Дружба — это, пожалуй, одно из лучших мест, где можно раскрепоститься.

Аналогично работает и в обратную сторону: если мы совсем не знаем человека, быть открытым перед ним легко.

Оттого эти варианты не столько эффективны, когда нашей целью является повышение раскрепощённости.

Быть открытым перед всего лишь знакомыми — вот главная сила. Потому что именно всего лишь знакомые, как бы парадоксально это не звучало — это те люди, чьё мнение мы ценим больше всего.

Ибо друзья — поймут, незнакомцы — пройдут, а всего лишь знакомые — осудят.

А именно страх осуждения мы и пытаемся победить.

Но когда речь идёт лишь о первых этапах обучения, то не стоит сразу же давать ученику максимальную сложность.

Пусть он сначала попрактикуется на чём-то полегче, т.е. с друзьями и незнакомцами.

Но для того, чтобы практиковаться на друзьях, они должны быть.

Поэтому…

Когда закончилась первая пара, Кир подошёл к Лине.

— Привет!

Девушка повернулась к парню, ожидая, что он что-нибудь скажет про их занятия. Но он ошарашил её неожиданным предложением:

— Слушай, ты же знаешь моих друзей: Лёшку и Тима?

Лина удивилась.

— Да, знаю. Ну, вернее, видела издали, но не разу не разговаривала.

— В этом-то и проблема!

Нет, вот теперь Лина удивилась.

— В чём проблема? В том, что я с ними не разговаривала?

— Нет! В том, что ты вообще ни с кем не разговариваешь! Ты постоянно одна! Или я ошибаюсь?

Лина потупила взгляд.

— Не ошибаешься…

Кир утвердительно кивнул.

— Вот и я о том же. Тебе нужны друзья. Тебе нужно общение. Не только для твоего обучения, но и само по себе.

Кир вздохнул, чувствуя, что хочет произнести скучную лекцию, но при этом не желает переутомлять девушку словами. Поэтому он сократил свою речь до самого важного, упуская детали:

— Вопреки популярному мнению, что хороших друзей найти сложно, я верю, что если тому будет располагать ситуация, то с практически любым человеком можно стать друзьями. Бывают исключения, когда это невозможно, но это скорее редкость, чем правило. Просто для того, чтобы стать друзьями, должно пройти время, должна пройти так называемая притирка, и этот процесс многие не желают проводить. Но это всё ладно, лирическое отступление. А я к тому, что сейчас ты не будешь сидеть здесь одна, а пойдёшь со мной и познакомишься с Лёхой и Тимом. Ок? Они нормальные ребята, они тебя не обидят, да и я если что буду рядом. Пошли…

Последнее слово… То был не вопрос, то был приказ. И Лина молча его выполнила. Да ей и не хотелось сопротивляться. Напротив, она была счастлива. Сколько раз она представляла, как кто-то подходит к ней, чтобы подружиться? Десятки раз. Но раньше этого не происходило. А сейчас буквально исполнялись её мечты.

— И да, — добавил Кир, — не говори им пока про своё обучение у меня.

— Почему? — не поняла Лина.

— Так надо, — хитро улыбнулся парень. — Я хочу в будущем их использовать для наших занятий. Лучше, если они не будут знать, что это делается специально.

Лина вздрогнула от предчувствия чего-то большого и страшного.

— Что делается? — шёпотом спросила она.

Кир улыбнулся.

— Тебе этого не нужно знать. В всяком случае, пока.

Жутковато.

Меж тем они подошли к о чём-то оживлённо болтающим друзьям Кира.

Лина молчала, будто чего-то ожидая. Кир в свою очередь взглянул на неё, дескать, начинай разговор сама.

— Привет, ребята! — помахала рукой Лина.

Лёха и Тим перестали разговаривать и переглянулись между собой и с Киром.

— Ну привет, любительница котят, — ехидно сказал Лёха.

— Привет, — просто приветливо помахал в ответ Тим.

Догадайся, на чью же реплику больше отреагировала Лина? Естественно, на реплику Лёши. Что обращать внимание на симпатию? лучше будем концентрироваться на негативе.

Девушка ожидала, что Кир как-нибудь осадит Лёху за его выпад, но тот ничего не сделал. Весь вид Кира говорил: «Это твои проблемы, и тебе необходимо научиться решать их самостоятельно». При том чувствовалось, что если помощь действительно понадобится, то он заступится, но до тех пор будет лишь немым наблюдателем.

— Да, мне нравятся котята, а тебе нет? — мягко ответила Лина, решившая вести беседу в примирительном тоне. Она, конечно, могла бы тоже ответить ехидно, но… нет, будем честны, пока не могла. Это было слишком не в её текущей натуре.

— Мне скорее нравятся киски, — в той же манере ответил Лёха.

Лина покраснела.

— Эй, не смущай девушку, — вступился за неё Тим.

— Да это я разве смущал? Вот если бы я сказал, что…

— Не надо продолжать, — встрял посередь фразы Тим. — Всё равно ничего хорошего из твоего рта не выйдет.

— Зато из её рта!..

— Хватит!

Лёха рассмеялся. Через секунду к нему подключился и Тим. Кир молча улыбался. И даже Лина не смогла сдержаться, подключившись к всеобщему веселью.

Общий смех — хорошее средство сближения при знакомстве.

И пусть он в некоторой степени был над Линой, он не нёс характера насмешки, как могло бы показаться, нет, это скорее был просто акт безобидного подкалывания.

Вот так и началось их общение. Лина весь оставшийся учебный день проходила вместе с тремя парнями.

Да, пока что молча, пока больше как наблюдатель, но всё же.

Это, конечно, было для неё несколько непривычно. Разговоры парней проходили при ней, но они абсолютно её не стеснялись. Особенно поражала открытость Лёхи, который мог выдать такое, что, произнеси это Лина, она бы захотела провалиться под землю и больше никогда из неё не вылезать.

Например, вот так Лёха начал рассказывать одну из своих историй:

— Я, значится, когда вчера дрочил, прозрел, пацаны… — и начал вещать дальше. Что именно Лина уже не могла разобрать. Не потому, что парень говорил невнятно, а потому что мысли её были о другом.

Как он смеет так говорить?

Вероятно, с легкостью. Для него это было обыденно, чего нельзя сказать об окружающих.

В связи с этим Лине даже показалось, что Лёха куда больший нонконформист, чем Кир. Кир был более сдержанным. Да, он позволял себе вольности, но всё же придерживался неких рамок (во всяком случае тогда, когда они ему не мешали). Лёха же потерял стыд совершенно. Ладно бы ещё они были знакомы долгое время, но он позволял себе так разговаривать при практически незнакомой девушке.

Но и как наставник, и как друг Кир симпатизировал Лине куда больше.

Новое занятие, новая порция стыда.

Лина шла рядом с Киром, но на этот раз она не просто плелась молча, как то было раньше, на этот раз они разговаривали. Да, о всякой чепухе, по типу погоды и «недоступного» общественного транспорта, но это уже был шаг вперёд.

За прошедшие дни они очевидно сблизились. Ну ещё бы, после того, что она ему рассказывала в прошлый раз, было бы странно не сблизиться.

Меж тем они подошли к дому Кира.

Далее всё было как обычно: пришли, разулись, прошли в комнату Кира, тот переоделся, пока Лина, всё ещё болтая, дожидалась начала занятия.

— Во-первых, хочу похвалить тебя. Ты сегодня проделала большую работу. Общение — важный аспект твоего обучения и я рад, что оно прогрессирует.

Лина чувствовала себя своеобразно. С одной стороны её обуяла гордость за себя, а с другой лёгкое смущение, что её хвалят.

— Однако не вижу смысла на этом останавливаться, — продолжил Кир. — Я, Лёха и Тим — это хорошо, но тебе также нужны и подружки. Поэтому завтра попробуй сама подойти к кому-нибудь из девочек и завести разговор. Договорились?

Лина хотела было испугаться, но решила отложить панику до того, как останется одна (страшиться при Кире было как-то позорно), поэтому она с лишь чуть подрагивающим голосом ответила:

— Д-да, договорились.

— Очень хорошо. Тогда перейдём ко второму… Снимай рубашку, я хочу посмотреть на твой лифчик.

А вот здесь уже Лина действительно испугалась. И не только — вместе со страхом внутри начал закипать гнев: как Кир посмел такое сказать?

— Что? Нет, я отказываюсь! Я не какая-нибудь… не какая-нибудь сука, чтобы так делать!

Кир молча смотрел на неё. Он ожидал сопротивления, хоть и оказался приятно удивлён, сколь оно было, даже, пожалуй, агрессивным. Девочка явно росла, раньше бы она лишь скованно возразила, сейчас же в жёсткой форме противостояла.

— Я понимаю, как это выглядит. Но тело — это всего лишь тело. Нельзя стать настоящим нонконформистом, если твоё стеснение выборочно. Вспомни меня на том уроке физкультуры, вспомни себя. Ты же ведь хотела бы от себя другой реакции. И ты сможешь реагировать по-другому, если будешь этому учиться. Преодолеть смущение собственного тела — важный шаг на этом пути. Понимаешь? Подумай над этим пару минут, и точно поймёшь.

И Кир реально позволил ей подумать 5 минут.

Наконец, Лина молвила:

— Ты говоришь, что хочешь избавить меня от смущения своего тела. Правильно ли я понимаю, что лифчиком всё не ограничится?

Кир кивнул:

— Разумеется, нет. Но всё будет постепенно. Если бы я сразу попросил тебя полностью раздеться, ты бы этого не сделала и даже, скорее всего, разорвала бы со мной общение. А лифчик — это небольшой шаг, что ты сделать сможешь.

— Ясно.

После этих слов Лина начала медленно, неуверенно расстёгивать свою рубашку. Но, как бы она не пыталась оттянуть этот момент, пришло время снять её.

Лифчик был… вполне обыденный. Простой, белый, без излишеств, так сказать.

— Видишь, ничего страшного, — сказал Кир.

И действительно. Лина практически не испытывала страха или смущения. Возможно, всё дело было в уверенности, что излучал Кир, и что передалась девушке. Было ощущение, что даже встань она прямо сейчас посередине комнаты полностью голой, Кир и бровью не поведёт.

Так Лина просидела где-то минуту.

— Ладно, можешь прикрыться. Но не застёгивайся полностью, просто прихвати рубашку парой пуговиц, — сказал Кир.

Лина сделала, как её просили.

Потом они просто свободно разговаривали. Просто разговаривали, ничего интересного. Кроме разве что того, что Лина в принципе научилась разговаривать.

Пару раз их беседа прерывалась просьбами Кира расстегнуть рубашку. С каждым разом Лина делала это всё спокойнее и спокойнее.

— Потихонечку, помаленечку, небольшими шажками, и мы сделаем так, что ты совсем перестанешь смущаться, — сказал Кир.

Так и прошло их занятие.

Лина нервничала.

Перед ней стояла поистине титаническая задача: найти подругу.

Понимая, что с такой проблемой с наскока не получится, Лина решила разбить её на несколько частей. Первой частью было просто заговорить.

В подруги себе она выбрала Женю. Ту самую, что в её ночной фантазии первой вступилась за неё.

Во-первых, та и так уже дружила с половиной группы, а значит, вероятно, не будет против ещё одного приятеля.

Во-вторых, из этого следует, что через неё она познакомится и с остальными.

«Тааак, мне нужно с ней заговорить… — думала Лина. — Но о чём?»

Глобальная проблема стеснительных людей — они считают себя скучными.

Вот и Лина себя таковой считала.

Честно, вся эта затея с поиском друзей начинала её уже очень смущать. Может, ну его?

Но Кир сказал, что это важно для обучения… и не только…

«Мне надо хотя бы попытаться… В том числе, ради себя. Не бывает смелых людей, что боятся поговорить с другими».

Поэтому она продолжила думать, о чём же поговорить.

«Про учёбу… — наконец родила она. — Я спрошу что-нибудь про учёбу. Как, например, решалась та задача, что была на контрольной. Это хороший вариант, студенты постоянно говорят о учёбе».

С этими мыслями Лина направилась к Жене.

Но вот незадача — та стояла среди группы девушек, о чём-то оживлённо беседующих. Не прерывать же их в самом деле? Поэтому Лина временно отступила. До более благоприятного момента.

Но почему-то, загадочным образом, момент всё не находился. Постоянно какая-нибудь чудовищно веская причина мешала.

Поэтому за весь прошедший учебный день Лина так к Жене и не подошла.

Задание было провалено.

— Ну что, нашла новых приятельниц? — именно с этих слов начал Кир их очередное занятие.

— Нет, — смущённо ответила Лина. Ей было очень стыдно за то, что она не справилась.

Лина уже ожидала порицания, но его не последовало.

— Понятно, — ответил Кир. — Ты не расстраивайся, не получилось сегодня, получится завтра. Главное, чтобы ты не забила на это дело, ведь чем больше попыток, тем больше вероятность успеха, а без попыток результата не будет точно.

— Я не забью! Обещаю, я найду себе подругу, — увещевательно возгласила Лина.

— Рад, что у тебя есть уверенность. Это тебе поможет. А пока… предлагаю как раз перейти к действию.

Лина, знающая логику занятий Кира, полагала, что сегодня ей предстоит показать трусики. Это был самый очевидных ход, исходя из тех знаний, что у неё имелись. Поэтому она подготовилась и специально надела максимально цивильные трусы, без любимых ею котят.

Но не тут-то было.

— Сними футболку, — попросил Кир.

Девушка, уже готовая услышать другое, была несколько сбита с толку.

«Он что, хочет увидеть меня в одном нижнем белье?» — подумалось ей.

Однако просьбу (или это был приказ? или совет?) она выполнила.

— Молодец, — похвалил её Кир. Он вообще часто её хвалил, за любой, даже маленький шаг в сторону раскрепощённости.

Лина уже ждала следующей «просьбы», но её не последовало. Кир просто сказал ей одеться обратно.

И точно также, как Кир провёл предыдущее занятие, он провёл и это: только лишь прося её показать лифчик.

Лина не могла взять в толк, почему они не идут дальше, а застряли на такой ерунде.

Ирония в том, что она даже не заметила, как это стало для неё «ерундой».

Однако спросить Кира о его методах она не решилась: если он делает так, значит так нужно.

Но внутреннее ощущение замешательства осталось.

на следующий день

Превозмогая себя, Лина всё-таки подошла к Жене и уточнила вопрос с задачей. Женя выглядела несколько удивлённой, явно не ожидающей такой просьбы, особенно от Лины, но с радостью помогла.

Задача оказалась достаточно лёгкой, поэтому девочки быстро с ней разобрались. А разобравшись…

— Всё поняла? — спросила Женя.

— Да.

— Ну, я пойду тогда.

Это был момент истины. Женя ускользала из некрепкой хватки Лины. Если она сейчас уйдёт, Лине придётся подходить к ней ещё, чтобы повторно попытаться завести знакомство. Понимая всё это, Лина решилась:

— А… а можно мне с тобой?

Женя долго на неё смотрела, а потом показала чудеса проницательности:

— Ты ведь не о задаче хотела поговорить, верно?

Лина замерла. Неужто она настолько в лоб действовала? Она хотела что-нибудь ответить, но поняла, что её затянувшееся молчание и есть ответ.

— Понятно, — сказала Женя. — Ну что ж, если хочешь, то я не против, давай дружить.

Лина была от этого предложения одновременно в большой радости и большой растерянности.

«Неужели всё так просто?» — подумалось ей.

Нет, не просто. Напротив, всё только начинается, в чём Лина вскоре сама убедится.

Но первый шаг сделан: Лина влилась в женину компанию.

После окончания пар Лина подошла к Киру, чтобы похвастаться своими успехами.

— Да я, собственно, видел, что ты сегодня весь день ходила с девочками. Что могу сказать… молодец, так и надо, — он помолчал, а затем добавил. — Было ли что-то сложное?

Лина отрицательно помотала головой:

— Как будто бы не особо.

— Вот и хорошо. Ещё один пример, что твои страхи были по большей части надуманы.

Они какое-то время помолчали. Кир оценивающе взглянул на девушку, отчего та немного смутилась.

— Сегодня занятия не будет, потому что у меня есть небольшие, но важные дела. А к следующему занятию я хочу, чтобы ты была в юбке. Выполнишь?

Лина нервно ответила:

— Да.

Вообще, она практически никогда не ходила в юбках, ей это не нравилось. Но придётся, видимо, перебороть себя.

Зачем же Кир попросил её прийти в юбке загадкой не было. Очевидно, чтобы проще было проходить следующий этап её раскрепощения.