Вечер, который изменил нас

Пролог

Вечер стёк в комнату густым янтарём. Мягко подкралась ночь. Музыка играла низко, с хрипотцой, как будто сам Джон Лорд хотел зарядить нас. Горел только торшер и свечи — тёплый свет выхватывал из полумрака лица, руки, бокалы с недопитым Куантро. Мы сидели втроём: Света — посередине дивана, Андрей — справа от неё, я — в глубоком кресле напротив. На столе легкая закуска, в воздухе — терпкий запах свечей и апельсина.

Мы только что проводили до дома потенциальную девушку Андрея, они все вместе работали со Светой в одной организации, и после закрытия магазина, решили посидеть у нас. Расходиться не хотелось и мы решили продолжить вечер.

Света, моя жена – красивая стройная девушка с тонкой талией и шикарной улыбкой. Андрей, приятный парень, в свое время выказывал к Свете недвусмысленные знаки внимания, и, как она мне как-то призналась, даже подумывал всерьез за ней ухаживать, чтобы попытаться отбить у меня. Потом, оставив попытки, Андрей переключился на Аню. Мы с женой полностью доверяли друг другу, и, поэтому я знал такие маленькие секреты, и не особо беспокоился, что Света уйдет от меня. Это была и есть любовь, настоящая. В какой-то момент, глядя на смеющуюся Свету, я сказал Андрею:

— Можешь поухаживать за Светой, она же тебе нравится. Ей будет приятно, а я не против.

— О! С удовольствием, - ответил он.

После этого, он начал активно подливать ликер в Светин бокал, касаться её рук, шутить, обращаясь персонально к ней, передавать фрукты.

Мы были уже достаточно разогретые алкоголем, и в воздухе витала атмосфера какого-то безбашенного веселья и куража. Мы делали музыку на максимальную громкость, убавляли, меняя диски, - Эрик Клэптон, Скорпионс...

— Оставайся, — сказал я Андрею, когда стрелки показали начало второго. — Комната свободна, диван раскладывается. Какой смысл вызывать ночью такси?

Андрей посмотрел на Свету. Она перевела на меня взгляд — слишком быстро. Я знал этот жест. Она колебалась. Мое предложение стало для нее неожиданностью.

В голове зазвучал её внутренний голос:

«Зачем он это делает?! Хотя, сидим весело, расходиться не хочется, Андрей прикольный»

Она положила ладонь на колено Андрею — якобы чтобы удержать равновесие, когда потянулась за бокалом. Но ладонь задержалась на пару секунд дольше нужного.

— Поздно уже, — пробормотала она. — И мы устали...

— Я не устал, — мягко перебил Андрей. — И ты, кажется, тоже. Ты сегодня весь вечер смеешься.

Она закусила губу. Её пальцы теребили край топа, и я видел, как она внутренне сжимается — и одновременно не хочет заканчивать вечер. Она посмотрела на меня, как на спасательный круг. Я чуть приподнял бокал — решайся, мне интересно.

— Ладно, оставайся. Со смехом сказала она и пригубила ликер.

— --

Начало игры

Света была сегодня особенно хороша — её стройная фигура в простом шелковом топе с открытой спиной казалась вырезанной из лунного света. Она смеялась, запрокидывая голову, и я видел, как взгляд Андрея все чаще скользит по изгибу её шеи, пытается проникнуть глубже в вырез топа. Мне это нравилось. В этом была своя игра, своё острое, чуть щиплющее вино.

— Ты сегодня шикарная, — сказал Андрей просто, без нажима.

Света усмехнулась, но я заметил, как дрогнули её ресницы. Она не привыкла к комплиментам при мне. Ей было и странно, и приятно.

— Спасибо, — ответила она сухо, но в голосе проскользнула нотка тепла.

Он протянул руку и коснулся её плеча — легко, будто стряхивая пылинку. Света вздрогнула и отодвинулась на пару сантиметров. Но не убрала руку.

— Давай потанцуем? — спросил он, приподнимаясь.

— С чего вдруг? — ответила она слишком быстро.

— Я приглашаю! — улыбнулся Андрей.

Она посмотрела на меня. В её глазах я читал: «Останови меня, если я делаю глупость». Я молчал. Я ждал. Мы долили ещё по чуть-чуть, но пить не стали.

— Только медленно, — ответила она и снова посмотрела на меня. Я поднял бокал — да, я вижу, продолжай. И Света встала.

Они двигались почти неподвижно — он положил руки ей на талию, она положила ладони ему на грудь, но держала их на весу, как будто боялась прикоснуться по-настоящему. Он притянул её чуть ближе — она напряглась, выпрямила спину. Андрей посмотрел на меня, и я подмигнул ему, показав большой палец.

— Расслабься, — прошептал он.

— Андрей! — она слегка толкнула его. — Не наглей...

— Тебе-же нравится – он снова широко улыбнулся.

Он, случайно, легко провел пальцами по её обнаженной топом спине — там, где находится самая чувствительная эрогенная Светина зона (мне иногда кажется, что при прикосновении к этому месту она получает мини-оргазм, и я всегда этим пользуюсь, когда хочу приласкать её). Я видел, как она дернулась, и как по её позвоночнику пробежала дрожь. Она закрыла глаза на секунду — и в этот момент её руки опустились на его плечи. Она сдалась. Но тут же открыла глаза и посмотрела на меня — виновато, испуганно.

Я улыбнулся. Она выдохнула.

Танец перерос в что-то иное, когда Андрей наклонился и прошептал ей в ухо.

— Ты чувствуешь, какой романтичный вечер? — спросил он шёпотом, проводя носом по её виску. Света вздрогнула и снова посмотрела на меня — теперь с лёгкой растерянностью. В её взгляде читалось: «Это заходит слишком далеко?» Но я лишь улыбнулся и чуть склонил голову — продолжай.

Она вся как будто обмякла, расслабилась, и, закрыв глаза, положила голову на плечо Андрею. Он ещё больше прижал её к себе, и одной рукой продолжил слегка гладить ей спину, от чего Света иногда вздрагивала, и её пальцы крепче вжимались в его плечи.

Музыка закончилась, они постояли, обнявшись, еще пару секунд и пошли к столу. Взгляд Светы был немного затуманен, она смотрела на меня, и я понял, что она слегка возбудилась.

— Теперь, после такого танца - на брудершафт, — сказал я, беря бокалы.

Они выпили. Он наклонился к её губам — она отвернулась в последний момент, и поцелуй пришёлся в щёку. Света засмеялась нервно.

— Я не могу, — сказала она, но улыбнулась при этом.

— Не хочешь? — спросил он, не отстраняясь.

— Я... — она замялась, и я видел её внутреннюю борьбу. Ей хотелось сказать «да», но язык не поворачивался. Слишком правильно она жила. Слишком честно. — Я не знаю...

— Ну, это не настоящий брудершафт! – возмутился, со смехом, я.

Тогда он просто подождал. Секунду. Две. И она сама сделала шаг вперёд.

Их поцелуй был неуклюжим сначала — столкновение губ, заминка. Но когда его язык скользнул вперёд, поцелуй стал глубоким, тягучим, Света издала сдавленный звук — удивления и удовольствия одновременно, звук, который я слышал только ночью, когда мы оставались вдвоём. Но сейчас это было для него. И меня это заводило. Её пальцы вцепились в его плечи. Она целовала его так, словно проверяла — разрешено ли ей получать от этого наслаждение. И поняла, что разрешено. Она углубила поцелуй сама, и я увидел, как её колени чуть подогнулись.

А потом я понял, что моё присутствие становится лишним. Не потому, что меня не хотели, а потому, что им нужно было пространство — без свидетеля, хотя бы на несколько минут. Я поднялся и вышел на кухню, за льдом.

— --