Медленно потягиваясь к моим коленям, все еще полусонная, мамины губы касаются моего бедра, пока она шевелится у моих ног.

— Ммм... сынок... Кажется, я уснула не на подушке. Твой бедный член, должно быть, болит от того, что всю ночь был моей соской.

Я чувствую, как материнская голова покоится на моих бёдрах, а ее волосы разметались по моим ногам. Влажная теплота ее слюней всё ещё ощущается на моём паху — следы ночи, когда она так сладко уснула, сжимая мой член губами. Мама елозит, просыпаясь, и каждое движение отдаётся лёгкой дрожью в теле. Солнце уже пробивается сквозь окно, золотистыми лучами лаская наши разгорячённые тела. Утро такое спокойное и нежное, что я не хочу нарушать эту тишину. Я провожу рукой по ее волосам, перебирая пряди, и чувствую, как мама прижимаешься щекой к моему бедру, всё ещё полусонная.

— Еще немножко полежим, мама, — шепчу я, поглаживая ее шею. — Ты так красиво выглядишь, когда просыпаешься на мне.

Я чувствую, как губы снова касаются моей кожи, и внутри меня разливается тепло.

Она медленно открывает глаза и смотрит на меня снизу вверх. Губы всё ещё влажные ото сна, и проводя языком по моему бедру, нежно, сонно, отвечает.

— Ммм... доброе утро, мой мальчик... — ее голос хриплый, с нотками сна и удовлетворения.

мама медленно переворачивается на спину, кладя голову мне на колени, и смотрит на меня, щурясь от солнечного света. Она берет мою руку и прижимет её к своей груди, я чувствую, как ее сердце бьётся ровно и спокойно.

— Знаешь, я лежала здесь, с твоим членом во рту, и думала... — Я думала какие же мы блять странные. Как я могу быть твоей грязной шлюхой ночью и твоей мамой утром. И как я счастлива, что могу быть и тем, и другим для тебя.

Она поворачивает голову и целует мою ладонь, нежно и сладко

— Спасибо тебе сынок

— И тебе спасибо мама

Вдруг мама медленно садится, отстраняясь от меня, и в ее глазах появляется знакомая строгость. Она вдруг скрещивает руки на груди и смотрит на меня сверху вниз, не давая мне увернуться от ее взгляда.

— Сынок, — ее голос низкий, твёрдый, без тени утренней нежности. — Я хочу поговорить с тобой о том, что меня крайне беспокоит. Я бы даже сказала что бесит

Она делает паузу, давая мне прочувствовать вес ее слов.

— Ты снова не побрил свой член. Я понимаю, что ты мужчина, что у тебя есть свои привычки. Но когда ты трахаешь моё горло, эти волосы лезут мне в нос. Они щекочут мои ноздри, мешают мне дышать, отвлекают меня от главного — от того, чтобы полностью сосредоточиться на твоём члене в моём горле.

Она наклоняется ближе, и ее голос становится ещё строже.

— Мне это крайне не понравилось. Я хочу чувствовать только твою кожу, только твой запах, только твой вкус. А не щекотку волос в носу, когда я пытаюсь принять тебя как можно глубже.

Она выпрямляется и смотрит на меня с материнской властностью.

— В следующий раз, когда ты войдёшь в моё горло, я хочу, чтобы он был гладким, как мой лобок. Ты понял меня, сынок? Или мне придётся самой взять бритву и привести тебя в порядок, как маленького мальчика?

— Может побреешь мне член мама ? - Робко спрашиваю я маму. - Пожалуйста

Она смотрит на меня с прищуром, скрестив руки на груди, и в ее глазах — смесь строгости и лёгкого раздражения. Мама вздыхает, медленно, показывая, что принимает мою просьбу, но на своих условиях.

— Хорошо, сынок. Я побрею твой член. — голос низкий и твёрдый. — Но давай сразу проясним правила.

Вдруг она взяла меня за руку и потащила в ванную. Усадила на стул включила душ и полила теплой водой мой член. Взяла бритву и пену, садясь на пол передо мной. Она посмотрела на меня снизу вверх, и в во взгляде — материнская властность.

— Ты будешь сидеть смирно. Ты не будешь дрочить. Ты не будешь елозить членом по моему лицу как в прошлый раз, понял?. Ты будешь просто сидеить и позволять мне работать. Потому что если ты начнёшь дёргаться, я могу порезать тебя. А я не хочу причинять тебе боль, даже если ты этого заслуживаешь за своё непослушание.

Мама нанесла пену на на мой хуй, медленно, методично, и взяв бритву в руку, глядя в глаза.

— Ты понял меня, сынок? Сиди смирно, и я сделаю тебя гладким, как мой лобок. Если ты хоть раз дёрнешься — я отшлёпаю тебя по бёдрам и оставлю тебя небритым до вечера. Понятно?

— Хорошо мама приступай, ты такая сексуальная когда ругаешься на меня

Она медленно проводит бритвой по моему члену, аккуратно, методично, снимая пену вместе с волосами. Смотрит на меня снизу вверх, и в ее глазах — строгость, смягчённая лёгкой улыбкой

— Спасибо, сынок. Я рада, что тебе нравится

Она проводит бритвой по последнему участку, смывая остатки пены влажным полотенцем, и осматривает свою работу, проводит пальцем по гладкому члену, проверяя, не осталось ли щетины, и удовлетворённо кивает.

— Готово. Теперь ты гладкий, как я и хотела. — Она наклоняется и целует головку. — В следующий раз, когда ты войдёшь в моё горло, я буду чувствовать только твою кожу и только твой вкус а не волосню упирающуюся мне в нос и в галаза. Ну все а теперь давай вытирайся приводи себя в порядок. Я пойду в спальню, оденусь и пойду готовить заврак. Подходи через пятнадцать минут

— Не понял зачем одеваться ?

— Ну Одеться это я конечно слишком сильно сказала. - с улыбкой отвелила мама. — Хочу выглядеть как та шлюха из вчерашней порнухи которую мы смотрели. Я одену только высокие каблуки, черные чулки и фартук на голое тело. Все сынок жду тебя у плиты. - Бросив последнюю фразу мама вышла из ванной.

Я вытерся умылся почистил зубы и пошел в свою комнату. Звуки готовки доносились из кухни и я решил что завтрак готов. Да и не терпелось увидеть маму в новом наряде.

Я вошел на кухню, уже со стоячим членом, и на мгновение замер, любуясь видом. Моя мама стоит у плиты в одном фартуке, на высоких каблуках и в чулках, помешивая омлет — такая сексуальная, такая домашняя, такая моя. Я чувствую, как кровь приливает к головке, и делаю шаг вперёд, приближаясь к ней сзади.

Я обнимаю мамочку за талию, прижимаясь грудью к ее спине, и чувствую, как мамины ягодицы упираются в мой член. Я поднимаю руки выше, к сиськам, сжимая их через ткань фартука, и наклоняюсь, чтобы вдохнуть запах ее шеи — смесь духов, пота и утренней свежести. Мой член упирается в ее поясницу, скользя между сочных булок, и я тихо выдыхаю, наслаждаясь теплом родного тела.

Мама чувствует моё возбуждение и, не оборачиваясь, опускает руку вниз, беря мой член в ладонь. Она сжимаешь его, направляя, и я чувствую, как мама слегка оттопыривает задницу, приглашая меня войти. Она сама вводит мой член в свою уже текущую письку, медленно, аккуратно, и я издаю низкий стон, чувствуя, как мамины стенки сжимаются вокруг меня.

Я замираю на мгновение, наслаждаясь ощущением полного входа, и кладу руки на ее бёдра, сжимая их. Я начинаю двигаться медленно, глубоко, чувствуя, как мама подаётся назад навстречу каждому моему толчку. Ее писька такая влажная, такая горячая, и я утыкаюсь лицом в шею, целуя её, пока мама продолжает помешивать омлет, как ни в чём не бывало.

— Хорошее утро, сынок правда ? — Мамин голос низкий, с хрипотцой удовольствия. — Я как раз думала, что завтраку не хватает главного ингредиента. - с улыбкой добавляет она

Она продолжает помешивать омлет, но каждое её движение становится медленнее, рассеяннее. Мои руки сжимают ее бёдра, мой член пульсирует внутри нее, и мама слегка приподнимает таз, принимая меня глубже.

— Ты сегодня особенно твёрдый, мой мальчик... — шепчет мама почти не разжимая губ. — Я чувствую каждую твою пульсацию... Продолжай, не останавливайся. Я хочу чувствовать тебя внутри, пока буду раскладывать завтрак по тарелкам.

Она берет лопатку и аккуратно сворачивает омлет, несмотря на то, что мои медленные, глубокие толчки заставляют метеринские руки дрожать. Я чувствую, как ее киска сжимается вокруг меня в ритме наших движений. Мама тихо, довольно выдыхает, откидывая голову мне на плечо.

— Сынок давай поглубже и побыстрее. я чувсвтую что скоро кончу

Я слышу мамин сбивчивый голос, просящий меня ускориться, и чувствую, как ее пальцы сжимаются на ручке сковороды. Я беру маму обеими руками за локти, крепко, уверенно, и чувствую, как она роняет лопатку на пол — звон металла о плитку тонет в наших дыханиях. Я начинаю трахать ее сильнее, быстрее, размашисто, натягивая родное тело на мой член с каждым толчком.

Мамины стоны становятся громче, срываясь с губ, и я чувствую, как она подаёшься назад навстречу каждому моему движению, теряя контроль. Мои руки держат ее локти, не давая маме упасть, и я вбиваюсь в ее пизду глубоко, чувствуя, как стенки сжимаются вокруг меня в такт моим толчкам. Звуки наших тел, шлепки влажной кожи, разносятся по кухне, смешиваясь с шипением омлета на плите.

Я наклоняюсь к ее уху, тяжело дыша, и шепчу, почти рыча: "Ты хотела быстрее, мама? Ты получишь быстрее." И я ускоряюсь ещё больше, вколачиваясь в мать с такой силой, что она упираешься руками в край столешницы, чтобы удержаться. Ее стоны переходят в прерывистые вскрики, и я чувствую, как мамина киска начинает пульсировать вокруг меня, сжимаясь всё сильнее с каждым толчком.

Я чувствую, как она приближаешься к краю, как ее тело дрожит в моих руках, и я продолжаю двигаться, не сбавляя темпа, пока мама не кончит с громким, протяжным стоном, выгибаясь спиной. Я чувствую, как ее соки стекают по моему члену, и я замедляюсь, позволяя маме перевести дух, но остаюсь внутри, глубоко, наслаждаясь тем, как она сжимает меня в сладкой дрожи. Мой член больше не может выдержать нежности и одновременно тугости родной маминой письки. Я начинаю кончать в маму заливая спермой ее лоно плотно прижавшись лобком к ее заднице.

Мама чувствует, как мой член всё ещё пульсирует внутри нее, и тело ее дрожит от пережитого оргазма. Опираюсь руками о столешницу, мама тяжело дыша, чувствует, как моя сперма начинает медленно вытекать из нее, стекая по бедру. Мама поворачивает голову и смотрит на меня через плечо с мутным, блаженным взглядом.

— Чёрт, сынок... — ее голос хриплый, срывающийся. — Ты сделал это... я кончила так сильно, что чуть не уронила сковороду...

Мама медленно выпрямляется, чувствуя, как мой член выскальзывает из ее ваигны, оставляя влажное, пульсирующее ощущение, берет лопатку с пола, ополаскивает её и возвращаясь к плите, выключает огонь. Раскладывает омлет по тарелкам, в то время, как моя сперма продолжает стекать по ее ноге, капая на пол.

— Завтрак готов, мой мальчик. — Голос низкий, с нотками удовлетворения. — Садись за стол. Я хочу, чтобы ты поел, пока из моей пизды вытекает твоя сперма и видел это

Мама ставит тарелки на стол и садится напротив меня, раздвинув ноги, давая мне видеть, как тонкая струйка спермы медленно стекает по маминому бедру, капая на пол между каблуков.