Меня зовут Ирина, мне сорок пять лет, замужем уже двадцать пять лет. Мои двое сыновей, уже взрослые, Сережке двадцать четыре, а Владимиру двадцать три, оба служат Российской Армии, как и их отец. Мой муж Михаил, офицер Российской Армии. Я привыкла видеть его редко дома, и думаю, что зная, что он часто будет отсутствовать, помимо моей любви, участвовала в моём решении выйти, за него замуж.

Мне нравится в свои сорок пять чувствовать определённую свободу. Не то, чтобы я была сексуально распущенной, потому что с момента свадьбы ни один мужчина, кроме моего мужа, не делил, со мной постель, хотя появлялось много возможностей, чего не скажешь про моего мужа, который изменял мне и без сомнения, на протяжении всей нашей совместной жизни и до сих пор меня обманывает. Прошло больше трёх лет с тех пор, как я прекратила с ним все сексуальные отношения. Я всё ещё испытываю некоторую нежность к отцу наших двух сыновей, но больше не испытываю к нему физического желания.

Но хватит, об этом говорить об этом мы живём в закрытом гарнизоне затерянным в лесах Восточной Сибири. Я остаюсь в неопределённом состоянии в браке с мужем ради конфиденциальности, не ради себя, предполагаю свою жизнь, а ради своих сыновей. Наш жилой городок, состоящий из нескольких зданий, окружён более чем на 15000 квадратных километров непроходимой тайги.

В июне 2025 года моя лучшая подруга Екатерина жена командира части, попросила меня присмотреть за её собакой Томом, четырёхлетним лабрадором, во время её трёхнедельного отпуска в июле. Это не первый раз, когда я присматриваю, за псом для Екатерины, но у меня никогда не было его так долго. Я даже буду счастлива, потому что это сделает меня не такой одинокой в долгие одинокие дни в пустой квартире. Моя работа учителя начальных классов в школе гарнизона, даёт мне много свободного времени, и с тех пор, как мой мальчики покинули родительское гнездо, я иногда чувствую себя одиноко. Екатерина приведёт Тома в пятницу, 7 июля, днём.

Во вторник, 11 июля, я встаю около 8 утра, завтракаю, принимаю душ и продолжаю укладывать в поленницу привезенные дрова на зиму в сарае, примыкающем к основной части нашего дома. Жаркое летнее утро. Около полудня, довольная собой, я решаю приготовить на обед салат. Я не забываю корм, для Тома, и как только этот освежающий салат был мною поглощен, я варю себе кофе и сажусь на диван, чтобы насладиться второй сигаретой, за день. Одна утром после завтрака, одна в полдень после кофе и последняя сигарета вечером, после ужина. Я даю чашке c горячим кофе немного остыть, потому что предпочитаю тёплый кофе, а не горячий.

Лежа у изножья дивана, Том наблюдает, как я беру кубик сахара и кладу его в чашку с кофе. Думаю, я могу прочитать определённую зависть в его глазах. Я протягиваю ему ложку, чтобы он её облизал, он встаёт, и его язык очищает остатки сахара и кофе. Я снимаю халат и сажусь в трусиках и бюстгальтере на диване. Преимущество изолированного дома, — ближайший соседний дом находится более чем в ста метрах, — можно гулять в лёгком наряде, никого не удивляя.

Я беру свою чашку, Том, стоя между столом и диваном, заставляет меня сделать широкое движение. В процессе, я проливаю немного кофе, который попадает на верхнюю часть бёдер и трусики между ног.

Здесь всё происходит очень быстро: «Том думает, наверное, что я предлагаю ему новую конфету, бесцеремонно кладёт свою морду на мои трусики, мокрый нос упирается на пуговицу удовольствия: «Клитор», и я чувствую его влажный язык сквозь ткань трусиков».

Я получаю сильное сексуальное возбуждение, дрожь начинается от моего влагалища, проходит по животу и доходит, до сосков на груди. Сильнее всего, невероятное ощущение. Я сижу неподвижно. Том продолжает меня лизать, дрожь в моём теле становится интенсивнее.

Том больше нечего облизывать, он отстраняется и смотрит на меня, чтобы получить ещё. Я не колеблюсь и выливаю кофе на трусики, только на половые губы влагалища, раздвигаю ноги настолько, насколько позволяет моя сидячая поза, и с волнением жду, когда Том коснётся мордой мокрого места. Ещё дрожь, грудь напряжена, я ставлю чашку рядом и расстёгиваю бюстгальтер. Я ласкаю грудь, слегка щипаю соски. Том облизывает и грызет мои трусики, его морда нажимает на мои половые губы влагалища и мой клитор. Он уходит, я ставлю ногу на сиденье дивана и раздвигаю трусики одной рукой. Я снова беру чашку и выливаю кофе прямо на своё влагалище, — это атомная электростанция, которая проходит через мой живот, когда морда и язык Тома касаются моего «Детородного органа».

В этой позе мои половые губы открыты, я чувствую язык Тома на своих половых губах, клитор напрягается, я чувствую, как он становится твёрдым, нос Тома грубо его возбуждает, вызывая спазмы удовольствия в животе. Я не хочу, чтобы это прекращалось, снимаю трусики и выливаю чашку на свой половой орган.

Одной рукой, я стараюсь держать половые губы открытыми, а другой ласкаю свою грудь. Язык Тома доставляет мне необычайное сексуальное удовольствие, я наклоняю ногу на диване, язык Тома скользит между моими ягодицами, новый экстаз охватывает меня, когда я чувствую его язык на своём анусе. Том отступил, я умоляю его продолжить:

— Давай, Том, ты хороший пес, полижи меня!

Он засовывает морду между моими ногами, я сползаю к изножью дивана, вытянув ягодицы стоя на четвереньках. Том снова отстраняется, оставляя меня в состоянии невыносимого раздражения. Я поощряю его вернуться между моих ног, с легкими похлопываниями рукой, по своим ягодицам.

Он возвращается, снова уходит, это невыносимо. Я бегу на кухню и открываю шкаф, чтобы взять банку с вареньем. Том пошёл за мной на кухню. Я открываю банку и указательным и средним пальцами растираю вареньем свой «Детородный орган», ощущение пальцев на моём интимном месте вызывает у меня новые дрожь.

Стоя перед Томом, я беру его голову и подношу её к своему паху. Он возобновляет свою работу. Я качаюсь на его языке и морде. Я погружаю пальцы в варенье и покрываю им соски. Я приседаю, чтобы поднести грудь к морде Тома, он покусывает мои соски, я стону от удовольствия.

Я скользкой рукой, от варенья, вставляю средний и безымянный пальцы в своё влагалище и мастурбирую, Том облизывает мои груди, я чувствую, как улетаю на небеса, от этого. Я разворачиваюсь и снова засовываю руку в банку с вареньем, кладу её между ягодицами, встаю на четвереньки перед Томом, который облизывает мой анус и пах. Я мастурбирую одной рукой, язык Тома облизывает мой анус. Я кладу щёку на кухонную пол, просовываю другую руку между ног и щекочу свой клитор, одновременно мастурбируя другой рукой. Взрыв оргазма сотрясает меня, начинается, от паха и поднимается внутрь живота к груди.

Я пускаю слюни, от удовольствия на полу, это так вкусно. Том отстраняется, будто понял мою потребность дышать. Я остаюсь в этой позе, наблюдая за ним. Он красив, с тёмно-коричневой шерстью, выступающими мышцами, нежными глазами. Я пришла в себя спустя долгое время. Том лёг рядом, со мной.

Я сажусь рядом с ним и обнимаю его шею, он встаёт и лижет мне лицо, я смешиваю язык с его языком и встаю, целуя его нос.

Позже в тот же день меня охватывает чувство стыда, когда я вспоминаю, что случилось с Томом. Стыдно, не перед моим блудливым мужем, а моими двумя сыновьям. Тем не менее, ощущение сексуального удовольствия превосходит и всегда будет превосходить этот стыд. Удовольствие в тысячу раз больше, чем то, что я испытываю, во время мастурбации. Удовольствие сильнее, сильнее, чем воспоминание о тех удовольствиях, которые я испытывала, во время секса с мужем.

Возможно, это из-за моего длительного периода сексуального воздержания? Я всё ещё не знаю, но ценю это удовольствие, ищу его, поддерживаю.

Моё приключение с Томом на этом не закончилось, — он красивый и ненасытный любовник. Он пробудил во мне ту часть, о которой я не знала.

Но на сегодня пожалуй, я остановлюсь на этом, у меня впереди целый месяц.

На следующий день Том удовлетворял моё влагалище своим членом...