Мы с Машкой сидели в теплой ванне напротив друг друга и занимались онанизмом. Оставаясь дома одни, мы часто играли в такую игру. Мы родные брат и сестра, Машка младше меня на год. По-настоящему мы с ней не трахаемся, опасаясь страшного слова «инцест», к тому же, Машка бережет свою целку. А такая невинная игра как совместная мастурбация, мы считаем, не в счет. Пока мы были маленькие, мы постоянно бегали по дому без трусиков. Машка была свидетелем моей первой эрекции, что привело ее в дикий восторг. Она тут же протянула ручку, чтобы потрогать мой стручок и убедиться, какой он стал твердый. Я тоже частенько лапал ее письку и попку.

Но в пубертатном возрасте мы начали друг друга стесняться. До тех пор, пока Машка не спалила меня, как я дрочу. Мы до сих пор спим в одной комнате на двухъярусной кровати, Машка вверху, а я внизу. Мне приснился чудный эротический сон, в пять утра я проснулся с жутким стояком. Было лето, в комнате было светло. Я думал, что Машка сладко спит, откинул одеяло и начал дрочить. И вдруг с испугом заметил, что сверху на меня смотрят любопытные глаза. Я тут же накрылся одеялом и повернулся к стене. Ну, а потом посыпались вопросы: «А чем ты занимался, а что да как, да покажи». А мне и самому вдруг стало интересно показать сестре свое умение. А потом и Машка призналась, что тоже грешит этим делом. Короче, мы начали мастурбировать вместе. Так даже интереснее — смотреть не на фоточку в интернете, а на настоящую живую пизду, которую дрочат девичьи пальчики.

Вот и сегодня мы были дома одни, наполнили ванну, залезли туда и занялись делом. В процессе дрочки мы обычно беседовали о том, о сём или рассказывали анекдоты, или какие-то случаи из жизни. Машка говорит:

— Вчера в троллейбусе ехала девчонка, а у нее подол юбки сзади задрался и резинкой трусов зажат, и попу видно. И никто ей не скажет. А парень сзади стоял, в карман штанов руку засунул и... дрочит, наверно.

Я засмеялся.

— Реально? Не анекдот?

— Не, точно!

Несколько минут мы дрочили молча, потом Машка спрашивает:

— А ты с девушкой уже трахался?

Я помотал головой.

— А хотел бы?

Я такой:

— С тобой что ли? Нам нельзя.

— Не, не со мной. Люську помнишь, мою подругу?

— Ну.

Люська девка симпатичная. Все при ней. Грудь, правда, маловата. Да и жопы почти нет — фигурка как у мальчика. Зато мордочка ничего. А на голенькую на нее посмотреть было бы интересно. А уж потрахаться с ней — так вообще! Подумав о ней, я даже интенсивнее начал дрочить.

— И чего, — говорю, — думаешь, она мне даст?

— Я предложу. Понимаешь... У нее есть парень, она его все соблазнить пытается. Но он намного старше и опасается, говорит, ты мол девочка еще. А она ему типа «Какая я девочка? Я уже была с мужиком!» Ну а тот типа: «Ну раз не девочка, тогда давай». Короче, у них в субботу свидание, ей надо до субботы целку сломать. Ну, чтобы тот не подумал, что она врет. Мы хотели фаллоимитатором, у мамы есть такой, я видела, а потом думаю, зачем искусственный член, когда можно настоящим? Ты как?

Представив такую возможность — потрахаться с Люськой, да еще порвать ей целку, — я так возбудился, что тут же кончил.

— Ну ты даёшь! — Машка смотрела, как из члена в воду распускаются белые цветы... даже нет, не цветы, а словно клубы дыма вырываются из трубы паровоза. А потом расплываются по всей ванне как медузы. — Ой! А в меня не попадет? Вдруг я залечу:

— Да не бойся, — говорю, — ничего не будет.

Машка начала интенсивнее дрочить письку и тоже вскоре кончила.

На другой день вечером Машка мне говорит:

— Я поговорила с Люськой, она согласилась. Завтра она придет к нам.

Ночью я долго не мог уснуть, предвкушая это событие, стояк не давал покоя, и я начал дрочить. Кровать скрипела. Сверху свесилась Машка:

— Ты эта... не очень. На завтра силы побереги!

Я говорю:

— Да ладно. Наоборот, тренироваться надо!

Я дрочил и приговаривал своему члену: «Завтра, дружок, ты в настоящую пизду влезешь!» От радости он закивал и выплеснул мне в кулак море спермы.

Я прибежал домой пораньше, принял душ. Вот теперь-то мне надо было проявить изрядную силу воли, чтоб не заняться онанизмом — стояк не покидал меня с самого утра. Идя домой, я погладывал на каждую встречную девчонку, мне хотелось, чтоб все они знали — я ебаться иду! Вот, наконец, прозвучал звонок в дверь. Я открыл.

— Люсь, заходи, — Машка впустила в квартиру подругу.

Та посмотрела на меня исподлобья, этот взгляд смутил меня. То ли она меня побаивалась, то ли стеснялась. Я помог девушкам снять пальтишки.

— Чай? Кофе?

— Не, — говорит Машка. — Мы сейчас в ванную. Ты посиди пока в нашей комнате, мы тебя позовем.

Я ушел к себе, Машка плотно закрыла за мной дверь. Я сел за компьютер, хотел немного поиграть. Но тупо смотрел в монитор и думал лишь об одном: сейчас я буду ебаться. Прошло минут пятнадцать. Что-то долго они меня не зовут. Я решил посмотреть, чем они там занимаются, потихоньку заглянул в ванную. И Машка, и Люська, обе были голые, они стояли под душем, Люська одну ногу поставила на бортик ванны, а моя сестра бритвенным станком сбривала подруге волосы в интимной зоне.

— Юрка, брысь отсюда! — крикнула Машка. — Сказала же: когда надо мы тебя позовем!

Я вернулся в комнату, прилег на кровать. Интересно, где мы трахаться будем? Тут? Но на моей кровати тесно. Через пять минут я услышал шлепанье босых ног по паркету. Шаги скрылись в маминой спальне. Ну да, у мамы кровать пошире. Прошло еще минут десять. Терпение у меня лопнуло. Я приоткрыл дверь в мамину комнату.

Девчонки лежали на маминой кровати, Люська на спине в позе лягушонка — ноги согнуты в коленях и широко расставлены. Машка у нее между ног, она лизала ей письку. Заметив меня, сестра оторвалась от своего занятия.

— Блин, Юра! Ну ладно, заходи, она почти готова. Раздевайся и подойди сюда.

Люська, увидев меня, подогнула колени, сжавшись в комок, и прикрыла руками грудь. Я снял штаны и рубашку, в трусах подошел к ним. Весь день меня мучил стояк, член, словно стальная пружина, просто звенел от напряжения, но вдруг сейчас, когда ЭТО вот-вот должно свершиться, он повис как лопнувший воздушный шарик. Наверное, мне передался страх Люськи. Она решилась на дефлорацию, ей надо было доказать своему парню, что она опытная любовница, и в то же время чувствовалось, что решительность вдруг ее покинула.

— Ты чего это в трусах? — удивилась сестра. — Ну-ка снимай!

Машку не смутило, что член мой висел.

— Смотри, — сказала она Люське. — Сейчас он встанет.

И начала дрочить. Член стал напрягаться.

— Попробуй сама, — Машка взяла Люськину руку и вложила в нее мою письку.

Люська осторожно обхватила пальцами стволик и слегка пожамкала. Моему дружку понравилось такое прикосновение, он начал возвращаться в боевую позицию. А моя сестра словно инструктор продолжала наставления.

— Ну-ка ноги раздвинь! — велела она подруге. — Чего зажалась?

И сама развела ей колени, чтобы та снова приняла позу лягушонка. Вау! В моей памяти сохранились детские воспоминания, когда у Машки на лобке еще не было волос. Сейчас у нее там заросли — заблудиться можно. А тут передо мной Люськина гладенькая бритая пизда, словно у неполовозрелой девочки!

— Целуй ей грудь! — сказала мне сестра.

Я наклонился, обхватил губами Люськин сосок, коснулся языком, чувствуя, как он сразу затвердел. Машка взяла мою руку и прислонила палец к половым губкам подруги, чтобы я ей подрочил. Писька была уже достаточно мокрая. Я решил, что пора и занес ногу, чтобы взвалиться на Люську.

— Погоди! — остановила Машка. — Надень это!

Она протянула презерватив.

— Может не надо? — возразил я.

Ебать женщину в презервативе — все равно, что нюхать розу в противогазе припомнил я поговорку. А уж первый раз-то...

— Надо, Федя, надо! Вдруг она залетит!

Пришлось напялить резинку. Я лег сверху на Люську.

— Шире ноги, шире, — советовала ей Машка. — Совсем не больно будет.

— Ты так говоришь, — ответила Люська, — будто сама уже трахалась.

— Я читала много.

И сама оттянула ей ногу. Наверно для того, чтобы ей самой было лучше виден процесс. Я тоже приподнялся на руках, чтобы видеть свой хуй и Люськину пизду, и начал в нее тыкаться, раздвигая ей губки. Никак не находил углубление, в которое надо вогнать член. Видя это, Машка своей рукой направила его куда надо. Я надавил, чтобы впихнуть. Член натыкался на преграду, которую надо преодолеть. Я нажимал сильнее, испытывая при этом неимоверное возбуждение и позывы вот-вот кончить. Люська сморщила носик и лоб. Я надавил еще.

— Ай, больно! — крикнула Люська и отпихнула меня.

И тут со мной вышел конфуз. Презерватив наполнился спермой.

— Ну вот, — удручённо сказала Машка. — А другого у нас нет.

— Может, сбегать? — предложила Люська. — Или все-таки лучше фаллоимитатором?

— Не надо, — говорю, — теперь я могу долго не кончать.

— Ну смотри, — сказала Машка. — Пусть она отдохнет. — и обратилась ко мне: — Ты ей полижи пока.

С Машкой мы оральным сексом не занимались. Поэтому девчонке я еще ни разу не лизал. Но я видел, как только что это делала сестра. Я устроился между ног Люськи, раздвинул большие губки, лизнул клитор. Потом проник языком туда, куда пытался просунуть член. Язык глубже не проникал. Я раздвинул пальцами малые губки как мог шире. Вход во влагалище был очень маленький, в диаметре меньше двухрублёвой монеты, и затянут пленочкой с овальной дырочкой, в которую не войдёт даже мизинец. Я решил попробовать и сунул в дырочку указательный палец.

— Ай! — вскрикнула Люська. — Ты что делаешь?!

— Терпи, — говорю.

И просунул палец полностью. На нем появилась кровь. Тогда я заполз на Люську, направил рукой в эту дырочку член и втолкнул его.

— Ай! — снова вскрикнула Люська.

— Не бойся, — говорю, — всё уже!

И начал ее трахать. Не очень быстро, боясь снова кончить, к тому же хотел для себя оставить больше ощущений, запомнить, как там уютно моему члену — не сравнить ни с кулаком, ни с самодельным суррогатным влагалищем, которые я пытался мастерить из подручных средств.

Внезапно Люська подо мной задергалась, задвигалась, застонала «М-м-м, м-м-м!» Я слез с нее и, подрочив немного, тоже кончил.

— Ну как? — спросила Машка. — Понравилось?

— Мне —да, — ответил я.

— И мне, — сказала Люська. — Под конец.

— У тебя когда с твоим Виталиком встреча? В субботу?

— Да.

— Сегодня четверг. Если хочешь, можно завтра повторить.

— А что? Можно.