нас было. У тебя осталась семья, а у нас с Лэйни... ничего. Меня хотя бы утешало сознание, что ты знаешь о моей любви к тебе. Но раз это ничего не меняло, я решил жить дальше.

— Я... я на днях сделал предложение. Скоро женюсь. Я люблю её. Так же, как когда-то любил тебя.

Клинт заметил, как в глазах Алии заблестели слёзы. Он вспомнил, что когда-то такой взгляд заставил бы его заключить её в объятия. Потом наступило время, когда он испытал бы удовлетворение, увидев её слёзы, — ему хотелось отомстить. Но теперь ему было просто грустно.

Могла ли Алия постараться больше? Конечно. Но он понимал, что всё равно не смог бы возложить вину на неё одну. Во всяком случае, не в основном. Тогда всё сложилось просто неудачно — одно за другим происходили события, которые привели к этому. Но теперь он не собирался пытаться вернуть прежнюю жизнь лишь для того, чтобы помочь Ли исправить ошибку прошлого.

— У нас был прекрасный брак. Мы можем снова быть счастливы вместе. Твоя невеста ведь очень понимающая. Наверное, она не будет против, если немного отойдёт в сторону...

— Вообще-то, она была бы не против. Она даже пыталась уступить мне, когда узнала о твоих планах насчёт нашего будущего. Но я этого не хочу. Мне нужна она. И я ей тоже нужен, — ответил Клинт.

— Но... я тоже хочу быть с тобой. Ведь когда-то между нами было что-то настоящее, — сказала Алия.

— Когда-то... Знаешь, именно так начинаются сказки. Но это не сказка, Ли. Это моя жизнь...

— Нет, речь идёт о нашей жизни, — перебила Алия. — И дело не только в тебе.

— А когда ты ушла... тогда ты тоже думала о нашей общей жизни? Нет. Ты думала только о себе и ни о ком больше. У тебя были муж и ребёнок, но мы оказались для тебя не так важны, как... ты сама. Не пытайся переложить на меня ответственность за случившееся, Ли, — твёрдо сказал Клинт.

— Я не виню тебя в той аварии. Но за многое из того, что произошло после неё, отвечаешь именно ты. Признай это. Я не желаю тебе и ребёнку ничего плохого, но и участвовать в вашей жизни каким бы то ни было образом не собираюсь.

Клинт допил коньяк, смакуя последний глоток, и поставил бокал на стол.

— Кстати, сегодня ты прекрасно выглядишь. Может, пересядешь за столик, где тебя все смогут заметить? Кто знает, вдруг там окажется твой третий мистер Совершенство.

Клинт невольно восхитился тем, что Алия сумела сдержать слёзы. Он поднялся и вышел из ресторана. Убедившись, что Клинт уже ушёл, Алия действительно пересела за более заметный столик.

Клинт ничуть не удивился, когда позже тем же вечером ему позвонила дочь.

— Как бы там ни было, пап, я считаю, что ты поступил правильно — по крайней мере, для себя. Думаю, дальше Тоня станет именно той женщиной, которая тебе нужна и с которой ты хочешь быть. Мама всегда больше думала о себе, чем о других. А после аварии, мне кажется, это стало ещё заметнее. Тоня совсем другая.

— Я знала, что мама попытается тебя вернуть, но решила не вмешиваться. Не собиралась становиться между вами. Как её дочь, мне нужно было от неё одно, а тебе, как её мужу, нужно было совсем другое. Мне жаль, что у вас ничего не получилось, но ты в этом не виноват. Впрочем, и мама не во всём виновата. Но кое за что она определённо должна отвечать.

— Кстати, мама немного злится на меня за то, что я не стала за неё заступаться. Я сказала ей то же самое, что сейчас говорю тебе.

Через шесть месяцев Клинт и Тоня поженились на скромной церемонии. Лиза была подружкой невесты со стороны матери и, пожалуй, радовалась этому событию больше всех, уступая только самим молодожёнам.

Тоня предупреждала Клинта, что, по её мнению, дочери не хватало заботливого участия и твёрдой мужской руки. Ведь родной отец практически исчез из её жизни после развода с матерью. Клинт ответил, что готов принять этот вызов. И действительно, между ним и Лизой со временем возникла крепкая привязанность.

Через два года Клинт не только оплатил свадьбу Лизы, но и повёл её к алтарю. Он плакал ничуть не меньше, чем несколько лет назад, когда провожал к алтарю Лэйни. И, конечно, пригрозил жениху Лизы расправой, если тот когда-нибудь причинит ей боль, — точно так же, как прежде угрожал жениху Лэйни перед её свадьбой.

— Пап, ты что творишь? Нельзя же так угрожать моему жениху! — возмутилась Лиза, услышав разговор Клинта с будущим мужем.

— Ещё как можно. Я просто соблюдаю справедливость. Жениху Лэйни я пригрозил, значит, и твоему должен, — объяснил Клинт. — Ты ведь тоже моя дочь, правда?

Лиза услышала эти слова и поняла, что за ними стояло. Не выдержав, она разрыдалась и крепко-крепко обняла Клинта.

— Спасибо, папочка, — прошептала она.

Конструктивная критика моего перевода (именно перевода) воспринимается спокойно.

Обсуждение сюжета рассказа также приветствуется. Я понимаю, что я всего лишь переводчик. Но никак не АВТОР и даже не СОАВТОР этого рассказа.))

Напоминаю, что в данной категории рассказов "Перевод" оценка ставится в большей степени именно за перевод.))

По старой традиции приглашаю всех заинтересованных в мой канал на Boosty (https://boosty.to/crazy_wolf)

В своем канале на Boosty (https://boosty.to/crazy_wolf) я создал навигацию по библиотеке рассказов CrazyWolf.

В закрепленном посте (открыт для всех) есть теперь информация о всех циклах моих рассказов со статусами (Завершен/Продолжается/В стадии написания/В планах). Чтобы было удобно читать, каждый цикл оформлен отдельно (в навигации Библиотеки имеется ссылка на цикл) и содержит собственное оглавление с порядком глав.

Каждый месяц в моем канале публикуется 5-6 новых рассказов (часть из них в открытом доступе).

Также сообщаю, что пишу рассказы на заказ. Заинтересованных прошу в личку. Возможно соавторство (было бы интересно попробовать)