Лес был наполнен тяжелым, влажным воздухом, а над землей висело плотное облако жадных, жужжащих насекомых. Девушка медленно шла сквозь заросли, чувствуя, как комары облепляют её открытые участки кожи, оставляя зудящие красные точки. Но её целью было не просто прогулка — она искала место, где рой был бы особенно плотным.

Найдя подходящую, затененную поляну, заросшую высокой травой, она остановилась. Воздух здесь буквально вибрировал от миллионов крыльев. Девушка глубоко вдохнула, чувствуя странное возбуждение от предстоящего. Она медленно расстегнула ремень и приспустила штаны до самых колен, обнажая свои бедра и интимную зону.

Она медленно опустилась на корточки, широко расставив ноги. Её нежная, розовая киска оказалась полностью открыта навстречу жадному рою. Комары, почувствовав тепло и запах слизистой, мгновенно атаковали.

Сначала это были одиночные укусы, легкие, почти неощутимые прикосновения, но очень быстро их стало десятки, сотни. Девушка зажмурилась, когда почувствовала, как острые хоботки начали одновременно протыкать чувствительную кожу её клитора и половых губ.

— Ох... — выдохнула она, сжимая пальцами траву под собой.

Ощущения были смешанными: резкая, колющая боль от каждого укуса быстро сменялась нарастающим, жгучим зудом. Комары облепили её пизду плотным слоем, превращаясь в живое, вибрирующее одеяло. Она чувствовала, как насекомые высасывают её кровь из самых чувствительных точек, и эта пытка начала приносить ей странное, извращенное удовольствие.

Она сильнее раздвинула бедра, подставляя слизистую под удары роя. Кожа на половых губах начала набухать и краснеть, становясь горячей и сверхчувствительной. Каждый новый укус отзывался электрическим разрядом, который прошивал её тело до самого позвоночника. Зуд становился невыносимым, он пульсировал в такт её сердцебиению, заставляя её задыхаться от возбуждения.

Девушка сидела на корточках, полностью отдавшись во власть насекомых, пока её киска превращалась в одну большую, распухшую и зудящую рану, приносящую ей острое, почти болезненное наслаждение.

Девушка продолжала сидеть на корточках, тяжело дыша и чувствуя, как её тело дрожит от переизбытка ощущений. Рой комаров не покидал её, напротив — они облепили её промежность плотным, жужжащим слоем, жадно высасывая кровь из каждого миллиметра нежной слизистой. Её пизда теперь была ярко-красной, распухшей и горячей, буквально пульсируя от притока крови и действия слюны насекомых.

Зуд стал невыносимым. Это не была простая чесотка; это было глубокое, жгучее, электрическое чувство, которое заставляло её внутренности сжиматься в экстазе. Каждое мгновение ей хотелось с силой разодрать свою плоть ногтями, но она знала, что резкое движение может спугнуть рой.

Медленно, почти благоговейно, она подняла руку. Её пальцы дрожали, когда они приблизились к набухшим половым губам. Она начала аккуратно, едва касаясь, теребить свою писю. Она двигалась предельно осторожно, чтобы не создать сильного потока воздуха, который мог бы прогнать комаров.

Когда кончики её пальцев коснулись воспаленной кожи, она издала приглушенный стон. Сочетание острого зуда от укусов и механического трения создало взрывной эффект. Она начала медленно растирать клитор и внутренние губы, чувствуя, как под пальцами перекатываются маленькие бугорки от укусов.

— Ммм... да... кусайте меня еще... — прошептала она, закидывая голову назад.

Она осторожно потирала свою пизду, смешивая ощущение жжения с нарастающим сексуальным возбуждением. Каждый раз, когда она задевала особенно зудящий участок, по её телу пробегала судорога. Зуд стал её главным стимулятором; он превратился в своего рода бесконечный, пульсирующий оргазм, который не заканчивался, а только усиливался с каждым новым укусом.

Её пальцы стали двигаться чуть смелее, размазывая естественную смазку по распухшей, изъеденной насекомыми плоти. Она чувствовала, как комары продолжают впиваться в неё, даже когда она ласкала себя, и эта мысль доводила её до безумия. Она буквально слилась с лесом и этим жадным роем, превратив свою киску в один большой, зудящий центр удовольствия, который она с наслаждением терзала своими пальцами.

Она продолжала сидеть в этой позе, полностью отдавшись во власть инстинктов и жадному рою. Её пальцы неустанно терли набухшую плоть, смешивая ощущение жгучего зуда с нарастающим сексуальным напряжением. Пизда стала ярко-алой, раздувшись от притока крови и токсинов, которые впрыскивали в неё сотни комаров. Она чувствовала, как её половые губы стали плотными и горячими, почти каменными от отека, но это лишь усиливало каждое прикосновение.

Из-за невыносимого, пульсирующего зуда и постоянной стимуляции её киска начала обильно течь. Густая, прозрачная смазка смешивалась с крошечными каплями крови из укусов, стекая по бедрам и создавая скользкий слой, который только облегчал трение. Она чувствовала, как соки текут по её пальцам, пока она яростно растирала клитор, который теперь был почти скрыт под распухшей кожей.

— О боже... я сейчас... я сейчас кончу... — всхлипывала она, сжимая пальцы сильнее.

Она была на самом краю, на той тонкой грани, где одно движение должно было отправить её в глубокий экстаз. Всё её тело напряглось, спина выгнулась, а дыхание стало прерывистым и хриплым. Но оргазм, который казался таким близким, всё никак не наступал. Это было мучительное, изнуряющее ожидание, которое только подогревало её желание.

Комары, привлеченные запахом её возбуждения и обильным выделением смазки, стали еще агрессивнее. Они облепили её промежность сплошным живым ковром, впиваясь в самые чувствительные складки слизистой. Каждый новый укус отзывался резким электрическим разрядом, который прошивал её насквозь, заставляя её содрогаться, но не давая окончательно разрядиться.

Она чувствовала, как её пизда буквально горит. Опухшая, красная и изъеденная насекомыми, она пульсировала в такт её сердцебиению. Девушка начала теребить себя еще быстрее, почти грубо, вбивая пальцы в воспаленную плоть, пытаясь вырвать этот долгожданный оргазм из этого бесконечного цикла зуда и жжения. Она была в ловушке собственного удовольствия, зажатая между жадностью насекомых и своей неутолимой жаждой разрядки, пока её киска продолжала течь, становясь всё более чувствительной к каждому новому укусу.

Напряжение достигло своего абсолютного пика. Когда очередной десяток комаров одновременно вонзил свои хоботки в раздувшийся, пульсирующий клитор, это стало последней каплей. Тело девушки резко выгнулось дугой, пальцы судорожно впились в воспаленную плоть, и её наконец прорвало.

— А-а-а-а-ах! — закричала она на весь лес, её голос сорвался на хриплый стон.

Оргазм накрыл её с сокрушительной силой, превращая жгучий зуд и боль от укусов в чистый, концентрированный экстаз. Она забилась в конвульсиях, чувствуя, как из её пизды мощными толчками вырываются струи горячего сока, смешиваясь с кровью и слюной насекомых. Она кончала обильно, буквально заливая свои пальцы и бедра густой смазкой, пока всё её тело сотрясали мощные спазмы. Каждый укус комара в этот момент ощущался как электрический разряд, который только усиливал её разрядку, затягивая её в бездну блаженства.

Когда последние волны оргазма наконец утихли, она осталась сидеть в тишине леса, тяжело дыша и чувствуя, как её промежность горит огнем. Её киска была ярко-красной, сильно опухшей и мокрой, с сотнями маленьких бугорков от укусов, которые теперь начали чесаться с новой, неистовой силой.

С трудом придя в себя, она медленно поднялась. Дрожащими руками она натянула кружевные трусики, которые с трудом налезли на раздутые, воспаленные половые губы. Ткань плотно прижалась к мокрой, горячей коже, и каждое движение вызывало резкий приступ зуда, от которого по телу пробегали мурашки. Затем она затянула штаны, чувствуя, как грубая ткань давит на её опухшую пизду, создавая приятное, но мучительное трение.

С блаженной улыбкой на лице и ощущением невыносимого, пульсирующего жара между ног, она развернулась и медленно пошла домой, наслаждаясь тем, как её красная и изъеденная насекомыми киска трется о белье при каждом шаге.