Следующий раз наступил нескоро. Дела развели нас, но они же однажды и соединили. Теща собралась в Питер к подружке, о чем я узнал от жены, у меня же планировалась командировка в северную столицу и я должен был ехать поездом. Пронюхав, каким поездом едет Катя, я купил два билета в спальный вагон, ничего никому не сказав. Света проводила меня, пожелав мне на дорожку в соседи мужчину. "В каком смысле?" – спросил я ее. Она поцеловала меня, так и не ответив, и ушла.

Когда поезд тронулся, я пошел по вагонам. Я прошел все вагоны, но Кати не нашел. Вторая попытка оказалась более удачной... теща выходила из туалета и мы едва не столкнулись с ней.

– Ты? – она была удивлена и не знала, что сказать.

– Где твои вещи? – спросил я ее.

Завороженная моим внезапным появлением, она проводила меня в свое купе, кивнула на свои вещи – дорожную сумку, пакет, плащ, которые я тут же подхватил и, увлекая Катю за собой, понес к себе.

Когда мы вошли в мое купе, я бросил вещи наверх и обернулся к теще. Она так и стояла с зубной щеткой и пастой в одной руке и полотенцем в другой. Я закрыл дверь. Осмотрел ее одежду... блузка с молнией спереди, джинсы, туфли на шпильках. Молча я расстегнул и распахнул ее блузку, проделал то же самое с лифчиком, который так же имел застежку спереди, и, когда ее роскошная грудь обнажилась, взял у нее из рук тюбик зубной пасты, открыл колпачок и выдавил на грудь белую полоску, описав ей круг вокруг соска.

– Толик, что ты делаешь?

Вместо ответа я стал облизывать ее сосок, размазывая по нему пасту. Уже через несколько секунд он отвердел, а Катя, издав что – то вроде полу – всхлипа, прижала мою голову крепче к своей груди.

– Ты сумасшедший. Как ты меня нашел? – спросила она, немного прийдя в себя.

– Неважно. Важно, хочешь ли ты меня еще?

– Спрашиваешь.

– Ты думала обо мне?

– Я ревновала тебя.

– К Свете?

– Да. Это ненормально, я знаю. Но...

Она не закончила... я уже снял с нее брюки и сейчас моя рука проникла ей в трусы. Катя согнулась пополам – я бросил ее на заранее расстеленную постель. Она лежала передо мной на животе и ждала.

Я стянул с ее ног трусы и стал целовать ее пышные ягодицы. Теща раздвинула ноги и чуть согнула их, открывая мне доступ к своей промежности. Я просунул нос между ее половых губ, вдыхая ее запах, уже знакомый и близкий мне. Потом мой нос заменили пальцы. Я навис над ней, а Катя, заведя одну руку назад, нашла мой член, выпрыгнувший из кармашка трусов, и, зажав его в кулачок, стала мастурбировать его. Я не возражал. Я целовал ее спину, шею. Она повернула ко мне лицо и я впился губами в ее губы.

– Хочу тебя, – шепнула мне она. – Хочу безумно.

– Как ты хочешь?

– Как угодно. Я твоя. Я люблю твои руки. Твое тело. Твою плоть. Войди в меня, Толик, войди же. Я прошу тебя. Я сгораю. Ты хочешь моей смерти?

Разве я мог отказать женщине? Моя рука готова была уступить место более горячей субстанции, но сначала я должен был освободиться от трусов. Ожидая меня, теща встала на коленки, уткнув голову в подушку, а ее рука не давала пизденке остыть, теребя ее.

И вот я ее трахаю. Она вся передо мной и вся в моей власти. Я знал, что могу делать с ней все, что захочу. Проверяя это предположение, я стал поглаживать и смачивать слюной ее сфинктер. Через минуту я ввел ей в зад пол – пальца... Катя лишь быстрее стала подаваться мне навстречу. Но я пока не был готов заменить палец хуем, сначала мне хотелось сделать кое – что другое. Как легко входит в нее мой член, подумал я. Как она хороша! Я взял ее за грудь, сдавил ее, как вымя. Вынул палец из ее попы и поднес его к ее губам... она облизала. Теперь я окончательно понял, что она моя. Оторвавшись от Кати, я развернул ее на спину, взял за затылок и, встав над ее лицом на колени, вставил член ей в рот. Я хотел кончить туда и хотел увидеть, как она будет глотать. Но я не хотел торопиться, я наслаждался видом сосущей тещи, я отвечал ей тем, что трахал пальцами свободной руки ее пизду. Я вынул член из ее рта и дал ей заглотить мои яйца... у нее получилось, а когда член вернулся к ней в рот, она с еще большим усердием стала сосать его, стараясь доставить мне максимум удовольствия. И у нее это получилось – я стал кончать, не вынимая члена из ее глотки, и я чувствовал, как наполняется спермой ее рот и как она пытается, но не может сглотнуть – член вошел слишком глубоко, придавил язык, и сперма выплескивается наружу, и стекает по углам губ на подбородок, оттуда – на шею. Я резко вынимаю член – и завершающая мой залп струя брызгает ей на лоб и волосы.

И вот все закончено, я ложусь на Катю, вжав член в ее живот, успокаиваясь. Я смотрю на Катино лицо – ее глаза закрыты, ее язычок облизывает губы, она сглатывает, закашливается и целует меня. Запах и вкус женщины, напившейся спермы, отттраханной и умиротворенной.

Минут через двадцать мы лежали "валетом", сосали и вылизывали друг друга. Мне нравилась тещина пизда – она сохранила свежесть и была узкой, как у молодой девушки, и глубокой – моя ладонь проваливалась туда вся. Ее клитор походил на нераскрывшийся бутон розы. Увеличиваясь после моих ласк, он пытался выглянуть наружу, дотянуться до моих губ, которые, пососав его, устремлялись ниже, пропуская вперед язык. Пизда была сочной – я втягивал ее в себя всю целиком и подолгу не выпускал. Что Катя в это время делала с моим хуем я не видел, только чувствовал. Заглотив его настолько глубоко, насколько могла, она тоже подолгу держала его у себя во рту, прикусывая головку зубами. Ее язычок полировал мой кончик, одной рукой она сжимала мои яйца, другой гладила мои ягодицы.