Виктор Родионов усердно работает, над конспектом написанным на прошлой лекции в университете, чтобы быть готовым к сдаче зачёта, часть ночи Виктор проводит в своей комнате за столом, занимаясь. Но он не один, рядом с ним фотография женщины. Эта женщина, которая заставляет его фантазировать, никто иной, как его тётя Лида сестра мамы. Овдовевшая несколько лет, после трагической смерти мужа при испытании нового самолёта, ей за пятьдесят, с красивой фигурой, никогда не хотела больше заводить отношения с мужчинами. Тем не менее, возможностей в знакомствах не было недостатка. Виктор часто мастурбирует свой член, перед этой фотографией.

Почти каждый день после занятий в университете он приходит поздороваться с ней. Лидия Сергеевна всегда рада видеть своего племянника, ведь он хороший, вежливый молодой человек. Виктор не знает, как ей угодить, и это не оставляет Лидию Сергеевну равнодушной, которая наслаждается его обществом. Виктор поглощает её глазами, часто хваля её за выбор одежды, которая подчёркивает её природную красоту.

Однажды Лидия Сергеевна решила перекрасить кухню. Конечно, Виктор предлагает ей помощь, Лидия Сергеевна принимает это с улыбкой. Работы запланированы на ближайшую субботу. Виктор приходит к тети в квартиру в старых джинсах и футболке в таком же состоянии. На Лидии Сергеевне надета старая блузка, которая доходит до середины бёдер. Племянник, увидев её, не может не сказать с юмором, показывая белые зубы:

— Ого!, я не знал, что у вас Лидия Сергеевна такие красивые бёдра, вы пытаетесь меня возбудить, не знаю, смогу ли устоять!

Лидия Сергеевна взрывается смехом и отвечает.

— Я не нашла ничего другого, чтобы защититься, от краски в своём гардеробе!

После защиты пола можно начинать работы. Лидия Сергеевна поднимается по ступеньке на стремянке и начала покраску стены. Движения заставляют её блузку подняться и невольно обнажать небольшую часть ягодиц. Виктор на мгновение замирает, проглатывает слюну и начинает размазывать краску кисточкой о стену. Но его взгляд часто притягивает тело тёти, которая занята покраской стены стоя на стремянке. Иногда ей приходится стоять на цыпочках, чтобы дотянуться до угла стены. Этот жест почти полностью обнажает её ягодицы. Её трусики залезли между ягодицами, и это наводит племянника на дерзкую идею. Он подходит к стремянке и проводит кистью с краской, по обнажённым ягодицам тёти.

Реакция не задерживается: «Лидия Сергеевна, смеясь, разрисовывает краской нос племянника. Произошла небольшая борьба, между ними. Они пачкали краской, друг на друга и громко смеясь при этом. Они играют, как дети, без ограничений.

Во время дружеской борьбы племянник очень крепко обнимает тётю, их губы часто соприкасаются. К сожалению, во время развлечения несколько пуговиц на блузке поддались. Поскольку Лидия Сергеевна не носит бюстгальтер, её пышные груди раскинуты, по груди. Виктор ошеломлён, восхищается великолепной грудью тёти. Лидия Сергеевна краснеет и быстро застёгивает пуговицы на блузке. Оба сбитые с толку, не сказав ни слова, встают и продолжают работу. Когда покраска кухни была закончена, Лидия Сергеевна идёт в ванную принимать душ и выходит с полотенцем, завязанным чуть выше груди.

Она проходит перед племянником, который насвистывает, от восхищения. Лидия Сергеевна отвечает улыбкой и покачивая бёдрами, как кошка, идёт по коридору, ведущей в её комнату. Пока она была в своей спальне, Виктор бросается в ванную и принимает душ, хватает свой член и мастурбирует им, пока не кончает. Он выходит успокоенным, улыбается тёте, которая смотрит на него, потому что он в боксёрах. Парень забыл смену одежды. Он признаётся тёте, которая кивает и улыбается. Она сказала ему:

— Я заберу твою одежду и постираю, и ты сможешь надеть чистые джинсы и футболку обратно. Во время стирки Лидия Сергеевна готовит им еду. Виктор не отводит от неё глаз, увидев её грудь, он представляет себе напряжённые сцены с ней. Медленно его боксёры деформируются, он сжимает бёдра, пытаясь скрыть эрекцию члена, растягивающую ткань боксеров. Время, от времени Лидия Сергеевна поворачивается, чтобы поговорить с племянником. Неосознанно её взгляд задерживает бугорок на боксерах, она быстро отворачивается, смущённая, немного краснеет. Но она не может не смотреть на возбужденный член под материалом боксёров.

Виктор замечает возбуждение тёти, кладёт руки ей на нижнюю часть живота. Затем решает встать, подходит к ней и говорит с дрожью в голосе:

— Да, я для тебя, я любил тебя молча годами, но сегодня не могу молчать!

Он обнимает её, очень крепко. Лидия Сергеевна удивленно смотрит на Виктора, слова племянника вызывают у неё непонимание, она умудряется пробормотать заикание:

— Но, но, Витенька, я же твоя тётя, это глупо, ты думаешь, что любишь меня, но это всего лишь твои мечтания, забудь об этом, моя дорогой!

Слово «Дорогой», заставляет его вздрогнуть, Виктор говорит, прижимая губы к её:

— Я без ума от тебя тётя, очень часто мастурбирую свой член, думая о тебе, кстати, я только что сделал это в твоей ванне!

Прижавшись к мужественному телу племянника, она не может игнорировать его эрекцию, потому что мощный возбужденный член пронзает её нижнюю часть живота.

— Тётя, я хочу тебя, почувствуй, как я тебя люблю!

Говоря об этом, он делает небольшие поглаживания по её пояснице. Лидия Сергеевна застыла, она не может выразить словами. Болезненно говорит:

— Будь хорошим мальчиком, дорогой, давай не будем совершать непоправимого, я могла бы быть твоей матерью, знаешь ли!

Одаривая её множеством поцелуев в лицо, Виктор пробормотал:

— Скажи, что ты ничего ко мне не чувствуешь, и я уйду, чтобы больше никогда тебя не беспокоить!

Лидия Сергеевна некоторое время молчит, прежде чем ответить:

— Если я скажу, что ты оставляешь меня равнодушной, я скажу неправду Витенька.

— Но я твоя тётя, и ты понимаешь разницу в возрасте между нами?

Виктор вздрагивает и говорит:

— Значит, ты тоже меня любишь?

Проглотив слюну, Лидия Сергеевна очень смущённо отвечает:

— Не знаю, любовь ли это, но то, что я чувствую, невозможно описать словами!

Виктор смотрит ей прямо в глаза, она вздрагивает. Затем прикладывает губы к её губам. С тяжёлым вздохом Лидия Сергеевна принимает поцелуй. Языки запутаны, как у двух рептилий, пытающихся спариться. Обмениваются слюной, поцелуй длится вечно. Дыхание ускоряется, становясь шумным. Сердца сильно бьются в груди. Наконец поцелуй прекращается, они пристально смотрят друг на друга, их глаза сверкают, как шампанское. Лидия Сергеевна, глубоко вздохнув, дрожащим голосом говорит:

— Мы сумасшедшие, дорогой, я не могу быть в нормальном состоянии, чтобы позволить себе соблазнить ребёнка!

Виктор подпрыгивает и выпрямившись на дыбы, отвечает:

— Я не ребёнок, мне двадцать один год, почти двадцать два, и за то, что назвала меня ребёнком, ты заслуживаешь, чтобы я тебя хорошо от шлёпал!

Разразившись смехом, Лидия Сергеевна сказала:

— Ну, я бы хотел это увидеть, если ты думаешь, что я боюсь парня, который считает себя мужчиной!

Виктор посмотрел на неё и, улыбаясь, сказал:

— Но этот парень я !

Он схватил её за руку и, хотя был молод, обладал большой силой. Он сумел опрокинуть её на колени, закатал блузку и сорвал с неё трусики, которые упали на пол разорванными на две половинки. Лидия Сергеевна двигается, как червь на конце крючка. Она встаёт на дыбы, когда первый удар падает ей по ягодицам. В эйфории Виктор, не желая причинить ей вред, наносит ей серию ударов. Лидия Сергеевна чувствует твёрдый возбужденный член племянника у себя на животе, который наконец перестаёт бить.

Удивлённый, он смотрит на ягодицы, отмеченные следами пальцев. Он чувствует раскаяние и, нежно поглаживая ягодицу, тихо говорит:

— Прости тетя, что причинил тебе боль, это не было моим намерением!

Как будто чтобы загладить вину, он дарит несколько поцелуев в красные ягодицы своей возлюбленной. Лидия Сергеевна выпрямляется, садится верхом на колени племянника и держа его за шею, говорит ему:

— Ты монстр, я тебя ненавижу!

И страстно целует его, дыхание учащенное, язык цепляется за его, и слюна смешивается. Виктор обнимает её, очень крепко. Лидия Сергеевна снова становится подростком, её сердце бешено бьётся, она перестаёт целоваться и несколько раз целует племянника в лицо, перемежающихся словами: «Я не знаю, что у меня есть, но ты сводишь меня с ума, ты, должно быть, реинкарнированный демон!».

Эти слова утешают Виктора, почти наверняка, что тётя тоже любит его искренне, но не осмеливается признаться в этом. Он смотрит на неё и шепчет:

— Я люблю тебя, моя любовь, будь моя, ты чувствуешь, как сильно я тебя желаю!

Лидия Сергеевна не может отрицать очевидное, она чувствует, как член племянника на ягодицах твёрдый, как дерево. Злобно непослушная девочка трясёт тазом, улыбается и говорит:

— Ты думаешь, я хочу тебя?

Виктор прижимает её к себе и отвечает:

— Я уверен, я чувствую, как твоё тело вибрирует, ты, должно быть сильно возбуждена, будь моей, моя дорогая, я больше не могу терпеть!

Лидия Сергеевна тоже хочет своего племянника, но не решается идти дальше, боясь последствий. Она встаёт с колен, восхищаясь уродливыми боксёрами. Медленно она проводит рукой по ним, делает несколько нажатий и вздыхает словами:

— Думаю, твоя одежда выстиралась и уже сухая, надень её, так будет лучше для всех, и пойдём к столу!

Виктор был разочарован, он думал, что тётя собирается сдастся. Он встаёт, стягивает боксёры и машет своим возбужденным членом, бормоча:

— Но ты не можешь оставить меня в таком состоянии!

Глаза Лидии Сергеевны загораются. Она смотрит на возбуждённый член, пуская слюни. Она не видела ни одного с тех пор, как погиб её муж. Она сжала кулаки, Виктор подошёл, схватил её за руку и положил её на налитый кровью возбужденный член. Инстинктивно Лидия Сергеевна сжимает его в руке и не понимая почему, начинает мягко мастурбировать. Не отрывая взгляда, от сильно возбужденного члена, она ускоряет мастурбацию. Вдруг она перестаёт мастурбировать его, оттягивает плоть настолько, насколько может, и наблюдает за ним. Она мягко наклоняется, и без просьбы племянника облизывает головку, несколько раз обходит её своим языком, возбуждает уздечку и внезапно проглатывает.

Долгое сексуальное воздержание Лидии Сергеевны закончилось в этот момент. Она, как голодная женщина. Странные звуки вырываются, из её рычащего горла, пока она сосёт член племянника. Виктор на седьмом небе, от счастья, его член, кажется, вырос ещё больше. Он застонал от удовольствия и сказал между двумя стонами:

— Будь осторожна, дорогая, я сейчас разряжусь!

— А...а! Идёт, идёт!

Лидия Сергеевна, кажется, не слушает его, она неумолимо относится к той головке, которая ей нравится. Мощный струя заставляет её отпустить член. Она поджимает губы и глядя на племянника, глотает маленькими глотками сперму, которые он так щедро ей предложил. Её глаза ярко сияют, она говорит ему с лёгким стыдом в голосе:

— Мальчишка, ты, ты заставляешь меня делать с ним кое-что, я тебя ненавижу!

Виктор отвечает:

— Ты меня любишь и делаешь это с большой любовью!

Она обнимает его и страстно целует. Виктор хитро растегивает пуговицы на блузке и аккуратно опускает её на бёдра своей возлюбленной. Слегка двигая таз, Лидия Сергеевна освобождается, от блузки. Лидия Сергеевна сжимает кулаки, она находится в состоянии невозможного стресса и не может контролировать дрожь, сотрясающую её тело. Виктор падает на колени перед Лидия Сергеевна и ловит трусики своими лихорадочными руками. Без резкости он медленно опускает её, его охватывает приятный запах любви, исходящий из вульвы тети.

Виктор долго наблюдает за разрезом влагалища, который сочится соками. Стыдясь, тётя закрывает глаза, дыхание прерывистое, дыхание шумное.

Но как только племянник касается её промежности, Лидия Сергеевна делает жест отстранения. Виктор хватает её за ягодицы, и его рот соединяется с кипящей вульвой. Лидия Сергеевна, стонет, цепляется за волосы своего будущего возлюбленного. Когда язык проходит между большими половыми губами, она издаёт долгий стон, за которым следует бормотание раскаяния:

— Нет, Витенька, нет, нет, ты не должен!

Но искусный язык племянника глубоко погружается во влагалище, наполненное любовным соком. Стоны, которые тётя не может сдержать, ещё больше возбуждают молодого возлюбленного, который с большей решимостью ищет колодец любви. Лидия Сергеевна крепко прижимает голову возлюбленного к своей вульве, пропитанной желанием. Она запинается, сжимая зубы, трясёт таз:

— Мой дорогой, нет, нет!

— Долгий стон, за которым следует:

— Да, да, о Боже! Виктор, Виктор, мой дорогой!

Сильный оргазм сотрясает её изнутри, тело охватывает неконтролируемая дрожь. Это было настолько жестоко, что она упала на пол. Свернувшись калачиком, прижав руки к горящему лобку, Лидия Сергеевна стонет, словно раненое животное. Прошло так много времени с тех пор, как муж доводил её до оргазма, что она почти забыла, как это прекрасно. Виктор, глядя на свою тётю, дрожащую на полу, нежно сказал ей:

— Ты становишься ещё красивее, когда кончаешь, моя дорогая!

Виктор ждёт, пока тётя придёт в себя, прежде чем ласкать тело, в которое безумно влюблён. Её потные руки лихорадочно скользят, по молочной коже, заставляя её вздрогнуть. Медленно он сжимает грудные мочки, затем аккуратно их разминает, погружает пальцы в нежную плоть, вызывая у тёти робкие стоны. Он играет с сосками, перекатывает их между пальцами, растягивает, а затем, чтобы стимулировать, несколько раз нажимает, заставляя его возлюбленную морщиться, от боли.

Когда он кладёт рот на груди, Лидия Сергеевна тяжело вздыхает с удовлетворением. Её глубокое дыхание приподнимает грудь, придавая ей всё больше ритма. Жадный рот племянника пожирает её соски, из уст тети слышится:

— Моя дорогой, мой мальчик!

Широкие и толстые соски, сильно напряжённые, становятся чудовищно возбужденными. Виктор растягивает их зубами, яростно сосёт. Благодаря племяннику Лидия Сергеевна чувствует себя живой, постепенно заново открывает для себя забытые сексуальные удовольствия. Её хриплое дыхание очень громкое, она теребит волосы племянника и тихо стонет, от удовольствия. Жадный рот покидает соски и опускается на тело, облизывая и целуя каждую кусочек кожи. Язык ищет пупок на мгновение, затем опасно приближается к храму любви, который не исследовали уже много лет.

Лидия Сергеевна застонала, под облизыванием племянника. Вдруг, сильно выгнув спину, она издала ужасный стон, потому что Виктор только что сосал её клитор. Он сосёт, сосёт, как голодный человек, шарик, который растёт у него во рту. Лидия Сергеевна, думая, что сходит с ума, она нажала на голову возлюбленного, повторяя:

— Мой мальчик, ты меня убиваешь, да, да, давай! Мм...м! Это хорошо!

Воодушевлённый, Виктор покусывает волшебный бугорок, растягивает его зубами, прежде чем сосать как можно сильнее. Тётя падает в обморок, выгибается ещё сильнее. Эффект, создаваемый этим бурным стремлением, заставляет Лидию Сергеевну взорваться от удовольствия. Запыхавшись, она без остановки повторяет:

— О боже, о боже, мой дорогой, я умираю!

Племянник, гордый собой, выпрямляется и глядя на тётю, вонзает жезл ей в живот. Лидия Сергеевна выпрямляется, её ножны, кажется, держат в плену член, который медленно продвигается внутрь. Она цепляется за талию своего молодого возлюбленного, стонет. Наконец она вновь открывает удовольствие быть с мужским членом в себе. Прошло много времени с тех пор, как у неё во влагалище был мужской член.

Она падает в обморок от счастья, стонет, как умирающее животное. У её племянника член хорошего размера. Бессознательно она помахивает задницей, чтобы член племяника проникал в неё полностью. Её помахивание задницей придаёт племяннику, ещё больше энергии, который всё сильнее двигается, как дикое животное. Мощный член проходит через «Детородный проток», сильно соскребая стенки чувствительными слизистыми оболочками. Головка заправляет шейку матки с каждым проникновением. Лидия Сергеевна бредит, цепляется за своего молодого возлюбленного и начинает наносить сильные толчки по члену.

— Дорогой, ты делаешь мне столько пользы, что я готова умереть, от удовольствия!

Хорошо укоренённый в ней, Виктор, чтобы показать ей, что любит её, её так, как никогда не любил женщину. Её толчки сокрушительны, тела двух влюблённых встречаются глухим звуком с каждым толчком члена. Трахаю мая, как никогда раньше, Лидия Сергеевна теряет сознание, произнося невнятные фразы и тряся тазом, как сумасшедшая. Необычный оргазм заставляет её закричать. Она цепляется за племянника, вгрызаясь ногтями в его кожу. Виктор морщится, но продолжает трахаь тётю. Его член входит и выходит из влагалища, ускоряясь снова. Лидия Сергеевна стонет с каждым толчком члена. Очередной оргазм заставляет её прошептать:

— Виктор, мой мальчик, это прекрасно, о, как я тебя люблю, дорогой!

Молодой возлюбленный достаёт свой член, из влагалища и жестоко снова всаживает его обратно, во влагалище Лидии Сергеевны, которая издаёт крик. Виктор повторил этот приём несколько раз. Эта практика, о которой Лидия Сергеевна не знает, заставляет её ворчать:

— Да, да, уничтожь меня, причини мне боль, ты сводишь меня с ума, Витенька, мой дорогой, Боже мой, я сейчас снова кончу!

Новый оргазм, менее интенсивный, чем предыдущие, заставляет её стонать. Наконец, племянник выпускает сперму и наполняет живот своей любимой тёти несколькими струями, прежде чем отстраниться от её тела. Лежа рядом с ней, он кладёт руку ей на живот. Нежно гладит его, глядя в потолок и бормочет:

— О, как я тебя люблю, Лида, я не мог бы жить без тебя!

Лидия Сергеевна выпрямляется, чтобы обнять его:

— Я тоже, — отвечает она, поджимая губы говорит, «Я наконец-то осмеливаюсь сказать, что люблю тебя, но жить вместе невозможно, ты понимаешь сплетни, что я собираюсь жить с парнем вдвое моложе себя, мне было бы слишком стыдно!».

Виктор хмурится, смотрит на тётю:

— Но ты же только что сказала, что тоже меня любишь, так почему бы нам не жить вместе?

Лидия Сергеевна вздыхает:

— Не веди себя как ребёнок, я только что отдала себя тебе. Но когда ты придёшь ко мне вновь, мы сможем любить друг друга снова. Но это должно оставаться незаметным, дорогая, для всех.

Виктор спрашивает:

— Я могу приходить и заниматься с тобой любовью сколько угодно раз? спрашивает он, улыбаясь.

— Да, моя дорогой, это и моё желание!

Они страстно целуются, прежде чем расстаться. С того дня Лидия Сергеевна с нетерпением ждала появления своего молодого возлюбленного. Как только она видит его, её сердце бешено колотится, желудок сжимается. Как только входная дверь в квартиру закрывается, они бросаются друг к друга в объятия, целуются, ласкают друг друга. Оба умеют усиливать давление. С каждым днём тётя становится всё более жадной, до секса.

Виктор, чтобы удовлетворить свою любовь, внедряет инновации, используя секс-игрушки. Он заставлял тетю занимать беспрецедентные позиции, почти унизительные. Лидия Сергеевна любит всё, что её возлюбленный делает с ней, она даже просит большего. Часто он ласкает её, дразнит анус, но никогда не исследовал её задний проход. Сегодня он готов сделать этот шаг. Он заставляет Лидию Сергеевну встать на четвереньки и опускается на колени позади неё. Он несколько раз облизывает морщинистый анус. Удивлённая этой новой практикой, которая ей нравится, Лидия Сергеевна мурлычет, как кошка. Виктор сказал ей:

— Моя дорогая, сегодня отличный день, я заберу у тебя этот маленький цветок, я так его хочу!

Лидия Сергеевна проглатывает слюну, в её голосе слышится тревога:

— Успокойся, дорогая, меня никогда не трахали туда!

Виктор гладит её по ягодицам одной рукой, затем слегка похлопывает, от чего она пугается. Он прижимает губы к кольцу ануса, раздражает его языком и после долгих усилий успешно проникает в него. Лидия Сергеевна, удивлённая, выгибает спину и кричит:

— О, дорогой!

Виктор глубоко ищет канал, заставляя женщину своей жизни рычать. Непослушная девочка, похоже, наслаждается такими прикосновениями, стонет, как раненое животное, нежно покачивая ягодицы. Он сильно высасывает кольцо из корпуса, чтобы высосать его, как голодный мужчина. Внезапно язык вновь захватывает узкий канал и возобновляет раскопки. Лидия Сергеевна выгибает спину до предела, затем, издавая крик, который сдерживает, укусив руку, она кончает. Это её первый анальный оргазм. Её тело дрожит, сквозь неконтролируемую дрожь. Наконец, Виктор прикладывает головку члена к анусу, который постоянно открывается и закрывается, словно охваченный судорогами. Он цепляется, за широкие бёдра своей покорной тёти и толкается. Она широко открывает рот, но звука не выходит. Её лицо искажается уродливой надутой гримасой.

Прямая кишка поддаётся, под постоянным давлением. Головка медленно входит в узкую оболочку, расширяя её, погружаясь внутрь заднего прохода. Гримаса Лидии Сергеевны ужасна. Она стиснула зубы, дыхание было прерывистым. Непоколебимый племянник продолжает продвигать свой мощный член в прямую кишку возлюбленной. Как только его яички соприкасаются с ягодицами возлюбленной, он перестаёт двигаться. Лидия Сергеевна выглядит облегчённой, но как только член начинает приходить и уходить, её лицо искажается, ужасная гримаса делает его уродливым. Принимая как можно больше мер предосторожности, Виктор начинает долгую работу под стонами агонии, которые издаёт Лидия Сергеевна. С каждой минутой боль, кажется, покидает тело тёти. Она больше не морщится, даже начинает трясти ягодицами.

По мере того, как член набирает скорость, Лидия Сергеевна стонет всё громче и громче. Большая и толстая головка, царапая чувствительные стенки прямой кишки, заставляет её стонать, от удовольствия. Виктор наносит яростные толчки, издавая дикие рычания. Лидия Сергеевна раздражена, напряжение растёт всё сильнее. Она выгибается, словно мост посреди бури, и взрывается от удовольствия, крича о своём удовольствии. Виктор ускоряется и в итоге выстреливает свою густую сперму в её прямую кишку.

Влюблённые были тайно влюблены несколько месяцев, пока не наступил день, когда мать Виктора, не навестила свою сестру Лидию Сергеевну, которая успела разъединиться с любовником, и надеть халат. Она впускает её, они целуются. Нина вздрагивает, увидев сына, который не успел спрятаться, растянувшимся на диване.

Нина хмурится, подозревая, что что-то не так. Боксёры её сына опухли, подозрительные следы на ткани озадачивают её. Она смотрит на Лиду, которая стыдливо опускает голову. Она подходит к ней, поднимает подбородок двумя пальцами и говорит:

— Не нужно мне тут врать, похоже, вы любовники!

Лида признается сестре:

— Стыдно признаться сестренка, да, мы уже давно любовники!

— Кроме того, что он твой племянник, разве тебя не беспокоит разница в возрасте Лида? — спрашивает Нина.

— Сначала, — сказала она, теребя пальцы, — «Мне было трудно это признать, потом я отпустила себя. Виктор заставил меня вновь открыть, для себя удовольствия, от секса, и за это я ему благодарна!

Виктор, встаёт, обнимает Лидию Сергеевну и ищет её губы. Смущённая присутствием своей сестры, она колеблется, прежде чем принять поцелуй. Будто поддавшись импульсам, они страстно целуются, забывая о матери Виктора. В порыве момента Виктор роняет халат тёти на пол. Целуя её, он ласкает её ягодицы. Нина, ошеломлённая, глотает слюну, любуясь изгибами сестры.

Пара, в страсти объятий, забыла, что они не одни. Они расходятся. Лидия Сергеевна пытается скрыть пах руками. Смущённая, она берёт халат, надевает его и садится рядом с Виктором. Нина мать Виктора возмущена, словно охвачена ревностью.

— Значит, мамы тебе уже недостаточно, значит, у тебя есть еще и тётя?

Лидия Сергеевна вздрагивает, она только что поняла, что её возлюбленный тоже спит со своей матерью. Виктор, заикаясь, пытается подобрать слова:

— Я люблю Лиду, если честно, мама. Признаю, это!

Нина тоже сидит на диване. Виктор, окружённый двумя женщинами, смотрит на них по очереди. Лида кажется ошеломлённой тем, что только что узнала. Нина, не расстраиваясь, кладёт руку на горб боксёров и ласкает его, спрашивая сына:

— Твоя тётя трахается лучше меня в сексе?»

Виктор, нахмурившись, тяжело прочищает горло:

— Хм, вы обе отличные любовницы, и я не могу сказать, кто из вас лучшая!

Нина смотрит на свою сестру и с насмешливым выражением лица, не стесняясь в словах, заключает:

— Мы будем соревноваться, нам нужно доказать ему, кто из нас лучше!

Нина не перестаёт смотреть на голые бёдра своей сестры, которые халат плохо скрывает. Лида следит глазами за мастурбацией члена своего молодого возлюбленного его матерью. Нина ускоряется, стиснет зубы, становится более энергичной. Лида не хочет оставлять свою сестру одну. Робко она протягивает руку вперёд и, тяжело вздохнув, начинает возиться с полными яйцами молодого жеребца.

Виктор раздвигает бёдра как можно шире, чтобы две женщины могли работать. Он нежно трясёт тазом, издавая несколько писков удовольствия. Мать неумолимо с каждым движением его запястья, полностью открывает головку. Она пробормотала:

— Посмотри, какой красивый член у моего сына, пососи, побалуй себя, шлюха!

Лидия Сергеевна поднимает голову и говорит:

— Да, я шлюха, как и ты, Нинка!

Две женщины переглянулись и разразились смехом. Лиду не нужно спрашивать. Она проглатывает головку, которую хорошо знает, и начинает сосать, как может, ей хочется доказать сопернице, что умеет сосать член. Нина наблюдает, как её сестра наслаждается головкой члена сына. И завидуя ей, заявляет:

— У тебя же всё хорошо, не так ли? Оставь это немного мне, жадная, я тоже хочу наслаждаться членом Витеньки!

Лиде приходится отказаться от головки, которую жаждет ревнивая мать. Виктор должен признать, что его две возлюбленные — хорошие сосалки. Он сказал, почти в бреду:

— Мои дорогие, мои дорогие, вы потрясающе сосёте член, я скоро кончу!

Голодные рты по очереди идут на вулкан, готовые принять его сперму. Именно мать получает шок, она выплёвывает головку, струйка спермы вытекает из уголка её губ. Быстро она обнимает Лиду и целует её. Удивлённая этим внезапным действием, Лида не может увернуться. Нина пользуется моментом, чтобы налить в рот немного вязкого крема, который ей щедро предложил сын. Затем она отступает, гордясь тем, что может поделиться спермой со своей сестрой, Нина улыбается. Две женщины заглатывают сперму Виктора, пристально глядя друг на друга. Ловким жестом Нина вытирает губы тыльной стороной ладони и говорит:

— Тебе нравится, сперма моего сына, эй, признай, что ты настоящая шлюха Лидочка!

Лида, не обижаясь, отвечает:

— Да, я такая же шлюха, как и ты, которая ценит сперму сына.

— Признаюсь, я скучала по этому!

Нина добавляет, показывая свои белые зубы:

— Думаю, сестренка, мы поладим с тобой!

Лида садится верхом на своего молодого возлюбленного и вонзается в его липкую фигуру. Пока она делает лифт на его члене, Нина снимает с неё халат. Она всегда завидовала фигуре Лиды. Она размывает мясистые доли, погружает длинные пальцы в мягкую плоть, разминает грудные массы. Лида простонала на члене Виктора, который пронзил её живот, и простонала:

—О, как же ты хороша, моя дорогая сестренка!

Соски, подвергшиеся манипуляциям пальцев Нины, становятся очень толстыми. Сестра растягивает их и словно в отместку, раздавливает, заставляя Лиду морщиться, двигаясь по толстому члену возлюбленного.

Именно издав умирающий стон, Лида получает оргазм. Нина прижимает Лиду к плечам, бормоча:

— Возьми всё в свой живот, я хочу услышать, как ты кричишь, когда он наполнит тебя своей спермой, мой сыночек!

Лидия Сергеевна, стиснув зубы, борется с членом, который только что довёл её до оргазма. Нина в восторге:

— Давай, сыночек, трахни эту шлюху, трахай её киску!

Каждый раз, когда тело Лиды опускается, Нина перекладывает всю свою силу на её плечи. Хриплые и продолжительные стоны вызывают на её лице ужасную гримасу. Она цепляется за шею Виктора, пена вырывается из уголков её губ, дыхание становится всё громче и громче. Вдруг, с почти нечеловеческим криком, она встаёт и ужасно кончает. Виктор рыча, как дикое животное, наполняет живот тети спермой. Лидия Сергеевна, запыхавшись, ещё на мгновение остаётся пронзённой на члене племянника.

Нина смотрит на липкий член сына, как можно больше его открывает и засовывает в свой ненасытный рот. Она сосёт, сосёт, издаёт приглушённые звуки удовольствия. Виктор пискнул, нежно встряхнул тазом. Нина выпрямляется и глядя на сестру, говорит:

— Это теперь твой, член моя дорогая сестренка!