Всем привет. Меня зовут Дина, мне восемнадцать лет. Только окончила школу и поступила в педагогический институт. Пожалуй, стоит начать с того, как я выгляжу. Что бы мое тело выглядело привлекательным, в шестнадцать лет записалась в тренажерный зал. Два года я с усилием работала на тренажерах, и прогресс был на лицо, подтянутая, стройная, спортивная фигура: округлые бедра, стройные ноги, грудь идеальной формы второго размера, а сосочки торчали вперед, как носики у лисичек, слегка загорелая кожа, каштановые волосы, спадающие ниже плеч водопадом, пухлые губки и большие карие глаза. Рост средний - 165 см. Тип фигуры «песочные часы».

Характер покладистый. Я не девственница, хотя парня нет. Как-то не слаживалось с парнями, погуляли, подержались за ручки и на этом все. Потеряла девственность я на одной шумной вечеринке, куда меня потащили подружки, где все были пьяны до чертиков и я не исключение. Да мне и много не нужно, пара бокалов или коктейлей и я уже на хорошем веселе. Громкая музыка, танцы и вот я стою раком в подворотне с упертыми в стену руками, со спущенными трусиками, а сзади меня трахает парень из клуба. Но ничего особенного я не почувствовала. Быстро. Странно. Совсем не так, как рисовало воображение. Скорее механическое действо, чем восхитительный процесс. После того случая я стала смотреть порно и активно мастурбировать. И, как ни странно, даже это приносило мне больше удовольствия, чем тот неловкий, скомканный первый раз.

Живу я с мамой и отчимом в трех комнатной квартире. Летом ездим на юг, на море, а раз в несколько лет мы ездили на родину к отчиму повидать его родню. В этот раз у мамы не вышло взять отпуск на работе, я без нее тоже не хотела ехать. Каждая такая поездка идет по одному и тому же сценарию: отчим заезжает к брату, к матери, к сестре, к старым друзьям, и везде его ждет стол с неизменной бутылкой. Выпивает он изрядно, и к концу дня мы кое-как добираемся домой. Раньше я была просто маленькой девочкой, которая сидела в углу и играла игрушками. Да ладно, мама меня все-таки убедила поехать развеется.

Мы приехали к дяде Толе, брату отчима, поздоровались, и сели уже за накрытый стол. Для меня приготовили бутылочку вина, так как я была совершеннолетней, но предупредили что бы пила без энтузиазма. Они сразу завели разговоры про новости, про жизнь, а я сидела и слушала, впитывая этот привычный гомон. Семью свою дядя Толя отправил на отдых, так что теперь он мог позволить себе расслабиться без лишних глаз и ушей. Мы выпивали, кушали. Отчим и дядя Толя пили рюмка за рюмкой, я же понемногу цедила вино. И все же голова начала тяжелеть, мир вокруг стал мягким и чуть расплывчатым. Отчиму позвонили старые друзья, он поднялся, хлопнул брата по плечу и ушел к ним. Я допила третий бокал винишка, чувствуя, как меня начинает штормить — тело налилось ватной тяжестью и я решила пойти отдыхать. Зашла в спальную, специально приготовленную для меня, легла на кровать, и сознание отключилось, словно кто-то щелкнул выключателем. Через некоторое время я открыла глаза в темной комнате от непонятного ощущения.

Меня пытались растолкать. Сквозь сон я чувствовала, как меня переворачивают, как стягивают с меня шортики, а потом и трусики, — холодный воздух коснулся кожи. Потом снова провал. И снова я очнулась от того, что что-то побаливало в области промежности. Какая-то ноющая боль, которая не давала провалиться обратно в сон. Я попыталась понять, что происходит, ворочая тяжелой головой, и вдруг осознала: да меня пытается поиметь отчима брат, дядя Толя. Я дернулась, шевельнулась, выплывая из одурманенного сна, и воскликнула:

— Что происходит, какого черта!

На это дядя Толя отозвался совершенно будничным, даже веселым голосом:

— Ну, наконец-то проснулась, спящая красавица, а то я уж думал, ты все самое интересное можешь пропустишь. Выручай, Диночка, почти две недели никого не ебал. Яйца лопаются, а от тебя не убудет. Ну, что договорились? Я быстренько. Всунул, высунул, кончил и ушел.

Голова гудела от выпитого вина, сознание было ватным. Я не полностью понимала, что происходит, где я и почему это продолжается. В висках пульсировало, и единственное, что я могла выдавить из себя — невнятное мычание, которое, видимо, он принял за согласие.

— Молодец, дорогуша, выручаешь дядюшку, — сказал он и довольно хлопнул меня по ягодице.

Он немного отстранился, скомандовал приподнять попку. Я послушно сделала, что было сказано — тело казалось чужим, непослушным, и я была словно сухой лист, гонимая осенним ветром.

— Ну вот, теперь дело пойдет лучше, — одобрительно проговорил он.

Но все оставалось на этапе введения. Он был сильно пьян. Я чувствовала, как, то в сухую писю, то в анус упирается головка его члена, как он давит, налегает всем телом, но дальше дело не идет. Несмотря на мое полубессознательное состояние, это было больно, я была сухая, ни одной капли смазки. Еще то и дело крутила задом, пытаясь скинуть его с себя, уйти от этой настойчивой, грубой атаки. Он еще раз ударил меня по жопе, раздраженно выдохнул и с новой силой попытался вогнать свой член. Спустя минут пять неудачных попыток, когда боль уже начала отдавать в поясницу, он матернулся сквозь зубы и сказал, чтобы я не дергалась. Я замерла, прикусив губу, чувствуя, как по телу разливается леденящий ужас. Затем я услышала хлюпающие звуки — влажные, ритмичные. И через некоторое время на мою попку и около ануса полилось что-то горячее, липкое, тягучее. Я осознала, он просто подрочил, не сумев войти, и кончил прямо на меня, на мою кожу, оставляя там свои следы, он пометил меня. Я лежала и не двигаясь, чувствуя, как сперма медленно стекает по ягодице все ниже прямо к киске.

— Ану-ка раздвинь свои булки, Диночка, посмотрю, почему-же не вышло в тебя вставить, — сказал он.

Качать права не было смысла. Я сделала, как он сказал, лишь бы поскорее все это закончилось. Луна за окном давала достаточно света, чтобы он мог рассмотреть мое тело — тем более я лежала попой прямо к окну, и не было никакого шанса спрятаться.

— Неплохо, дорогая, хорошие не растянутые дырки у тебя. Ты же не целка?! — протянул он, разглядывая меня.

— Нет, но я не занимаюсь сексом. – ответила я.

— Ладно, сейчас исследую твою пещерку! – сказал он.

Он провел ладонью по моей промежности, собирая свою сперму смазывая мою писю и свои пальцы. Вставил во влагалище сначала один палец, подержал внутри, затем сделал несколько движений, и остановился, вынул и через мгновение вставил уже два пальца в мою дырочку, и снова стал исследовать ее, проталкивая пальцы как можно глубже. Приятного было мало, но сильного дискомфорта я не чувствовала, не считая того что пальцы были толстыми, загрубевшими и мозолистыми. Он сказал, что засунул в меня два пальца, но для члена этого маловато, но ничего разберемся. Я только попросила заканчивать, и он, наконец, оставил меня в покое.

— Классная ты, Динка, но не объезженная. Завтра сосать будешь учиться, и дырки твои растягивать будем, а то какой-то не порядок — у меня хуй кончил а ты его и не ощутила, но да ладно — сказал он буднично, словно речь шла о чем-то обыденном.

Я подождала, пока он выйдет, и пошла в ванную. Включила воду, разделась и встала под душ. Теплая вода ласкала кожу, принося успокоение, но в голове крутились разные мысли. Я стала осознавать, что произошло в спальне. В голове крутилась только одна мысль: «Капец, как это могло произойти?».

Когда я снова легла на кровать, ворочаясь на сбитой простыне, появились другие мысли: «Что теперь? А если кто-то узнает?». Но выпитое вино делало свое дело — сознание отключалось, проваливаясь в беспамятство, и я, несмотря на все, уснула.

Утром я зашла на кухню. Дядя Толя стоял у плиты, заваривал чай, и, увидев меня, расплылся в довольной улыбке.

— Ну, как спалось? — спросил он с такой легкостью, будто мы обсуждали погоду.

Меня будто током ударило. Воспоминания нахлынули разом — ночной стыд, его тяжелое дыхание, ощущение его горячей спермы на коже, его пальцев внутри меня. Я не знала, что ответить, стояла застывши, глядя в одну точку.

Молча налила себе чай, села на стул, пытаясь собраться с мыслями.

Дядя Толя не отставал:

— Ты потом мне сама спасибо скажешь, что я тебя пытаюсь сделать настоящей женщиной.

Он подошел ко мне, и прежде чем я успела что-то понять, спустил штаны, взял мою руку, лежащую на столе, и вложил в нее свой член — уже слегка набухший, теплый, тяжелый.

— Что, не знаешь, что с ним делать? — усмехнулся он.

Я как завороженная смотрела на его член, который находился в каких-то сантиметрах от моего лица. Моя рука сжалась сама собой, пальцы обхватили ствол, и я не могла ни отпрянуть, ни разжать хватку. Что-то внутри меня словно отключилось, и я стала машинально шевелить рукой — медленно и неуверенно.

— Смажь! — скомандовал он.

Я плюнула на головку члена, и рука продолжила движение. Но ему этого было мало.

— Нормально смажь! — повторил он и ткнул членом в мои пухлые губки.

От этого неожиданного прикосновения я почему-то раскрыла рот. Член скользнул внутрь, и мы замерли. Я была в полном ступоре. Только одна мысль пульсировала в голове, повторяясь как заезженная пластинка: «Я первый раз взяла член в рот!». Ступор постепенно прошел, дядя Толя терпеливо ждал. Я пошевелила языком, пробуя, исследуя, потом стала двигать головой навстречу члену, входя в ритм, могу даже сказать с небольшим наслаждением.

И тут вдруг раздался звонок в дверь.

— Бляяя... Ну, что за... Кто это там? — выругался дядя Толя, резко спрятал член обратно в штаны и пошел открывать.

На пороге стоял мужчина, лысый, руки в наколках – оказалось это Гоша, сосед дяди Толи. По татуировкам я поняла, что он наверно сидел в тюрьме. Они о чем-то разговорились, и вдруг Гоша обратил внимание на меня:

— Чего это ты такая смурная сидишь? — спросил он с хитрым прищуром.

— Дак... она у меня сейчас сосала, а тут ты отвлек... — ответил дядя Толя, ничуть не смущаясь присутствия постороннего.

— Ааа... так она расстроилась, что прервали! — усмехнулся Гоша. — Так я не мешаю, продолжайте.

Мне стало стыдно. Дядя Толя опять достал свой толстый член и ткнул им мне в лицо. Я просто сидела, безучастно глядя перед собой, будто под гипнозом.

— Не делай такой вид, что хуя не видела, давай за работу? — сказал он.

Толстая головка уперлась мне в губы. Я открыла рот, и он ткнул ею прямо мне в горло. Я поперхнулась, закашлялась, рефлекторно схватила член рукой, чтобы он больше так не делал, и стала сосать — медленно, неумело, но уже понимая, что это неизбежно.

— Вот, совсем другое дело, а то ломаешься, — довольно проговорил дядя. — Я с легкостью определяю шлюшек вроде тебя. Хуй достаешь — если истерику не закатывает, значит, шлюха.

Гоша тем временем, тоже расстегнул ширинку и начал надрачивать свой член — длиннее, чем у дяди, но тоньше. Я видела, как он двигает рукой по стволу, как головка его члена набухает, краснеет.

— Что первый минет! Сосешь не уверенно! Ничего научишься, сама будешь просить хуйца за щеку! — сказал Гоша.

Я хотела отпрянуть и возразить, но дядька крепко держал меня за затылок, не давая двинуться. Член у меня во рту двигался все быстрее, дыхание дяди стало тяжелым, и вдруг он выдохнул:

— Глотай!

Я повиновалась. Сперма оказалась на вкус неприятной — солено-горькая, вязкая. Часть ее вытекла у меня изо рта, потекла по подбородку, но остальное я сглотнула, чувствуя, как комок поднимается к горлу. Они смотрели на меня с лукавыми улыбками, на мое испачканное лицо, сперму на губах, мой растерянный взгляд.

— Привыкнешь! — сказал дядя Толя и, обтерев свой член о мою щеку, спрятал его обратно в штаны.

— Слушай, Толян. Мы же ведь поебём ее сейчас?. Хочу девку в жопу попробовать. У тебя клизма найдется? — спросил Гоша, уже расстегивая ремень, будто все было решено заранее.

Дядя почесал затылок, задумался на секунду и ответил:

— Да, есть. Жена иногда пользуется.

Он вышел и скоро вернулся с клизмой. Сунул ее мне в руки и подтолкнул в сторону санузла.

— Давай в темпе, хуесоска, — сказал он, и в его голосе не было ни капли снисхождения.

Я зашла в ванную, закрыла дверь и просто стояла, глядя на предмет в моих руках. Руки тряслись, пальцы не слушались. Все происходящее казалось дурным сном — липким, бесконечным, из которого нет пробуждения. Но тянуть было бесполезно, и я сделала, как сказали.

Вышла из санузла, уже не одеваясь, голой. Зачем? Если через пять минут меня разденут. Увидев это, Гоша одобрительно хмыкнул:

— А девчонка сообразительная. Зачем одевать шмотки, если сразу их снимать. Ты теперь, дорогая, держи клизьмочку всегда под рукой и делай процедуры очень часто. Ебать мы тебя будем частенько.

Я села на стул, и Гоша сразу же пристроился рядом — снял трусы, достал полу вставший член и начал пихать его мне в рот. И я опять стала сосать, как будто это уже было в порядке вещей, как будто, так и надо. Я была полностью подавлена морально — о сопротивлении не возникало даже мыслей. Просто движение губ, языка, головы вверх-вниз, как у заводной куклы. Я пока не могла осознать, что это происходит со мной на самом деле, что это не сон, не бредовая фантазия, а реальность. В свою очередь он мял мою грудь грубо, жестко. Сжимал сосочки и выкручивая их.

Когда член Гоши отвердел и налился кровью, он сказал:

— Толян, пошли в зал, поговорим, а я там ее поебу.

Он взял меня за руку и повел в комнату. Я шла за ним, как на поводке, чувствуя, как ноги становятся ватными. Гоша поставил меня на четвереньки на разложенном диване и приставил свою горячую головку до предела возбужденного члена к моему анусу. Я чувствовала, какой он склизкий и в то же время твердый, и по телу пробежала дрожь. Мне было страшно, что в мою девственную попку вставят длинный твердый член.

— У тебя смазка есть? — обратился Гоша к дяде Толе.

— Есть, сей час дам! – ответил дядя и достал со шкафа тюбик с лубрикантом.

Гоша взял его, выдавил немного и намазал мне между булочек. Потом вставил палец — медленно, исследуя.

— Нравится? — спросил он с усмешкой.

Я молчала.

Всунув второй палец, он начал растягивать мой анус, делая это быстро и без церемоний. Мне было больно, но я терпела, вцепившись пальцами в простыню. Через минуту он уже запихивал в меня член.

— Тяжко идет, но ничего, растянется, — сказал он, начиная совершать небольшие фрикции.

Боли почти не было — только ощущение натянутости ануса, дискомфорт и стыд, липкий, как паутина. Гоша и дядя Толя продолжили свою беседу, будто ничего не происходило, будто перед ними не стояла на четвереньках молодая девушка с членом в попке.

— Это Серегина дочь? — спросил Гоша, кивая на меня.

— Не совсем, падчерица. – прозвучал ответ дяди.

— А ничего, красивенькая. Хорошая шлюшка, покладистая. А он сам где? – говорил Гоша.

— Да поехал по родственникам дальше. – снова ответил дядя.

Гена начал наставлять дядю, как воспитывать меня дальше:

— Ты не позволяй ей выражать свое мнение, а то выебываться начнет, мол, хочу не хочу, — и тут он шлепнул меня по попе, отчего я вздрогнула. — Ты ж не будешь выебываться?

Я молчала, только тихонько постанывала.

— Правильно, воспитаем тебя, через неделю сама на хуи прыгать будешь как заправская шлюха. – с лукавой улыбкой продолжал Гоша.

Дядя Толя встал с кресла, подошел и снова начал совать мне член в рот.

Сосать особо не получалось — я просто ритмично дергалась с его членом во рту, стараясь не задохнуться. Гоша усилил хватку на моих бедрах, вставил до упора и разрядился внутрь меня. Я почувствовала, как горячая жидкость заполняет меня, и внутри все сжалось.

Я взяла член дяди Толи рукой, чтобы сосать нормально, но он развернул меня спиной к себе и с ходу засадил в уже потекшую писю.

— По утрам будешь нам сосать... Чего молчишь? Сереге скажешь, что, пока он по родственникам ездит, ты останешься тут, понятно? – приказным тоном говорил дядя.

— Оооо... да, — выдохнула я.

— Хорошо, — дядя Толя с силой начал меня трахать, насаживая на свой член с каждым толчком. — Ты смотри, вчера не мог просунуть, а сегодня скользит по полной программе.

— Да я же разогрел ее, течет как сука, — самодовольно сказал Гоша.

Я уперлась локтями в диван и уткнулась лицом в простыню, сисички колыхались в такт фрикциям, а возбужденные сосочки терлись о простыню. Питалась отрешиться от реальности, уйти куда-то в себя, где не было этих рук, этих голосов, этого стыда.

Дядя Толя замедлился, вытащил член, посмотрел на мою дырочку и снова вставил. Потом снова вытащил и показал Гоше:

— Смотри, не закрывается.

— У этой сучки эластичные дырки. Через неделю хорошей ебли будет принимать хуи без всякой подготовки, только взглянув на хуй, — ответил Гоша.

Довольный результатом, дядя Толя снова начал быстро меня трахать, пока, наконец, не достал с чпоком член и не спустил струей мне на спину. Горячая сперма растеклась по пояснице, капая на простыню.

— Гуляй, дырка! — сказал он и шлепнул меня по жопе.

Они пошли пить, оставив меня стоять на четвереньках в своей сперме. Я застыла и не двигалась, глядя в одну точку. По ляжкам начало что-то течь, и я, зажав ладошкой дырки между ног, чтобы не залить все вокруг, побежала в ванную. В ванной я закрылась, включила воду и просто стояла под душем, глядя, как сперма вытекает из меня, смывается с моего тела.

И я поняла, я могу просто потерпеть это пару дней, а потом забуду, как страшный сон. Это не так уж и тяжело, просто как говорится: « если не можешь предотвратить изнасилование – расслабься и получи удовольствие, все равно ничего уже не изменить». Не скажу же я отчиму, что меня его брат трахал во все дыры вместе с соседом. Я пощупала свою писю и анус — они уже закрылись, но пальцы легко проникали внутрь. «Ну, вот теперь у меня нет ни одной девственной дырочки, а оргазма так и не получила – вот я шлюха!», — пронеслось в голове, и я сразу стала прогонять эту мысль от себя. Нельзя сдаваться. Скоро все кончится, и я буду жить по-прежнему.

Продолжение следует...