Я медленно шла к стойке регистрации. Валера и Даша остались у меня за спиной. Я знала, что они смотрят мне вслед и, наверное, так до конца и не понимают, что же произошло. Слезы катились из моих глаз, какая-то пелена застилала их, я практически не видела, куда шла. «Ты все сделала правильно», - мысленно говорила я сама себе, - «Как ты можешь быть уверена в том, что завтра он опять не решит, что должен с тобой расстаться, потому что ты любишь не его, а кого-то другого? Какого ДРУГОГО? Боже мой! Да в моем сердце не осталось ни единой клеточки, не заполненной им! Как вообще ему в голову могут приходить такие мысли? Даже, если у меня с языка сорвалась какая-то глупая, по большому счету ведь ничего не значащая, фраза, разве это повод выбрасывать в мусор всю нашу предыдущую жизнь? Это же было просто односекундное ощущение, не говорящее ни о чем! О какой ЛЮБВИ к Давиду говорили мои слова?.. Наверное, он просто устал от меня, от моих нескончаемых желаний разнообразить наш с ним секс присутствием еще одного мужчины в нашей постели, а эта моя глупейшая фраза стала просто очень хорошим поводом, как сейчас говорят: триггером, для разрыва отношений со мной». Я немного успокоилась и даже смогла пройти регистрацию без эксцессов. Недолгое ожидание посадки, и вот я сижу в том же самолете, который привез меня в Париж, но лечу обратно в Барселону. Самолет легко разбегается и взмывает ввысь к тем самым облакам, на которых меня катало наслаждение от нашего с Валерой секса. И где-то светит то же самое солнце, которое ласкало нас с ним своими теплыми лучами, и, наверное, легкий ветерок, играющий с птицами в догонялки, несет кому-то чудесные запахи цветов и свежей листвы деревьев, как нес когда-то нам. Я через силу улыбнулась этой идиллической картине. «Нет, мой любимый Валерочка! Я люблю только одного тебя, а никакого не Давида, причем люблю настолько безумно, что даже не представляю, как теперь буду жить без тебя. Но, если тебе проще дальше жить без меня, я оставлю тебя. И пусть мне будет сложно, горько, плохо, тоскливо, я выдержу, я справлюсь с этой болью, только бы тебе было легче и спокойней. Если моя любовь к тебе сейчас должна быть принесена в жертву, пускай, я готова все это вытерпеть. Только мне очень горько, что ты во мне усомнился. Но и это я постараюсь пережить», - слезы снова навернулись на мои глаза, и до самой посадки меланхолия не отпускала меня ни на секунду.

В аэропорту меня встречали Пабло и Мария. Я заранее с ними об этом договорилась, понимая, что прилечу в таком состоянии, что самостоятельно добраться до своего отеля я просто не смогу. Увидев мое лицо, они не стали у меня ни о чем спрашивать. Пабло просто насупился, а Мария крепко обняла меня, поцеловала в висок и прошептала: «Настенька! У тебя все будет хорошо. А сейчас тебе нужно просто расслабиться и прекратить о нем думать. Ты же видишь: он полный кретин, недостойный твоих переживаний и слез». Я вяло улыбнулась и покачала головой. «Пусть, пусть он кретин, но я люблю его даже таким. А расслабиться мне действительно нужно», - подумала я. Мы пошли на стоянку к машине Пабло, и через минуту уже ехали в отель. Всю дорогу мы молчали. Я была признательна за это моим друзьям. Говорить мне совершенно не хотелось, да и думать о чем-то тоже, поэтому я просто безучастно глядела на знакомый пейзаж, видела зарождение нового дня и по сереющим теням угадывала деревья и выпирающие из песка камни, мимо которых мы проносились. Ветер мягко остужал мое лицо. И постепенно жизнь начала брать верх над сумрачностью моего душевного разлада. В отеле мы сразу поднялись в мой номер. Я хотела остаться одна, но Мария мне тихо сказала: «Мы с Пабло поможем тебе расслабиться и забыть обо всем, пусть даже только на какое-то время». Я кивнула, соглашаясь, и пошла в ванную. Смена холодных и горячих струй душа помогла мне вернуть мое сознание в нормальное состояние. Накинув на мокрое голое тело мой шелковый халатик, который сопровождал меня во всех моих сексуальных приключениях, я вошла в комнату.

Пабло с Марией лежали на кровати и целовались взасос. Они были уже без одежды, и их руки мягко и нежно скользили по телам друг друга, на мгновения задерживаясь на местах, требующих обязательной ласки. Они легко гладили плечи, спинки и попочки, ерошили волосы и посасывали ушки друг другу. Увидев меня, Мария позвала: «Иди к нам, Настя». Но я почему-то вдруг ясно поняла, что сегодня не хочу заниматься с ними сексом, просто хочу смотреть, как это будут делать они сами. Я отрицательно покачала головой и с ногами забралась в одно из кресел. «Может быть позже», - виновато улыбнулась я, - «А пока вы сами, а я посмотрю на вас». Ребята не стали настаивать и занялись друг другом. Пабло положил Марию спиной на кровать и забрался на нее в позе 69. Его возбужденный член смешно подрагивал над лицом Марии. Она захватила его ротиком и стала с причмокиванием его сосать и облизывать, временами негромко постанывая. Я думаю, она этими звуками хотела меня возбудить, чтобы я, наконец, присоединилась к ним. Но мое возбуждение нашло другой выход. Я видела, как Пабло делал Марии куни. Он сосал и лизал ее половые губки, иногда полностью засасывая их в свой рот, засовывал свой язык глубоко в ее пещерку, танцевал с ее набухшим клитором. Зная, насколько умело Пабло обращается с писечкой Марии (ведь он и мне не один раз делал чудесный куни), я действительно стала возбуждаться. Я даже не заметила, как сняла свой халатик и разлеглась в кресле, широко разведя ноги. Я начала ласкать себя, одной рукой нежно массируя свою грудь, пальчиками покручивая напрягшиеся сосочки, а другой - поглаживая половые губки моей писечки. Как я хотела, чтобы это делали руки и губы Валеры! Но, как говорится: за неимением гербовой, пишут на простой. Я внимательно смотрела на Пабло и Марию. Они уже сменили позицию. Мария стояла на четвереньках в центре кровати, а Пабло, зайдя сзади, ритмично входил своим членом в ее писечку и попочку, часто меняя дырочки. Они оба были уже близки к оргазмам и громко постанывали, закатив глаза. Я добралась пальчиком до горошинки моего клитора и предложила ему такой уровень возбуждения своими поглаживаниями, что и мой оргазм должен был вот-вот наступить.

Не хватало какой-то малости, чтобы бешеный взрыв эмоций утащил мое сознание в прекрасное путешествие по сказочной стране – нирване. И эта малость появилась, как чудо, стоило мне только закрыть глаза. Я словно почувствовала легкое дуновение ветра, которое дыхнуло на меня до боли знакомым запахом моего Валеры. У меня в голове зазвучал его тихий голос: «Любимая моя девочка! Сейчас я все сделаю. Расслабься, пожалуйста, и просто получай удовольствие». И я вдруг отчетливо почувствовала на своей груди руки Валеры. Это его пальцы ласкали мои сосочки, легонько их поглаживая и сжимая. Это его губы целовались с моими половыми губками, слизывая с них капельки моих соков, а позже облизывали и покусывали мой клитор. Это его язычок кружил вокруг этой милой горошинки, напоминая ей сладостные минуты их более раннего общения. Я почувствовала все это так явственно, что на секунду выпала из действительности. Только позже я поняла, что эти видения принес мне накрывший меня оргазм. Это был, наверное, мой самый прекрасный оргазм. Мне было так легко и сладостно, как никогда раньше. Пабло и Марию тоже трясло и выгибало. Они кончили одновременно со мной. Их оргазм был долгим и очень бурным. Я, сидя в своем кресле, смотрела, как они постепенно возвращаются из своего мысленного путешествия по стране удовольствия и наслаждения. «Ты кончила, наблюдая за нашим сексом?»- спросила меня Мария, когда они с Пабло полностью пришли в себя, - «Тебе нравится наблюдать?» «Да, мне было приятно на вас смотреть. Вы очень красивая пара и так здорово все делали, что удержаться было практически невозможно», - сказала я, а про себя подумала: «Не буду же я вам рассказывать, что я кончила, потому что меня ласкал Валера». «Может, хочешь заняться с нами реальным сексом? С обоими, или только с Пабло?»- спросила, помолчав, Мария. «Нет, спасибо, ребята. Я очень устала. Мне бы лучше поспать», - извиняющимся голосом ответила я. «Да, конечно». Пабло и Мария быстренько приняли душ, оделись и ушли, предупредив, что вечером будут в баре. И чтобы я обязательно к ним обратилась, если мне что-нибудь будет нужно. Поблагодарив их, я закрыла дверь на ключ, повесила надпись «Не мешать!» и буквально упала на кровать.

Не знаю, действительно ли я спала, или просто выпала из реальности на какое-то время, но, когда я открыла глаза, за окном было ЕЩЕ (а, может, УЖЕ) темно. Солнце откуда-то снизу издалека подсвечивало редкие облака и небо серым цветом. Я посмотрела на часы. Они показывали восемь. «Восемь чего? Утра, или вечера? Нет, в восемь утра было бы совсем светло, значит, все-таки, вечера», - подумала я и вздохнула, - «Что-то я совсем расклеилась. С этим определенно нужно что-то делать, иначе я просто сойду с ума». Я привела себя в порядок и спустилась в бар у бассейна. Я помнила, что Пабло и Мария должны были быть здесь, но я не хотела их видеть, не хотела снова говорить об уходе Валеры, поэтому я присела у самого дальнего края барной стойки, чтобы случайно не попасться им на глаза. Пока я ждала бармена, чтобы сделать заказ, какой-то мужчина, подойдя ко мне сзади, поставил передо мной бокал с коктейлем. Я обернулась, собираясь возмутиться его бестактностью, но ничего не смогла сказать. Это был Давид. Он мне грустно улыбнулся и, молча, присел на стул рядом со мной. «Ты не вернулся в Мадрид? А как же твоя работа?»- не поблагодарив за коктейль, спросила я. «Я улетаю завтра утром», - ответил он. Мы немного помолчали. «Пабло мне сказал, что ты нашла Валеру в Париже и даже летала туда к нему. Но у вас так ничего и не склеилось. Ты как? Сильно переживаешь? А, может, оно и к лучшему?»- Давид говорил взволнованно, с трудом подбирая слова, - «Помнишь, когда я прилетал к тебе, я предлагал тебе выйти за меня замуж. Мое предложение все еще в силе. Мне нужна именно такая жена, как ты: красивая, умная, милая, свободная в своих сексуальных пристрастиях. Я готов делать все, чтобы ты всегда чувствовала себя удовлетворенной и счастливой во всех смыслах». Я грустно улыбнулась: «Но ты ни тогда, ни сейчас ничего не говоришь о своей любви ко мне». Давид слегка опешил: «Так у нас же с тобой был изумительный секс, который нравился и тебе, и мне. Разве он не говорит о моей любви к тебе лучше любых слов?» «Нет, Давид. Секс – это секс, а любовь – это любовь. И это далеко не одно и то же. Мне нравилось заниматься СЕКСОМ с тобой, как и с Пабло, и с Сергеем (ты же помнишь его?), но я НЕ ЛЮБЛЮ никого из вас. Мне странно, что ты этого не понимаешь. А Валеру я ЛЮБЛЮ, и СЕКС с ним мне тоже очень нравится. Такое вот «два в одном». Поэтому сексом я буду заниматься со многими, но выбирать всегда буду только его одного, потому что люблю ЕГО и, я твердо уверена, что и он любит меня». «Тогда почему же он от тебя сбежал?»- сердито спросил Давид. Видно, ему очень не по вкусу пришлись мои слова. «Именно потому, что он меня искренне любит. Услышав мои сладостные стоны наслаждения во время секса с тобой, он посчитал, что с тобой мне будет лучше, чем с ним, что я ХОЧУ быть с тобой, а не с ним, что я ЛЮБЛЮ тебя, а не его. Он решил, что ТЫ сможешь дать мне такое счастье, которое ОН мне дать не сможет. И поэтому ушел, предоставив мне свободу выбора любимого. Из-за этого стона он посчитал, что я выбрала тебя. А так как в его понимании любви главное, чтобы именно Я была счастлива (он искренне так считает), и неважно, что будет с ним в этом случае, он и решил пожертвовать своим собственным счастьем». Я замолчала. Давид, тоже молча, сидел, разглядывая напиток в своем бокале. Не знаю, понял ли он меня, разобрался ли в хитросплетении моих мыслей и слов. Молчание затянулось. Наконец, Давид ожил. Он глубоко вздохнул, кивнул, стараясь не смотреть мне в глаза, взял свой бокал и тяжелой нетвердой походкой пошел вглубь бара. «Так, Настя, тебе срочно нужен хороший секс, желательно с двумя молодыми выносливыми парнями, иначе я за тебя не ручаюсь», - подумала я и обвела взглядом посетителей бара. Конечно же, мне на глаза тут же попался Хуанито. Он сразу подскочил ко мне. «Привет! Не хотел подходить, когда тут был Давид. Ну, ты как? Я волновался», - поцеловав меня в щеку, затараторил он. А я вдруг вспомнила: у него же есть брат Мигель. Так вот те двое, которые мне нужны! «Твой брат здесь?»- спросила я и, когда Хуанито утвердительно кивнул, спросила: «Сможете оба зайти ко мне после смены?» «Конечно! Мы заканчиваем где-то через час». «Хорошо, я буду вас ждать»- сказала я и пошла к себе в номер.

По дороге я зашла в ресторан и поужинала. Не помню, когда я ела до этого, только вот бурчание в животе стало мне сильно действовать на нервы. Придя в номер, я приняла душ, почистила зубы, надела все тот же шелковый халатик и уселась в кресло, ожидая Хуанито и Мигеля. Парни пришли почти сразу. Как и в прошлый раз, они принесли фрукты и шампанское. Я разглядывала Мигеля несколько минут. Он очень изменился с нашей последней встречи: возмужал, похорошел и сейчас уже не выглядел, намного младше Хуанито. Я улыбнулась парням и пригласила их присесть на кровать. «Можно мы сначала пойдем в душ, мы же сразу после работы?»- спросил Хуанито. «Пожалуйста, только потом уже не одевайтесь», - сказала я, признаюсь, очень нескромно улыбаясь при этом. Парни побежали в ванную, а я, скинув халатик, налила шампанское в бокалы и, присела на край кровати, ожидая их возвращение. Мальчики вошли в комнату минуты через две и остановились в дверях, не зная, что делать дальше. Я смотрела на них и просто любовалась их стройными спортивными фигурами, в которых под смуглой кожей проглядывали крепкие мышцы рук, плеч, груди, живота, ног. Их тела блестели от капелек воды, в которых, как мне показалось, отражался свет звезд, высыпавших на ночном небе. Но самое большое мое внимание привлекли, конечно, их возбужденные члены: длинные, толстенькие, обвитые синими венами, заполненными горячей испанской кровью, с огромными багровыми головками и крупными яйцами, свисавшими между ног. Все их мышцы были напряжены, а члены нервно подрагивали, предвещая тот самый удивительно прекрасный секс, который мне сейчас был так нужен.

Я поднесла им бокалы с шампанским. Мы, чокнувшись, выпили его без всяких тостов и поставили пустые бокалы на столик. Парни остались стоять, а я опустилась перед ними на колени и, обхватив руками оба члена, легко и нежно подрочила их, словно вспоминая наше с ними прошлое знакомство. Члены ответили мне, мягко покачав головками. Мы узнали друг друга. Я улыбнулась и принялась целовать этих моих старых знакомых. Я уделяла равное внимание каждому члену. Вылизывала ствол, сосала головку, стараясь засунуть ее в свой ротик максимально глубоко, язычком щекотала каждую вену, сосала и массировала яйца. Парни начали тихонько постанывать, а, когда я вставила в ротик обе головки одновременно, при этом чуть не разорвав себе рот, они застонали в полный голос. Я взглянула на них снизу вверх и, улыбнувшись, вынула оба члена из своего ротика. Лаская рукой член Хуанито, я влажным языком медленно, с сильным нажимом провела по стволу члена Мигеля и всосала его головку в свой ротик, вращая языком вокруг ее края. Мигель громко заревел и, выдернув свой член из моего ротика, опустился на колени рядом со мной. Он посмотрел мне в глаза, перевел взгляд на член Хуанито и прошептал: «Хочу вместе с тобой. Можно?» Я поняла, что он хочет, чтобы мы сделали Хуанито минет в два ротика. Улыбнувшись, я кивнула и приблизила его голову к члену Хуанито. Мигель с тихим вздохом взял член Хуанито в свой рот, просунул его так глубоко, как только смог и начал его быстро сосать, двигая по нему языком внутри рта так, что Хуанито закрыл глаза и, запрокинув голову назад, громко заскрежетал зубами. Я обхватила рукой член Мигеля и начала его мягко подрачивать, а ротиком всосала яйца Хуанито и стала их массировать, зажав между язычком и верхним нёбом. Хуанито задрожал и начал выстреливать в рот Мигеля свою густую сперму. Мигель принял первый выстрел и передал член мне. Я с удовольствием приняла следующую порцию спермы Хуанито. Какой сладкой она мне показалась! Но больше я была восхищена Мигелем. «Да ты же бишка, как и Валерочка, любишь сосать члены парням!»- мелькнуло у меня в голове. И я вспыхнула какой-то особенной нежностью к Мигелю. Мы перебрались на кровать. Я стала на краю кровати на четвереньки в позе лягушки, широко разведя ноги и выставив на обозрение парней свои писечку и попочку. Пока Хуанито восстанавливался после нашего минета, Мигель зашел ко мне сзади. Он погладил меня по спинке напряженными кончиками пальцев, от чего я мелко задрожала, и потихоньку стал вводить в мою писечку свой член. Он действовал очень медленно и аккуратно. Вводил член до конца и тут же почти полностью вынимал его из меня. При этом он одной рукой продолжал гладить мою спинку, а другой ласкал мои груди, покручивая сосочки. Я тихонько постанывала и виляла попочкой. Хуанито, отдохнув, лег на спину и подлез под меня головой к моей писеньке. Он сосал и облизывал мой клитор, мои половые губки и даже член Мигеля, когда тот выходил из меня. Мое возбуждение начало расти. Мигель, войдя во вкус, стал, полностью вынимая член из моей писечки, вставлять его в рот Хуанито. И тот его со вкусом громко сосал. Через пару минут он вылез из-под меня и, обняв за плечи, прошептал: «Настя, ты не будешь против, если я буду трахать в попку Мигеля в то время, когда он будет заниматься с тобой сексом?» «Конечно, нет, если и ему и тебе это нравится. У меня еще не было такого опыта. И мне будет интересно, какие чувства это у меня вызовет», - прошептала я. Хуанито встал с кровати, зашел за спину Мигелю, наклонил его так, что он практически лег на меня, густо смазал моим кремом для тела свой член и дырочку Мигеля и резко вошел в нее сразу на всю длину члена. Мигель ойкнул и, закатив глаза, громко застонал. В его стоне было столько сладости и наслаждения, что я даже позавидовала тем ощущениям, которые он испытывал. Я почувствовала, как задергался его член в моей пещерке, сдабривая ее горячими потоками густой спермы. «Боже! Ему так понравилось, что он кончил от одного единственного качка!»- подумала я. Эта мысль вылетела из моего мозга и заскользила по моим нервам вниз к моей писечке, доводя мои эмоции до сладкого взрыва. Этот взрыв буквально разорвал мое тело, вывернув его наизнанку. Я слетела с члена Мигеля и упала на кровать, дрожа и дергаясь всеми частями тела. Мой стон был больше похож на крик обезумевшей сучки, получившей отличный секс от целой стаи голодных псов. «Спасибо вам, мальчики», - проговорила я, когда ко мне вернулась возможность разговаривать, - «Это было именно то, что мне было нужно, и даже немного больше!» Хуанито и Мигель вымылись в душе и, поцеловав меня, ушли, а я вытянулась на кровати и стала в голове перебирать сцены только что произошедшего такого необычного секса.

Моя депрессия отступила, оставив только некую заторможенность в моих мыслях. Я уже не думала целыми днями о Валере и его уходе. Я могла себе позволить позагорать на пляже, поплавать в бассейне, выпить пару коктейлей в баре, беседуя с Пабло, Марией или Хуанито. И это уже не вызывало у меня позывов на рыдания и самобичевание. Мне, правда, помогли и моя мастурбация во время наблюдения за сексом Пабло и Марии, и безбашенный секс с Хуанито и Мигелем. Действительно, как говорил мне Валера, хороший секс стал лучшим лекарством от депрессии. Кстати, с Мигелем мы почему-то не подружились так, как с Хуанито, хотя при встрече он мне мило улыбался, и мы с ним перебрасывались парой фраз. Так прошли последние дни моего пребывания в Барселоне. Завтра я, наконец, улетаю домой. С одной стороны мне хотелось побыстрее расстаться с этим городом, который принес мне самую большую боль. Городом, который украл у меня моего любимого мужчину, городом, который разрушил мое хрупкое личное счастье. Не уверена, что мне нужно спускать всех собак на Барселону, но так мне становилось немного легче. А, с другой стороны, именно этот город впитал в себя мои самые последние счастливые моменты нашей совместной жизни с Валерой. Поэтому у меня так щемило сердце, когда я проходила по тем улочкам, где еще совсем недавно мы гуляли с ним вдвоем. Когда я заходила в кафешку со знакомым мне хозяином. Когда я отдыхала, сидя на лавочке под тем самым апельсиновым деревом, под которым мы с Валерой коротали время, ожидая МЖМ с Хуанито. Завтра все это исчезнет, как только самолет оторвется от взлетной полосы. И останусь только я и неизвестная мне пока жизнь без моего любимого. Я вздохнула и набрала номер телефона. Когда на другом конце подняли трубку, я тихо проговорила: «Привет, Сережа! Это Настя. Я завтра возвращаюсь из отпуска. Ты не мог бы встретить меня в аэропорту? Самолет приземляется в девять вечера. У тебя на это время нет никаких дел?» «Привет! Конечно, я вас встречу. А твоему Валере это не покажется странным? Он не устроит тебе «разбор полетов», когда вы приедете домой?» «Не волнуйся. Я прилетаю одна. Валера от меня ушел. Он сейчас в Париже у дочери». Повисло долгое неловкое молчание, которое, в конце концов, нарушил Сергей: «Не думал, что он такой идиот. Ладно, расскажешь, когда прилетишь. Давай, до встречи в аэропорту». «Спасибо тебе», - тихо сказала я и отключилась.