Катя толкнула тяжелую дверь и вошла в лекционный зал. На нее даже никто не повернулся — закрытый пансион для девочек встретил новенькую ледяным презрением и тихим гулом чужих разговоров. Бросив неловкое «здрасьте» в пустоту, Катя двинулась вверх по ступеням между рядами, высматривая свободное место.

В этот момент в дверях появилась Аврора. Зал мгновенно заткнулся, как по щелчку. Аврора обвела аудиторию ленивым взглядом хищника и громко, с издевкой, произнесла:

— Девочки, я слышала, в нашем серпентарии пополнение. Ну и где эта новенькая? Выйди и представься.

Катя замерла, сглотнула ком в горле, но отступать было поздно. Она скинула рюкзак на ближайшее сиденье и спустилась обратно к трибуне.

— Привет. Меня зовут Катя, — постаралась она сказать это как можно тверже.

— Доброе, Катенька, — приторно улыбнулась Аврора. Она вальяжно уселась прямо на край ближайшей парты, закинув ногу на ногу. — А теперь, милая, тебе нужно со мной правильно поздороваться.

Катя нахмурилась:

— В смысле? Что нужно сделать?

Аврора наклонилась чуть вперед, и ее голос стал вкрадчивым, но жестким:

— Всего ничего. Встать передо мной на колени, поцеловать туфель и произнести клятву верности. Мне, королеве Авроре.

Катя окинула взглядом аудиторию. Десятки пар глаз смотрели на нее — кто-то с равнодушным любопытством, кто-то с предвкушением чужого позора. Ни одной протянутой руки, ни одного сочувствующего взгляда. Защиты ждать было не от кого.

Она сглотнула вязкую слюну и тихо спросила:

— Это... действительно так необходимо?

— Конечно, милая, — Аврора приторно улыбнулась, но в глазах застыл лед. — Так каждая сучка в этом зале сразу поймет, что ты — моя собственность. Нам ведь не нужны лишние проблемы, правда?

Катя помедлила секунду, чувствуя, как горят щеки, а затем медленно опустилась на колени прямо перед партой. Пол был холодным.

— Что я должна сказать? — едва слышно выдавила она, глядя на носок лакированной туфли Авроры.

— Скажи: «Я буду верной госпоже Авроре». И целуй.

Набрав в легкие воздуха, Катя послушно повторила:

— Я буду верной госпоже Авроре...

Она наклонилась и прижалась губами к гладкой коже туфли.

Аврора сверху вниз внимательно, с явным удовольствием наблюдала за ее унижением. Убедившись, что новенькая сломлена, она лениво обвела взглядом замерший зал и громко чеканно произнесла:

— Так, девочки. Все слышали? Это моя новая вещь. Руки от нее убрали. Кто тронет — укушу лично.

Интерес к сцене тут же пропал, студентки зашуршали тетрадками, отвернувшись обратно к доске. Шоу закончилось. Аврора изящно поднялась с края парты, наклонилась к самому уху Кати и обдала ее горячим дыханием с ароматом дорогого парфюма:

— А теперь бери свои шмотки и дуй за мной. Будешь сидеть рядом.

Не дожидаясь ответа, Аврора по-хозяйски зашагала вверх по лестнице, к самым дальним, козырным рядам аудитории.

Катя поднялась с колен, чувствуя, как лицо горит от стыда. Стараясь не смотреть по сторонам, она забрала свой рюкзак и начала пробираться между рядами на самый верх.

Уже сев на свободное место, она поняла, что галерка абсолютно пуста — весь последний ряд был в полном распоряжении Авроры. Катя огляделась: отсюда, с высоты, действительно открывался отличный обзор. Если препод будет говорить громко, то и слышно будет идеально, и записывать удобно. В голове у новенькой все еще крутились мысли о банальной учебе.

Она повернулась к соседке и, стараясь не привлекать внимания, тихо шепнула:

— Спасибо.

Аврора не ответила. Она лишь снисходительно улыбнулась, глядя Кате прямо в глаза, а затем медленно опустила ладонь на ее колено. Пальцы Авроры уверенно сжались, аккуратно, но властно поглаживая ткань юбки и поднимаясь чуть выше. Это не было дружеским жестом — Катя кожей почувствовала, что ее только что окончательно заклеймили.

Катя замерла, боясь сделать лишний вдох. Чужая ладонь на бедре жгла кожу даже сквозь ткань одежды, но здравый смысл подсказывал: лучше не дергаться и не перечить. Аврора лениво косилась на нее, сканируя каждое мимолетное движение лица. Заметив, что новенькая послушно принимает навязанные правила, хозяйка галерки удовлетворенно ухмыльнулась. Всю лекцию ее пальцы медленно, по-хозяйски блуждали по колену Кати, то затихая, то поднимаясь выше, опасно близко подбираясь к краю нижнего белья. Учеба у Кати шла туго — мысли путались, а сердце бешено колотилось в такт этим неторопливым поглаживаниям.

Когда надрывный звонок объявил конец пары, Аврора не убрала руку. Она наклонилась к уху Кати и тихо, с нажимом приказала:

— Катенька, сиди на месте. Жди, пока все эти сучки свалят, а потом пойдешь за мной.

Катя послушно кивнула, вжавшись в сиденье.

Студентки шумно собрали сумки и потянулись к выходу. Как только за последней из них захлопнулась массивная дверь и в аудитории воцарилась глухая тишина, Катя попыталась встать, чтобы наконец забрать рюкзак.

Не успела она выпрямиться, как по ее ягодице прилетел резкий, звонкий шлепок. Катя вскрикнула от неожиданности, но тут же получила второй, еще более ощутимый. Кожа под тонкой юбкой мгновенно вспыхнула. Аврора шагнула вплотную со спины, и ее ладони бесцеремонно легли на бедра новенькой, сминая ткань и оглаживая округлости с откровенно собственническим азартом.

— А ты молодец, — промурлыкала Аврора ей в затылок, не прекращая своих ласк. — Другая дура на твоем месте уже вылетела бы отсюда в соплях и слезах. За такую покорность тебя ждет награда. Я сегодня же перетерплю с комендантшей, и тебя подселят в мою комнату. Будешь под личным присмотром.

Она наконец отпустила Катю, поправила свои безупречные волосы и кивнула на дверь:

— А теперь шевелись, вещь. Идем, я устрою тебе экскурсию по нашему милому заведению.

Они вышли в коридор и неторопливо пошли по парадному корпусу. Вокруг всё дышало роскошью: мраморные полы, высокие потолки и идеальная чистота.

— Здесь у нас учебные классы, — Аврора лениво вела рукой вдоль резных дверей. — Пошли, покажу столовую. Место, где все кушают. Естественно, садиться ты будешь со мной. Запомни раз и навсегда: никакого общения с местными плебейками. Обеды тут высшего разряда, никакого фастфуда или дешёвой химозы. Только то, что обязана принимать в себя девушка из приличного общества.

Они спустились на уровень ниже и миновали спортивный блок. Из-за стеклянных дверей просторного зала с огромными зеркалами доносилась тихая классическая музыка.

— Танцуешь? — Аврора мазнула по Кате оценивающим взглядом.

Катя лишь молча мотнула головой.

Они прошли дальше и остановились у входа в следующий зал, сияющий белизной. На стойках вдоль стен ровными рядами висели защитные маски и рапиры.

— Фехтуешь?

— Ничего себе... — Катя удивлённо приоткрыла рот. — У вас тут даже фехтование есть?

— Разумеется, Катюша, — снисходительно хмыкнула Аврора. — Фехтование, конный спорт и другие... интересные игры, которым в обычных помойках не учат.

— А как же нормальный спорт? — Катя нахмурилась. — Ну, футбол там, баскетбол?

Аврора откровенно рассмеялась, и этот смех был полон презрения:

— Нет, дорогая, такого колхоза тут нет. Чтобы потереться жопами, девки бегают к парням. Ты ведь видела мужской корпус неподалёку? Вот там все эти чисто мальчиковые забавы.

— Но разве девочкам это не нужно для общего развития? — попыталась возразить Катя.

— Можно и для развития, — Аврора резко сократила дистанцию, заглядывая Кате прямо в глаза. — Как насчёт волейбола? Хочешь прыгать у сетки в коротких шортиках?

— У вас есть волейбол? — Катя заметно оживилась.

— Да, это добро имеется, — Аврора по-хозяйски похлопала её по плечу, разворачивая обратно к выходу. — Ладно, экскурсия окончена. Пора возвращаться на пары. И помни моё главное правило: ты сидишь только со мной. Будешь паинькой — получишь свои шортики.

Они вернулись в аудиторию как раз к звонку. Преподаватель опаздывал, и Аврора сразу двинулась на свой излюбленный верхний ряд. Катя послушно шла следом, уже понимая, что ее личные границы стерты. Как только они сели, Катя снова почувствовала прикосновение — но на этот раз ладонь Авроры легла не на колено, а бесцеремонно скользнула сзади, сжав ее бедро.

Аврора наклонилась к самому уху новенькой и обжигающе прошептала:

— Когда зайдет препод и все встанут для приветствия, садись аккуратно. Задери юбку повыше.

Когда в дверях появился профессор, аудитория синхронно поднялась. У Кати бешено колотилось в груди. Опускаясь обратно на сиденье, она незаметно подтянула подол форменной юбки вверх. Аврора не заставила себя ждать: ее прохладные пальцы тут же скользнули под ткань, уверенно сминая тонкое кружево нижнего белья.

Весь оставшийся час эта рука не покидала Катю. Пальцы Авроры медленно, с легким нажимом оглаживали нежную кожу, иногда пробираясь глубже, собственнически лаская ягодицы. Катю бросало то в жар, то в холод, она едва сдерживала дыхание, чтобы не выдать себя. Но больше всего ее поражало поведение Авроры. Для хозяйки галерки это вообще не было проблемой: свободной рукой она абсолютно спокойно, каллиграфическим почерком вела конспект, вовлеченно слушая лекцию и всем своим видом показывая, что полностью контролирует ситуацию.

Когда пара закончилась, Катя снова покорно ждала, пока опустеет зал. Как только за последней студенткой закрылась дверь, она начала медленно собирать тетради.

— Ну что, Катенька, тебе здесь нравится? — Аврора лениво откинулась на спинку сиденья, наблюдая за ней. — Что думаешь о своем первом дне?

— Все... прекрасно, — тихо ответила Катя, пытаясь унять дрожь в голосе. — Я очень мечтала сюда попасть. У этого заведения огромный престиж.

— О да, престиж, — Аврора язвительно усмехнулась. — Я видела твое личное дело и твои оценки. Ты круглая отличница и действительно пришла сюда ради учебы. Вот только зубрежка не делает тебя одной из нас. Нас с пеленок учат, как правильно сидеть, как держать серебряную ложку и держаться в седле. Тебе же предстоит освоить все это под моим личным началом. И поверь, я очень строгая преподавательница.

Катя замерла, сжимая в руках ручку, и наконец решилась посмотреть Авроре прямо в глаза:

— Прости... но чего именно ты от меня хочешь?

— Прямой вопрос. Люблю такую дерзость, так что держи прямой ответ, — Аврора наклонилась вперед, и в ее глазах блеснул хищный азарт. — Окинь взглядом этот зал. Как думаешь, сколько девок здесь из действительно высшего общества?

— Ну... наверное, все. Кроме меня.

— Правильно, — кивнула Аврора. — Но ты поняла это только по документам, верно? По их лицам или поведению это видно?

— Нет, — честно призналась Катя. — Особо не видно.

— Вот именно! — в голосе Авроры послышалась откровенная скука и презрение. — Они все — безликое, серое стадо, выращенное в теплицах. Пустышки. И поэтому мне здесь смертно скучно. А вот из тебя, Катюша, я сделаю шедевр. К концу обучения ты будешь породистее и статуснее любой из этих сучек. Но за это ты будешь принадлежать мне. Целиком.

— А теперь шевелись, на сегодня всё, — Аврора поднялась с места и потянулась, изящно выгнув спину. — Дуй в свою конуру, собирай манатки и перетаскивай их ко мне. Номер двести тридцать восемь. Кабинет комендантши я беру на себя.

Катя лишь безропотно кивнула. Они вместе вышли из учебного корпуса и зашагали по тенистой аллее к зданию общежития. На входе привычно дремала вахтёрша, с которой Аврора даже не посчитала нужным поздороваться, сухо мазнув мимо неё царственным взглядом. Катя послушно поднялась на свой этаж, за полчаса закинула немногочисленные пожитки в дорожную сумку и спустилась на второй этаж.

У двери с номером «238» она на секунду помедлила, переводя дух, и тихо постучала.

Дверь распахнулась почти мгновенно. Аврора уже успела скинуть строгую форму — на ней был свободный халат из тяжёлого чёрного шёлка, едва прикрывающий середину бёдер. От неё пахло дорогим парфюмом и чем-то сладким. Комната за её спиной оказалась в два раза больше обычной: дорогая мебель, мягкий ковёр, огромный плазменный телевизор и идеальный порядок.

— Заходи, Катюша, — Аврора отступила в сторону, окинув новенькую ленивым взглядом. — Располагайся, будь как дома.

Катя переступила порог и аккуратно поставила сумку у стены. Оглядев эту роскошь, она тихо спросила:

— Я так понимаю... здесь тоже будут свои правила?

— Самое главное правило ты уже усвоила, девочка, — Аврора вкрадчиво улыбнулась, завязывая пояс халата на тонкой талии. — Слушаться меня во всём и быть моей послушной маленькой куколкой. В остальном — я не тиран. Хочешь чай — вон чайник, включай. Музыку слушай в наушниках, чтобы меня не бесить. А теперь видишь тот шкаф? Половина твоя, раскладывай шмотки туда. И да... если тебе приглянется что-то из моих вещей, не стесняйся, спроси — я одолжу. Мне не жалко.

Катя начала неловко доставать свои вещи из сумки и складывать их на полку. Аврора стояла рядом, скрестив руки на груди, и с брезгливым интересом изучала ее скромный гардероб.

— Милая, — Аврора подцепила двумя пальцами простую футболку. — Тряпки из твоего шкафа годятся разве что для утренней пробежки. Но не более. Мы тут каждую неделю устраиваем закрытые вечеринки. Как ты в этом собираешься посещать светские рауты?

— Это... обязательно? — тихо спросила Катя.

— Конечно, глупышка. Ты должна вливаться в коллектив. Связи и знакомства — это то, ради чего сюда идут. Любая сучка из этого пансиона могла бы открыть тебе дверь в другой мир. Но я сделаю это лучше всех. Так что на выходных у нас по плану тотальный шопинг.

— У меня нет на это денег, — Катя опустила глаза.

— Ты теперь моя, — Аврора снисходительно улыбнулась и провела ладонью по ее плечу. — А значит, и шопинг за мой счет. Так, а это еще что?..

Она вытащила со дна сумки простые хлопковые трусики Кати и поморщилась:

— Вот этот позор вообще нужно сжечь. Мы такое здесь не носим.

— И что мне тогда надевать? — Катя растерялась.

— Можешь вообще без белья ходить, я только за, — Аврора хищно усмехнулась. — А можешь вот это.

Она скользнула к своему комоду, выдвинула ящик и достала оттуда невесомые, откровенные трусики из дорогого черного кружева. Бросила их Кате:

— Они чистые, так что примеряй смело.

— Ты не против?.. — Катя покраснела, сжимая в руках дорогую ткань.

— Нет, птичка. Мы избавляемся от твоего хлама. А пока у тебя нечего надеть — будешь носить мое.

Катя тяжело вздохнула. Медленно, преодолевая стыд под пристальным взглядом хозяйки комнаты, она стянула свое простое белье. Взяв из рук Авроры кружевной лоскуток, она натянула его на себя. Ткань оказалась непривычно тонкой, почти неощутимой.

Аврора тут же подошла сзади, бесцеремонно взяла Катю за бедра и подвела к большому зеркалу. Одной рукой она бесстыдно задрала край Катиной юбки, обнажая кружево на бедрах.

— Смотри на себя. Ведь так намного лучше, правда?

— Да... наверное, — выдохнула Катя, глядя на свое отражение и чувствуя, как внутри все сжимается от сладкого волнения.

— Я так понимаю, для тебя одежда всегда была просто броней, как и у всех плебеев. Защитой, а не способом самовыражения, — Аврора ласково огладила ее живот.

— Я никогда не думала об одежде в таком ключе...

— Скоро начнешь. На выходных они все нацепят свои лучшие платья. Поверь, эти шмотки будут стоить бешеных денег, но сами девки так и останутся безликими призраками. А тебя мы приобщим к настоящей моде. Будем развивать твою насмотренность.

Внезапно тонкие пальцы Авроры жестко перехватили шею Кати сзади, заставляя ее закинуть голову назад и смотреть в зеркале прямо в глаза своей хозяйке. Голос Авроры стал ледяным и требовательным:

— А теперь скажи мне... Кому ты принадлежишь?

Катя с трудом сглотнула, чувствуя властную хватку на горле:

— Тебе... Только тебе, моя госпожа.

Аврора удовлетворенно хмыкнула и отпустила ее шею, напоследок ласково потрепав по щеке.

— Прекрасно. Ты обычно у стенки спишь или с краю?

— А что? — Катя удивленно обернулась.

— Как это «что»? Мы будем спать на моей кровати. Мне нужно знать: ложишься у стенки или мне придется пинать тебя всю ночь, если будешь мешаться?

— Можно у стенки, — тихо попросила Катя, чувствуя, как сердце делает кульбит. — Получается... я стала твоей девушкой? Всего за один день?

Аврора лениво скинула халат, оставаясь в одном белье, и грациозно опустилась на шелковые простыни. Она посмотрела на Катю долгим, затуманенным взглядом:

— Считай, что так, дорогая. А теперь туши свет и иди к своей хозяйке.

Перед сном они устроили чаепитие. Катя по старинке достала свою огромную, привезенную из дома кружку и потянулась к чайнику, собираясь налить крутой кипяток.

Аврора, лениво наблюдавшая за ней из-за стола, недовольно поморщилась:

— В тебя вообще влезут эти помои? Не хватало еще, чтобы ты ночью устроила мне водные игры прямо на шелковых простынях.

— Ой, прости... — Катя смущенно замерла с чайником в руке.

— Не за что извиняться, просто забудь про эту бадью, — Аврора кивнула в сторону кухонного уголка. — Твой, не побоюсь этого слова, бокал пусть стоит на дальней полке. Возьми вон ту фарфоровую чашку и блюдце. А теперь попробуй еще раз.

Катя послушно убрала свою кружку и взяла изящный тонкий фарфор. В памяти неожиданно всплыли редкие моменты из детства, когда бабушка доставала праздничный сервиз. Катя аккуратно поставила чашку на блюдце, налила ароматный чай и принесла к столу, за которым восседала ее хозяйка.

— Прекрасно, — снисходительно одобрила Аврора, оценивая ее плавные движения. — Вот так и пей. И запомни: если кладешь сахар, то ложка должна лежать на блюдце, а не торчать из чашки, как антенна.

— Я поняла, — тихо ответила Катя, делая первый аккуратный глоток.

Затем они переключились на учебу. Катя разложила учебники, собираясь погрузиться в сложные формулы, но к ее огромному удивлению, Аврора расщелкала домашнее задание за считанные минуты. Закрыв тетрадь, она бесцеремонно пододвинула ее к Кате:

— На, сверяйся.

Катя бросила беглый взгляд на идеальный почерк Авроры и тут же закрыла страницу ладонью:

— Прости, но я еще не все решила. Можно без спойлеров? Сама хочу додуматься.

— Правильно, — в глазах Авроры мелькнуло одобрение. — Как закончишь, отдашь мне на проверку.

Спустя полчаса Катя дощелкала последнее уравнение и протянула свою тетрадь. Аврора внимательно пробежалась глазами по строчкам и удовлетворенно кивнула:

— Все правильно. Свободна.

— Откуда ты так уверена? — Катя удивленно вскинула брови. — Ты даже ответы в конце учебника не посмотрела.

— Я уже все решила в уме, птичка, — Аврора высокомерно улыбнулась, откидываясь на спинку стула. — Мои ответы всегда правильные.

— А если все-таки где-то ошибка? — с легким вызовом спросила Катя.

Аврора наклонилась к ней почти вплотную, обжигая дыханием:

— Значит, в следующий раз я сделаю еще лучше. Ошибаться — это привилегия плебеев. А мы доводим всё до идеала. Смывайся в душ, я жду тебя в постели.

Перед тем как выключить свет, Катя робко присела на край матраса.

— Аврора... а как спят девушки из высшего общества? Они должны лежать строго на одном боку или могут раскинуться звёздочкой?

Аврора откровенно рассмеялась, и этот смех прозвучал на удивление мягко:

— На самом деле, глупышка, тут каждая спит как привыкла. Но раз уж мы делим одну кровать, я бы хотела просто чувствовать, как ты засыпаешь рядом.

— А в чём они спят? — Катя продолжала допрос, пытаясь нащупать новые границы.

— Хочешь спать абсолютно обнажённой? — Аврора хищно прищурилась.

— Как прикажете, Госпожа, — тихо выдохнула Катя.

— Не перегибай палку со своей покорностью, милая, иначе мне придётся тебя наказать, — в голосе Авроры звякнул металл, но взгляд оставался горячим.

— Прости... Просто я никогда раньше не спала в одной постели с девушкой.

— А с парнями?

— Нет. Если ты про секс, то он у меня был, но я никогда не оставалась с мужчинами вот так, на всю ночь.

— Понятно, — Аврора вальяжно откинулась на спину, устроившись на расстеленном шёлковом белье.

Катя медленно поднялась, подошла к её половине кровати и послушно опустилась на колени. Словно ласковая, преданная кошка, она прижалась щекой к стройным бедрам Авроры, плавно ведя головой вверх и вниз. Аврора снисходительно улыбнулась и запустила пальцы в её волосы, слегка оттягивая пряди назад. Она наклонилась и властно накрыла губы Кати своими. Даже в этом поцелуе не было равенства: Аврора жестко диктовала темп, глубоко сминала её губы и полностью доминировала.

Когда воздух в легких подошел к концу, Аврора отстранилась. Тяжело дыша, она быстрым движением стянула с себя кружевные трусики и отбросила их на пол. Оперевшись на локти, Королева пансиона медленно развела колени в стороны, открывая Кате полную панораму своего идеального тела.

— А теперь твой вечерний туалет, кошечка. Покажи, как ты умеешь быть благодарной.

Катя сглотнула вязкую слюну, прекрасно понимая, чего от неё требуют. Сердце бешено стучало где-то в горле. Она опустила взгляд, прижалась губами к нежной коже на лодыжке Авроры и начала медленно, миллиметр за миллиметром, подниматься поцелуями вверх по внутренней стороне бедра, оставляя за собой горячий влажный след.

Катя уверенно подалась вперед, соприкасаясь губами с самой нежной, сокровенной кожей Авроры. Ее язык двигался робко, нащупывая правильный ритм, но с каждой секундой она действовала все смелее. Аврора запустила пальцы в ее волосы, слегка сжимая пряди и направляя движения новенькой. Вскоре тишину комнаты нарушило тяжелое, прерывистое дыхание хозяйки, которое плавно переросло в тихие, томные стоны. Катя приняла эти звуки за высшую похвалу и продолжила ласкать свою королеву с еще большим усердием.

Когда напряжение достигло пика, Аврора мягко, но настойчиво отстранила Катю за плечи. Тяжело дыша, она грациозно поднялась с кровати, подошла к комоду и достала из глубины ящика гладкую фаллическую игрушку. Вернувшись к постели, Аврора неторопливо покрыла девайс слоем прохладного лубриканта.

— Ложись на спину, Катюша, — приказала она, и на ее губах заиграла хищная ухмылка. — Сегодня наша первая ночь вместе. Считай ее нашей первой брачной ночью.

Катя послушно опустилась на шелковые простыни, раскинув бедра. Аврора нависла сверху, фиксируя игрушку в руке, и медленно, миллиметр за миллиметром, начала погружать ее внутрь девушки. Катя шумно выдохнула от непривычного чувства полноты. В этот момент Аврора нажала кнопку на основании, и игрушка зажужжала, пуская по телу мощные, пронзительные вибрации. Удовольствие мгновенно затопило обеих.

Аврора начала двигаться — уверенно, глубоко и ритмично, заставляя Катю выгибаться в спине и сладостно стонать. Звуки в пустом корпусе общежития становились слишком громкими. Чтобы не привлекать лишнего внимания, Аврора подхватила с постели свои кружевные трусики и аккуратно, но плотно протолкнула их между зубов Кати, используя вместо кляпа. Теперь из горла новенькой вырывалось лишь глухое, возбужденное мычание.

Аврора продолжала неумолимо наращивать темп, полностью подчиняя себе тело Кати, пока обе не содрогнулись в мощной финальной разрядке. Движения Авроры постепенно замедлились, став ленивыми, и она аккуратно извлекла игрушку. Вытащив белье изо рта тяжело дышащей Кати, она ласково похлопала ее по влажной щеке:

— Поздравляю, птичка. Теперь ты официально лишилась невинности в этих стенах.

Убрав девайс на тумбочку, Аврора требовательно похлопала по матрасу рядом с собой, заставляя Катю подвинуться к стене. Она легла, притянула новенькую к себе и уложила ее голову на свою теплую, вздымающуюся грудь.

В полумраке комнаты Катя долго прислушивалась к стуку чужого сердца, после чего тихо, едва слышно спросила:

— Аврора... А если я однажды признаюсь тебе в любви? Как ты на это отреагируешь?

Аврора помолчала, перебирая пальцами ее шелковистые волосы, а затем вкрадчиво ответила:

— Сначала я хочу увидеть твой рост, дорогая. А там посмотрим.

Она наклонилась, запечатлела на губах Кати короткий, почти нежный поцелуй, и вскоре обе девушки погрузились в глубокий сон.

Аврора поднялась на рассвете. Накинув шелковый халат, она бесшумно щелкнула чайником, разлила по двум изящным фарфоровым чашкам крепкий чай и подошла к постели.

— Доброе утро, соня. Просыпаемся, — вкрадчиво позвала она.

Катя лишь глухо промычала что-то в подушку и лениво перевернулась на живот, пытаясь укрыться от навязчивого света. Аврора недовольно прищурилась. Она подошла к шкафу, вытащила из брюк узкий кожаный ремень и без лишних слов наотмашь припечатала его к обнаженным ягодицам Кати.

Резкий, хлесткий звук разрезал тишину комнаты. Катя вскрикнула от неожиданности, подскочив на постели, а кожа пониже спины мгновенно загорелась густым румянцем. Кое-как продрав глаза, она взглянула на настенные часы — стрелки едва перевалили за шесть утра.

— Доброе утро, малышка, — Аврора лениво поигрывала ремнем, глядя на испуганную новенькую.

— Прости... — Катя судорожно натянула на себя край одеяла. — Я не знала, что ты так рано встаешь. Я бы проснулась раньше.

— Если я захочу, чтобы ты прислуживала мне на рассвете, я дам тебе знать, — Аврора снисходительно хмыкнула, убирая ремень обратно. — Или если решу выгулять тебя в парке, как ручного питомца — тоже предупрежу. А сейчас вставай, пей свой чай, и мы идем в душ.

— Но общественные душевые вроде открываются только в девять? — Катя удивленно захлопала ресницами.

— У меня есть свои скрытые привилегии в этом корпусе, — Аврора пододвинула к ней чашку. — И с сегодняшнего дня они распространяются на тебя. Пока, конечно, местные сучки не докажут, что ты мне не ровня. Так что пользуйся.

Катя послушно взяла горячий фарфор, делая маленькие глотки и не сводя глаз со своей хозяйки.

— И чего мне дальше от тебя ожидать? — тихо спросила она.

— Мою любовь, конечно, дитя, — Аврора приторно улыбнулась, присаживаясь на край стола.

— И ты каждое утро будешь будить меня с ремнем?

Аврора бросила на нее долгий, откровенный взгляд, сканируя ее полуобнаженное тело:

— Я бы с огромным удовольствием держала тебя здесь полностью голой двадцать четыре на семь, птичка. Но боюсь, правила этого заведения не позволяют подобную роскошь даже мне. Так что допивай и шевелись. Нас ждет великий день.

Взяв у сонной вахтерши ключ от спецблока, они вошли в просторную душевую. Вокруг было стерильно и пусто.

— Дорогая, у нас ведь с тобой будет общая кабинка? — Аврора лениво сбросила шелковый халат на лавку.

— А если кто-то зайдет?.. — Катя испуганно оглянулась на тяжелую дверь.

— Ты меня стесняешься, птичка? — Аврора опасно прищурилась.

— Нет, нет, что ты... — тут же пошла на попятную новенькая.

— Все в этом гадюшнике прекрасно знают мои увлечения, — высокомерно хмыкнула Королева, заходя под горячие струи. — И поверь, если мы будем стоять тут и сосаться у всех на виду, никто в зале даже пикнуть не посмеет. Всем жить хочется.

Катя послушно шагнула в кабинку. Аврора включила воду на полную мощность и неторопливо обильно намылила жесткую мочалку ароматным гелем. А затем кивнула на кафельную стену:

— Лицом к плитке, милая. Руки на перегородку, ноги на ширине плеч. Живее.

Катя беспрекословно подчинилась, упершись ладонями в скользкий пластик и подставив спину под теплую воду. Но Аврора была бы не Авророй, если бы упустила шанс растоптать остатки человеческого достоинства своей новой игрушки. Вместо того чтобы начать мыть, она бесцеремонно схватила Катю за бедра и с силой развела ее ягодицы в стороны.

Катя напряглась, ожидая очередного шлепка или ласки, но вместо этого почувствовала, как между ее ног ударила горячая, резкая желтая струя. Аврора мочилась прямо на нее, издевательски глядя на то, как ее испражнения стекают по бедрам новенькой вперемешку с мыльной пеной.

— Королевская пометка, — Аврора сыто, цинично усмехнулась прямо ей в затылок.

Катя зажмурилась, глотая слезы обиды, но не посмела даже дернуться. Аврора же, как ни в чем не бывало, включила душ посильнее, смыла все это и принялась тщательно намыливать тело Кати. Действовала она на удивление бережно и аккуратно — методично отмывала каждый сантиметр кожи, словно заботливая мать, купающая маленького ребенка. Этот жуткий контраст между диким унижением и лаской окончательно запутал Катю.

Когда с мытьем новенькой было покончено, Катя дрожащими руками взяла мочалку и в знак покорности принялась бережно мыть саму Аврору, стараясь угодить хозяйке в каждом движении.

После всех водных процедур они закутались в одинаковые мягкие халаты из гардероба Авроры, заперли душевую и неторопливо направились обратно в комнату 238.

Они вернулись в комнату, когда стрелки часов приближались к семи. До начала первых занятий оставался ровно час — идеальное время, чтобы обозначить новые правила игры на территории пансиона.

— Одеваемся и идем на прогулку, — Аврора скинула халат, оставаясь в кружевном белье, и подошла к зеркалу. — Нужно показать тебя местным сучкам до того, как начнется давка в коридорах.

— Что предложите надеть? — Катя послушно застегнула пуговицы на своей форменной блузке.

— Форма есть форма, против устава не попрешь, — Аврора хищно ухмыльнулась, перебирая вешалки в шкафу. — Но сверху мы добавим одну деталь. Примерь-ка это.

Она легким движением выудила из гардероба длинный, тяжело шуршащий тренч из черной лаковой кожи. Катя приняла его, ощущая пальцами глянцевую, безупречно гладкую поверхность, и накинула на плечи. Тренч сел идеально, подчеркивая талию и мягко облегая бедра. В отражении зеркала Катя едва узнала саму себя: лак дерзко блестел на солнце, придавая ей опасный, порочный лоск.

— Удобно... — тихо выдохнула она, разглядывая свой новый силуэт.

— Если нравится — забирай, теперь это твое, — Аврора сыто и порочно рассмеялась, завязывая пояс на собственном пальто. — Можешь считать это второй вещью в своей копилке. После моего белья, разумеется. А теперь шевелись, птичка, идем гулять.

Света и Маша были типичными представительницами золотой молодежи — ухоженные, в идеально подогнанной форме, с ленивыми, оценивающими взглядами. Катя инстинктивно сжала края лакового тренча, ожидая очередной порции издевательств, но авторитет Авроры работал бесперебойно.

— А это кто у нас тут? Новенькая? — Света окинула Катю долгим взглядом с ног до головы.

— Эту малышку зовут Катя, — властно отчеканила Аврора, собственнически приобняв Катю за талию.

Маша понимающе хмыкнула, заметив на новенькой знакомый лаковый плащ:

— Теперь понятно, почему Аврора на тебя глаз положила. Смотришься великолепно, милая. Прикид — огонь.

Катя едва заметно выдохнула. Оказалось, в присутствии Королевы никто в этом пансионе не смел открывать рот для оскорблений. Наоборот, свита Авроры приняла ее как дорогую породистую игрушку своего лидера.

Компания лениво дошла до главного корпуса и сдала верхнюю одежду в гардероб. Часы в холле показывали, что до пар есть еще немного времени.

— Самое время перекусить, — скомандовала Маша, кивнув в сторону массивных дубовых дверей столовой.

Внутри все больше напоминало элитный ресторан, чем студенческий общепит: белые скатерти, безупречная сервировка и тихий звон фарфора. Проходя мимо стоек с едой, Катя незаметно наклонилась к уху Авроры и тихо спросила:

— Что мне можно взять? И чего точно брать не стоит?

— Бери легкие салаты, — так же тихо, но безапелляционно скомандовала та. — Никаких тяжелых углеводов с утра. Девушка должна беречь фигуру.

Катя послушно кивнула, взяла тарелку с зеленью и вилку. Они сели за центральный круглый стол. Катя внимательно следила за каждым движением Авроры: аккуратно расправила тканевую салфетку, положила ее на колени и только после этого принялась за завтрак, стараясь держать спину идеально ровно.

— Наша Катенька, кстати, вчера за пару минут расколола все сложнейшие уравнения по высшей математике, — Аврора лениво ковыряла вилкой свой завтрак, хвастаясь новой полезной вещью.

— Так ты у нас еще и умная? — удивилась Света, приподняв идеальную бровь.

— Ум мы здесь ценим. Как и абсолютную преданность, — Аврора бросила на Катю долгий, многозначительный взгляд, от которого у новенькой по спине пробежали мурашки. — И Катюша вчера доказала, что обладает и тем, и другим. Так что даже не вздумайте с ней играть в свои кошки-мышки. Она неприкосновенна.

— Да ладно тебе, Аврора, мы в твои игрушки не лезем, — примирительно рассмеялась Маша. — У нас своих поклонников и развлечений хватает.

— Что, опять бегали в мужской корпус ночью? — Аврора порочно и громко рассмеялась. — Они там, случайно, не переключаются друг на друга от скуки, пока вас нет?

За столом раздался дружный девичий хохот.

— Да вроде нет, пока на девчонок реагируют исправно! — отшутилась Света.

Громкий, надрывный звонок оборвал утренние сплетни. Девочки быстро допили кофе и поспешили на пары. Зайдя в лекционный зал, Аврора привычным царственным шагом направилась на самый верхний ряд. Катя, чувствуя на себе десятки завистливых и любопытных взглядов сокурсниц, послушно двинулась следом, готовая занять свое законное место у ног Королевы.

После короткого приветствия профессор развернулся к доске и монотонным голосом начал диктовать новую тему. Катя открыла тетрадь, но сосредоточиться на учебе было физически невозможно. Рука Авроры уже привычно скользнула под юбку, бесцеремонно блуждая по ягодицам новенькой. Ладонь Королевы двигалась медленно, с особым нажимом оглаживая именно те места, которые еще слегка горели после утренней «пометки» в душевой. Катя закусила губу, стараясь дышать ровно.

Свободной рукой Аврора быстро набросала что-то на клочке бумаги и незаметно пододвинула Кате. На листке идеальным почерком было выведено: «Понравилось быть меченной мною?»

Катя вывела дрожащей рукой ответ: «Что пожелаешь, то и делай».

Аврора мгновенно вернула записку: «Ты уверена?»

«Абсолютно», — размашисто черкнула Катя, чувствуя, как внутри все плавится от сладкого страха.

Аврора прочитала, хищно улыбнулась и тут же написала новое послание: «А если я захочу пометить тебя в рот?»

Катя замерла. Ошарашенная таким грязным, запредельным предложением, она испуганно округлила глаза и повернулась к Авроре. Та даже не посмотрела на нее — сидела с самым невозмутимым видом, продолжая свободной рукой конспектировать слова профессора. Сердце Кати бешено застучало в ушах. Преодолевая ступор, она вывела на бумаге финальный ответ: «Если пожелаете, моя госпожа».

Аврора лениво придвинула листок к себе, оставила на слове «госпожа» влажный след от помады и спрятала записку в карман. Катя сидела бледная, оглушенная собственной покорностью. Она понимала, что пути назад больше нет — Королева сотрет ее в порошок, если она посмеет дать заднюю.

Надрывный звонок оборвал лекцию. Катя, как обычно, покорно переждала, пока аудитория полностью опустеет, и только после этого начала собирать сумку.

— Следующее занятие — физкультура, — Аврора изящно поднялась с места и закинула рюкзак на плечо. — Спортивную форму для волейбола ты получишь на складе. Но с одним моим маленьким условием.

— Каким? — Катя подняла на нее преданный взгляд.

Аврора наклонилась к ее лицу, и в ее глазах вспыхнул порочный, издевательский азарт:

— Никакого нижнего белья, птичка. Сними свои кружевные трусики и оставь в шкафчике. Я хочу лично видеть, как всё твое тело колышется, когда ты будешь прыгать у сетки. Буду очень горячо за тебя болеть.

Катя зашла на склад, забрала комплект формы и направилась в раздевалку. Вокруг шумно переодевались сокурсницы, но к ней никто не приближался — авторитет Королевы действовал как невидимый силовой щит. Пользуясь тем, что на нее никто не смотрит, Катя быстро стянула кружевные трусики и спрятала их на самое дно сумки. Ощущение голого тела под легкой тканью спортивных шорт мгновенно отозвалось острой, щекочущей дрожью внизу живота.

Перед самым выходом из раздевалки дорогу ей преградила капитан команды — высокая, статная блондинка по имени Лена.

— Играть-то умеешь, новенькая? — спросила она, оценивающе глядя на Катю.

— Играла за школьную сборную, — постаралась уверенно ответить Катя. — Так что быстро вольюсь в процесс.

— Прекрасно, такие нам нужны, — Лена удовлетворенно кивнула, и они вышли в зал.

На противоположной стороне площадки уже разминались другие девчонки из пансиона. Свисток тренера объявил начало тренировки. Катя с первых минут включилась в игру. Сказался прошлый опыт: она отлично принимала мяч, выдавала точные пасы и несколько раз эффектно пробила над сеткой. Лена одобрительно кивала после каждого удачного действия новой партнерши.

В какой-то момент, переводя дыхание перед подачей, Катя бросила взгляд на трибуны. Аврора сидела на первом ряду, внимательно наблюдая за каждым движением на площадке. Её взгляд был сосредоточенным и строгим, она явно оценивала уровень подготовки Кати. Поняв, что за ней наблюдают, Катя воодушевилась и старалась выкладываться на полную силу в каждом игровом моменте.

Так пролетел целый час. Когда основная тренировка закончилась, основная часть команды отправилась отдыхать, а на площадку вышли те, кто хотел позаниматься дополнительно. Катя подошла к капитану:

— Лен, я могу еще немного побегать, закрепить разминку?

— Если силы остались — конечно, дерзай, — ответила Лена.

Катя кивнула и начала легкий бег по периметру зала, стараясь восстановить дыхание после интенсивной игры. Пробегая мимо трибун, она заметила, что Аврора всё еще здесь. Катя замедлила ход, переходя на шаг, когда поравнялась с ней.

— Как себя чувствуешь, звездочка? — спросила Аврора, внимательно изучая спортивную форму Кати.

— Прекрасно, — ответила Катя, стараясь скрыть усталость за улыбкой.

— Вижу, потенциал у тебя есть. Сейчас начнется перерыв, и зал будет в нашем распоряжении, — Аврора встала с места. — Останься. Я хочу лично проверить твою технику и провести с тобой индивидуальную тренировку.

Убедившись, что массивная дверь спортивного зала заперта на замок, Аврора неторопливым царственным шагом направилась к Кате. Каблуки ее туфель эхом отзывались в пустом помещении.

— А теперь спусти свои шортики, — не терпящим возражений тоном приказала Королева, остановившись в паре шагов.

Катя послушно потянула за эластичный пояс, оставаясь стоять посреди зала абсолютно обнаженной ниже пояса. В прохладном воздухе голая кожа мгновенно покрылась мурашками.

— Правила простые, птичка, — Аврора подхватила тяжелый кожаный волейбольный мяч. — Я буду подавать. Буду целиться туда, куда сама захочу. Твоя задача — принимать каждый удар и ловить мяч. Всё ясно?

— Да... Мы играем в вышибалы? — тихо спросила Катя, стараясь унять дрожь.

— Только с голой попой, — сыто и порочно рассмеялась Аврора, отходя к сетке.

Игра началась жестко. Аврора била на удивление метко и хлестко. Мяч раз за разом с силой прилетал по бедрам и животу Кати. Больше всего Королеве удавались прицельные удары точно между ног новенькой. Катя тихо вскрикивала, едва успевая выставлять руки для защиты, но боль лишь сильнее разжигала внутри нее порочное возбуждение.

— А теперь повернись спиной к мамочке, — скомандовала Аврора, занося руку для новой подачи.

Катя беспрекословно развернулась, подставляя свои беззащитные округлости. Теперь тяжелые удары мяча с глухим звуком летели точно в ее ягодицы, оставляя на нежной коже яркие пунцовые следы. Катя едва удерживала равновесие, терпя эти хлесткие наказания под издевательский смех хозяйки.

Когда игра закончилась, тяжело дышащая Аврора подошла к Кате. Грубо перехватив ее за запястье, она подвела новенькую к первому ряду нижней трибуны.

— Прогнись. Руками хватайся за сиденье, — приказала она.

Катя уперлась ладонями в пластиковое кресло, выставив назад покрасневшую от ударов попку. Аврора навалилась сзади. Зажав волейбольный мяч между своим телом и ягодицами Кати, она начала с силой двигаться вперед и назад. Твердая кожаная сфера с нажимом перекатывалась по нежным зонам Кати, выступая в роли грубого, давящего механизма. От этого жесткого трения Катя кусала губы, сдерживая громкие стоны, пока Аврора полностью не удовлетворила свой садистский азарт.

Напоследок шлепнув Катю ладонью по бедру, Аврора отстранилась и привела себя в порядок.

— На сегодня физкультура окончена, звездочка, — высокомерно произнесла она. — Дуй быстро в душ и приводи себя в божеский вид. А я буду ждать тебя в лекционной аудитории. Не опаздывай.

Оставшийся учебный день прошел словно в тумане. Аврора вела себя как обычно: конспектировала лекции, лениво переговаривалась со свитой, но её ладонь под партой почти не покидала Катю, напоминая о том, кто здесь хозяйка.

После пар они отправились на вечернюю прогулку вглубь пустынного парка. Шурша осенней листвой, Катя долго собиралась с духом и наконец тихо спросила:

— Аврора... То, что ты написала в той записке на лекции... Ты правда этого хочешь?

— Я хочу обладать тобой полностью, птичка, — Аврора даже не повернула головы, глядя вперед. — Для этого я буду использовать любые методы. Но не волнуйся, никакой грязи не будет.

Катя не выдержала и нервно горько усмехнулась:

— Хочешь использовать мой рот вместо унитаза, и это, по-твоему, не грязь?

Аврора резко замерла как вкопанная. Лицо Королевы мгновенно превратилось в ледяную маску.

— Не смей так реагировать на мою доброту, дрянь, — процедила она сквозь зубы. — Моё покровительство может прекратиться в любую секунду.

Не успела Катя договорить, как в воздух взлетела тонкая ладонь Авроры. Хлесткая, звонкая пощечина эхом разнеслась по аллее. Голова Кати дернулась в сторону, а на бледной щеке сразу проступил багровый след. Глаза новенькой наполнились слезами, страх мгновенно вытеснил минутную дерзость.

— Прости... — Катя испуганно прижала ладонь к горящему лицу. — Прости, я больше не буду, честно.

— Конечно, не будешь, — Аврора брезгливо оправила манжеты своего лакового тренча и развернулась в сторону жилого блока. — А теперь мы возвращаемся в общежитие. Когда зайдем в комнату, ты снимешь с себя абсолютно всё. И будешь ходить передо мной голышом до конца дня. Это твое наказание за длинный язык. Начнем учить тебя покорности заново.

Аврора закрыла дверь на замок, и в комнате воцарилась тяжелая, звенящая тишина. Катя без лишних слов, преодолевая внутреннюю дрожь, стянула с себя форму и белье, оставшись стоять посреди комнаты абсолютно обнаженной.

Аврора медленно подошла со спины. Ее ладони мягко легли на талию Кати, притягивая ее к себе. Голос Королевы звучал на удивление тихо и почти ласково:

— Больше никогда не смей говорить подобного, птичка. Своими словами ты оскорбила не только меня, но и саму себя. Ты здесь не опущенка какая-то. Ты — моя девочка. Тебе это понятно?

— Да... Прости меня, Аврора, — едва слышно выдохнула Катя, вжимаясь спиной в ее шелковый халат. — Как я могу загладить свою вину?

Аврора отстранилась и хищно прищурилась:

— Марш на кровать. И возьми в рот трусики. Тебя ждет искупление грехов.

Она вытащила из кармана тренча те самые кружевные трусы, в которых отходила весь этот сумасшедший день, и протянула их Кате. Новенькая, подавив остатки брезгливости и гордости, послушно открыла рот и зажала ткань зубами. В нос тут же ударил интимный, сладковатый запах хозяйки.

Пока Катя забиралась на постель, Аврора уже привычным движением достала из комода вибрирующую игрушку и щедро смазала ее лубрикантом. Катя по привычке попыталась лечь на спину, ожидая ласк, но Королева жестко перехватила ее за плечо.

— Нет, дорогая. Сегодня я буду тебя трахать, а не любить. Живее переворачивайся на живот. И покажи мне идеальную лодочку. Прогнись в пояснице.

Катя беспрекословно выполнила приказ, уткнувшись лицом в шелковую подушку и выставив назад беззащитные бедра. Кляп из ткани приглушал ее тяжелое дыхание.

Аврора навалилась сверху всем телом, вдавливая Катю в матрас. Без малейших прелюдий она приставила гладкий ствол девайса к ее плоти и резким, мощным толчком вошла на всю глубину. Катя глухо замычала в подушку, выгибаясь от острой, пронзительной вспышки боли и удовольствия.

В этот раз Аврора вообще не церемонилась. Ее движения были быстрыми, жесткими и агрессивными. Она буквально сношала свою рабыню, жестко вбиваясь в ее податливое тело и давая четко понять: правила здесь диктует только она, и красивая сказка может закончиться в любую секунду. Аврора до глубины души наслаждалась этой безграничной властью, упиваясь тем, как легко и быстро эта гордая отличница сломалась и подчинилась ее воле.

Аврора выключила вибрирующую игрушку и плавно соскользнула с Кати. Тонкий шёлк её халата шуршал в полумраке, пока Королева приводила себя в порядок. Катя так и осталась лежать на животе, уткнувшись лицом в подушку и покорно ожидая следующего распоряжения. Она не смела пошевелиться, пока не услышала короткое, холодное:

— Можешь вставать.

Катя медленно поднялась, чувствуя приятную, ноющую слабость во всём теле. Ткань хозяйских трусиков по-прежнему распирала рот.

— Это останется у тебя между зубов, — Аврора лениво кивнула на кляп. — Я больше не хочу слышать сегодня от тебя ни единого слова.

Катя послушно кивнула. Абсолютно обнажённая, она прошла за письменный стол и разложила учебники. Они обе погрузились в домашние задания. В комнате установилась рабочая, почти деловая атмосфера, нарушаемая лишь шуршанием страниц и скрипом ручек. Аврора занималась своими делами с абсолютно невозмутимым лицом, будто несколько минут назад не устраивала жесткую порку на кровати.

Закончив, они молча обменялись тетрадями. Аврора внимательно пробежалась глазами по ровным строчкам Кати и удовлетворённо хмыкнула — решения были безупречны. Катя в ответ лишь смиренно наклонила голову.

Ближе к полуночи Аврора наконец сменила гнев на милость. Она подошла к Кате, лениво потянула за край кружевной ткани и разрешила вытащить кляп.

— Спасибо, госпожа, — хрипло выдохнула Катя, разминая затекшую челюсть. Она сглотнула и, набравшись смелости, тихо спросила: — Прости... Можно я кое-что спрошу?

— Давай, — Аврора легла на кровать, закинув руки за голову.

— Ты... ты и вправду хочешь пометить меня в рот? То, что было в записке?

— Конечно, — Аврора хищно улыбнулась, глядя в потолок. — Тебе самой разве не интересно, где находится твоя грань дозволенного?

— Я никогда раньше не думала об этом в таком ключе...

— И не нужно думать, — отрезала Королева. — Все границы существуют только в твоей голове. Это просто мир фантазий, который мы воплощаем в реальность. Так что да, птичка. Я обязательно помечу каждый сантиметр твоего тела собой. Чтобы ни у кого в этом мире не возникло сомнений, чья ты.

— Я поняла, — прошептала Катя.

Она забралась на постель и привычно легла у самой стенки, ожидая свою хозяйку. Аврора выключила свет, укрыла их обеих одеялом и властным движением уложила голову Кати себе на грудь. Обиды и страхи улетучились, уступая место странному, порочному умиротворению.

За эту неделю Аврора полностью переписала правила жизни Кати. Кружевное белье Королевы побывало и кляпом, и маской, и обязательным атрибутом покорности. Но парадоксально, что в быту Аврора оказалась надежной, умной и по-своему заботливой подругой. Катя привыкла к ее контрастам: от ледяной жестокости на галерке до уютных разговоров по вечерам.

И вот наступила долгожданная суббота. Они спустились на подземный уровень жилого комплекса. Катя удивленно замерла у входа на парковку:

— Ого... У тебя здесь своя машина?

— Конечно, — Аврора лениво щелкнула брелоком, и в темноте мигнули фары дорогого черного спорткара. — Разве я не говорила?

— Нет, я даже не знала, что сюда можно с машиной.

— При заполнении анкеты на поступление нужно было просто поставить галочку в графе «наличие личного транспорта», птичка, — Аврора открыла пассажирскую дверь, приглашая Катю сесть.

— Ну, у меня автомобиля нет, так что я даже не обратила внимания, — Катя устроилась на кожаном сиденье, вдыхая запах дорогого салона.

— Ничего, водить тебе все равно придется научиться, — Аврора завела мощный двигатель, который сыто заурчал. — В нашем кругу без этого никак.

— Как скажешь, — послушно отозвалась Катя.

Машина мягко выкатилась с парковки и набрала скорость, направляясь к самому элитному торговому центру города. Аврора уверенно вела спорткар, одной рукой придерживая руль, а вторую бесцеремонно положив на колено Кати под лаковым тренчем.

— Так, дорогая, слушай план, — Аврора мельком взглянула на нее. — В первую очередь мы полностью одеваем тебя для светского раута. Выбирай любые платья и костюмы, какие посчитаешь нужными. Ни в чем себе не отказывай. Но нижнее белье... белье выберу я лично.

— Хорошо, — Катя согласно кивнула, уже предвкушая, какими откровенными будут эти кружевные обновки.

Вскоре они лихо припарковались у сияющего огнями люксового ТЦ.

Аврора вела Катю по коридорам люксового центра с уверенностью человека, который знает здесь каждый угол. Никаких бесцельных прогулок мимо витрин — только закрытые, проверенные места.

Первым делом они завернули в уединенный бутик элитного белья, скрытый за массивными зеркальными дверями. Здесь Аврора лично, не обращая внимания на ценники, отобрала несколько комплектов из тончайшего шелка и дерзкого кружева с интригующими вырезами. Катя лишь молча наблюдала, как ее новый гардероб пополняется вещами, которые гарантированно станут частью их ночных игр.

Затем они переместились в соседнее крыло, в шоурум дизайнерской одежды. Катя послушно заходила в примерочную и примеряла платье за платьем под бдительным взглядом Авроры. К удивлению новенькой, Королева откладывала на покупку довольно сдержанные вещи: строгие графичные силуэты, элегантные длинные платья без лишнего пафоса.

Когда пакеты были упакованы, Катя не удержалась и тихо озвучила свои мысли:

— Если честно, я думала, ты выберешь для меня что-то более кричащее или откровенное...

Аврора порочно ухмыльнулась, оценивающе оглядывая Катю с ног до головы:

— Глупышка, всё это — для наших личных рандеву в комнате и тихих прогулок под луной. Мне не нужно, чтобы другие пускали на тебя слюни раньше времени. А вот теперь мы пойдем и выберем то, в чем ты предстанешь перед всем обществом на рауте. У меня есть одна очень горячая идея.

Аврора уверенным шагом пересекла порог следующего бутика, где её тут же с подобострастной улыбкой встретила личный консультант. Королева пансиона лишь коротко кивнула и приказала принести всё, что отложила для неё заранее.

Катю отправили в просторную вип-примерочную, и первый же наряд заставил её сердце пропустить удар. Это было черное платье с экстремальными разрезами по бокам — точнее, две узкие полоски ткани, скрепленные на голове и плечах, которые едва прикрывали грудь и бедра, оставляя все остальное тело абсолютно обнаженным и беззащитным. Под такой фасон невозможно было надеть даже самое крошечное белье.

Следом Аврора велела примерить платье-блузку из тончайшей, почти невесомой черной сетки. Ткань буквально всё просвечивала, нисколько не скрывая очертания Катиной фигуры, подставляя её на всеобщее обозрение.

Третьим оказалось дизайнерское платье цвета слоновой кости, из подола которого хаотично торчали длинные шелковые нити. Аврора лично зашла в примерочную, критически осмотрела Катю, а затем взяла одну из этих нитей и собственнически, словно поводок, обернула вокруг шеи новенькой.

— Мне нравится, — Аврора хищно прищурилась, слегка натянув нить на себя. — А тебе, звездочка?

— Разве я могу сказать на это что-то, кроме «да»? — выдохнула Катя, глядя на свое шокирующее, порочное отражение в зеркале.

Она действительно была оглушена и шокирована тем, в каком виде Королева собирается вывести её в свет. Пока консультант на кассе бережно упаковывала дорогие чехлы с вещами, Катя подошла к Авроре со спины. Переполненная смесью страха, благодарности и глубокого подчинения, она робко перехватила изящную ладонь своей хозяйки и прижалась к ней губами.

Аврора лишь удовлетворенно улыбнулась, приняв эту безмолвную клятву верности. Забрав покупки, они покинули бутик и направились в уютное кафе, чтобы немного передохнуть перед главным событием недели.

Они устроились за самым дальним столиком в углу, скрытые от чужих глаз раскидистыми листьями декоративной пальмы. Бариста, едва завидев Аврору, мгновенно преобразилась — с лица исчезло привычное безразличие, и она с идеальной ресторанной учтивостью расставила перед ними фарфоровые чашки на блюдцах. Катя аккуратно взяла свою чашку, как учила Аврора, сделала глоток и тихо спросила:

— Наверное, на этом рауте действуют какие-то особые правила? К чему мне готовиться?

Аврора проигнорировала вопрос, лениво помешивая свой чай:

— С кем ты успела подружиться за эту неделю?

— Ну... с тобой, — Катя слегка покраснела. — С Леной, капитаном нашей волейбольной команды. Еще твои подруги, Света и Маша, со мной нормально общаются.

— Вот с ними и общайся, — отрезала Аврора, и в её голосе звякнула привычная сталь. — Всех остальных для тебя просто не существует. Кивай, улыбайся, приветствуй, если нужно из вежливости, но не более. В чужие разговоры не суйся, пока тебя лично не спросят.

— То есть... мне просто быть твоей тенью? — Катя слегка разочарованно опустила глаза.

— Нет, дорогая, — Аврора хищно улыбнулась и накрыла ладонь Кати своей, с силой сжав её пальцы. — План совершенно другой. Я хочу, чтобы ты стала королевой этого бала. Чтобы каждая сучка в зале сама подходила к тебе, искала знакомства и до конца жизни запомнила твое имя. Когда тебя начнут разглядывать и спросят, во что ты одета, постарайся без запинки вспомнить названия этих брендов. Выглядеть ты должна безупречно.

Катя удивленно вскинула брови, чувствуя, как внутри разгорается опасный азарт:

— Ты что-то задумала? Интригу?

— Конечно, — Аврора сыто зажмурилась, отпивая чай. — Просто так прийти на тусовку было бы слишком скучно. А я люблю красивые зрелища.

Они быстро допили чай, забрали ворох брендовых пакетов и направились обратно к подземной парковке, где их ждал черный спорткар. Время до начала светского раута стремительно таяло.

Вернувшись в комнату 238, Катя аккуратно развесила новые наряды на плечики. Ее старое, простое белье безжалостно отправилось в мусорную корзину — прошлая жизнь была окончательно стерта.

Когда за окнами сгустились сумерки, наступило время подготовки. Аврора выстроила все три платья в ряд и долго, молча разглядывала их, словно полководец перед решающей битвой.

— Ну что, птичка, зайдем сразу с козырей? — нарушила она тишину, хищно прищурившись.

— Если тебе интересно мое мнение, то я сразу подумала именно о нем, — Катя сделала шаг вперед и указала на первое платье — те самые две черные полосы ткани с абсолютно голыми боками.

— Детка, ты будешь в нем великолепна, — Аврора одобрительно кивнула и повернулась к ней. — А теперь слушай план.

Катя затаила дыхание, чувствуя, как сердце начинает бешено колотиться.

— Когда на рауте наступит нужный момент и я подам тебе знак, ты просто скинешь это платье. Прямо посреди зала. И останешься абсолютно обнаженной перед всей этой так называемой элитой. Никаких прикрытий руками, никакого стыда. Будешь уверенно ходить между ними голышом. А чтобы они даже пикнуть не посмели... — Аврора скользнула к комоду и достала из ящика длинный, гибкий кожаный стек. — В руки ты получишь вот это оружие.

Катя уставилась на черный хлыст, и внутри нее вспыхнуло совершенно новое, незнакомое доселе чувство. Бешеная смесь страха и внезапного, пьянящего азарта ударила в голову.

— Я... я смогу побыть госпожой? — выдохнула она, глядя Авроре прямо в глаза.

— Только на один этот вечер, дорогая, — порочно улыбнулась Королева, делая шаг вплотную и касаясь стеком ее подбородка. — Сама знаешь, как это бывает в сказках. В полночь карета превратится в тыкву, и ты снова вернешься в руки своей хозяйки.

Катя сглотнула вязкую слюну, принимая из рук Авроры холодную рукоять стека, и твердо ответила:

— Я согласна.

Аврора лично затянула тонкие ленты на теле Кати, уложила её волосы в небрежную, но дорогую прическу и нанесла лаконичный макияж. В этот вечер Королева пансиона сменила правила игры: сама она облачилась в строгий мужской костюм — безупречный пиджак, белая рубашка и брюки.

Когда в паральном зале общежития собрался весь цвет заведения, Аврора вошла первой. Следом за ней, чеканя шаг и глядя строго перед собой, появилась Катя. В ту же секунду в помещении повисла мертвая тишина: диджей замер, а музыка оборвалась. На фоне Кати, одетой в две полоски черной лаковой ткани, все остальные богатые наследницы в своих пышных платьях мгновенно стали похожи на безвкусных кукол с детского утренника.

Первой оцепенение сбросила Лена. Капитан волейбольной команды уверенно подошла к новенькой, перехватила её ладонь, прижалась к ней губами и пригласила на танец. Аврора щелкнула пальцами, приводя диджея в чувство, и зал заполнили звуки тягучего медляка.

— Жаль, что эта гадюка меня обогнала, — тихо произнесла Лена, ведя Катю в танце.

— Прости, — с легкой улыбкой ответила Катя.

— Думаю, из нас получились бы отличные партнеры.

— Меня полностью устраивает Аврора. Как и я её.

— Ты не заслуживаешь того унижения, через которое она тебя пропускает, — Лена заглянула ей в глаза.

— Возможно. Но иначе я превратилась бы в одну из них, — Катя кивнула в сторону замершей толпы.

Лена промолчала, лишь пристально вглядываясь в лицо новенькой, а Катя порочно улыбнулась. Стоило танцу закончиться, как к Кате хлынула толпа: вчерашние высокомерные сучки теперь наперебой пытались познакомиться с фавориткой Королевы. Катя снисходительно и холодно отвечала всем дежурными любезностями.

В разгар раута Аврора подошла к диджейскому пульту и что-то шепнула девушке. Та испуганно кивнула, и над залом раздались первые хриплые аккорды культовой «Stop» Сэм Браун. Аврора шагнула к Кате и увлекла её в центр круга. Они медленно двигались в такт музыке, почти соприкасаясь телами.

— Что тебе напела Лена? — лениво спросила Аврора.

— Жалеет, что ты приметила меня первой.

— О, Лену действительно жаль, — Аврора снисходительно хмыкнула. — Она одна из немногих в этом стаде, кто чего-то стоит. Хотя и гораздо банальнее, чем я. Думаю, мы с ней когда-нибудь договоримся. А теперь приготовься, птичка. Следующая вспышка софитов — твоя.

Катя лишь покорно кивнула. С финальным аккордом песни весь зал погрузился в абсолютную темноту, и через секунду единственный мощный луч белого прожектора выхватил из мрака фигуру Кати.

Без малейшего колебания или стыда Катя рванула узлы и сбросила платье к своим ногам, оставшись стоять перед шокированной элитой пансиона полностью обнаженной. Зал беззвучно ахнул. Катя взяла в руки черный кожаный стек и начала неторопливо прохаживаться между оцепенелыми студентками, лениво и хлестко припечатывая хлыст по бедрам и плечам тех, кто попадался на пути. Никто не посмел даже шелохнуться.

Поровнявшись с Леной, Катя замерла. Она бросила быстрый взгляд на Аврору, стоявшую в стороне с довольной улыбкой, а затем шагнула к капитану и властно поцеловала её прямо в губы. Лена, поддавшись общему порочному безумию, ответила ей жаркой взаимностью.

В следующий миг прожектор погас, зал снова накрыла тьма, а когда вспыхнул общий свет, Катя и Аврора уже бесследно исчезли.

Они бежали по темной аллее в сторону жилого блока, задыхаясь от быстрого бега и громко, победно смеясь. Катя на ходу куталась в наброшенный на плечи пиджак Авроры.

— Ты видела их лица?! — Аврора затащила её в вестибюль общежития [1]. — Это был чистый шок-рок! Мы их просто уничтожили. Теперь ты местная звезда, детка. Тебе больше не понадобится мое слово, чтобы держать этот гадюшник в страхе.

— Не согласна, — Катя обернулась к ней, тяжело дыша. — Есть огромная вероятность, что теперь твое имя будет работать для всего этого корпуса как идеальное стоп-слово.

Аврора порочно ухмыльнулась. Они поднялись на второй этаж, открыли дверь и наконец вернулись в безопасный и привычный полумрак своей комнаты 238.

Аврора с силой толкнула дверь, втягивая Катю внутрь, и с глухим стуком прижала её спиной к дереву. Тонкие пальцы Королевы мгновенно перехватили горло новенькой, заставляя ту закинуть голову. Взгляд Авроры горел безумным, торжествующим азартом.

— Чья ты, дрянь? Отвечай! — выдохнула она прямо в губы Кате.

— Твоя... Твоя, госпожа, и только твоя, — хрипло, ловя губами воздух, отозвалась Катя.

Аврора, не ослабляя хватки на шее, властно впилась в её губы жестким, глубоким поцелуем. Затем она резко развернула Катю лицом к двери, прижав её грудью к деревянной панели, и свободной рукой начала наотмашь, хлестко шлёпать её по ягодицам. Кожа мгновенно вспыхнула пунцовым, а Катя почувствовала, как волна нарастающего, дикого возбуждения затапливает всё тело после пережитого на рауте триумфа.

— Стой так и не смей дёргаться, — приказала Аврора.

Она быстро скинула свой мужской костюм, оставшись абсолютно обнажённой, подхватила с тумбочки уже знакомый вибрирующий девайс и одним уверенным движением вставила его основание в себя. Шагнув вплотную со спины, Аврора обхватила шею Кати обеими руками, слегка приподнимая её и перекрывая дыхание. Катя задыхалась — но не от реального недостатка кислорода, а от бешеного, зашкаливающего экстаза. В этот же миг Аврора с силой вогнала скользкий ствол игрушки в податливую плоть Кати, начиная жестко и ритмично обладать своей рабыней прямо у входа. Катя полностью потеряла связь с реальностью, готовая принять от своей Королевы абсолютно любое, даже самое изощренное действие.

Когда Аврора наконец выключила вибрацию, извлекла девайс и отпустила её шею, обмякшая Катя буквально сползла по двери на пол, тяжело и прерывисто дыша.

— А теперь ложись на ковёр, прямо по центру, малышка, — Аврора сверху вниз посмотрела на её распластанное тело. — Я выполню своё обещание. Время для финальной пометки.

Катя послушно перевернулась на спину, раскинув руки, и широко открыла рот, полностью доверившись своей хозяйке. Аврора грациозно присела над её лицом. Через секунду горячая, резкая желтая струя ударила Кате в рот. Аврора действовала аккуратно, подавая порции тонкими струйками, чтобы не пролить ни единой капли на пушистый ворс ковра. Катя без малейшего намека на брезгливость, с абсолютной преданностью принимала в себя всё до последнего глотка, послушно сглатывая каждую порцию королевского нектара.

Когда поток иссяк, Катя, не дожидаясь команды, подалась вперед и начала истово ласкать Аврору, начисто вылизывая её интимную зону и смывая языком все следы. Только когда Королева удовлетворенно вздохнула и отстранилась, Катя обессиленно откинулась на коврик. Внутри неё всё ещё бушевал пожар. Она подняла затуманенный взгляд на Аврору:

— Аврора... Используй меня так, как сама захочешь. Сделай из меня самую грязную, самую отвратительную вещь в этом мире. Я всё приму от тебя. Абсолютно всё.

Аврора довольно, сыто заулыбалась, глядя на свой идеальный, окончательно доломанный шедевр. Она подошла ближе и слегка постучала указательным пальцем по своему виску:

— Вот так гораздо лучше, птичка. Не переживай. Ты познаешь вообще все возможные фантазии, которые живут в этой голове. Я тебе это гарантирую.

Спустя несколько минут Катя нашла в себе силы подняться. Она накинула мягкий халат, вышла в пустую умывальную комнату секции, где тщательно прополоскала рот и до скрипа почистила зубы, смывая вкус чужого тела. Аврора тихо зашла следом, бесшумно обняла её со спины, утыкаясь носом в мокрую шею.

Первая неделя в пансионе подошла к концу. Они обе знали, что с понедельника в этих стенах начнётся совершенно новая, ещё более порочная история.