Наши умные родители на всё лето оправляют своих отпрысков на деревню к бабушке, как Ванька Жуков отправлял письмо к своему деду Константину Макарычу, переваливая свою головную боль на бабушку Отправили, руки отряхнули и занимайся своими делами. А там пусть у старой голова болит. Она найдёт чем внуков занять. Да мы и сами находим интересное для нас. Всё вокруг для нас: лес, река, бабкин огород, пропал бы он пропадом вместе с его грядками, которые надо полоть и поливать, с бесконечными рядами картошки, которую надо обрабатывать, с поливом вечерами. И с птицей в виде злющих гусей, бестолковых куриц, суетливых уток, цыплят. С поросятами, с коровой и телятами, с глупыми овцами и прочей живностью крестьянского хозяйства. Но мы общими усилиями легко и быстро справляемся с поставленными задачами, находя время для развлечений.

Бабка, старя пизда, не особо обращает внимания на наши забавы, считая, что молодости свойственно совершать глупости. Лучше пусть перебесятся в кругу родни. Но иногда, когда эти глупости зашкаливают по мнению бабули, можно и отхватить прутом по заднице не взирая на пол и возраст. Огребёшь и скачешь бешенным зайцем, прижимая руки к пострадавшей жопе.

К тому времени, когда у бабули собирается вся наша кодла, на улице становится тепло, лето вступает в свои права. Имы перебираемся из душных комнат спать на терраску.Там в своё время дьдька сколотил огромный топчан. Скорее не топчан, а целый сексодром, который мы использовали по назначению. Вечером после помойки в бане, или помывки, как правильнее сказать, заваливались спать полностью голыми. Орава большая, прижмёмся один к другому, укутаемся огромным одеялом, и нормально, тепло. Под руками девичьи титечки, пока не доросшие до титек, попки и письки. И всё это можно щупать, тискать ласкать. Наши тела тоже голые, так что ответно девчонки тоже охулки на руки не ложат, дюрмыгают наши с братом писюны.

А в это лето основная часть нашей дружной развратной компании сдавала сессию и в деревне обещала быть чуть позже. Наш с ними разврат был из серии :раз в рот, раз в зад. Вперед тоже бывало и немало. И по этой причине дома были лишь мы с Танюхой, как представительницей аборигенов, с бабкой и тётей Ниной, дочкой бабки и матерью Тани. Нам двоим выделили спаленку, в которой едва умещались пара кроватей.. В принципе нам и одной бы хватило. Спали бы ибо в два этажа, либо лёжа на боку и желательно, чтобы Таня лежала ко мне попой. Так легче в дырочки попадать. Правда кровати, что одна, что вторая, были ужасно скрипучие и оповещали весь дом о том, что мы с сестрой пробуем её дырочки на прочность. Ини бабку, ни тётку это не волновало. Молодые же, им надо и надо. Точно подмечено. Нам было надо всегда и везде. И раз уж к нашим забавам относились с лёгкой снисходительностью, не порицая, мы с сестрой еблись едва ли не в открытую. Точнее с сёстрами. Просто пока мы были вдвоём.

Как-то вечером легли с сестрой спать каждый на своей кровати, пожелав спокойной ночи друг другу. К Танюхе пришла ежемесячная немочь. И как только женщины с этим живут? Каждый месяц болеть, а бывает и беременность, когда приходится таскать огроменный живот, потом рожать. Бррр, боюсь представить, что они испытывают при родах. Не пожелаешь и врагу такого. Это как бы засунуть в жопу мужику зонтик, раскрыть его и вытаскивать в раскрытом виде. Правда перед этим того мужика надо поставить раком и осеменить, выебав в жопу. Опять же знатоки уверяют, что ни один пидорас не может родить ребёнка. Разве что в фантазиях.

Перед сном болтали с сестрой, делясь планами на те времена, когда приедут остальные наши родственники. И тут откуда не возьмись появилась тётка. Завалилась к нам в комнату пьяненькая и весёлая. Танька сразу прикинулась ветошью, одеялом укуталась, типа сплю я, никого не трогаю. Она свою мать знает. В таком весёлом состоянии тётка начинает ездить по ушам, прыгая в разговоре с одной темы на другую, как блоха по собаке.

Пришла и села напротив меня на край Танькиной кровати. Поскольку я один оказался бодрствующим, не успел прикинуться спящим, тётка присела на уши мне.

=Чё не спишь?

— Да не спится чего-то.

— Танька не дала?

Ни для кого в этом доме, ни для тётки, ни для бабки наши отношения не были секретом.

— С чего ты взяла?

— Дак кровать не скрипела.

— Да праздник у неё, демонстрация.

Тётка посочувствовала

— Бедненький. Потому и заснуть не можешь. Мужик же, как младенец. Пока титьку не пососёт, не уснёт и не успокоится. Раз уж Таньке нельзя, мою пососи. Моя тоже сладенькая. -Тетка задрала кофту и выпрастала титьки. Слегка отвисшие, так и она не девочка, двух этими титьками выкормила. Сунула сосок мне в рот, точно как младенцу. И я рефлекторно ухватил его губами, втянул в рот. Тётя Нина усмехнулась.- Вкусно же. Ты соси, другую тоже.

Сосал и лизал соски, а они на глазах твердели, увеличивались. Тётка прерывисто, со всхлипами, задышала. Прижала мою голову к титькам, выдохнула

— Шибче соси.

Соски отвердели, но одновременно с ними налился кровью и отвердел мой член. Интересно, какая взаимосвязь между ним и тёткиными сосками? Танька уже не прикидывается спящей, шары выпучила и смотрит, как её мама толкает сиськи в рот племянника. А оборзевший и на время попутавший берега племянинк запустил руку под тёткин подол и во всю тискает её пизду.

Лохматую пизду. Это девчата сбривают всё до последней волосинки, тёткин пизда с бритвой не знакома. Тётя Нина задрала подол.

— Трогай, трогай. Помни шибче.

Я и рад стараться. Тискаю тётину пизду, а та уже и сок пустила. Д обильно. Сжал посильнее и между пальцами сок просочился. Что значит давно не ёбанная женщина. Соскучилась пизда по мужской руке.

Танька дивится на нас с тётей, глаза выпучила, как у японских анимешек. Рука под одеялом. Ясен пень, свою пиздёнку дрочит, раз ебаться пока нельзя.

Тётка недолго терпела, пусть ей и нравилось тисканье. Залезла ко мне на кровать и встала на четвереньки. Задрал подол юбки и перед моими глазами забелела тёткина задница. Чуть развёл ягодицы, всё, как у всех. Имею в виду женщин. Сморщенное колечко ануса, половые губы с редкими волосами, блестящие от выступившей смазки. Главное дырочка, в которую можно засунуть торчащий член и успокоить его. Я и засунул, тем более, что раз уж тётя сама встала раком, точно не будет против такого вторжения.

Танька аж приподнялась, чтобы лучше видеть, как её мамку ебут. Такое не каждый день узришь, о таком детям и внукам можно рассказывать. А я старался, ебал тётю, загоняя дурня в её пизду по самый корешок. От соприкосновений моего живота и её жопы раздавались смачные шлепки, кровать ходила ходуном и нещадно скрипела, грозя разбудить бабку. Нам только не хватало, чтобы она проснулась и заявилась к нам, потребовав свою долю ебли. На её толстую жопу точно сил не хватит.

В очередной раз вогнав член в пизду по самый лобок, почуял, что всё, приплыли. Схватил тётку за поясницу, натягивая её на член, прижался к тёткиной жопе и выпустил на волю кучу сперматозоидов. Попав в пизду, они весело поплыли в сторону матки, устроив гонки с девизом: Кто последний, тот лошара. А я упал на тётину спину, дыша, как после хорошего кросса. Член всё ещё дёргался, выдавливая из себя последние капли. Тётина пизда тоже сокращалась, показывая, что и она достигла оргазма.

Тётка какое-то время ещё постояла раком, потом встала, одёрнула юбку и молча вышла из комнаты. Я удивился и спросил сестру

— И что это было? Ни тебе здрасьте, ни тебе до свидания.

Танька пожала плечами

— А я знаю ?Или заебал, или не доебал. Если заебал, теперь не отстанет. А если не доебал, за добавкой придёт. И тоже не отстанет. Что так, что эдак ты встрял. А пока вы еблись я тоже кончила. Вов, расскажи, как с мамкой.

Рассказал, что пизда ничем от других не отличается, разве что расхлябаннее, чем у сестёр. Так двух родила. Не очень глубокая, до матки доставал свободно при моих не особо крупных размерах. А вообще ебать тётю понравилось, потому что это тётя. Если даст ещё раз, не откажусь. Танька утешила, что обязательно даст и не раз.

Этим вечером удовольствие получили все Мы с тётей от ебли, сестра от зрелища. Так что легли спать с чувством глубокого удовлетворения.