— --

**Часть 1: Мокрая майка**

Вера вышла из душевой в подвале общежития с мокрыми волосами, собранными в небрежный пучок на затылке. Пар из горячей воды всё ещё окутывал её бронзовое, спортивное тело — результат годов тренировок в секции лёгкой атлетики. Её плечи были широкими, но женственными, руки стройными с выраженными трицепсами, а талия резко сужалась к бёдрам, образуя идеальную песочные часы.

На груди у неё стояли упругие, идеально круглые груди третьего размера — не огромные, но заметные, с высокой посадкой, как у девушек в глянцевых журналах. Кожа на них была нежной, с лёгким загаром, и только при очень близком рассмотрении можно было заметить микроскопические трещинки на поверхности сосков — следы зимнего ветра и неправильного ухода. Сами соски были тёмно-розовыми, небольшими, но уже затвердевшими от контраста горячего душа и прохладного подвала. Через левый проходила тонкая серебряная дуга пирсинга, которая терла сосок при каждом движении.

Выше левой груди, почти у ключицы, находилось небольшое коричневое родимое пятно в форме сердечка или полумесаца — её личная отметина, которую она никогда не прятала.

Живот Веры был плоским, с выраженным прессом — не перекаченным, но с чёткими кубиками, которые подчёркивали её спортивный образ жизни. Ниже пупка начинался треугольник тёмных волос — аккуратная интимная стрижка в форне ладошки, не скрывающая полностью то, что было под ней.

Её половые губы были пухлыми, с нежно-розовым оттенком внутренней стороны, слегка влажными ещё от душа. Малые половые губы аккуратно прятались внутри, а сверху над ними возвышался небольшой, но чувствительный клитор, прикрытый тонким кожным капюшоном — бледно-розовым и слегка вспухшим от тепла воды.

— Вера, торопись! — крикнула подруга с лестницы. — Твой отец на проходной!

Она не успела одеться. В спешке она накинула на мокрое тело только белую хлопковую майку, которая моментально намокла и стала прозрачной, облепляя каждый изгиб её фигуры. Труики остались в комнате.

Она побежала вверх по лестнице, мокрая ткань прилипая к соскам, пирсинг качался при каждом шаге. Её отец стоял на проходной с пакетом — привез передачу из дома.

— Папа! — закричала она, бегом приближаясь к решётке проходной.

Уже забрала сумки и шла назад через пооходную.

Но она забыла пропуск.

— Стоп, — поднял руку охранник, мужчина лет сорока с лысеющей головой и пивным животом. — Без пропуска нельзя. И... что это вы такое надели?

Вера замерла, прикрывшись руками, но было поздно — майка была почти полностью прозрачной.

— Я... я забыла... — пробормотала она.

— Подруга сейчас принесёт пропуск, — сказала одна из девушек, стоявших рядом. — Я схожу в комнату, минуту!

Она убежала, оставив Веру один на один с охранником и отцом, который стоял с другой стороны решётки, не понимая, что происходит.

— Так, — охранник открыл дверь проходной и вышел к девушке. — Правила есть правила. Нарушение режима — нужно провести досмотр. Мало ли что вы там прячете под этой... одеждой.

— Но я... — Вера попятилась, но уперлась спиной в холодную стену коридора.

В этот момент из-за угла появился её парень, Макс. Он шёл к проходной, чтобы встретиться с отцом Веры, как и договаривались. Но то, что он увидел, заставило его замереть в тени угла.

Охранник подошёл вплотную к Вере. Его руки были грубыми, с заусенцами и татуировками на пальцах.

— Руки в стороны, — приказал он.

Вера дрожала, но подчинилась. Охранник медленно провёл ладонями по её бокам, задерживаясь на талии, затем пальцы поползли вверх, к груди...

А Макс как и отец девушки стояли в десяти метрах, не в силах пошевелиться, наблюдая, как чужие руки касаются девушки.

— -

481   7    +10 [2]

Група