«МедиаСтрим» — название звучало солидно и нейтрально: «платформа для монетизации контента», так писали в вакансиях и на визитках. По сути это был огромный маркетплейс, где креаторы продавали подписчикам доступ к тому, что снимали сами, — и хотя формально жанры были любые, деньги, все это знали, делались на взрослом контенте. Бизнес простой и жёсткий, с предельно ясной иерархией. А теперь ещё и с проблемой: на рынок вышел конкурент, поднял выплаты моделям — и креаторы потянулись к нему.

В стеклянном кабинете висел запах кофе и разогретых ноутбуков. За столом из светлого дерева сидели четверо мужчин. Виктор Владимирович, шестидесятилетний директор по контенту, грузный мужчина с тяжелым подбородком, медленно поглаживал свою залысину, отчего его рубашка опасно натягивалась на животе. Слева от него замер Олег — сухой, подтянутый,  в очках без оправы, чей взгляд был холодным и расчетливым, как и полагается операционному директору. Напротив расположились Дмитрий, седеющий,  с усталым лицом, и молодой, румяный Костя, в тесноватой рубашке-поло. Дмитрий курировал мейнстрим-вертикаль: крупнейшие, самые доходные креаторы, топовые аккаунты с миллионной аудиторией, а Костя занимался привлечением новых креаторов и моделей.

Дверь распахнулась, и в кабинет влетела Марина, продуктовая менеджерка нишевых сегментов, которая заведовала небольшими тематическими креаторами (специфические жанры ти нестандартные форматы). Продуктовая менеджерка была чуть запыхавшейся, несколько прядей волос выбились из прически, а в руках она сжимала несколько распечаток. В «МедиаСтрим» любая женщина, независимо от её компетенций, прежде всего была обязана выполнять сексуальные функции. Это было незыблемым условием работы. В зависимости от должности женщины обслуживали разное число коллег, вот Марина, например, как продуктовый менеджер, была обязана удовлетворять только руководителей отделов (не ниже ее по статусу), но любыми способами и неограниченное количество раз.

Виктор Владимирович поднял на неё тяжелый, оценивающий взгляд и так же медленно вернулся к бумагам. Это молчание было громче любого крика — опоздание было зафиксировано. Олег лишь приподнял бровь, глядя, как Марина занимает свое место, а остальные и вовсе ее проигнорировали.

— Итак, по кварталу мы проседаем, — голос Виктора Владимировича прозвучал глухо и властно. Он снова посмотрел на Марину. — Марина. Мы начали десять минут назад. Совещание в графике, у всех оно в календаре стоит. Ты пропустила вводную часть, повторять я не буду.

Виктор Владимирович выдержал паузу, позволяя унижению осесть в воздухе, прежде чем продолжить:

— Так вот. Нужны свежие подходы, коллеги, - он произнёс «коллеги», глядя на Костю и Дмитрия.

— Простите за опоздание,  коллеги,  — Марина подалась вперед, пытаясь вернуть себе профессиональный тон. — Я в курсе, где мы стоим: квартал ниже плана, и главная причина — от нас уходят креаторы. Конкурент поднял выплаты моделям, и наши переходят к нему. Но уходят не все подряд, и вот это важно. Я думаю, что стоит пересмотреть саму…

— Секунду, — Олег поднял ладонь, даже не глядя на неё. Его голос был ровным, почти будничным. — Давайте сначала поподробнее рассмотрим цифры. Костя, покажи график. — Затем он скользнул по ней пренебрежительным взглядом, напоминая о её истинном предназначении в этом офисе. — Марина, займись, пожалуйста, делом.

Марина молча, сверкнув темными глазами, соскользнула со стула и нырнула под стол. Внизу, в тесном пространстве между коленями Олега, она быстро расправилась с его ширинкой. Когда тяжелый, наполовину напряженный член высунулся из белья, Марина привычно обхватила его губами.

Костя минут десять водил курсором по графику, комментируя очевидное: тут просело привлечение, тут сезонность, «моделей стало приходить меньше, надо больше бюджета на рекрутинг». Дмитрий поддакивал, вставляя, что и в мейнстриме конкуренты перекупают его топов. Виктор Владимирович задавал вопросы, ответы на которые знал сам, — чтобы обозначить, что совещание ведёт он. Все смотрели в одну точку: приходит мало новых креаторов, значит, надо влить ещё денег в привлечение, нагнать объём на входе.

Но под столом разыгрывался совсем другой сценарий. Марина прилежно работала языком, обволакивая головку, глубоко заглатывая ствол и создавая влажный, чавкающий звук, который ритмично сопровождал дискуссию мужчин. Она с облегчением чувствовала, как член операционного директора в её рту становится всё тверже, как пульсируют вены. Коллеги продолжали говорить, воспринимая причмокивания как естественный фоновый шум совещания. Марина, отсасывая,  внимательно слушала и понимала, что они смотрят не туда. Цифры на графике говорили другое, если сопоставить их с оттоком по вертикалям, — а этого сопоставления на слайде не было.

Возникла пауза — Костя дошёл до конца графика, поднял глаза, ожидая реакции начальства.

— Проблема не на входе, — пользуясь моментом,  Марина осторожно отстранилась от плоти и, не поднимаясь с колен, высунула голову над краем стола. Её губы блестели от слюны. — Проблема в том, что уходят, упало удержание. И утекают не все — утекает мейнстрим. Топ-креаторов конкурент перекупает выплатами, потому что для них это просто цифра: где платят больше, туда и уходят. А ниши почти не двигаются. Нишевому креатору некуда деться — для его жанра мы часто единственная площадка, где его вообще нормально обслуживают. То есть мы вливаем бюджет в дорогой верх, который перекупят при первой же ставке конкурента, а держится вся выручка на сегментах, которые здесь никто всерьёз не считает. Если мы сейчас ещё нагоним моделей в мейнстрим, мы просто зальём деньги в дырявое ведро — их точно так же перекупят через квартал!

За столом на секунду стало тихо — но не той тишиной.

— Марин, ну это очевидно, — Дмитрий усмехнулся, не поднимая глаз от экрана, и было слышно, что задело. — Про отток все знают. И давай без вот этого — «дырявое ведро», «перекупят». Мои аккаунты половину выручки платформы делают. А твои ниши — это статистическая погрешность.

— Марина, не отвлекайся, закончи отсос, прежде чем что-то сказать, - вмешался недовольный Олег. — Я например вижу тут такую картину...

Марина закусила губу и снова нырнула вниз. Внутри неё клокотало глухое, подавленное раздражение. Теперь она действовала агрессивнее, стараясь заглотить член Олега как можно глубже, до самого горла. Она двигала головой быстро, со злостью, стремясь как можно скорее закончить эту обязанность, чтобы наконец высказаться. Олег, который до этого момента пытался сохранять бесстрастность, рассказывая о своем видении графика, внезапно прервался.

— Одну минуту, - сказал Олег дрогнувшим голосом.

Он резко потянулся вниз и с силой вцепился пальцами в волосы Марины. Резким движением он глубоко насадил её голову на член, заставляя девушку захлебнуться и издать приглушенный, сдавленный звук. Олег начал быстро-быстро двигать её головой вперед-назад, используя её рот как живой дрочильный станок. Виктор Владимирович, Дмитрий и Костя замолчали из уважения к коллеге, и терпеливо наблюдали за сценой дрочки Марининой головой. Костин взгляд был прикован к тому, как голова Марины ритмично дергается под руками операционного директора, в такт с каждым толчком в её пищевод.

Наконец, Олег с силой вжал лицо Марины в свой пах, изливаясь ей в горло. Девушка замерла, её глаза расширились, а горло судорожно дергалось, глотая порцию за порцией. Олег разжал пальцы, отпуская её волосы. Марина тут же отпрянула, соскочила с члена, шумно втягивая воздух и вытирая рот тыльной стороной ладони.

— Коллеги, простите, что прервался, — Олег заправил член в штаны, поправил очки,  и снова стал тем самым холодным серым кардиналом. — Костя, твой график мы поняли. Проблема ясна, предлагайте решения.

— Начнём с Марины, — внезапно решил Виктор.

Она медленно поднялась со своего места под столом, чувствуя, как во рту всё еще стоит солоноватый привкус спермы Олега. Она аккуратно поправила юбку, стараясь скрыть легкую дрожь в коленях. Сердце глухо стучало в висках. Ей была ненавистна эта роль — быть живым аксессуаром, офисной игрушкой, которую можно использовать в перерывах между обсуждением KPI.

Но Марина была прагматиком. Марина не была здесь случайно: она прошла через ад интернатуры, где её использовали даже стажеры, затем выгрызла себе позицию младшего аналитика, терпеливо сглатывая не только кончу, но и другие унижения, пробралась до мидла, и вот теперь она — настоящий продуктовый менеджер. В «МедиаСтрим» карьерный рост женщины был в первую очередь,  связан с тем, насколько безупречно она выполняла свои основные, сексуальные обязанности. Она знала: чтобы подняться выше, чтобы однажды самой сидеть во главе стола и отдавать приказы, сейчас ей нужно быть не только самой эффективной, но и самой покорной сучкой в этом отделе.

— Благодарю, Виктор Владимирович, — голос Марины звучал ровно, хотя она всё еще ощущала легкое онемение в горле после жесткой насадки на член Олега. Говорить из-за этого было неприятно, но она держала лицо. — У меня есть предложение. Реферальная программа для креаторов. Не через скидки, а через доступ. Действующий креатор приводит нового — и получает доступ к закрытым материалам: аналитике аудитории, гайдам по удержанию подписчиков, приоритетной поддержке. Для нас почти бесплатно, всё это у нас уже есть. Для них — то, чего нет у конкурентов. И запускать это надо в нишах: там креатор приводит своё сообщество целиком, и там люди не уходят!

За столом стало еще тише.

— Ну-у. — Олег покачал головой. — Слишком сложно в реализации. Всю систему доступов перекраивать. И ради чего,  ради твоих ниш? Там же оборот копеечный.

— Оборот копеечный, а маржа целая, потому что они не утекают…

— Но кто это будет вести? — вставил Дмитрий, не дав Марине закончить. — Людей нет. Ты своей мелочёвкой занимайся, а тут вопрос уровня платформы.

— Я могу сама, я продукт знаю с самого…

— Идея сырая, — подытожил Виктор — коротко, закрывая тему. — Марин, доработай, ладно? Иди лучше сюда, стань раком. Давайте еще пройдёмся по предложениям, времени мало.

Она сердито замолчала, но коротко кивнула и послушно перешла на край стола к шефу, нагнулась и оперлась грудью на стол, а руками задрала юбку. Виктор встал и начал расстегивать ремень, пока Дмитрий бодро презентовал свои идеи для мейнстрим-направления. Босс же в это время отодвинул полоску стрингов, и без всунул член в задницу девушке, так что она только скрипнула зубами. Член медленно, но верно начал протискиваться в кишку. Анус Марины был привычным к ебле, но все же без смазки было крайне неприятно.

— Расслабь очко, Марина, - сухо уронил Виктор.

Марина вдохнула поглубже, постаралась расслабить сфинктер и случайно звонко перднула. Мужчины инстинктивно повернулись в сторону звука и заулыбались. Зрелище и правда было комичным. Они видели свою коллегу загнутую раком, которую неторопливо ебал в жопу раскрасневшийся босс, которая елозила грудью по столу от его толчков, закусила губу от боли и которая, в это же время сосредоточенно смотрела в свои распечатки.

На самом деле, девушка лихорадочно думала, как бы успеть высказаться по поводу своей идеи, пока ее пялят в задницу, но строчки расплывались перед глазами. Совещание сворачивалось — очередь перешла к Косте, но он не имел новых предложений по существу, только просил бюджет на привлечение... Если не сейчас, то хорошую идею позже подхватит кто-то другой, как всегда. Она перебирала аргументы в уме, отсекала лишнее, складывала фразу покороче, поубедительнее. Сердце колотилось, задница горела огнем, хотелось в туалет.

— …таким образом, мы перекроем отток, и на этом… — говорил Костя.

Сконцентрироваться на реферальной программе с членом в заднем проходе было не так-то просто, особенно когда босс разошелся и натягивал ее уже по самые яйца. Но Марина все-таки умудрилась найти в распечатках нужный график, ведя пальцем по строчкам.

— Подождите, я договорю... про реферальную, — выпалила продуктовая менеджерка, обрывая Костю на полуслове. Из-за того, что ее активно ебли, речь Марины прерывалась в неожиданных местах. — Это не сырая... идея, я всё продумала, там минимальные... затраты, я могу сама вести, вот смотрите…

Она заговорила быстро, глотая окончания, перескакивая с цифр на механику, чувствуя, как звучит сбивчиво, и от этого торопясь ещё сильнее. Член босса влетал в кишку на полной скорости, ее бросило в жар. За столом повисло молчание другого рода. Слышны были шлепки яиц об задницу девушки.

— Марина. — Олег снял очки. — Тебя, кажется, никто не перебивал. Тебя же сейчас имеет Виктор Владимирович. Имей минимальное уважение к процессу.

— Я просто… Ай!

Виктор Владимирович начал кончать в кишку девушки с негромким стоном и от удовольствия больно сжал обеими руками ее ягодицы.

— Мы тебя выслушали. Дважды. — Олег говорил ровно, устало, как с ребёнком. — Вот эта манера — влезать, когда человек заканчивает мысль… Плюс отвлекаешься от текущей задачи - обслуживать начальника. Это непрофессионально. Мы же команда все-таки.

Костя хмыкнул. Дмитрий разглядывал экран с преувеличенным вниманием.

— Всё, коллеги, спасибо. — Виктор Владимирович вытащил обмякший член из задницы девушки. — Марин, иди подотрись, потом зайдешь поговорим. Научим тебя работать в команде.

Она собирала бумаги под их взглядами, ощущала как течет сперма по ноге, и понимала, что это еще не конец.