Перевод. Автор оригинального рассказа Art Martin.

Рассказ адаптирован в соответствии с правилами сайта и законодательством. Всем персонажам больше 18ти лет.

Поверьте, к концу ночи пол в стрип-клубе охеренно грязный, как и столы. В маленьких комнатах на втором этаже по всем углам валялись использованные презервативы. В туалете какой-то засранец нагадил и засорил унитаз. Я еле успел убрать всё дочиста, прежде чем «Кукольный дом» открылся в час дня. Это был самый заебательский способ провести свою двадцать первую днюху. Школа? Я больше никогда в свой жизни не переступал порога средней школы имени Герберта Гувера, как, впрочем, и Реджи.

Но все-таки была и светлая сторона. Когда клуб открылся, мне сказали привести себя в порядок. Выйдя из душа в раздевалке, я увидел Тони, который встретил меня с потрясающей сисятой рыжеволосой девушкой. «С днем ​​рождения, Ник», — объявил Тони, вручая мне жетон. Я отдал жетон рыжухе и провел остаток дня в одной из маленьких комнат, отрываясь по полной.

Следующий день после моего дня рождения был совсем не таким веселым. Поверьте, я очень уважаю труд уборщиков, и именно этому Тони хотел меня научить... что у каждого есть своя работа, и каждый должен выполнять ее хорошо, если хочет, чтобы клуб процветал. Клуб процветал.

Первый месяц был для меня сложноватым. Работа была отвратительной, но не особенно утомительной. Штатные уборщики и я заканчивали работу до открытия и отправлялись восвояси. Было мало особых возможностей полюбоваться на голых девок. Я приходил домой и дрых. Когда я просыпался, мама, если она кончено возвращалась домой накануне вечером, уже уходила в клуб. А Реджи... я почти никогда не видел Реджи.

Вечерами, когда я был один, вместо того чтобы просто как раньше сидеть перед телевизором или дрочить, я разъезжал по району на своем шикарном «Мустанге». Я искал знакомых девиц, которых раньше водил для Шелдона и его придурков. Если девушка не таила на меня совсем уж откровенной злобы, я катал ее и, может быть, покупал ей гамбургер с колой. Почти всегда мы в итоге оказывались у меня дома. Дом в это время был в моем полном распоряжении, нас никто не беспокоил, и мы трахались, пока не приходило время мне отвезти девушку домой.

И тут мне пришла в голову гениальная идея: может, я мог бы завербовать некоторых из этих давалок для «Кукольного дома»? Была одна девчонка, не помню как ее звали, она однажды подошла ко мне и попросила отвезти её к Шелдону, потому что ей нужны были пятьдесят долларов. Она была кажется из класса Реджи, и я подумал, что некоторым из избранных клиентов Тони будет приятно с ней познакомиться. И тогда я после работы разыскал Тони. Он был в своих личных покоях на втором этаже клуба, и после небольшой стычки с одним из его вышибал, меня пустили в это святилище. Он валялся в постели с моей младшей сестрой. Она даже не перестала сосать его хер, когда я вошёл.

«Да, какого хуя тебе нужно, Ник?» — заорал мой папашка.

«У меня есть одна знакомая шлюшка, которая хочет немного подзаработать».

«Что она умеет?»

Я указал на Реджи. «Ну вот это все».

«Понятно». Он оттолкнул Реджи от себя и выпроводил её из спальни.

«Расскажи мне о ней», — сказал он, приподнявшись.

«Она симпатичная деваха. Любит ебаться и деньги».

«Школьница?»

«Да, старшеклассница, как Реджи».

«Она с родителями живет или может из дома сбежала?»

«С родителями».

«Пошли ее на хуй и забудь, Ник. Слишком опасно. Если бы сбежала из дома и была одна — это был беспроигрышный вариант, но молоденькая шлюха живущая с мамой и папой... это верный путь к проблемам, охеренно большим и ненужным проблемам.».

«А как же Реджи? Она не сбежала из дома, и у неё есть семья».

Тони фыркнул: «Ты правда думаешь, что твоя мать из-за неё пойдет в ментовку?»

«Полагаю, нет».

«Да ты просто гений. Ладно, знаешь, раз ты такой борзый, найди-ка мне либо бездомную сбежавшую из дома школьницу, или студентку какую-нибудь, приехавшую покорять большой город».

Он полез в ящик прикроватной тумбочки, вытащил жетон и бросил его мне. «Награда за сообразительность и инициативу. Ты все правильно понял, Ник, но не нужно совсем уж палевных мокрощелок, найди мне таких девок, из-за которых никто не прибежит жаловаться. Теперь иди выбери шлюху и развлекись с ней».

Поскольку клуб только что открылся, я без труда нашел девушку, которая с удовольствием согласилась начать свою ночную работу пораньше и получить мой жетон. И, как и любой другой «клиент», я должен был использовать презерватив. Видите ли, Тони очень осторожно относился к ЗППП. Каждый сотрудник, мужчина, женщина, должен был проходить тестирование раз в месяц. Если, не дай бог, тест чего не то показывал, тебе был натурально пиздец. Секс без резинки девушкам разрешался только с Тони или со своим сутенером-куратором. Я был куратором Реджи, так что технически все было в порядке, за исключением того, что никто не знал, что мы занимались сексом... ну, вы понимаете, инцестом .

В один из вечеров я снял девушку, Эмбер, которую знал еще по школе, ей было восемнадцать. Я спросил ее, не интересует ли её работа.

«Какая это работа?»

«Ну там стриптиз, раздеваться... трахаться».

Она приподнялась с моей кровати и сердито посмотрела на меня. Я был готов уже послать её куда подальше в ответ, но её лицо смягчилось, и она вдруг спросила: «Сколько?»

«Много трахаться».

«Я не это имею в виду, озабоченный! Сколько платят, сколько я так смогу заработать?»

Тони был очень доволен моей инициативой, а Эмбер теперь исправно приносила мне хорошие бабки.

*****

Через несколько дней после того, как я завербовал Эмбер в «Кукольный дом», меня освободили от обязанностей уборщика, и я стал вышибалой в клубе. В основном проблем не возникало, но раз или два в неделю кого-то или даже нескольких человек приходилось физически выгонять из клуба. Я был парнем здоровым и давно научился вести себя в конфликтных ситуациях, так что работа была совсем неплохой. Самым сложным для меня было привыкнуть к костюму и галстуку.

Сначала я работал только в главном зале. Все знали, кто моя мама, но, кроме комментариев о её феерических сиськах, никто меня на этом не подъебывал. Дело не в том, что мои коллеги были особенно внимательными и чувствительными пацанчиками, но все они знали, что у Тони с ней особые отношения, и боялись его чем-либо обидеть.

Для вышибалы я зарабатывал неплохие деньги. Работа и так хорошо оплачивалась, но я получал, хе, авторские отчисления и за пизду Эмбер и за пизду моей младшей сестры. Реджи, она же Бриана, нечасто бывала в клубе, потому что было слишком опасно, если попасть под облаву. В основном она ходила в отели и другие заведения за пределами клуба, но почти каждую ночь была дома, так что я мог видеться и трахаться с ней в те вечера, когда мы оба были дома, а мама после закрытия куда-то уезжала, зарабатывая деньги для Тони.

Внезапно Реджи каждое утро стало тошнить. Я не знал, что с ней не так, но вот мама догадалась сразу. Как только она мне рассказала, в чем проблема, первой моей мыслью было, что ей придется на время бросить проституцию, и мой доход заметно снизится. Второй мыслью было : что сделает Тони? Я вообще-то ожидал, что он пошлет ее к какому-нибудь своему врачу, но этого не произошло; все оказалось совсем не так. Тони воспринял все спокойно, и первое, что я заметил, так это то, что мой доход вдруг вырос. Похоже, есть много мужчин, которые с удовольствием заплатят большие деньги за час-другой ебли с беременной тинейджеркой. Более того, чем больше рос ее живот, тем больше на нее было спроса. Я также обдумал возможность того, что я могу быть отцом. Никто, кроме моей школьной тусовки, не знал, что я с ней трахаюсь, а я сам не собирался рассказывать ни маме, ни Тони, что мы с сеструхой регулярно ебались без всякой защиты.

Пока живот Реджи, ожидающего мою будущую «племянницу», увеличивался, Тони переводил меня с одной работы на другую. Он всегда оставлял меня на одной работе достаточно долго, чтобы я её освоил, прежде чем перевести на другую работу в клубе. Работая вышибалой в VIP-комнате, я довольно часто видел, как мама тёрлась голой грудью о лицо очередного парня, пока тот ласкал языком ее сосочки и мял её задницу. Я к этому довольно быстро привык, помня, что в клубе она была Эйприл, а не моя мама, Дженнифер. Дома она продолжала соблюдать скромность и никогда не расхаживала по дому без хотя бы халата.

С той работы меня перевели в службу безопасности, где я следил за тем, что происходило внутри клуба, а также снаружи, на парковке. В главном зале клиент мог получить интимную связь только за пределами клуба, лично договорившись с девушкой о свидании после закрытия. В VIP-комнате всё было иначе... там достаточно было договориться о деньгах (наличными или кредиткой) и отвести выбранную девушку наверх, в одну из маленьких комнат для секса. В службе безопасности всё работало так: на экране появлялось имя проститутки и номер комнаты. Переключившись на эту комнату, можно было увидеть всё, что там происходило, на одном из нескольких мониторов. Имя Эйприл появлялось, по крайней мере, дважды за ночь, или так казалось.

Вот здесь парни никогда не уставали подшучивать надо мной. «Эй, Ник... Эйприл в комнате 3». Они всегда переключали монитор на Эйприл. «Ух ты, посмотри, какой у него хуй! Да, детка, давай, отсоси этот член ...»

«Знаешь, Ник, следующий жетон, который я получу, я , пожалуй, отдам ей. Лучшая хуесоска в заведении, да еще эти сиськи!» Жетоны были своего рода наградами, которые Тони раздавал своим людям каждый месяц для поднятия боевого духа. Они давали право на час в комнате с кем угодно, но только тогда, когда было мало клиентов. Все знали, как потрясающий минет делала моя мама, а о том, как она контролировала мышцы своей вагины, ходили легенды.

Вскоре наблюдение за тем, как маму ебет какой-то очередной хмырь, стало таким же неприятным, как и наблюдение за любой другой проституткой, занимающейся своим ремеслом. Несмотря на вуайеристские аспекты слежки, настоящей целью была защита проституток. Небольшие жесткие игры допускались, но если ситуация выходила из-под контроля, на помощь выезжала кавалерия в нашем лице, и клиент вылетал на эту ночь из клуба. Если кого-то выгоняли слишком часто, его VIP-карта приостанавливалась или даже аннулировалась.

Реджи редко появлялась в маленьких уютных комнатах. Ее, как и других шлюх-школьниц, в основном использовали для работы на улице, хотя она довольно часто выступала в небольших комнатах для вечеринок.

После нескольких месяцев работы на видеонаблюдении меня назначили ответственным за финансовые вопросы в VIP-зале. Девушка подавала мне знак, что её клиент хочет провести с ней время наедине; я затем собирал оплату с клиента и отправлял его в любую свободную небольшую комнату. Несмотря на то, что к тому времени я уже был полон цинизма, продавать пизду своей матери тому, у кого были деньги, чтобы трахнуть ее, всё ещё казалось неправильным. К счастью, мне помогло просто думать о ней как об Эйприл, а не как о моей маме, Дженнифер.

Постепенно я освоил все тонкости каждой работы, за исключением работы с девочками. Я даже смирился с тем, что это всё бизнес, как и любой другой бизнес, по крайней мере, с точки зрения финансовых целей — заработать денег и обеспечить жизнь всем участникам, включая мою мать. Удивительно, как мне удавалось всё это разделять. В «Кукольном доме» мама была Эйприл, и я относился к ней так же, как и к любой другой проститутке. Дома всё было совершенно иначе. Она одевалась достаточно скромно и возвращалась к своей роли мамы, а я — к роли послушного сына. Это были довольно шизофренические отношения, но они устраивали нас обоих.

*****

Примерно через пять лет как я начал работать Тони внезапно умер во сне. Хотя нет, он в тот момент не спал. Он трахался сразу с двумя девушками, когда у него лопнула аорта. Через минуту он был мертв. Был поздний вечер, и я как раз вез одну из девушек в BDSM-клуб в складском районе. Сбежавшая из дома и попавшая к нам школьница не понимала где ее место, постоянно скандалила и с другими шлюхами, и с клиентами и со своим сутенером. Устав от ее выкрутасов, Тони продал ее за крупную сумму BDSM-клубу. Вез ее как овцу на заклание, эта стервозная тупая сука понятия не имела, что ее ждет. К утру она будет горько жалеть, что выебывалась перед Тони или что вообще не осталась дома и не слушала родителей, но поздно.

Когда я вернулся в наш клуб, там был бедлам и все стояли на ушах. Все шлюхи рыдали , и никто, казалось, не знал, что делать. Парамедики вывезли тело Тони на носилках, а посетители быстро испарились и из VIP-комнаты и из главного зала. В конце концов, кому захочется тратить бабки на плачущую шлюху? Нам оставалось только закрыться на эту ночь.

После организации похорон Тони я провел вечер за его рабочим столом, обзвонив всех по телефону и сказав, что жизнь продолжается, и чтобы они как штык были на работе завтра. Я даже договорился чтобы похороны были с утра пораньше, и не мешали работать в тот день. Никто мне не указывал, что надо делать; я просто делал что нужно и продолжал вести бизнес, как будто ничего не изменилось. Меня даже разозлило, когда какой-то адвокат срочно вызвал меня к себе в офис. Это был разгар рабочего дня, и я не собирался уходить ни при каких обстоятельствах, но все-таки пришлось, он сказал что дело крайне важное.

За исключением того одного дня, перед моим днем ​​рождения, Тони больше никогда не упоминал, что он мой отец. Он всегда относился ко мне, как если бы я был всего лишь еще одним работником, делающим что скажут. Каким шоком для меня стало известие о том, что в завещании он назвал меня своим единственным наследником! Еще минуту назад я был просто сутенером в VIP-комнате, в том числе и своей матери и сестры, а теперь вдруг стал владельцем всего этого ебаного заведения, включая проституток. К этому пришлось немного привыкнуть.

Я занимался сексом с завербованными мной девушками, такимим как Эмбер, когда хотел, ведь это было моей привилегией. Но другие девушки были мне, по факту, недоступны, если только я не получал награду за свою хорошую работу от Тони . Я не сразу сообразил, но теперь я мог свободно трахнуть любую шалаву, они все теперь мои. Все, что нужно было сделать, так это просто воспользоваться этим правом. Я начал вызывать шлюх к себе в кабинет, по одной, иногда по две в день. Они приходили, и я приказывал им наклониться над моим столом. До этого я трахался просто для удовольствия, теперь же я использовал секс чтобы утвердить свою власть. По одной-две в день, примерно через месяц я выебал всех своих блядей, кроме одной, Эйприл.

Все, от уборщиков до шлюх и вышибал, подчинились мне. Все, кроме Эйприл. Даже в клубе она вела себя со мной несколько высокомерно. А дома она начала качать права. Типа: она должна руководить девушками, а не я; она должна руководить барами, а не я; она должна делать то или это, потому что она моя мать, и я не должен быть ее начальником, я возможно, ей ровня, но не начальник. Я терпел эту хуйню до поры до времени, потому что все никак не мог решить как поступить.

Однажды в субботу днем ​​я просматривал бумаги, присланные адвокатом. На глаза попалось свидетельство о праве собственности на автомобиль, а за ним — документы на дом. Автомобиль, я сразу узнал, он был той же марки и модели, что и у мамы. Второй документ, это был документ на мамин дом, только, как и свидетельство о праве собственности на автомобиль, он был оформлен не на имя мамы... а на имя Тони . Все это время я считал, что это дом мамы, и все это время он принадлежал Тони. Он определенно не делал этого ни для одной из других своих шлюх. В конце концов, до меня дошло, что он сделал это для меня. Мама была для него особенной, она была матерью его сына. Это было для меня так же неожиданно, как и узнать что я его единственный наследник.

Завтра было воскресенье, и клуб был закрыт. Мы были дома, было позднее утро. Реджи снял вечером какой-то мужик и она еще не вернулась. Мама, как обычно, была в халате и готовила завтрак. Мы поели, и я сказал ей спасибо за еду. «Иди помой посуду», — ответила она, встала и направилась к кофеварке.

«Повернись», — сказала я ей. Она остановилась и повернулась ко мне лицом. «Сними халат, Эйприл», — сказал я ей.

— Мы не в клубе, молодой человек, — резко ответила она.

«Этот дом... он не твой. Он принадлежал Тони, а теперь он мой. Он владел им так же, как и тобой. Теперь дом принадлежит мне. Ты принадлежишь мне. И твоя пизда принадлежит мне. Так что... сними халат, Эйприл».

Мама уставилась на меня, с полуоткрытым от изумления ртом. «Это ты ведь не всерьез, Ник», — сказала она с надеждой.

«Сними этот чертов халат!» Ее руки потянулись к пояску. Через несколько секунд халат оказался на полу, и передо мной предстала Эйприл во всей красе. Я встал и, подойдя к ней, взял в каждую руку по одной упругой груди.

«Ник, не надо...» — прошептала она.

«У тебя потрясающие сиськи, Эйприл», — сказал я ей. «Я слышал, что у тебя еще и невероятная пизда».

«О боже...»

«Я хочу, чтобы ты наклонилась над столом», — сказал я ей, и она опустила глаза. «Ты знаешь как. Теперь в позу!» Она немного помедлила, затем наклонилась над столом, уперлась руками, раздвинув грязную посуду оставшуюся после завтрака, раздвинула ноги и выставила передо мной свою прекрасную упругую попу.

Я придвинулся поближе и провёл рукой между её ног. Она была вся мокрая. «Тебе действительно любишь свою работу, не так ли, Эйприл?» Мама ничего не сказала, но, когда я начал играть с её блядской пиздой, она начала двигать ягодицами в мою сторону.

«Ты, шлюха! Ты ведь сама этого очень хочешь, правда?»

Я расстегнул штаны и позволил им упасть на пол. Схватив свой хер, я начал тереть головкой взад и вперед по ее скользкой щели. «Кому принадлежит твоя пизда, Эйприл?» — спросил я ее. «Скажи мне. Кому принадлежит твоя пизда? »

«Да, Ник, я...» — я прервал её на полуслове, и впервые вонзил свой член в киску своей матери, овладев ею так же, как и всеми другими шлюхами, работавшими на меня.

«О, боже мой !» — простонала она, когда я вбил свой член в неё. Почти сразу же я почувствовал невероятный ощущения по всей длине своего хуя, мышцы её влагалища начали свою фирменную волнообразную работу, втягивая, или, скорее, удерживая мой член глубоко внутри неё. Это была правда, мама была лучшей в мире.

Я начал медленно двигаться внутри неё, наслаждаясь невероятными ощущениями, но вскоре потерял контроль и просто снова и снова долбил её, а стол медленно перемещался по комнате с каждым новым диким толчком. Как и всех остальных блядей из «Кукольного дома», я трахал её без гондона, залив влагалище, из которого я пришёл в этот мир, своими кровосмесительными сперматозоидами. Слухи не соврали; мама действительно любила и отлично умела ебаться! Может быть, у Тони всё-таки и помимо меня были веские причины относиться к ней по-особенному!

Задыхаясь, я отшатнулся назад, вытащив свой опадающий член из её изрядно потрёпанной пизды. Мама лежала ничком на столе в той же позе, в которой я её трахал. Я сильно шлёпнул её по заднице и сказал: «Почисти меня, шлюха». Мама соскользнула со стола и опустилась на колени передо мной, взяв мой скользкий от кончины член сначала в руку, а затем в свои соблазнительными губки. Когда она закончила, я отвёл её к кровати и трахнул еще раз.

*****

Прошло уже лет десять с тех пор, как я стал владельцем «Кукольного домика», и вот: моя очаровательная племяшка выходит из моего дома топлесс, держа в руках горсть презервативов. Черт, может, я все-таки куплю ей машину.

Она сняла свои трусики-стринги и продемонстрировала своё тело во всей красе. Чёрт, какая фигура! Она выглядела намного старше своих лет. Если бы я не знал сколько ей... Но я знал, и это делало всё ещё круче.

Достав презерватив из пачки, она надела его на мой стальной член и уселась на меня сверху. Когда она почти насадилась своей киской на мой ожидающий и жаждущей ее член, я вдруг схватил ее за ляжки, остановив в последний момент.

«Подожди, милая». Я потянулся и снял презерватив. «Мы с тобой будем заниматься сексом без резинки. Все остальные — только с презервативом. Уяснила?»

«Значит, ты собираешься кончить внутрь меня?»

«Конечно, детка. Я бы ничего не изменил».

«Я тоже, дядя Ники».