Все локации, наименования, места действия и персонажи вымышленные и старше 18 лет.

​​​​​​Лизе понравилась новая соседка. Они стали с Алёной лучшими подругами, и оказалось, что вместе жить гораздо веселее. Девушки поочерёдно готовили еду, каждый раз удивляя друг друга разнообразием блюд за скромный студенческий бюджет, вместе делали курсовые и рефераты, сплетничали, иногда просто лежали голые, наслаждаясь близостью друг друга. Алёна, чьё прошлое было сковано строгими запретами родителей, теперь жадно впитывала каждую крупицу свободы.

В один из вечеров после пар они лениво растянулись на своих кроватях. Лиза, закинув ноги на спинку залипала в тик-токе, а Алёна рылась на маркетплейсах, подбирая себе новые туфли.

Внезапно дверь без стука распахнулась, и в комнату влетела Настя, подруга Лизы и староста второго курса. Лиза прыснула про себя, поскольку Настя была одета в очень милый, девчачий пижамный комплект с Винни-Пухами, и белые пушистые домашние тапочки.

Алёна от неожиданности дернулась и резко натянула на себя простыню, прикрывая голое тело от внезапной гостьи.

— Алён, расслабься, — засмеялась Лиза. — Это Настя, моя подруга. Она своя, её можно не стесняться.

Алёна смотрела, как Лиза села на кровати, абсолютно не смущаясь, что вошедшая девушка видит её сиськи и промежность, но тем не менее не стала убирать простынь.

Настя, окинула взглядом Алёну и подошла к её кровати.

— Приветик! Меня зовут Настя, я староста второго курса.

— Алёна. Я новенькая, перевелась из другого универа.

— Лиза права, можно меня не стесняться. Между прочим, — хихикнула Настя, — я была первой, с кем она трахнулась в этом универе, ещё до поступления. Хочешь, я тоже разденусь, чтобы тебя не смущать.

Настя стянула через голову пижамную майку с медведями и бросила её на кровать Алёны, обнажая красивую торчащую грудь 3 размера. Затем потянула на себя простынь, которой прикрывалась Алёна. Полностью вытянув его, Настя окинула взглядом голое тело Лизиной соседки, задержавшись на упругой груди с небольшими сосками и бритой, слегка влажной от пикантности ситуации, киске.

— Ого, Лизок, а соседку ты себе подобрала что надо! — Настя подошла ближе, бесцеремонно рассматривая тело Алёны. — Ты очень красивая! Скажу по опыту, — громким шопотом сказала Настя Лизе, — рыжие девушки самые горячие и сексуальные!

Настя присела на край кровати и, не спрашивая разрешения, запустила руку между бедер Алёны. Она аккуратно раздвинула влажные губки, исследуя пальцами горячую щель девушки.

— Боже, какая у тебя охуенная пизда... и такая влажная! — восхитилась Настя, чувствуя, как Алёна мелко дрожит от неожиданного внимания. — Ты просто сокровище. Небось с Лизкой каждый день трахаетесь? Это правильно, Лизка со своим пирсингом как автомат стала, дёрнешь за кольцо — и льётся вода, — засмеялась Настя.

Лиза фыркнула. Алёна, уже полностью расслабившаяся под влиянием уверенности Насти, вспомнила, что хотела рассказать подруге.

— Кстати, Лиз, я на завтра записалась на процедуру в тату-салон... хочу проколоть клитор и соски, как у тебя.

Лиза приподнялась на локтях, разглядывая подругу.

— Слушай, Алён, это правда круто, но предупреждаю по опыту: после прокола будет период заживления. Минимум три дня нельзя вообще ничего трогать. Нельзя дрочить, и тем более заниматься сексом. Только гигиена, и обработка специальной мазью.

Лицо Алёны мгновенно вытянулось, она выглядела так, будто ей сообщили, что она больше никогда в жизни не будет есть сладкое. Три дня без разрядки, без оргазмов, когда она только начала познавать вкус свободы, казались вечностью.

— Ну, не кисни! — Настя хлопнула в ладоши. — У меня есть идея. Чтобы ты не сошла с ума от желания, мы устроим тебе вечер приключений. Я знаю один хороший клуб, меня как-то водили в него друзья. Мы туда сможем попасть без специальных приглашений. Думаю, мы сможем там провести время так, что тебе хватит на три дня не думать о сексе.

Алёна, подумав, согласилась. Лиза тоже поднялась с кровати. Девушки быстро оделись, накрасились по-вечернему и направились в место, о которой рассказывала Настя.

Клуб находился в подвале небольшого коммерческого здания, фасад которого был сплошь усеян вывесками и табличками. Ребята спустились по выщербленным бетонным ступеням вниз, в небольшую нишу в стене. Там стоял стол, за которым сидел крупный квадратный парень, одетый в шорты и борцовку. Он окинул девочек оценивающим взглядом. Алёна невольно залюбовалась правой рукой парня, состоящей из татуировок, красиво переливающихся одна в другую.

— Привет, — взяла слово Настя, — нам бы на тусу попасть.

— Вход сто баксов с каждой, — прогудел парень, глядя на их короткие юбки. — Но... Я могу пропустить вас бесплатно. Если вы отдадите мне свои трусики, — парень осклабился.

Девушки переглянулись. Настя хихикнула, а Лиза подмигнула Алёне. Охранник, видя их замешательство, достал из-под стола бутылку хеннеси.

— Для смелости, дамочки, если желаете. Пейте.

Крепкий алкоголь обжёг горло, ударив в голову легким опьянением. Смеясь и чувствуя, как внутри разгорается азарт, девушки задрали юбки и, одна за другой, стянули с себя нижнее белье, протянув его охраннику. Тот поднёс к носу трусики Насти, с жадностью вдохнув аромат женского тела.

— Это не все, девочки, — ухмыльнулся он. — ещё вы должны пройти «писскоконтроль». Нужно убедиться, что ваши пиздёнки достаточно мокрые. Сегодня планируется жаркая туса.

Лиза понимала, что охранник просто глумится над ними, но чувство похоти, азарт и затуманивний мозги алкоголь подстегивали поддаться на провокацию.

Когда девочки проходили через дверь, охранник по очереди заводил руку под юбку каждой. Настя чуть задержалась, давая возможность парню лишь слегка провести пальцами по её губкам, Лиза выгнулась, чувствуя, ка охранник бесцеремонно раздвигает киску, засовывая внутрь указательный палец. Спустя секунду Лиза переступила порог клуба и обернулась, глядя на оставшуюся подругу.

Алёна тем временем, подстегнутая алкоголем и возбуждением, сама приподняла край юбки и пальцами широко раздвинула свои половые губы, выставляя напоказ розовую, сочащуюся соком киску. Охранник с глухим рыком вогнал в неё два толстых пальца, резко двигая ими вперед-назад. Алёна громко застонала, прислонившись спиной к косяку, пока он грубо лапал её пизду.

— Проходите, — довольно произнес он, вытирая пальцы о юбку Алёны. — Желаю вам отлично отдохнуть.

Внутри клуба царил полумрак, разрезаемый отблесками диско-шара. Громкая музыка отдавалась в груди, повсюду переплетались тела. Парни бесцеремонно лапали девушек, многие из которых были голыми по пояс и трясли сиськами в такт ритму. У некоторых юбки задрались настолько, что при каждом движении была видна мокрая пизда. Многие девушки были без трусиков.

У стены несколько парней сидели на диване, выставив вверх возбуженные болты, на которые кисками насаживались девушки, прыгая на них вверх-вниз в такт долбящему басу. Одна из девушек дрочила возбуждённый член сиськами, а еще две делали минет.

Алёна почувствовала, что её мочевой пузырь переполнен.

— Я пойду в туалет, подождите меня в зале! — крикнула сквозь музыку она подругам.

Пройдя по коридору за баром, Алёна дошла до туалетов. Девушка было подошла к двери женского, но атмосфера общего разврата уже подействовала на нее. У неё вдруг внизу у неё что-то засвербело, и Алёна решила поискать приключений на киску. Немного поколебавшись, она толкнула дверь в мужской.

Внутри было прохладно и свежо. Лампа была выбита и не работала, светом помещение наполнял лишь тусклые вечерний закат через узкое окно, находящееся в самого потолка. У стены около писсуаров стоял мужчина лет тридцати, оперевшись на умывальник. Он стоял спиной к двери и не мог видеть вошедшей девочки. Рука мужчины быстро двигалась на уровне паха, спортивные штаны были приспущены. Алёна поняла, что мужчина дрочит. Девушка замерла, но не вышла, её охватил интерес. Она тихонько подошла к мужчине со спины и тронула его за плечо.

— Извините... вы что, дрочите? — спросила она, чувствуя, как голос дрожит от волнения.

Мужчина вздрогнул, обернулся, его глаза расширились от неожиданности, но он быстро пришел в себя:

— Видишь ли, все сучки заняты своми парнями, а у меня яйца распухли от спермы, — ответил он, не убирая руку от члена, — Никто не хочет помочь разрядиться.

Алёна шагнула ближе. Алкоголь толкал на смелые поступки. Она опустилась на колени прямо на грязный пол:

— При онанизме вырабатывается мало серотонина, и это не доставит вам должного удовольствия. Давайте я лучше вам отсосу... Если вы не против...

Алёна аккуратно взяла его за член, погладила ствол рукой, пальчиками прикоснулась к яичкам, чувствуя, что они действительно переполнены спермой. Девушка облизнулась.

Мужчина охнул, когда она взяла его член в рот. Алёна сосала жадно, глубоко, заглатывая до самого основания, почти касаясь горлом головки. Она вынимала, облизывала яички, затем снова брала в рот, набирая темп. Языком девушка дразнила уздечку, чувствуя, как у парня подгибаются колени.

Мужчина застонал, схватив ее за волосы, и принялся с силой насаживать её голову на член. Алёна начала давиться, стараясь расслабить горло. Через несколько минут парень оттянул её за волосы от члена и обильно кончил прямо ей на лицо. Теплые струи спермы попали на щеки, нос, губы, подбородок, а оттуда стекли на футболку.

— Спасибо тебе. Ты первоклассная сосалка, — похвалил мужчина, вытирая член её волосами, — месяца два уже так не кончал.

Мужчина подтянул штаны до пояса и вышел из туалета. Алёна продолжала чувствовать жжение внизу. Она встала и, не вытираясь, зашла в открытую кабинку. Девушка села на унитаз, раздвинула ноги и начала яростно мастурбировать, не закрывая дверь, подняв ноги и уперевшись ими в металлические стойки кабинки так, что любому зашедшему в туалет мужчине сразу от входа была бы видна её пизда. Она отчаянно хотела, чтобы кто-нибудь вошёл, увидел ее, и грязно трахнул, но никто не появился, все развлекались на танцполе. Спустя минуту она кончила, дрожа, и вытерла киску туалетной бумагой, оставив сперму на лице нетронутой.

Когда она вернулась в зал, Настя сразу заметила остатки спермы на её коже.

— Ого! Вижу, ты уже начала расслабляться! — похвалила она, обнимая подругу, — Понравилось?

— Ага. В туалете встретила парня, который дрочил. Помогла ему опустошить яички.

— Умница, — Настя поцеловала Алёну в губы, параллельно слизав с её щеки несколько капелек подсохшей спермы.

В этот момент диджей взял микрофон:

— Внимание! Нам нужна самая смелая и горячая девушка этого вечера, чтобы выйти на сцену!

Настя и Лиза, не теряя ни секунды, буквально вытолкнули Алёну вперед. Она оказалась в свете прожекторов под одобрительные крики толпы.

— Ого, что за красотка к нам вспорхнула! Как тебя зовут, детка?

— Алёна, — прокричала она в микрофон.

— Алёнка, ты просто секс-бомба. Мне кажется, твои ноги длиннее Варшавского шоссе! Но тебе не кажется, что на сцене слишком жарко? Давай, снимай майку, детка! — скомандовал диджей.

Зал взорвался скандированием: «Сиськи! Сиськи!». Алёна, чувствуя, как адреналин зашкаливает, стянула через голову футболку, раскрутила её над головой и с триумфом бросила в толпу.

Взору гостей клуба открылась её упругая грудь-двойка, с торчащими сосками. Толпа одобрительно загудела.

Диджей принес стул из-за кулис. Её усадили на него и крепко привязали руки к подлокотникам. Внезапно диджей рывком стащил с неё юбку. Поскольку девочки отдали трусики охраннику на входе, Алёна осталась абсолютно голая, в одних только ботфортах на высоких каблуках. Её ноги также широко развели и зафиксировали, полностью открывая её беззащитную, мокрую от пикантности ситуации пизду на всеобщее обозрение.

— А теперь, дамы и господа, вы можете трахнуть эту крошку! — поревел диджей в микрофон. — Детка, тебя ждёт два часа наслаждений, — прокричал он под грохот музыки на ушко Алёне. Затем он провел языком по её щеке, потеребив зубами мочку уха вместе с серёжкой.

Посетители по очереди начали подходить к привязанной девушке. Первый мужчина встал перед ней и, не говоря ни слова, вогнал член в её киску. Алена застонала, ощущая, как чужой крупный член заполняет её изнутри. Он трахал ее жестко, быстро, довольно скоро кончил внутрь и отошел. Следующий посетитель, наклонив стул, сунул ей член в рот. Алёна стала послушно сосать, в это время к ней подошла голая девушка, и припала губами к её киске. Алёна ощутила на клиторе холодок металла — по всей видимости у девушки был проколот язык. Пока ей лизали киску, мужчина, которому она сосала, излился на ее лицо, вытерев член её волосами. Еще один парень встал сзади, и, вогнав член, одновременно с этим вставил палец в анус девушки. Алена вскрикнула от боли и удовольствия.

Диджей принес из-за кулис арсенал игрушек: большой ребристый черный дилдо на ремнях, ротаторы, зажимы для сосков и клитора. Посетители с восторгом и улюлюканьем схватили эти приборчики. Они прикрепляли зажимы к ее соскам, сжимали их до боли, крутили. Кто-то надел ей на клитор вибрирующее колечко, включил на полную мощность. В это время другой посетитель пальцами дрочил ей соски. Алёна билась в экстазе, кончая раз за разом, не в силах остановиться, и обессилено стонала в ожидании нового оргазма. Краем глаза Алёна заметила на диванчиках Лизу и Настю. Подружки с растрепавшимися волосами по очереди отсасывали какому-то парню.

Два часа пролетели как один миг. Ее тело было полностью залито спермой: лицо, грудь, живот, бедра. Пизда растянулась и покраснела, после страпона, которым Алену трахнула платиновая блондинка, теперь она могла вместить в себя кулачок. Девушка едва держалась в сознании от бесчисленных оргазмов. Наконец диджей отвязал ее, и девушка рухнула на пол, дрожа от наслаждения.

Лиза и Настя подбежали к ней, помогли встать. Алена обняла их, выдохнув:

— Спасибо, девочки! Я кончила столько раз, что на три дня мне точно хватит. Это было нечто...

На следующий день сразу после пар, закинув сумку с лекциями в комнату, Алёна отправилась по записи в тату-салон.

Через час езды по московским улицам Алёна стояла перед стеклянной дверью салона, теребя край своей футболки. Сердце колотилось где-то в горле, а ладони совсем немного вспотели. Алёна сжимала кулачки, вдавливая длинные красные ногти в ладони, от чего на них образовывались белые полоски.

Она толкнула дверь, и её обдало смешанным запахом антисептика, латекса и чего-то сладковатого, что она не могла идентифицировать. За стойкой ресепшена сидела девушка с розовыми длинными волосами и замысловатым пирсингом в носу.

— Здравствуйте! У меня запись на 16.00 на... пирсинг, — сказала Алёна

Девушка сверилась с компьютером и нахмурилась:

— Ой, у нас небольшая накладка. Мастер Марина, которая должна была вас принять, сегодня не смогла выйти по семейным обстоятельствам. Но есть другой мастер — Илья. Он как раз свободен прямо сейчас. Если вы согласны, могу вас провести к нему. Либо можем перенести вашу запись на другой день, если вам будет некомфортно с мастером-мужчиной.

Алёна почувствовала, как ей становится жарко. Мужчина? Она не думала об этом варианте. Несмотря на то, что вчера её трахнули всем клубом, мысль о том, что незнакомый мужчина будет смотреть на её интимные места, касаться киски... Это было одновременно пугающе и возбуждающе.

— Я... да, наверное. Ладно, — выдохнула она, решив, что если уж готовилась сегодня, то отступать поздно.

Администратор провела её в кабинет, и Алёна замерла на пороге. За столом сидел мужчина лет тридцати пяти, со спокойными серыми глазами и лёгкой улыбкой. Его руки были покрыты татуировками в стиле биомеханики — мышцы и сухожилия, переплетённые с металлическими деталями, создавали иллюзию, что под кожей у него скрывается кибернетический механизм. Короткая стрижка, аккуратная щетина, идеально чистое рабочее место. От него веяло уверенностью и профессионализмом. Он был скорее похож на врача, чем на тату-мастера.

— Здравствуйте. Я Илья. Проходте, не стесняйтесь, — он жестом указал на стоящее в кабинете кресло. — Я понимаю, что это волнительно, особенно когда мастер — мужчина. Но для меня тело — это холст, и я отношусь к любой процедуре как к искусству. Так что не переживайте, все будет хорошо.

Алёна выдохнула, чувствуя, как напряжение немного отпускает. Она села в кресло, и Илья сразу перешёл к делу:

— Давайте сначала обсудим, что вы хотите. Я покажу вам каталог, а вы выбирайте, что понравится.

Он открыл перед Алёной большой глянцевый альбом. Страницы были заполнены фотографиями различных украшений и схем, показывающих, как они выглядят на теле.

— Смотрите, — начал Илья, перелистывая страницы спокойным, уверенным тоном. — Есть несколько основных типов интимного пирсинга. Начнём с самого популярного.

Он указал на изображение:

— Это пупок, классика. Обычно используют штангу с шариками на концах. Бывают варианты с подвесками — они очень красиво смотрятся, особенно когда девушка танцует или двигается. Пупочный пирсинг достаточно болезненный, но оно того стоит.

Страница перевернулась, и Алёна увидела соски с торчащими из них металлическими штангами.

— Вот раздел с сосками. Тут есть два основных варианта: горизонтальный — штанга проходит через сосок слева направо, и вертикальный — сверху вниз. Можно сделать кольца, можно микродермалы, которые вживляются под кожу и создают эффект «шипов». Соски, как правило, очень чувствительная зона, и прокол получается довольно болезненный, но ощущения после — божественные. Игры с ними — это отдельный уровень удовольствия. И для партнёра, и для вас.

Алёна рассматривала фотографии, чувствуя, как соски начинают твердеть от одних только мыслей об этом. Илья заметил, но не подал виду, продолжая профессионально рассказывать.

— Дальше — он перелистнул страницу, — половые губы.

Илья показал ей изображение вульвы с несколькими кольцами вдоль обеих губ.

— Можно проколоть малые, можно большие. Кто-то делает симметрично, кто-то — асимметрично, по желанию. Кольца цепляются друг за друга во время движения, создают дополнительное трение. Есть вариант «цепочка» — несколько колец соединены вместе, проходят от клитора к вагине. Выглядит очень эротично, и партнёр во время кунилингуса и полового акта чувствует металл языком и членом.

Алёна сглотнула, представляя, как это будет ощущаться.

— И завершающее, и самое интересное, — Илья перевернул страницу и указал на схему клитора, — клиторальный пирсинг. Тут есть разные техники. Можно проколоть капюшон клитора — горизонтально или вертикально. Можно сам клитор — но это сложнее и требует определённой анатомии. Обычно используют кольцо или штангу. Кольцо считается более эротичным — оно создаёт дополнительное давление на клитор при каждом движении, трении, ходьбе. Некоторые девушки говорят, что могут кончить просто от того, что кольцо трётся о бельё, когда они идут по улице. Кроме того, во время мастурбации металл украшения задевает клитор, что усиливает стимуляцию.

— А цепочки? — спросила Алёна, заворожённо разглядывая фотографию, где тонкая золотая цепочка соединяла кольца в половых губах.

— Отличный выбор для опытных. Цепочки соединяют несколько проколов — например, от клитора через малые губы к вагине. Они создают непрерывную линию удовольствия. Но этот вариант требует нескольких сеансов, потому что за один раз всё не сделаешь — ткани должны привыкнуть.

Илья закрыл каталог и посмотрел на Алёну:

— Что вам больше по душе? Можете сказать, что привлекло внимание?

Алёна сделала глубокий вдох. Её сердце колотилось, но голос прозвучал удивительно твёрдо:

— Я хочу золотые колечки. В соски и в клитор.

Илья кивнул, одобрительно улыбнувшись:

— Отличный выбор. Они сделаны из титана и покрыты позолотой. Это гипоаллергенно, выглядит дорого и красиво. На белой коже в сочетании с вашими рыжими волосами будет особенно выигрышно смотреться. Но есть один важный технический момент, который я обязан тебе объяснить.

Он вышел из-за стола и присел на край кушетки, глядя Алёне в глаза:

— Прокалывать интимные органы можно только в состоянии максимального возбуждения. Ткани должны быть наполнены кровью, стать упругими — «стоять», как мы говорится. Если проколоть расслабленный сосок или клитор, прокол может пойти криво, кольцо будет болтаться и плохо заживать. Поэтому я сначала должен буду... подготовить вас. Это стандартная процедура, абсолютно безболезненная, но вы должны быть к ней готовы.

Алёна кивнула, чувствуя, как между ног становится влажно от этих слов.

— Также, — продолжил Илья. — После прокола вам придётся соблюдать строгий режим. Как минимум три дня нельзя заниматься сексом, мастурбировать, и как-либо ещё раздражать соски или промежность. Если заденете свежий прокол, может начаться воспаление. Воспалённый пирсинг придётся снимать, иначе будет шрам. Дома ходите в свободных майках, а ещё лучше, если есть возможность, совсем без ничего, чтобы не раздражать тканью проколы. Готовы соблюдать режим?

— Да, — выдохнула Алёна, хотя внутри уже сжималась от мысли, что придётся три дня терпеть без разрядки.

— Хорошо. Тогда возьмите в стерильном баке простынь, раздевайтесь полностью и ложитесь на кушетку.

Алёна поднялась на ноги. Её пальцы дрожали, когда она стягивала футболку через голову. Затем расстегнула джинсы, стянула их вместе с трусиками. Она осталась полностью обнажённой перед этим незнакомым мужчиной, но в его взгляде не было ни капли похоти — только спокойное профессиональное внимание.

Она легла на кушетку, покрытую бумажной простынёй. Она приятно холодила разгорячённое тело. Илья надел стерильные перчатки и подошёл к ней.

— Сейчас я вас подготовлю. Постарайтесь расслабиться и получать удовольствие. Это важно для процесса.

Он нанёс на пальцы прозрачную смазку из тюбика. Первое прикосновение было деликатным — он просто провёл пальцем по её клитору, покрывая его смазкой. Алёна вздрогнула и выдохнула.

Затем начались круговые движения — уверенные, ритмичные, профессиональные. Он массировал её клитор большим пальцем, одновременно указательным и средним разминая капюшончик. Другой рукой он потянулся к её груди — крепко захватил сосок, сжал его, потянул вперёд, заставляя твердеть и вытягиваться.

— Хорошо, — сказал он тихо. — Вы отлично реагируете. Соски уже стоят.

Он продолжал мастурбировать её клитор, всё быстрее и быстрее, и Алёна чувствовала, как внутри закипает волна возбуждения. Она выгнулась дугой, вцепившись пальцами в края кушетки.

— О боже... пожалуйста... — простонала она. — Трахните меня пальцами... Пожалуйста! Я не выдержу три дня... Пожалуйста, войдите в меня!

Илья не сбил темпа, продолжая ритмично массировать её клитор.

— Прошу прощения, но профессиональная этика не позволяет мне заниматься сексом с пациентами. Моя задача — сделать вам идеальный пирсинг. Это важнее сиюминутного удовольствия.

Алёна застонала от отчаяния, смешанного с возбуждением. Его пальцы двигались всё быстрее, она чувствовала, как оргазм подкатывает неумолимой волной. Тело начало выгибаться, мышцы напряглись в предвкушении разрядки...

И в этот самый момент — когда она была в шаге от пика — Илья резко убрал руку.

— Нет! — выкрикнула Алёна, дёрнувшись.

Но его пальцы уже захватили её возбуждённый, налитый кровью капюшончик клитора. Одним ловким, точным движением он проколол его толстой иглой. Алёна вскрикнула — боль была резкой, но короткой, и тут же сменилась глухим пульсирующим жжением, когда он вставил золотое кольцо и защёлкнул его.

— Терпите, — сказал он спокойно, не давая ей опомниться.

Он повернулся к груди — оба соска стояли твёрдыми, налитыми колокольчиками. Илья захватил левый, нащупал нужную точку и быстро пробил его, вставляя золотое колечко. Затем — правый. Всё заняло не больше десяти секунд.

— Всё готово, — объявил он, отступая.

Алёна лежала на кушетке, тяжело дыша. Внизу живота пульсировала невыносимая, грызущая пустота — оргазм, который был так близко, исчез, оставив после себя только напряжение и разочарование. Свежие проколы горели огнём.

— Извините, что не дал вам кончить, — сказал Илья, снимая перчатки. — Если бы вы достигла оргазма, возбуждение бы спало, ткани расслабились, и прокол не был бы таким точным. Увы, красота требует жертв.

Алёна медленно села, прикрывая грудь руками. Она чувствовала странную смесь благодарности за его мастерство и обиды на разрушенный оргазм.

— Спасибо... — прошептала она.

Илья улыбнулся, внимательно глядя на неё:

— У меня есть к вам вопрос, пока вы здесь... если не возражаете.

— Какой? — спросила Алёна, всё ещё тяжело дыша.

— Вы любите делать минет?

Алёна удивлённо моргнула. Вопрос был неожиданным, но после всего, что произошло между ними, он не казался неуместным. Она почувствовала, как щёки снова заливаются румянцем, но ответила честно:

— Да... люблю. Очень люблю.

— А кунилингус делали, если у вас была партнёрша? — продолжил он, и в его глазах блеснула улыбка.

— Да, тоже делала, — призналась Алёна, подумав о Лизе.

— Тогда у меня к вам есть предложение, — Илья снова открыл каталог, перелистнул на страницу с проколами языка. — Я могу вам дополнительно проколоть язык. Я поставлю латунную штангу. Это не больно, заживает быстрее, чем любое другое место. И польза невероятная.

Алёна смотрела на фотографию: язык с торчащим из него металлическим стержнем выглядел... сексуально. Она кивнула:

— А зачем это?

— Смотрите, — Илья стал объяснять, излучая профессиональный энтузиазм. — Когда вы делаете минет, штанга упирается в уздечку парня. Знаете, где это?

Алёна кивнула.

— Так вот, это одна из самых чувствительных зон на члене. Когда металл трётся об неё, мужчинам кажется, что у них внутри происходит вибрация. Многие говорят, что с пирсингом в языке девушки минет ощущается в два раза приятнее. А во время секса с девушкой, если вы делаете кунилингус, штанга создаёт дополнительное трение о клитор партнёрши. Металл сначала ощущается холодным, потом нагревается от тела — этот контраст температур позволяет достчить более яркого оргазма.

Алёна почувствовала, как между ног снова становится влажно.

— Да, давайте сделаем, — сказала она решительно.

Через десять минут в её языке красовалась латунная штанга. Илья дал ей маленькое зеркальце, и Алёна с любопытством рассматривала новое украшение. Металл холодил язык, создавая непривычное, но приятное ощущение.

— Три дня на заживление проколов, — напомнил Илья, выписывая ей инструкцию по уходу. — Полоскать рот антисептиком после еды. В первый день только жидкая пища. И главное — никакого секса в эти три дня, даже орального, поскольку мужская сперма может занести инфекцию в незаживщий прокол языка.

— Я поняла, — вздохнула Алёна.

Она вышла из салона с лёгким жжением в сосках, клиторе и языке. В груди разливалось странное волнение — смесь удовлетворения от сделанного выбора и нетерпения, когда же наконец можно будет всё это опробовать.

Дверь в комнату общежития поддалась с лёгким скрипом. Лиза сидела на кровати с телефоном.

— О, привет! — Лиза отложила телефон и вскочила. — Ну что, сделала? Хвастайся!

Вместо ответа Алёна закрыла дверь и сняла футболку, шорты, каблуки и трусики прямо у порога. Её тело вспотело от быстрой ходьбы и волнения, но проколы поблёскивали в тусклом свете комнаты. Она выставила грудь вперёд, раздвинула ноги и высунула язык.

Лиза подошла ближе, её глаза расширились:

— Охуеть! Тебе идёт золото, — Она наклонилась, разглядывая маленькое колечко, проходящее через капюшончик клитора. — Смотрятся пиздато. И соски... — Она осторожно коснулась одного колечка пальцем, заставляя Алёну вздрогнуть. — Болит?

— Уже нет. Жжёт немного.

— А это что? — Лиза указала на язык.

Алёна высунула язык максимально, демонстрируя латунную штангу. Лиза присвистнула:

— Неожиданно. А зачем?

— Мастер сказал, что для орального секса — просто бомба. Сказал, когда сосёшь член, штанга трётся об уздечку парня, а когда делаешь куни — о клитор девушки. Металл создаёт дополнительную стимуляцию.

Лиза прикусила губу, в её глазах зажглись озорные огоньки:

— Ого... не терпится попробовать это на себе. — Она отошла к своей кровати и легла, слегка раздвинув ноги. — Покажи мне, кстати, свой. — Она указала на промежность.

Алёна подошла и встала перед кроватью Лизы, широко расставив ноги. Она раздвинула половые губы пальцами, открывая вид на клитор. Маленькое золотое колечко тускло блестело.

— Красиво, — выдохнула Лиза, глядя на свои серебряные колечки. — Правильно сделала, тебе золотые больше идут.

Следующие три дня стали испытанием. Алёна просыпалась с ощущением пульсации внизу живота. Каждое утро она вставала с влажной киской — её мозг, казалось, забыл о запрете и продолжал слать эротические сигналы. Она не могла даже случайно коснуться себя, чтобы не разбередить проколы.

Лиза, видя мучения подруги, решила поддержать её и тоже объявила трёхдневный перерыв в мастурбации. Ей также с трудом давалось это решение, но поддержка подруги была важнее.

— Я не выдержу, — стонала Алёна на вторую ночь. — Я хочу кончить так, что аж зубы сводит.

— Остался один день, — напоминала Лиза, сжимая в руках подушку.

На утро третьего дня обе проснулись раньше будильника. Они переглянулись, и в воздухе повисло напряжение. Занятия в университете тянулись невыносимо долго — Алёна не могла сосредоточиться на лекциях, её мысли то и дело возвращались к общежитию и Лизе.

Когда они наконец вбежали в комнату, то еле успели закрыть дверь в комнату. Лиза набросилась на Алёну, впившись в её губы поцелуем. Их языки сплелись, и Лиза вдруг застонала — штанга Алёны провела по её нёбу, оставляя холодный металлический след.

— Блядь, — выдохнула она, отрываясь от поцелуя. — Это... это просто охуенно. Я прямо чувствую твою штангу...

Они рухнули на кровать Лизы, переплетаясь ногами. Алёна оказалась сверху, нависая над подругой. Она наклонилась и приникла губами к груди Лизы, втягивая сосок с серебряным колечком. Металл холодил язык, и она чувствовала, как Лиза выгибается под ней.

— О да... сосочка... — простонала Лиза, вцепляясь в волосы Алёны.

Алёна медленно спускалась ниже, целуя живот, бёдра, внутреннюю сторону ног. Она чувствовала запах возбуждённой Лизы — влажный, тёплый. Когда она наконец оказалась между её ног, Лиза уже дрожала в предвкушении.

— Я хочу попробовать... как лижет девушка с проколотым языком, — выдохнула Лиза. — Давай, вылижи мою пизду.

Алёна улыбнулась и присосалась к её киске. При первом же прикосновении языка Лиза вскрикнула — штанга прошлась по клитору, создавая невероятное, вибрирующее ощущение. Металл был прохладным, а язык горячим — контраст температур заставил всё тело покрыться мурашками.

— Сука! — закричала Лиза, вцепившись в простыни. — Умоляю, не останавливайся, я сейчас взорвусь, если не кончу!

Алёна продолжала лизать киску, водя штангой вверх-вниз по клитору подруги, дразня его, обводя кругами. Каждое движение усиливалось металлом, создавая дополнительное давление. Через тридцать секунд Лиза бурно кончила сквиртом, застонав и выгибаясь дугой. Алёна проглотила все, и приникла к Лизе в страстном поцелуе.

— Моя очередь, — выдохнула Лиза, когда Алёна оторвала голову.

Они перевернулись, и Алёна легла на спину, широко раздвинув ноги. Лиза легла между ними, поглаживая внутреннюю сторону бёдер.

— Осторожно, — предупредила Алёна. — Проколы свежие.

— Я знаю, — Лиза наклонилась и провела языком по внешней стороне половых губ, обходя клитор. Затем — медленно, дразняще — прикоснулась к самому клитору.

Алёна застонала. Кольцо в клиторе создавало совершенно новые ощущения — когда Лиза втянула клитор в рот, металл украшения надавил на него с обеих сторон, усиливая каждое прикосновение в два раза.

— Блядь, не останавливайся... — шептала Алёна, — Ты супер-сучка.

Но Лиза вдруг подняла голову:

— Давай в позу ножниц? Хочу попробовать, как наши колечки будут тереться.

Алёна кивнула, и они переплелись ногами, плотно прижав промежности друг к другу. Золото и серебро соприкоснулись с тихим металлическим звоном. Когда они начали двигаться, ритмично потираясь друг о друга, кольца начали тереться друг об друга, заставляя клиторы гореть от возбуждения.

— Пиздец... — стонала Лиза, вцепившись в плечи Алёны. — Я сейчас опять кончу... Твое колечко задевает мой клитор, я не выдержу...

Они кончили одновременно — волна за волной, раз за разом. Оргазм накатывал мощными спазмами, выжимая из них крики и стоны. Тела бились в конвульсиях, но они продолжали двигаться, не в силах остановиться.

— Ещё...блядь, пожалуйста... трахни меня — умоляла Алёна, хотя уже кончила дважды.

— Да... да... сейчас я тебя трахну, сучка — Лиза вцепилась зубами в плечо подруги, заглушая собственный крик.

Окончательно удовлетворив похоть и кончив в последний раз, они лежали на мокрых от пота простынях, переплетённые телами. Ноги дрожали, дыхание восстанавливалось медленно. Алёна чувствовала, как проколы приятно пульсируют в такт сердцебиению.

— Знаешь... — прошептала Алёна, проводя пальцами по бедру Лизы, — трахаться с пирсингом, когда он есть у обоих... это пиздато. Совершенно другие ощущения.

Они лежали, лениво целуясь, пока их руки блуждали по телам друг друга. Алёна поглаживала киску Лизы, слегка касаясь пальцами серебряного колечка, а Лиза массировала её клитор, играя с золотым. Это были нежные, расслабленные прикосновения — без цели довести до оргазма, просто чтобы чувствовать друг дружку.

Они уснули в объятиях друг друга. Тишину нарушало только ровное дыхание двух девушек.