В выпускном десятом классе нашей средней школы, когда наши выпускные классы отправили в военкомат, проходить военную медкомиссию, и получать приписные свидетельства, на последнем собеседовании с военкомами, на их вопрос, в какой род войск я хотел бы попасть, я им ответил, что хочу быть танкистом, и на что те, дружно рассмеявшись, указав на мои габариты мощного рослого гребца гребли на Каноэ, что я мол даже и в танк то и не влезу, под как лично моё, так и под всеобщее восхищение моих одноклассников впоследствие, предписали меня в десантуру (и моя та восторженность, уж точно была под впечатлением того культового советского фильма "В зоне особого внимания").

Правда уже в самой той армии, в первом же тесте на прыжок с парашутом, меня уже перед посадкой в самолёт хватил паралич, моей проявившейся панической боязни высоты, как видимо в детстве неоднократно падавшего с дивана. А ещё и перед выброской с самолета, ещё и упавши в обморок, ещё и так смачно со страху и обосравшись, так смачно обвонявши весь салон того грузового Антея который вёз нас на выброску десантников, мои военачальники оказались вовсе не садистами выкидывать из самолёта моё почти бездыханное тело, тем более вымазываться моими фекалиями, при моём выбросе, даже при гарантированно автоматически раскрываемом парашюте. И поэтому прознав, что я и ещё и разрядник по плаванию, переопределили меня в боевые пловцы спецназа ГРУ СССР.

Под прикрытием Спортроты, где-то в учебном лагере под Саками где-то там в Крыму, неподалёку от побережья Чёрного моря, нас интенсивно начали учить лишь трём вещам:

1. Немецкому разговорному с Баварским акцентом, под гипнозом (и поэтому без всякой зубрёжки школьных уроков нашей бывшей средней школы);

2. ТТХ и прочие сведения о обустройствах подводных лодок сопредельных государств, по данным советской разведки;

3. Почти каждый день нам ставили на боксёрских мешках так называемый удар кулаком "в грудь - вырвать сердце".

А дальше пошли и учения, где мы сцепившись за подводные гидроскутеры подплывали к суднам военно-морского флота СССР, и вылезая на абордаж, по пути выбивая кулаком всех попавшихся нам под руку салаг, и так вплоть до капитанской рубки, так неотвратимо захватывали это судно.

А когда наступил час "Ч", к нам в казарму неожиданно прям с утра запустили вполне нормальных симпатичных девок, также, так же как и мы, вполне сносно говорящих на немецком с баварским акцентом, и которые перед предстоящим отбоем те и начали сами выбирать, с кем ложиться переспать с нами на наших же нарах, за неименеем лишних каких- либо нар для них, и с которыми нам всем уже целый день было предоставлено лишь общаться, играть в карты, дурачиться, петь, в нашей этой общей казарме, а кое и кому, даже уже и тут сразу же на кроватках нашей же казармы, и ебаться, с таким смачными и бесстыдными скрипами этих наших железных казарменных наших кроватей.

А вечером и вовсе нас уже всех, с нашими девками, счего-то вдруг ждал шикарнейшин ужин, за огромным столом нашей столовки нашей казармы, уже и с заморскими какими-то невиданными деликатесными продуктами, и кучей кучей неограниченной всякой выпивки, со всяческими до селе невиданными в нашем том СССР заморскими фруктам, и где наши военачальники, а так же и эти наши девки, с чего-то всех нас начали активно с чего-то ещё и спаивать, а затем и некоторых из нас, нестойких, столь услужливо отводить обрыгаться в сортир нашей казармы, а затем и так же нежно укладывая некоторых из нас, не самых стойких на алкоголь, при этом активно помогая нам раздеваться до гола перед укладыванием в постели, в кроватки нашей казармы. При этом, и также и эти девки, ложась рядом с нами, вместе под общее одеялко, конечно же, предварительно, без всякого стеснения перед всеми прочими, кто ещё лазил по казарме, так же бесстыдно раздевшись догола подлегши к нам в кроватку, при этом ещё и нежно, уж то точно что по инструкции, ещё и прижимались своими сиськами к нам, бывшим каким-то спортсменам, а ныне теперь уже ядрёным бойцам спецназа ГРУ СССР после чего то тут то там по казарме слышались характерные ритмичные скрипы железных кроватей, явно указывавшие на секс.

И так было несколько дней адаптации, аж пока нас всех вместе, и парней и девчонок, отвели по каким-то подземным лабиринтам, в какой-то огромный ангар. И в этом ангаре, нас всех вместе, и парней и девок, без стеснения, начали дружно и весело заставлять раздеваться всех нас вместе и девок и парней догола, а затем переодевать в нечто штатское, и явно уж по западному, в нечто не по советски модное, вплоть до кружевных нипасавецки наших трусиков, и от чего нам всем, и парням и девкам стало так дружно ржачно весело, когда мы, и парни и девки, поснимав наши эти советские ядрёные панталоны, начали дружно на себя натягивать эти западные кружевные мужские, и особенно женские ажурные труселя.

А уже переодевшись, эти наши девки, с чего-то каждому из нас парней, настырно без всяких компромисов по деловому начали помогать доукомплектовывать шмотками и какими-то вещами и наши чемоданы.

А дальше уже был день, когда нас просто уже переодетых в европейское парней и девок, просто не выпускали из казармы, но где уже нас опять начали кормить всех простой сытной и здоровой солдатской едой, и без всякого уже бухла, и при этом дружно сцать и срать, мы все и девки и парни, ходили в один и тот же наш общий казарменный клозет, лишённый всяких перегородок, между очками унитазов. И уже со следующего дня нас всех, начали садить на самолеты уже небольшими группами по пять-шесть пар девок и пацанов, которые повывозили нас по аэропортам куда-то уже за бугор, где мы, попереночевав уже по желанию с нашими девками, кто парами, а кто поодиночке в гостиницах, чисто уже по обоюдному желанию, садились уже на Боинги-747 которые нас, к нашему всеобщему удивлению, всю нашу казарму, как наших девок, так и парней свёл на каком-то курорте, какого-то райского острова какого-то океана, на котором размещалась база американских подводных лодок, лениво стоявших на приколе неподалёку от нашего пляжа.

Нам же порасселившимся по местным гостиницам, кто с девками, а кто и сам, было предварительно проинструктировано обязательно загорать на пляже в качестве туристов этого райского острова когда угодно и где угодно, но обязательно с часу до двух дня, и на одном и том же назначенном пляже, из многочисленных пляжей этого райского острова. И так продолжалось почти неделю, пока не наступил тот час "Ч" с часу до двух дня, и мы все парни, по команде побросав наших тёлок, дружно залезли в воду, а нырнув сцепились звеньями к подводным скутерам, как на учениях подплыли к ближайшей подводной лодке, и чисто, как говорят, на деле техники, взяли её на абордаж, по пути выбивая кулаком и выбрасывая кормить акул, уже американских салаг, оставив лишь американский офицерский состав уже в качестве заложников, помочь нашей команде ГРУ СССР, довести эту подводную лодку до границ Советского союза, собственно после чего и столь быстро появилась теперь уже и советская бесшумная подводная лодка под гордым НАТО-вским названием "Чёрная дыра".

... к сожалению, нам почти всем, с теми девками, некоторые из которых наверняка и позабеременивали от нас, больше увидиться так и не случилось, и не потому что мы все, строго между собой, всегда всюду и везде, общались под немецкими баварскими именами, да девок этим скорее было на нас пох... т.к. они были мотивированы на дальнейшие карьеры в рядах ГРУ и КГБ, всяческими т.н. "медовыми ловушками", радистками КЭТ, и как правило в благополучном сытом Западе, когда мы, сразу же демобилизовавшись в том грёбаном Совке в отличие от них, стали невыездными за тоталитарным железным занавесом и разбрелись там кто куда. ..