Даша ехала в городском автобусе, привалившись головой к прохладному стеклу. Она была одета в лёгкое летнее платье на бретельках и босоножки на платформе. Было душное, жаркое лето, один из тех нещадных дней, когда жара заставляла мечтать о том, чтобы поскорее пришел октябрь и принёс дожди. Которые, конечно же, будут противными и досадными, но сейчас были бы весьма кстати. Ей предстояло ехать больше часа, а она как на зло забыла наушники, потому приходилось слушать гудение мотора, болтовню женщины сзади по телефону и прочие посторонние звуки.

Напротив сидела бабушка, которая уставилась на Дашу отрешенным, стеклянным взглядом, словно смотрела сквозь, находясь в своих мыслях. Рядом с нею сидела какая-то молодая девушка в лёгких летних джинсах и белом топике. Вдруг её нос уловил странный запах. У кого-то был очень необычный аромат. Какие-то дикие, бесцеремонные ноты сандала, даже чем-то напоминало ладан. Она стала искать взглядом источник этого аромата, который неожиданно показался ей приятным и даже немного эротичным.

Тогда она и встретилась с ним взглядом. Молодой парень, высокий, стройный, с простой и строгой стрижкой, жгучий брюнет. Он смотрел на неё темными глазами, и они казались какими-то бездонными колодцами, которые таили необъяснимую притягательность. Говорят, у психологов даже термин есть такой – мортидо. Притягательность смертельно опасного. Так манит край крыши, когда к ней подходишь, и зачарованно смотришь вниз, думая о нескольких секундах полёта, которые ждут тебя за краем.

...Она не могла пошевелиться, все её конечности были надежно зафиксированы, удавалось лишь беспомощно подёргиваться, делая только хуже, потому что от этой возни вставленные в её киску и попу устройства только раздражали нервные окончания еще больше, заставляя тело постепенно поддаваться. Уже сладко ныл низ живота, реагируя на вибрации снаружи и внутри. Даже обычные вдохи словно раздували костёр, разгоняя нежеланное, неуместное удовольствие. Шарик во рту уже успел промокнуть от её слюней.

Она оказалась в какой-то слабо освещенной и очень большой комнате, её края терялись во мраке и не были видны. Затем она опять увидела его. Того самого парня из автобуса, который появился в поле зрения, он ехидно улыбнулся, осматривая её тело, и сказал ей:

— Ну привет. Давай поиграемся немного.

Даша стала бешено крутить глазами, чтобы хоть немного осмотреть обстановку. Было достаточно тепло, она была раздета и привязана к крестообразному вертикальному станку. Немного пошевелившись, она ощутила, как ее кожа уже успела прилипнуть к синтетической коже покрытия этого агрегата.

Он приблизился к ней, и принялся гладить её кожу. Сначала нежно и аккуратно, проходясь по коже лишь кончиками пальцев. Затем он принялся её щекотать, при этом то включая, то выключая вставленные в неё вибраторы с помощью небольшого пульта управления. Она больше не могла контролировать своё поведение, и стала гомерически хохотать от щекотки, наполняя весь просторный зал криками, которые с воодушевлением разносило эхо. Затем, когда щекотка прекращалась, и начиналась стимуляция вибраторами, крики смещались по тональности в сторону стонов, становились томными. Но он очень хорошо ощущал, когда она приближалась к оргазму, и безжалостно разрушал его. Выключал вибраторы и принимался щекотать, чтобы вместо нормального, привычного пика наслаждения она получила что-то истерическое, и сама до конца не отдавала себе отчет, был это оргазм или просто до одури щекотно.

Спустя некоторое время Даша уже издавала какие-то дикие, животные завывания, которые трудно было идентифицировать: это вопли, стоны, плач? Всё её тело уже изнемогало от перегруза сенсорных впечатлений. Ей уже было плевать, что изо рта неконтролируемо стекают слюни, пузырясь вокруг пластикового шарика, что по ногам стекали её соки. Тем временем его пальцы продолжали находить на её теле чувствительные места, и играли на её нервах, как пальцы опытного скрипача находят нужные точки на грифе, извлекая из инструмента изысканный звук. Несмотря на то, что она уже была измождена, и не могла реагировать на щекотку остро, его касания вызывали судороги и истерику, из глаз сами собой полились слёзы. Вдруг он полностью убрал руки, но её тело по инерции все еще ощущало стимуляцию, и истерические волны продолжали накатывать одна за другой.

Дав ей передохнуть буквально несколько секунд, чтобы восстановить чувствительность, он опять дистанционно включил вибраторы, из-за чего девушка тонко, жалобно и протяжно заныла. Отупевшее от ошеломительных воздействий тело не сразу начало реагировать на раздражитель. Это было похоже на марафон, когда бегун думает, что уже готов выплюнуть печень от усталости, но продолжает делать шаг за шагом и понимает, что его тело бежит дальше. Многие описывают это почти как внетелесный опыт. То же самое происходило с Дашей: она понимала, что тело опять подчиняется раздражителю, и онемевшие от избыточной стимуляции чувствительные зоны снова начинают приносить удовольствие. Которое граничит с истерикой.

Девушка продолжала стонать и шумно дышать через вставленный в рот шарик, ощутила, как ее пресс окаменел. Он подошел сзади и начал ощупывать ее тело. Без щекотки, нежно, ласково оглаживая грудь и живот. Однако даже самые лёгкие его прикосновения вызывали страх и инстинктивное подёргивание, так как тело ожидало щекотки. Он знал это, и отлично этим пользовался. Пугал её, резко поднося руку к нежной зоне подмышек или паха, однако затем в последний момент останавливался и просто нежно, всей ладонью, мягко поглаживал её.

Он позволил ей кончить в этот раз, и Дашу затрясло от невероятного оргазма, она кричала охрипшим голосом, пока он сзади сжимал её горло и удовлетворённо кивал головой, хотя она этого и не видела. Тугие верёвки не позволяли ей двигаться, потому ей оставалось лишь мелко трястись. Её глаза закатились, вместо крика теперь раздавалось лишь хриплое дыхание, а об интенсивности того, что творится внутри, говорили лишь мышцы её изящного тела: пресс ритмично напрягался и демонстрировал аккуратные кубики, задница и бёдра стали каменными и рельефными, налились сильнее чем после самой её интенсивной тренировки.

...А затем она поняла, что вернулась в автобус. Старушка теперь смотрела в окно, а не на неё. Даша уже почему-то не сидела, а стояла. Тот самый парень продолжал смотреть ей в глаза, находясь в нескольких десятках сантиметров от неё, и он вдруг улыбнулся. Достал из сумки бутылочку воды и протянул ей, сказав негромко:

— Наверное пить хочешь, много жидкости потеряла.

Затем он стал проходить мимо и легко прикоснулся к ней. Ничего особенного, вполне будничное прикосновение в автобусе, деликатное и вежливое. Как бы говорящее: «Извините, я вас немного подвину, мне нужно пройти». И от этого прикосновения её словно ударило током. Внутри всё сжалось одновременно от страха и ожидания удовольствия. А он прошел мимо, оставив её прислушиваться к своим ощущениям.

Действительно очень хотелось пить. Губы саднило, челюсть немного болела. Всё тело ныло, как после тяжелой тренировки, пресс всё еще был напряженным и твёрдым как камень. Она поняла, что ноги стали ватными и дрожат, а руки с трудом держатся за поручень. Также она чувствовала, что трусики на ней полностью промокли, несмотря на то что там была ежедневка. Она могла поклясться, что влага ощущалась даже на внутренней стороне бёдер. Девушка тупо наблюдала, как в окне автобуса проплыла мимо остановка, до которой она ехала. Однако ей было плевать на остановку: она всё еще пыталась понять, что только что произошло.