Он доел завтрак под пристальными взглядами женщин, чувствуя, как под тонким шелком халата его тело снова начинает отзываться на их присутствие. Было что-то порочное в этой спокойной, почти семейной обстановке, когда все знали, что произошло и что будет дальше.

– Идём к бассейну, – объявила Лика, вставая и отодвигая стул. Её платье, короткое и яркое, приподнялось, открывая на мгновение голые, загорелые бедра. – Солнце уже вовсю палит. Нам нужно, чтобы наш ученик расслабился перед основными занятиями.

Они двинулись через гостиную к раздвижным стеклянным дверям, ведущим к просторной террасе и бассейну. Вода в нём сверкала бирюзой под утренним солнцем. Шезлонги стояли пустые, рядом на низком столике уже были расставлены бутылки с водой, солнцезащитные кремы и полотенца.

– Снимай, – мягко, но не терпя возражений, сказала Вика, остановившись у края воды.

Илья, не глядя на них, развязал пояс халата и скинул его. Он стоял обнажённый перед пятью женщинами, чувствуя, как утренний ветерок ласкает его кожу. Его член, полувозбуждённый, покачивался между бёдер. Он ждал насмешек или комментариев, но их не последовало. Взгляды были деловыми, оценивающими, как будто осматривали инструмент перед работой.

– В воду, – приказала Ольга. – Плавай немного, разгони кровь.

Он вошёл в прохладную воду, которая мгновенно освежила его разгорячённое тело. Он поплыл кролем от одного края бассейна к другому, стараясь сосредоточиться на движениях, а не на том, что происходит на бортике. Когда он перевернулся на спину, чтобы поплыть обратно, то увидел, что женщины медленно раздеваются.

Первой сбросила платье Лика. Она стояла в полный рост, позволив солнцу озарить её пышные формы. Затем она сняла и нижнее бельё, которого под платьем, как и предполагал Илья, не было. Её большая грудь с тёмными сосками гордо возвышалась над водой. Вика последовала её примеру, её тело, более стройное, но не менее соблазнительное, изгибалось в лучах света. Ольга сделала это медленнее, с какой-то матерней торжественностью, её взгляд всё время был прикован к сыну в воде. Наконец, обнажились и близняшки, их юные, упругие тела казались высеченными из мрамора.

Они вошли в воду не спеша, словно совершая ритуал. Лика сразу поплыла к нему, её движения были плавными и грациозными. Она приблизилась почти вплотную.

– Расслабься, – сказала она, и её руки под водой обхватили его плечи. – Ты слишком зажат.

Она начала массировать его плечи и шею, её пальцы сильные и умелые впивались в напряжённые мышцы. Илья закрыл глаза, позволив теплу воды и её прикосновениям окутать себя. Затем он почувствовал другие руки на своих бёдрах – это была Вика. Она встала сзади, прижимаясь к нему всем телом, её грудь упёрлась в его спину, а руки скользнули по его животу вниз, к паху.

– Отличная физическая форма, – прошептала она ему на ухо, её губы коснулись мочки. – Мускулы чувствуются. Но главная мышца... – её пальцы обхватили его член под водой, который уже начал набухать от прикосновений, –. ..требует отдельной тренировки.

Тем временем Ольга и близняшки устроились на мелкой части бассейна, у самого бортика. Аня и Яна сели по обе стороны от матери, положив головы ей на плечи, а их руки под водой явно были заняты чем-то, судя по томному выражению лица Ольги.

Лика, продолжая массировать его плечи, приблизила своё лицо и поцеловала его. Поцелуй был долгим, влажным, её язык немедленно потребовал доступа. Илья ответил, его руки сами обхватили её мокрую спину, скользнули вниз, к упругим полушариям её ягодиц. Он сжал их, и она тихо застонала ему в рот.

Вика, чувствуя, как он возбуждается, ускорила движения руки на его члене. Под водой её ладонь скользила легко, почти фрикционно, смазанная самой водой и его предсеменем.

– Он любит воду, – насмешливо заметила Вика, – но скоро ему понадобится другая влага.

– Достаточно, – раздался спокойный голос Ольги. – Вытаскивайте его. Пора переходить к массажу.

Руки отпустили его. Илья, тяжело дыша, открыл глаза. Лика и Вика отплыли на шаг, их лица были расплывшимися от начинающегося возбуждения. Они вышли из воды первыми, их тела струились влагой, и капли, скатываясь с изгибов, казались драгоценными камнями на загорелой коже.

Илья последовал за ними. На него тут же накинули большое пушистое полотенце и грубо вытерли, движения были быстрыми и без особой нежности, как вытирают ценного, но принадлежащего тебе питомца.

– На шезлонг, животом вниз, – указала Лика.

Он лёг на мягкое полотно шезлонга, лицом вниз. Солнце пригревало его спину. Он услышал, как открывается бутылочка, и через мгновение на его кожу полилось прохладное ароматное масло.

Первыми начали руки Ани и Яны. Они стали наносить масло на его спину, втирая его длинными, плавными движениями от плеч к пояснице. Их прикосновения были лёгкими, почти нежными, но затем к ним присоединились взрослые женщины. Лика села верхом на его бёдра, её вес придавил его к шезлонгу, а её руки, сильные и уверенные, принялись разминать его ягодицы и нижнюю часть спины, граничащую с копчиком. Вика устроилась у его головы и начала массировать виски и шею, а Ольга просто стояла рядом, наблюдая, одна рука лежала на влажной вульве одной из близняшек, которая стояла, прислонившись к ней.

Массаж быстро перестал быть расслабляющим. Руки Лики всё чаще смещались к внутренней стороне его бёдер, к самой промежности. Её пальцы скользили так близко к его яйцам, что он вздрагивал каждый раз. Аня и Яна, закончив со спиной, опустились на колени по бокам и начали массировать его икры и стопы, но одна из них – он не видел, какая – взяла его руку и направила её к своей киске, заставляя его пальцы скользить по мокрым, горячим складкам.

– Теперь перевернись, – скомандовала Ольга.

Его перевернули. Он лежал на спине, его член, полностью возбуждённый от всех прикосновений, стоял колом, капая смазкой на живот. Солнце било прямо в лицо, и он зажмурился.

Тень упала на него. Это была Лика. Она стояла над ним, одна нога по каждую сторону от его таза, её киска, пышная и тёмная, находилась прямо над его лицом.

– Первое упражнение на свежем воздухе, – объявила она, и её голос дрожал от желания. – Я хочу кончить от твоего языка. Но не просто так. Вика будет контролировать процесс.

Вика опустилась рядом, на корточки, её лицо оказалось на одном уровне с его пахом. Она взяла его член в руку и тут же взяла в рот, глубоко и влажно. Илья застонал.

В то же время Лика опустилась на корточки над его лицом, её половые губы коснулись его губ. – Работай, племянник, – прошипела она.

Илья, уже не думая, впился в неё ртом. Его язык немедленно нашел её клитор и начал быстрые, вибрирующие движения. Лика взвыла и схватилась обеими руками за спинку шезлонга по бокам от его головы. Её бёдра начали двигаться, подставляя себя под его язык.

Вика в это время отсасывала его с дикой энергией, одна её рука ласкала его яйца, а другая задрала собственное платье, и Илья боковым зрением видел, как пальцы её другой руки яростно трут её клитор. Звуки стояли непристойные: чавканье, хлюпанье, прерывистые стоны и сдавленные рыки Вики, чьи щёки втягивались, высасывая из него душу.

Ольга наблюдала, стоя в ногах шезлонга, и её руки ласкали груди близняшек, которые прижимались к ней по бокам, целуя её шею и плечи.

Илья чувствовал, как Лика приближается к пику. Её движения стали резкими, её киска залила его рот горячими струями сока, её крик пронзил утренний воздух. В тот же момент Вика, доведённая до предела и своей собственной стимуляцией, и сосанием, с громким стоном кончила, её тело содрогнулось, а её пальцы вцепились в его бёдра.

Но они не остановились.

– Продолжайте, – холодно сказала Ольга. – Он не кончил. Его очередь – позже.

Измученная оргазмом Лика отползла, её место над его лицом тут же заняла Аня. Её юная, аккуратная киска пахла иначе – свежее, но не менее возбуждающе. – Теперь меня, кузен, – прошептала она, опускаясь на него.

Вика, всё ещё дрожащая, сменила технику. Она перестала глубоко брать его в рот и сосредоточилась на головке, быстро водя языком по уздечке и венчику, её пальцы снова задвигались у себя между ног.

Илья, уже почти не контролируя себя, уткнулся лицом в Аню. Его язык, усталый, но возбуждённый новой задачей, работал на износ. Он чувствовал, как её тело зажимается, как она задерживает дыхание, а затем срывается в визгливый, юный оргазм, обливая его подбородок своими сладкими выделениями.

Едва Аня отползла, её место заняла Яна. Затем снова Лика, уже немного пришедшая в себя. Женщины менялись над его лицом, как в каком-то извращённом конвейере, требуя от него всё новых и новых усилий. Его челюсти ныли, язык горел, но каждая новая порция женского сока на его губах, каждый новый вкус и аромат подстёгивали его, заставляли продолжать.

Наконец, когда на его лицо в который раз опустилась Вика, Илья почувствовал, что сам находится на грани. Его член, который Вика всё это время не отпускала изо рта и руки, пульсировал, готовый к извержению.

– Он близок, – с хрипотцой сказала Вика, поднимая голову. Её губы и подбородок были вымазаны слюной и его смазкой.

– Хорошо, – сказала Ольга. Она подошла и мягко отстранила Вику. – Теперь моя очередь.

Мать встала над ним, одна нога по каждую сторону от его груди. Она была величественна в своей наготе. Затем она медленно опустилась, направляя свою влажную, широкую киску к его измученному рту.

– Сделай так, чтобы мама кончила, сынок, – сказала она, и её тон не оставлял сомнений, что это приказ.

Илья собрал последние силы. Он впился в неё с таким рвением, будто от этого зависела его жизнь. Его язык заковырялся глубоко в её влагалище, затем выскользнул и принялся яростно тереть её клитор. Он пил её, сосал её половые губы, вгонял в неё пальцы. Ольга застонала, её руки вцепились в его волосы, и она начала двигать бёдрами, контролируя ритм. Её стоны становились громче, переходя в рычание.

– Да... вот так... да, сынок... делай свою мать... ах!

Она кончила с громким, протяжным криком, её тело изогнулось, и потоки её сока хлынули ему в рот и на лицо. В этот же момент она протянула руку вниз, к его члену, обхватила его и, сделав всего несколько резких, мощных движений ладонью, довела его до края.

– Кончай! – крикнула она.

Илья взревел, его тело выгнулось в дугу. Сперма вырвалась из него могучими толчками, брызги летели на его живот, грудь, даже на подбородок Ольги, которая всё ещё сидела на его лице. Он бился в конвульсиях, пока последние капли не вытекли из него.

Наступила тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием. Ольга медленно поднялась с его лица, её внутренние бёдра были залиты смесью её соков и его слюны. Она посмотрела на него сверху вниз, её лицо было безмятежным и удовлетворённым.

– Неплохо, – произнесла она. – Но выносливость нужно тренировать. Ты кончил слишком быстро после того, как довёл меня. В идеале ты должен быть способен обслужить всех нас по кругу, не разряжаясь, пока не получишь прямую команду.

Илья лежал, не в силах пошевелиться. Его тело было полностью опустошено, разум пуст.

– Встань, – сказала Лика, протягивая руку. – Идём в дом. Там тебя ждёт... восстановительная процедура.

Его подняли, почти понесли. Он еле переставлял ноги. Они прошли через террасу обратно в дом, в затемнённую прохладную гостиную. Там, на огромном ковре, уже были разложены мягкие маты и подушки.

– Ложись, – сказала Вика.

Он рухнул на маты лицом вниз. Через мгновение он почувствовал на своей спине, ягодицах и ногах прохладную, скользкую субстанцию. Это был массажный крем с ментолом, он освежал и слегка жёг кожу. Руки — множество рук — принялись растирать его тело. Но это был не эротический массаж. Движения были профессиональными, глубокими, разминающими уставшие мышцы. Казалось, все четыре женщины — Ольга, Лика, Вика и даже близняшки — работали над ним одновременно, каждая на своём участке. Они молчали, сосредоточившись на работе.

Постепенно ощущение полного изнеможения стало отступать, смениваясь приятной истомой и расслаблением. Он почти начал засыпать

под этими умелыми руками, как вдруг прикосновения изменились. Глубокие разминающие движения сменились лёгкими, скользящими поглаживаниями. Пальцы стали задерживаться во впадинах поясницы, на внутренней стороне бёдер, у основания позвоночника. Запах ментола смешивался с ароматом женской кожи и возбуждения, которое, казалось, витало в воздухе комнаты.

– На спину, – мягко сказал голос Лики.

Его перевернули. Он лежал, раскинув руки, его член, полностью расслабленный после недавнего извержения, покоился на бедре. Женщины стояли вокруг него на коленях, их тела были так близко, что он чувствовал исходящее от них тепло. Ольга сидела у его головы, её пальцы вплетались в его волосы.

– Ты хорошо справился сегодня утром, – сказала мать, и в её голосе прозвучала редкая нота одобрения. – Но теперь наступает вторая часть обучения. Умение восстанавливаться быстро, черпать силы в женщинах, которые тебя окружают. И давать им то, что они хотят, даже когда твоё собственное тело устало.

Вика, сидевшая у его бёдер, наклонилась. В её руках был небольшой флакон с маслом. Она вылила немного ему на грудь и живот, тёплая жидкость растеклась по коже. Но вместо того чтобы растереть её руками, она легла на него сверху, прижавшись всем телом. Её упругие груди расплющились о его грудную клетку, а лобок упёрся в его мягкий член. Она начала медленно двигаться, скользя по нему, втирая масло в его кожу и одновременно покрывая себя его блеском.

– Чувствуй тепло, – прошептала она ему в губы. – Чувствуй, как моя энергия перетекает в тебя.

Илья закрыл глаза. Действительно, под её тяжёлым, тёплым телом его усталость будто растворялась, заменяясь новой, ленивой волной возбуждения. Его член начал медленно оживать под давлением её лобковой кости и скользких движений её тела.

Рядом легла Лика, прижавшись к его боковой стороне. Её рука легла поверх руки Вики, и они вместе двигались по его телу, их пальцы переплетались на его животе. Аня и Яна устроились у его ног, начав с лёгким нажимом массировать его стопы, но их прикосновения быстро стали слишком интимными – большие пальцы втирали масло между пальцами ног, скользили по подъёму, по щиколоткам.

– Открой рот, – сказала Ольга.

Он послушно открыл. Мать взяла с подноса рядом кусочек льда и положила ему на язык. Лёд был ароматизированным, с каким-то травяным вкусом. Пока он таял во рту, Ольга наклонилась и поцеловала его, забрав прохладную влагу себе. Поцелуй был долгим, исследующим.

Тем временем Вика сместилась чуть ниже, её лобок теперь давил на основание его члена, который уже наполовину возбудился. Она продолжала свои плавные, волнообразные движения, и Илья почувствовал, как её влажная щель, скользкая от масла и её собственного возбуждения, коснулась его ствола. Она не садилась на него, а лишь стирала о него, как будто случайно, но с каждым движением контакт становился всё более явным, более целенаправленным.

Лика, лежащая сбоку, опустила руку между его ног сзади и коснулась чувствительной кожи промежности, чуть ниже мошонки. Её пальцы надавили, помассировали, и по телу Ильи пробежала судорога наслаждения. Он вздохнул в рот матери.

– Видишь, – сказала Ольга, отрываясь от его губ. – Тело можно научить откликаться, даже когда оно истощено. Оно должно служить. Хочешь пить?

Он кивнул, горло пересохло. Ольга жестом подозвала Аню. Та встала и через мгновение вернулась с чашкой. Но это была не вода. Прозрачная, слегка тягучая жидкость пахла мёдом и чем-то ещё, сладковато-пряным. Аня поднесла чашку к его губам, и он сделал глоток. Напиток был тёплым, обволакивающим, он словно разлился по венам, даруя мгновенный прилив лёгкой эйфории.

– Это наш специальный тоник, – пояснила Вика, не прекращая своих эротических движений. Её киска теперь скользила по всей длине его члена, от основания до головки, смазывая его её соками и маслом. – Он помогает... сосредоточиться на главном.

Действительно, туман в голове стал рассеиваться, но не возвращалась ясность, а приходило какое-то обострённое, гипертрофированное восприятие ощущений. Каждое прикосновение пальцев Лики к его промежности, каждое движение бёдер Вики, каждый взгляд его матери – всё это проживалось с невероятной интенсивностью. Его член, теперь полностью твёрдый и чувствительный, болезненно пульсировал под ласками Вики.

– Хочешь войти в меня? – прошептала Вика, её губы коснулись его уха. – Или ты ещё слишком устал?

Вопрос был риторическим, провокационным. Илья замотал головой. «Нет».

– Тогда покажи, что ты можешь быть терпеливым, – сказала Ольга. – Вика, продолжай. Но не давай ему то, чего он хочет. Пусть учится сдерживаться, когда его стимулируют.

Вика с тихим смешком изменила положение. Она приподнялась на руках, так что контакт её половых губ с его членом стал тоньше, почти мимолётным. Она начала медленно раскачиваться над ним, позволяя головке лишь изредка касаться её влажного входа, но не впуская его внутрь. Это была пытка. Илья застонал, его бёдра сами потянулись навстречу, но сильные руки Ани и Яны, которые теперь держали его за лодыжки, не дали ему пошевелиться.

– Смотри на меня, – приказала Ольга. – Смотри в глаза матери и думай о чём-то отстранённом.

Илья попытался, но это было невозможно. Над ним извивалось соблазнительное тело тёти, её груди колыхались перед его лицом, а её запах, густой и пряный, заполнял лёгкие. Лика, лежащая рядом, провела рукой по его соскам, заставив их затвердеть, а затем опустила ладонь на его нижнюю часть живота, чуть выше лобка, и слегка надавила, как будто удерживая его семя внутри.

Так продолжалось несколько минут, которые показались вечностью. Илья трясся от напряжения, его член был багровым и готовым лопнуть, но ему не позволяли ни кончить, ни войти в желанную влажную плоть. Он научился сдерживать дыхание, переводить взгляд на потолок, но волны удовольствия от каждого касания были слишком сильными.

– Довольно, – наконец сказала Ольга. – Он выдержал. Теперь награда.

Вика, вся дрожащая от собственного возбуждения (Илья видел, как её пальцы всё это время яростно терли её клитор), наконец опустилась на него. Она не стала медлить. Влажный, горячий вход её влагалища разом поглотил его до самого основания. Оба они закричали – он от облегчения и наслаждения, она от долгожданного заполнения.

Она начала скакать на нём с бешеной энергией, словно компенсируя минуты вынужденного воздержания. Её тело шлёпало о его, мокрые звуки их соединения наполнили комнату. Лика, больше не сдерживаясь, прильнула к его губам, её язык был агрессивен и требователен. Аня и Яна отпустили его ноги и пристроились по бокам, лаская свои груди и целуясь друг с другом, их руки иногда тянулись к телу Вики или к его груди.

Ольга встала и отошла немного, наблюдая. Её лицо было строгим, но в глубине глаз горел тот же огонь. Она медленно провела рукой между своих ног, пальцы погрузились в собственную щель, и она застонала, глядя на то, как её сестра трахает её сына.

Илья, подгоняемый тоником и отчаянием предыдущих минут, чувствовал, как оргазм нарастает с пугающей скоростью. Он попытался сдержаться, вспомнив наказ матери, но Вика, почувствовав спазмы в его члене, лишь ускорилась и глубже садилась на него.

– Кончай! – крикнула она. – Кончай в тётю, племянник! Залей меня!

Её слова стали последним спусковым крючком. Илья взвыл, его тело выгнулось, и он выплеснул в неё мощный, обильный поток спермы. Вика, почувствовав горячие толчки внутри, дёрнулась и закричала, её собственный оргазм накрыл её с головой, и она обрушилась на его грудь, её внутренние мышцы ритмично сжимали его ещё пульсирующий член.

Они лежали, слипшиеся, тяжело дыша. Илья снова чувствовал себя опустошённым, но на этот раз истощение было другим – сладким, почти победоносным. Он смог сдержаться. Он выполнил приказ.

Первой пришла в себя Лика. Она отползла и встала, её тело блестело потом. Она подошла к Ольге и, не говоря ни слова, опустилась перед ней на колени. Ольга протянула руку и положила ладонь ей на голову, как бы благословляя.

– Теперь ты, сестра, – тихо сказала Ольга.

Лика кивнула и повернулась к Илье. Вика, с тихим стоном, выскользнула с него, и густая белая жидкость смешалась с её собственными выделениями и потекла по её внутренним бёдрам на мат. Она даже не попыталась остановить поток, позволяя всем видеть результат.

– Встань, – сказала Лика Илье.

Он попытался подняться, но ноги подкосились. Аня и Яна мгновенно оказались рядом, подхватили его под мышки и помогли встать.

– Теперь ты будешь делать то, что я скажу, – объявила Лика. Её голос был низким и властным. – Это упражнение на послушание и технику. Аня, Яна, подготовьте его.

Близняшки провели его в середину комнаты, где пространство было свободным. Затем Аня встала перед ним на колени и взяла его полувялый, но всё ещё влажный от спермы и соков Вики член в рот. Она не стала пытаться его возбудить, а просто очищала языком, лаская яйца. Яна встала сзади и прижалась к нему, её руки обвили его туловище, а губы принялись целовать его спину и шею.

– Он ещё слишком мягок для проникающего секса, – констатировала Лика, подходя. – Но есть другие способы доставить женщине удовольствие. Ложись на спину.

Его уложили. Лика встала над ним, ноги по обе стороны от его груди. Затем она медленно опустилась, но не на его член, а выше, усаживаясь своей полной, тяжёлой попкой ему на грудь, спиной к его лицу. Её анус и влажная щель оказались прямо перед его глазами.

– Аня, сядь ему на лицо, – скомандовала Лика. – Пусть работает языком, пока я контролирую процесс.

Аня, с готовностью улыбнувшись, перешагнула через его тело и опустилась своей юной киской ему на рот. В тот же момент Яна устроилась между его ног и взяла в рот его член, который уже начинал снова наливаться кровью под влиянием её ласк и невероятности происходящего.

Илья оказался в центре настоящего сексуального сэндвича. Его лицо было прижато к влажной вульве Ани, его грудь и живот были зажаты тяжёлыми ягодицами Лики, а его член был во рту у Яны. Вика, наблюдая, подошла и легла рядом, на бок, поддерживая голову рукой, и начала ласкать себя, глядя прямо в его глаза.

– Начинай, – сказала Лика, и её рука потянулась назад, к его паху. Её пальцы обхватили его мошонку, сжали её, затем скользнули ниже, к промежности, и надавили.

Илья, не видя ничего, кроме тёмного розового тоннеля перед лицом, высунул язык и начал лизать Аню. Он делал это почти автоматически, его мозг уже был перепрограммирован на эту задачу. Он искал клитор, находил его, кружил вокруг, затем погружался глубже во влагалище. Аня застонала и схватилась за бёдра Лики для опоры.

Лика тем временем руководила процессом, как дирижёр. Её пальцы, стимулируя его промежность, заставляли его таз непроизвольно дёргаться, что, в свою очередь, заставляло его язык работать активнее. Она также управляла движениями Яны, говоря ей: «Медленнее», «Теперь только головку», «Возьми глубже».

– Хорошо, – сказала Лика через некоторое время, её голос стал хриплым. – Аня, ты близка?

– Да-а-а, – выдохнула девушка, её бёдра дрожали.

– Тогда кончай. А ты, племянник, не останавливайся.

Илья удвоил усилия. Он втянул её клитор в рот и принялся сосать, одновременно быстро вибрируя языком. Аня взвизгнула, её тело затряслось, и потоки её сока хлынули ему в рот. Он жадно глотал, его руки обхватили её бёдра, удерживая её на месте, пока её оргазм сотрясал её.

Как только её конвульсии стихли, Лика скомандовала: «Перемена!».

Аня, шатаясь, отползла. Её место тут же заняла Яна, перебравшись с его члена на его лицо. Она была ещё более возбуждена, её киска буквально сочилась. Илья, не теряя темпа, переключился на неё. Его челюсти ныли, но какое-то странное второе дыхание, подогреваемое тоником и адреналином, позволяло продолжать.

Тем временем Лика сменила позу. Она слезла с его груди и вместо этого опустилась на его оживший член. Она села на него медленно, с наслаждением, её влагалище, широкое и гостеприимное, приняло его с мокрым звуком. Она начала двигаться в неторопливом, глубоком ритме, совершенно отличном от бешеной скачки Вики.

– Теперь сосредоточься на двух задачах сразу, – сказала

его мать. – Удовлетвори одну тётку ртом, а другую – членом. И помни – ты не должен кончать, пока я не разрешу.

Илья попытался сфокусироваться, но это было почти невозможно. Ритмичные, глубокие движения Лики на его члене отвлекали всё его внимание, заставляли стонать в упругую плоть Яны, которую он лизал. Его язык работал, но уже не с такой яростью, как раньше. Он больше скользил по поверхности, не углубляясь. Яна, почувствовав это, заворчала недовольно и сама начала двигать бёдрами, насаживаясь на его лицо более требовательно.

Вика подползла ближе. Она взяла его руку и приложила её к своей киске. – И про меня не забывай. Два пальца внутрь. Быстро.

Он послушно ввёл два пальца в её горячее, скользкое влагалище и начал двигать ими. Вика закинула голову и застонала, её рука потянулась к её груди, сжимая сосок.

– Он теряет концентрацию, – холодно заметила Ольга, наблюдающая со стороны. – Его язык стал ленивым. Лика, накажи его.

Лика, сидящая на его члене, остановила движения. Она приподнялась почти полностью, оставив в себе только кончик, а затем резко, с силой, опустилась на него всей тяжестью своего тела. Илья взвыл от неожиданности и боли, смешанной с удовольствием. Его челюсти рефлекторно сжались, и он укусил Яну за внутреннюю поверхность бедра. Та вскрикнула, но не от боли, а от нового, острого ощущения.

– Вот так, – одобрила Лика. – Не расслабляйся. Работай, как следует. Яна, если он снова ослабеет – ущипни его за яйца.

Яна, всё ещё сидящая на его лице, протянула руку между его ног, где Лика сидела на нём верхом, и нашла его мошонку. Она лишь слегка сжала её пальцами, в качестве предупреждения. Илья вздрогнул и с новой силой впился языком в её киску. Он нашёл её клитор и сосредоточил все усилия на нём, быстро водя кончиком языка из стороны в сторону.

– Да-а-а, вот так, кузен, вот так! – закричала Яна, её тело затряслось, и она кончила, её соки залили ему подбородок и шею.

В тот же момент Вика, доведённая до оргазма его пальцами, громко застонала и сжала его руку своими внутренними мышцами.

Лика, чувствуя, как он напрягается под ней, снова начала двигаться. Но теперь её движения были не глубокими, а короткими и быстрыми, она лишь слегка подпрыгивала на его члене, стимулируя головку. Это была ещё более изощрённая пытка.

– Не кончай, – приказала она сквозь зубы, её собственное дыхание стало прерывистым. – Держи себя в руках. Покажи, чему ты научился.

Илья стиснул зубы. Волна желания накатывала на него, угрожая снести все барьеры. Он думал о чём-то постороннем – о холодной воде, о сложных математических формулах, но тело не слушалось. Оно жило своей собственной жизнью, жаждало разрядки. Его пальцы в Вике замедлились, его язык под Яной (которая уже слезла с его лица, но он всё ещё автоматически облизывал воздух) замер.

– Слабак, – презрительно сказала Ольга. – Остановись, Лика.

Лика немедленно прекратила движения и поднялась с его члена. Он лежал, тяжело дыша, его член стоял колом, твёрдый и болезненный от неудовлетворённости. По его телу струился пот.

– Встать, – скомандовала мать.

Его подняли. Он стоял, пошатываясь, перед женщинами. Его тело было покрыто смесью спермы, женских соков, пота и массажного масла. Он пах победой и поражением одновременно.

– Ты провалил упражнение на выдержку, – констатировала Ольга. – Но не всё потеряно. Есть ещё один способ закрепить урок. Близость поражения иногда учит лучше, чем победа. Подойди сюда.

Он сделал шаг вперёд. Ольга встала перед ним. Она была выше его на каблуках, её взгляд был ледяным.

– Ты хотел кончить? Хотел облегчить своё напряжение?

Он молча кивнул, опустив глаза.

– Теперь ты получишь то, что хотел. Но на моих условиях. Ложись на пол.

Он лег. Пол был прохладным и твёрдым под его спиной.

Ольга отошла к стене, где стоял небольшой столик. Она взяла с него что-то и вернулась. В её руках были тонкие кожаные ремешки. Он не успел понять, зачем они, как Аня и Яна взяли его за руки и за ноги, растянув в позе звезды. Вика и Лика прижали его плечи к полу. Он не сопротивлялся.

Ольга молча, быстро и эффективно пристегнула ремешки к его запястьям и лодыжкам, а затем привязала их к массивным кольцам, вбитым в пол. Он оказался полностью обездвижен, раскинутый, беззащитный.

– Теперь, – сказала Ольга, вставая и глядя на него сверху вниз, – мы покажем тебе, что значит быть инструментом наслаждения. Ты не кончишь, пока каждая из нас не получит всё, что захочет. И ты будешь наблюдать. Только наблюдать.

Она сделала знак Вике. Та улыбнулась, её глаза блестели. Она опустилась между его ног, взяла его твёрдый, пульсирующий член в руку и поднесла к губам. Но не для того, чтобы взять в рот. Она просто подула на него, тёплым, влажным дыханием. Затем её язык лизнул головку, собрал выступившую каплю, но не стал стимулировать дальше. Она поднялась и отошла.

Её место заняла Лика. Она села на корточки рядом с его лицом, раздвинула свои половые губы пальцами и показала ему свою влажную, тёмно-розовую щель. – Смотри, племянник. Смотри, как я сама себя довожу до конца, потому что ты не справился со своей задачей.

И Лика начала ласкать себя прямо перед его глазами. Её пальцы быстро и профессионально терли клитор, два пальца другой руки входили и выходили из её влагалища. Она стонала, её тело извивалось, её глаза были закрыты. Илья мог только смотреть, как её сок капает на пол рядом с его головой. Через пару минут она громко крикнула и кончила, её тело содрогнулось, а затем она, тяжело дыша, отошла, оставив его в одиночестве с видением её удовольствия.

Потом была Вика. Она легла рядом с ним, на спину, и начала ласкать свои груди, зажимать соски, её рука быстро двигалась между ног. Она кончила тихо, с протяжным стоном, и её соки брызнули на её живот.

Аня и Яна сделали это вместе. Они устроились друг напротив друга, сидя на пятках, и принялись ласкать друг друга пальцами и языками, целуясь и постанывая. Их юные тела переплетались, их стоны сливались в одну мелодию. Они довели друг друга до оргазма почти одновременно, их визги оглушили комнату.

Илья лежал привязанный и наблюдал. Его член болел от неудовлетворённого желания. Каждая демонстрация женского удовольствия, каждый стон, каждый запах сводили его с ума. Он рвался с ремешков, но они были крепкими. Он был всего лишь зрителем на пиру, от которого его отстранили.

Наконец к нему подошла Ольга. Она была последней. Она стояла над ним, медленно проводя рукой по своему животу, затем между ног. Её глаза были полны странной смеси – власти, похотью и... материнской нежностью?

– Теперь ты понял? – тихо спросила она. – Удовольствие – это привилегия. Его нужно заслужить. Ты заслужил его своим терпением раньше, но потерял из-за слабости. Теперь я решаю, дать ли его тебе снова.

Она опустилась на колени между его ног. Её руки легли на его внутренние бёдра. Она наклонилась и вдохнула запах его возбуждения. Затем её губы коснулись головки его члена. Легко, почти невесомо.

– Можешь кончить, – сказала она. – Но только если попросишь. Попроси у матери разрешения.

Илья замолчал. Гордость боролась с животной потребностью. Он смотрел в её холодные, синие глаза и видел в них только твёрдость.

– Пожалуйста, – прошептал он наконец, голос его сорвался. – Пожалуйста, мама... разреши мне.

Ольга улыбнулась. Это была победа.

– Хорошо, сынок.

Она взяла его член в рот, глубоко, до самого основания. И не двигалась. Просто держала его во рту, тёплом и влажном. Этого оказалось достаточно. После часов мучений и лишений, даже такая пассивная стимуляция стала спусковым крючком. Его тело дёрнулось в ремнях, он закричал, и мощные толчки спермы вырвались из него, заполняя её рот. Она глотала, не торопясь, её глаза были закрыты. Когда он окончил, она ещё минуту держала его во рту, высасывая последние капли, а затем медленно высвободила его, блестящий и сразу же опадающий.

Она встала, подошла к кольцам и стала расстёгивать ремешки. Его руки и ноги, онемевшие, упали на пол. Он лежал, не в силах пошевелиться, опустошённый физически и морально.

Женщины молча собрались вокруг него. Их руки снова коснулись его тела, но на этот раз это были не ласки, а помощь. Они подняли его, почти на руках отнесли в ванную, усадили в наполненную тёплой водой ванну. Они мыли его молча, тщательно, как ребёнка. Никто не говорил ни слова.

Когда они вытерли его и увели в спальню, уложили в чистую постель, он уже почти спал. Последнее, что он почувствовал, – это поцелуй в лоб. Чей – он не понял. И услышал голос матери, тихий и усталый:

– Спи. Завтра... завтра будет новый день. И новые уроки.

Он провалился в сон, чёрный и без сновидений, а в доме воцарилась тишина, нарушаемая лишь шепотом женщин за дверью, планирующих его следующее испытание.