Теория любви. Часть 2 / The Theory of Love Ch. 02© Adam_Sephenson

Опубликовано на LE в разделе Romance 29.04.2025

От переводчика:

Первая часть рассказа была выложена год назад. Поэтому, для понимания сюжета желательно сначала прочесть первую часть. Ссылка здесь: https://bestweapon.vip/post_103477

Рассказ представляет собой историю студенческой жизни во всех ее ипостасях: учеба, хобби, встречи и расставания, свидания и вечеринки, любовь и трагедии. Ну и как без заговоров, дружбы против кого-то и т.п.

Текст достаточно сложный для перевода и адаптации, но уступая пожеланиям ряда читателей, рискну продолжить «Теорию..». В рассказе всего пять частей, сегодня вторая, публикация третьей и последующих частей будет зависеть от вашей реакции.

В тексте приведены несколько жаргонизмов геймеров, концевые сноски по ним даны в конце текста.

***

Джессика

Первое, что я почувствовала, было тепло. Медленное, ровное ощущение тепла на моей спине, руки, свободно обвивающие мою талию, ритмичный подъем и опускание груди, прижатой ко мне. На мгновение я позволила себе почувствовать комфорт, безопасность, ощущение того, что я была именно там, где и должна.

Когда в голове прояснилось, я начала осознавать весь смысл происшедшего.

У меня перехватило дыхание, когда я резко открыла глаза и воспоминания прошлой ночи нахлынули на меня. Наше поддразнивание и возбуждение. То, как Том по-особенному прикасался ко мне, словно я значила для него все. То, как я разваливалась на части под ним, когда он заполнял меня, а я полностью и безраздельно принадлежала ему. Как все это началось с простого образа, который привел к разговору, а потом послужил к вызову, который привел вот к этому.

А затем осознание обрушилось на меня. О, черт.

Я непроизвольно напряглась, когда я почувствовала слабую, застарелую влагу на своей коже. У меня перехватило дыхание, сердце бешено колотилось в груди. Неужели он?.. Меня охватила паника, мои бедра инстинктивно сжались, а мысли понеслись вскачь. Я слегка пошевелилась, мои пальцы скользнули вниз, колеблясь, прежде чем проверить, просто чтобы убедиться.

У меня вырвался резкий выдох, когда я поняла, что внутри не осталось тепла, только боль от чего-то незабываемого.

Но когда я растянулась под пуховым одеялом, мускусный аромат все еще сохранялся на моей коже, напоминая о том, как много всего выплеснулось из меня прошлой ночью...

Меня захлестнуло облегчение, но за ним быстро последовала другая мысль. Мы не предохранялись.

Мы были настолько поглощены друг другом, настолько захвачены моментом, что ни один из нас не остановился, чтобы подумать. От осознания этого по моей спине пробежал холодок. С этим мне нужно было быть осторожнее. К счастью, Тому удалось кончить не в меня. Но в следующий раз... в следующий раз нам нужно быть осторожнее.

Потому что следующий раз.. .будет.

Я судорожно выдохнула, отбрасывая эту мысль в сторону. Позже. Я бы подняла этот вопрос позже. Прямо сейчас все, на чем я хотела сосредоточиться, - это ощущение Тома, обнимающего меня, тепло его тела, прижатого к моему, я слегка подвинулась, прижимаясь к нему спиной, чувствуя, как его утренняя твердость прижимается к моим щечкам, я слегка повернулась к Тому, мои движения были медленными и осторожными, как будто любое внезапное изменение могло разрушить чары. Том все еще спал, его лицо было расслабленным, что я редко видела, когда он бодрствовал. Его волосы были в беспорядке взъерошены, губы слегка приоткрыты, с них ровно вырывалось тихое дыхание. То, как он выглядел сейчас - совершенно умиротворенный, обнимающий меня, словно я была чем-то драгоценным, - заставило мое сердце сжаться так, что я не была к этому готова.

Я с трудом сглотнула и полностью повернулась к нему лицом, и тепло, которое было у меня сзади, исчезло, зато появилось новое тепло на его груди. Он пошевелился, бормоча что-то во сне, прежде чем его хватка на мне усилилась, притягивая меня к себе еще крепче. Я почувствовала его дыхание на своем ухе, то, как его пальцы неосознанным движением легонько прошлись по моему бедру. По мне пробежала волна тепла, мое тело рефлекторно настроилось на него.

Боже, я уже по уши влюблена.

Я должна была испугаться. Возможно, так должно было быть. Но когда я закрыла глаза и позволила себе погрузиться в его тепло, я кое-что поняла. Я не хотела убегать. Только не от этого. Только не от него.

Тихий стон вырвался из груди Тома, а затем я почувствовала, как он пошевелился. Его объятия на мгновение усилились, прежде чем он медленно выдохнул: - Ммм... доброе утро, - его голос был хриплым со сна, более глубоким, чем обычно, и от его вибрации у меня по спине пробежала приятная дрожь.

Я приподняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом, и секунду мы просто смотрели друг на друга. Затем он улыбнулся - мягко, сонно, беззаботно: - Привет.

Всего одно слово. Всего один взгляд. И внезапно мое сердце снова пустилось в свободное плавание.

— Привет, - прошептала я в ответ, чувствуя, как мои губы сами собой растягиваются в легкой улыбке.

Его пальцы скользнули вверх по моей спине, проводя по позвоночнику ленивыми, легкими, как перышко, прикосновениями, от которых тепло и покалывание пробрало меня до кончиков пальцев ног. Я подавила дрожь, не желая нарушать тихую интимность момента.

— Итак... прошлая ночь не была сном, верно? - пробормотал он все еще сонным голосом.

Я издала сдавленный смешок, прижимаясь лбом к его лбу.

— Нет. Определенно настоящая.

Том медленно выдохнул, его хватка на мне усилилась, прежде чем он отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть мне в глаза: - И... что теперь?

Я колебалась, страх скручивался в моей груди: - Я не знаю.

Его брови слегка нахмурились: - Я имею в виду... мы действительно делаем это? Ты и я?

Я прикусила губу: - Я... хочу. Но это что-то новое для меня. И немного пугающее.

Том издал тихий смешок, качая головой: - Расскажи мне об этом.

Я медленно провела пальцем по его груди: - У меня никогда раньше не было ничего подобного. Это... просто другое. И я не знаю, хорошо это или плохо.

Он медленно выдохнул: - Это хорошо, - пробормотал он. - Так и должно быть.

Мое сердце сжалось: - Ты действительно так думаешь?

Том сглотнул и, поколебавшись секунду, кивнул: - Да. Потому что у меня тоже никогда раньше не было ничего подобного.

У меня вырвался тихий, дрожащий выдох, и я поняла, как много значило это признание. Никто из нас не делал этого раньше. Не так, как сейчас. Не с кем-то, кто действительно что-то значил. И от одной этой мысли мне стало немного не так страшно.

Я глубоко вздохнула и наконец-то позволила себе улыбнуться: - Тогда давай попробуем.

Том моргнул, его губы слегка приоткрылись: - Вот так просто?

Я пожала плечами, убирая прядь волос с его лица: - А почему нет?

Выражение его лица смягчилось, в глазах промелькнуло что-то теплое: - Значит... теперь ты моя девушка?

Ухмылка тронула мои губы: - Если ты этого хочешь.

Том даже не колебался: - Я согласен.

У меня вырвался смех, такой легкий и свободный, какого я не испытывала уже долгое время. И вот так просто что-то возникло между нами, что-то невысказанное, но прочное. Это произошло. Теперь мы были вместе.

Его рука скользнула по моей спине к бедрам, прежде чем сжать мою попку. Я издала тихий стон, когда он нежно гладил мою плоть, его глаза слегка потемнели.

— Итак, подружка... - пробормотал он низким и дразнящим голосом, - Продолжим наш праздник?

Я втянула воздух, и в животе у меня потеплело. Я могла бы пошутить и изобразить застенчивость. Но вместо этого я просто позволила себе принять предложение.

Я перевела взгляд с него на прикроватную тумбочку: - У тебя, случайно, нет какого-нибудь...

Прежде чем я успела договорить, Том вскочил, рывком открыл верхний ящик стола и вытащил пачку презервативов, как будто от этого зависела его жизнь. Я затряслась от смеха, пока он возился, пытаясь оторвать один из них. Он сопротивлялся, фольга не поддавалась, и мне пришлось прикусить губу, чтобы не захихикать еще громче.

— Боже, позволь мне, - я потянулась к нему, но он отстранился, продолжая бороться с неподатливой упаковкой.

— У меня уже получается! - настаивал он, решительно нахмурив брови.

Я фыркнула и покачала головой: - Придурок.

Но прежде чем я смогла подразнить его еще больше, его губы накрыли мои, запечатлев на мне поцелуй, от которого у меня перехватило дыхание. Медленный, глубокий, неторопливый, но в то же время наполненный чем-то волнующим, чем-то всепоглощающим. Его руки блуждали по моему телу, пальцы обводили изгиб моей талии, изгиб бедер, ощущая тепло моей обнаженной кожи под его прикосновениями.

Я растворилась в нем, жар прошлой ночи разгорался с новой силой, словно тлеющие угли. Он подвинулся, без усилий перекатывая нас, так что я оказалась верхом на нем, обхватив его бедра своими. Стон, вырвавшийся из его груди, вызвал во мне восхитительный трепет, и я не смогла удержаться, чтобы не податься вперед, испытывая это ощущение - чувствуя, как он крепко прижимается ко мне.

Я провела губами по его подбородку, спускаясь ниже, моя грудь прижималась к нему, когда я спускалась вниз. Мои руки скользнули по его животу, чувствуя, как он напрягся от моего прикосновения. Когда я добралась до его бедер, я зависла как раз над тем местом, где хотела его больше всего, позволяя своему дыханию дразнить его, прежде чем прижаться своими подружками к его затвердевшему члену, заключив его в их нежнейшие объятия, а потом взять его в рот и обвести языком головку.

Глубокий, прерывистый стон вырвался у него, пальцы запутались в моих волосах, пока я работала, чувствуя, как медленно нарастает напряжение между нами, прежде чем я позволила ему высвободиться. Я снова приподнялась, снова завладела его ртом, двигая бедрами в медленном, дразнящем движении, отчего его хватка на мне усилилась, дыхание участилось. Потребность между нами нарастала, воздух становился горячее, тяжелее, наполненный чем-то грубым и отчаянным.

Я встретилась с ним взглядом и увидела жар, вспыхнувший в его глазах, когда он заметил влажную полоску, блестевшую на моей груди. Ухмылка тронула мои губы.

Как бы мне ни нравилось быть твоей личной мишенью прошлой ночью, я благодарна, что ты не кончил в меня. Не думаю, что кто-то из нас этого хочет... неожиданные сюрпризы, пока мы еще занимаемся.

Том издал сдавленный смешок, его руки крепче сжали мои бедра: - Да... определенно нет.

И тут я заметила это - брошенную смятую нераспечатанную обертку из фольги рядом с подушкой, напоминание о том, как Том пытался ее открыть.

Я рассмеялась, затаив дыхание, и потянулась за ней, в то время, как он смущенно смотрел на меня.

— Это все, что мне ты смог сделать, да?

Его уши порозовели: - Я был... отвлечен.

Я не могла не улыбнуться, видя, каким очаровательно взволнованным он все еще оставался. Именно в такие моменты - когда уверенный в себе, дразнящий Том уступал место застенчивому ботанику, в которого я влюбилась, - мое сердце замирало.

Ухмыляясь, я с легкостью разорвала обертку, удерживая его взгляд, пока спускала ее вниз по его длине. У него перехватило дыхание, и его руки сжались на моих бедрах, когда я оседлала его, дразня медленными движениями бедер.

И когда он, наконец, опрокинул меня обратно на матрас, устраиваясь между моих бедер, и его губы проложили огненный след по моему телу, я поняла - я полностью принадлежу ему.

И я не могла представить себя где-то еще.

Том

Джессика была невероятна. Опьяняющая. И прямо сейчас она была моей.

Осознание этого поразило меня сильнее, чем я ожидал, когда она натянула презерватив по всей длине, и от ее прикосновения по мне пробежала дрожь. У меня перехватило дыхание, руки инстинктивно сжались на ее бедрах, когда она устроилась надо мной, дразня, проверяя, не давая возможности думать ни о чем, кроме нее.

Она точно знала, что делала.

Она хихикнула, медленно двигая бедрами, отчего мои пальцы впились в ее кожу: - Ты такая чертовски самодовольная, - пробормотал я, и мой голос прозвучал грубее, чем я хотел.

Губы Джессики скривились, глаза потемнели от удовлетворения: - Но тебе это нравится.

Боже, помоги мне, она права.

Прежде чем я успел ответить, она наклонилась и запечатлела на моих губах глубокий, опьяняющий поцелуй. Я почувствовал, как она прижалась ко мне, почувствовал невыносимый жар в том месте, где мы соединялись, и внезапно все поддразнивания были забыты.

Я перевернулся вместе с ней одним плавным движением, прижимая ее к себе, в то время как мой рот скользил вниз по ее телу, мои губы прижимались к теплой, мягкой коже ее шеи, ключиц, изгибу ее грудей. Ее руки запутались в моих волосах, ногти впились в кожу головы, когда она выдыхала мое имя, ее тело выгибалось навстречу каждому прикосновению, каждому поцелую.

То, как она отдавалась мне - полностью, без остатка, - вскружило мне голову.

Это было не просто влечение. Речь шла не о том, чтобы что-то доказывать, или о каком-то испытании, которое начиналось как игра. Эта часть давно закончилась.

Теперь были только мы.

Удовольствие, возникшее между нами, нарастало с каждым прикосновением, каждым движением, каждым прерывистым вздохом. Стоны Джессики подстегивали меня, заставляя все глубже погружаться в этот пьянящий ритм. Ее ноги обвились вокруг моей талии, ее тело идеально прижималось к моему, когда я входил в нее, каждое движение поднимало нас выше, сближало, пока напряжение не стало невыносимым.

— Джесс..., - имя сорвалось с моих губ прежде, чем я успел его произнести, неотфильтрованное и грубое, несущее в себе тяжесть, о которой я даже не подозревал.

Джессика застыла подо мной, у нее перехватило дыхание. На секунду паника сковала мою грудь. Неужели я все испортил? Не придал ли я этому слишком личный, слишком реальный характер? Но затем она подняла на меня глаза, ища меня взглядом, и в них промелькнуло что-то теплое.

— Джесс? - повторила она, пробуя это имя на вкус. Медленная, ленивая улыбка появилась на ее губах. - Мне это нравится.

Меня охватило облегчение, за которым последовало что-то более глубокое.

Я потерся своим носом о ее, прерывисто вздохнув: - Да?

Она кивнула, запустив пальцы в мои волосы: - Да.

И вот так просто все колебания, которые были между нами раньше, исчезли.

Она притянула меня к себе для поцелуя, который был нежнее, чем раньше, более интимным, более настоящим. Мы снова двигались вместе, мир за пределами этой комнаты исчезал, превращаясь в ничто, единственное, что имело значение, - это то, что она чувствовала, то, как она реагировала, то, как я нуждался в ней.

Ее темп ускорился, дыхание стало коротким, прерывистым, и я почувствовал, что изнемогаю под ней. Я прижал ее к матрасу, заявляя на нее права так, чтобы не оставалось сомнений - это было больше, чем просто вожделение, больше, чем просто потребность.

Это было все.

Ногти Джессики впились мне в спину, когда она развалилась подо мной, и этого было достаточно, чтобы я закружился вслед за ней по спирали, наслаждение накатывало на меня волнами, которые совершенно меня измотали.

Я рухнул рядом с ней, грудь тяжело вздымалась, все мое тело гудело от усталости. Джессика все еще прижималась ко мне, затаив дыхание, ее пальцы выводили ленивые круги на моей спине, как будто она тоже не хотела упускать этот момент.

Где-то в тумане я почувствовал, как она пошевелилась. Сначала я подумал, что она просто приспосабливается, но затем, с тихим жужжанием, она задвигалась вместе со мной - мягко перекатывая нас так, что снова оказалась сверху, ее бедра обхватывали мои, ее тело идеально прижималось к моему.

Я вздохнул, инстинктивно удерживая ее руками, удерживая нас обоих в моменте, который я не хотел заканчивать никогда.

Между нами воцарилось приятное молчание, тяжесть всего, что произошло, повисла в воздухе. У меня отяжелели веки, но голова все еще кружилась. Я никак не жидал, что окажусь здесь, что она будет такой, что я почувствую такой абсолютный покой в ее объятиях. Эта мысль была почти ошеломляющей.

Прежде чем сон полностью овладел мной, я тихо рассмеялся, почувствовав, как Джессика слегка пошевелилась рядом со мной.

— Прошлой ночью... это было не просто... Я имею в виду... Это было потрясающе, но дело было не только в этом, - пробормотал я хриплым от усталости голосом.

Джессика выводила легкие узоры на моей груди, ее голова все еще покоилась на моем плече: - Да. Я знаю.

Я медленно выдохнула, мое тело глубже вжалось в матрас: - Думаю, мне это было нужно.

Ее пальцы на секунду замерли, прежде чем возобновить свои ленивые движения: - Хорошо. Потому что я никуда не собираюсь уходить.

Тепло разлилось по моей груди, отчего веки еще больше отяжелели. Мой разум кружился, тело было слишком тяжелым, чтобы двигаться, и прежде чем я успел подумать об этом получше, слова вырвались у меня инстинктивно, полновесные от усталости и неприкрытой честности: - Я люблю тебя, Джесс, - пробормотал я, и это было последнее, что я смог произнести, прежде чем сон окончательно сморил меня.

Я почувствовал, как она все еще прижимается ко мне, у нее перехватило дыхание. Но она не отстранилась. Вместо этого, она осталась рядом, ее тело так же прижималось к моему, словно заземляясь в этот момент.

Что бы она ни чувствовала, что бы ни творилось у нее в голове, я все равно скоро узнаю.

Джессика

— Я люблю тебя, Джесс, - пробормотал он, и слова прозвучали как тихий вздох.

Я замерла.

Слова прозвучали тихо, невнятно из-за усталости, как будто он даже не собирался их произносить. Как будто они выскользнули прежде, чем он смог их поймать. Мои внутренности сжались в тиски, сердце заколотилось, все внутри меня разом сжалось.

Я слегка отстранилась, ровно настолько, чтобы видеть его лицо. Его глаза уже были закрыты, дыхание стало более глубоким, тело расслабилось подо мной так, как позволяет только истинное изнеможение.

Он вообще понял, что сказал это?

У меня в горле образовался комок, когда я уставилась на него, пытаясь найти на его лице хоть какие-то признаки колебания, сожаления - что-нибудь, что подсказало бы мне, действительно ли он так думал. Но все, что я видела, было умиротворением. Его губы были слегка приоткрыты, лоб разглажен, черты лица купались в мягком сиянии раннего утреннего света. Он выглядел... довольным. Как будто он наконец нашел что-то, за что не боялся держаться.

Он не шутил.

Том любил меня.

Осознание обрушилось на меня, как товарный поезд, выбивая воздух из моих легких. По мне разлилось тепло, отличное от того огня, который горел между нами всего несколько мгновений назад. Это было что-то более глубокое. Что-то пугающе реальное. Что-то, чего я никогда раньше не чувствовала.

Мои пальцы дрожали, когда я протянула руку, убирая выбившуюся прядь волос, упавшую ему на лоб. Он едва пошевелился, только пробормотал что-то неразборчивое во сне, прежде чем прижаться ко мне еще крепче, не ослабляя хватки.

Какая-то часть меня хотела разбудить его, потребовать, чтобы он повторил это, когда будет в полном сознании, когда ему придется посмотреть мне в глаза и сказать это искренне. Потому что, если бы он сказал это тогда, если бы он сказал это, зная, что я это услышу, зная, что я это запомню, я не была уверена, что бы я делала. Я не была уверена, что смогла бы с этим справиться.

Потому что впервые в моей жизни мысль о любви не пугала меня. Это не было похоже на ловушку или обязательство - это было похоже на свободу.

Но другая часть меня, более мягкая, говорила мне просто оставить этот момент в покое.

Что я и сделала.

Я прижалась к нему, положив голову ему на грудь, слушая ровное биение его сердца у себя под ухом. Этот звук - нежный ритм его, нашего, чего-то, чему я не была готова дать название, - был единственным, что успокаивало меня.

Затем, как только мой разум начал приходить в себя, всплыло воспоминание.

Голос Ханны, резкий и дразнящий.

— Джесс, серьезно? Ты такая зануда!

Игривый голос Кэт, растягивающий слова: - Да ладно, Джесс. Это просто развлечение.

Рэйчел закатывает глаза: - Расслабься, Джесс, не будь такой напряженной.

Это обращение ко мне - Джесс. Они всегда называли меня так. Бросали его как бы между прочим, как будто я была их домашним животным, их проектом, их развлечением. Я никогда особо не задумывалась об этом. Никогда не поправляла их. Но мне это тоже никогда не нравилось. Это всегда казалось мне мелочью, пренебрежением, напоминанием о том, что меня втянули во что-то, чего сама я не выбирала. Что-то, с чем я просто смирилась.

Но от Тома?

Это было не то же самое.

Для Тома это не было игрой. Это не было чем-то таким, что ставило бы меня на место. Это было по-другому - мягче, теплее, интимнее. Когда он сказал так, это было не потому, что он смеялся надо мной или пытался из меня что-то вылепить. Это потому, что он увидел меня. Меня, а не Джессику Мейсон, тусовщицу, которая подыгрывала ему, смеялась, даже когда ей этого не хотелось.

Только... Джесс. Его Джесс.

Комок в моем горле вырос, и я с трудом сглотнула, запечатлев нежный поцелуй на его груди, задержавшись там, я позволила себе почувствовать его тепло, ровный ритм его сердца на своих губах. Он слегка пошевелился, бормоча мое имя во сне, и мой желудок сжался от такой интимности.

Боже, я была по уши в этом.

Ленивый вздох вырвался у меня, когда я слегка пошевелилась, вытягивая затекшие конечности. Мое тело ныло самым настоящим образом, напоминая о том, как основательно Том измотал меня прошлой ночью.

От его тепла, которое все еще было во мне, удерживающего меня на месте, по спине пробежали мурашки, но мне нужно было двигаться. Нужно было дышать.

Медленно, осторожно я оторвалась от него, почувствовав, как он высвободился, и перекатилась на спину рядом с ним, наконец-то дав своему телу возможность прийти в себя.

Я посмотрела вниз, чуть не рассмеявшись при виде тонких, шелушащихся остатков, покрывающих мой живот и грудь. Верно. Это все еще было там. Не то чтобы я этого не заметила - я почувствовал это сразу, как только проснулась.

Наверное, мне следовало принять душ, прежде чем отключаться, но я была слишком измотана и чувствовала себя слишком комфортно, чтобы беспокоиться о таких мелочах.

Но теперь я могла разобраться с этим позже. Я никуда не спешу.

Я медленно выдохнула, приподнялась и села, вытягивая ноги и чувствуя, как легкий дискомфорт дает себя знать в моем теле. Черт. Неудивительно, что у меня все болело.

И тут я почувствовала это.

По внутренней поверхности бедер медленно потекло липкое тепло.

Я напряглась.

О нет.

Мое сердце бешено заколотилось, когда я опустила взгляд себе между ног. Ага.

Презерватив все еще был во мне.

Я крепко зажмурилась, мысленно готовясь, прежде чем медленно опустить руку. Слава богу, он вошел не слишком глубоко, но... и вытащить его было не так-то просто.

Я прикусила губу, слегка подвинувшись, чтобы лучше его вынуть. Хорошо, просто возьми и потяни...

Медленное, незнакомое давление коснулось моего клитора.

Я вздрогнула.

Надо обождать...

Я попробовала еще раз, осторожно потянув, но тонкая оболочка - и то, что он все еще был тяжелый внутри - создавало странное ощущение, будто я тяну свои складочки.

У меня перехватило дыхание. Черт возьми.

Разве он уже не опустошил себя прошлой ночью? Откуда, черт возьми, все это еще исходит?

Я перестроилась, пытаясь повернуть латекс под другим углом, но каждое малейшее изменение вызывало во мне легкую дрожь. Этого было недостаточно, чтобы доставить удовольствие, но достаточно, чтобы расстроить.

— Господи, Том. У тебя была целая ночь, чтобы прочистить мое отверстие. Как, черт возьми, ты до сих пор цепляешься во мне?

Ладно, нет. Я слишком раздражена и слишком устала для этого.

Вспыхнуло раздражение, и в порыве нетерпения я просто... дернула, выплескивая его.

Плохая идея.

В ту же секунду, как он освободился, он выскользнул у меня из пальцев.

Время замедлилось.

Я широко раскрытыми глазами наблюдала, как почти полный презерватив перевернулся в воздухе - и, прежде чем я успела среагировать.

Шлеп. Теплая липкая масса потекла по моей груди.

Я замерла. Теперь моя грудь и живот были полностью покрыты его жемчужным ожерельем.

Иисус Христос.

Новая волна жара прилила к моей шее, когда я уставилась на то, как жидкость переливается между моими грудями, слегка скапливаясь у пупка, прежде чем скользнуть ниже. Жар от него все еще был свежим, его густой аромат витал в воздухе.

Я медленно вдохнула. Затем выдохнула. Затем снова вдохнула, потому что, конечно же, этого не происходило на самом деле.

Но нет.

Том был очень, очень настойчив.

Что, честно говоря, впечатляло, учитывая, сколько он уже выплеснул на меня прошлой ночью.

Я вздохнула, глядя на абсолютную катастрофу на своем теле.

Да... этот душ был уже не просто роскошью, а необходимостью.

Я осторожно выпрямилась, подняв руки, словно защищаясь от лазеров, и молясь, чтобы ничего не размазать по кровати - или, что еще хуже, по Тому. Он все еще крепко спал, совершенно не обращая внимания на то, что случайно натворил со мной.

Я схватила салфетку и вяло вытерла лицо, прежде чем подтолкнуть его в плечо: - Том.

Ничего.

Я ткнула его чуть сильнее: - Том, просыпайся.

В ответ я слышала только сонное ворчание.

Я фыркнула, затем наклонилась, стараясь не прижиматься к нему своей липкой грудью, и коснулась губами его уха: - Привет, малыш... Нам нужно в душ.

Это вызвало реакцию.

Его тело на секунду напряглось, затем расслабилось, и он издал низкий, удовлетворенный стон: - Ммм, звучит неплохо...

Я хихикнула: - Неплохо. Благодаря тебе мне действительно нужна помощь... и я не уверена, что мои ноги будут устойчивыми.

Он слегка наморщил лоб, как будто перед чашкой кофе ему только что задали викторину. Затем он медленно приоткрыл глаза, все еще тяжелые ото сна.

Я прикусила губу, и тепло разлилось по моим щекам, когда его сонный взгляд скользнул по моему телу, задержавшись, словно он пытался запомнить меня, затем опустился к тому месту, где я слегка приподняла руки. И тут он, наконец, заметил презерватив в моей руке.

Его глаза расширились: - Вот черт! Я все это сделал?

Я приподняла бровь: - Ага, ты действительно здорово меня отделал, жеребец.

На мгновение воцарилась тишина. Затем он провел рукой по лицу, и с его губ сорвался глубокий стон: - Черт. Наверное, мне следовало быть осторожнее.

Я фыркнула, закатывая глаза: - Ты невозможен.

Ленивая ухмылка появилась на его губах, когда он приподнялся на локте: - Может быть. Но ты все равно хочешь, чтобы я помыл тебе спинку, так?

Я одарила его долгим понимающим взглядом, и губы у меня скривились в усмешке. Затем, наконец, я вздохнула и с преувеличенной осторожностью соскользнула с кровати: - Отлично. Но если ты только подумаешь о том, чтобы снова возбудиться, я превращу воду в лед.

Его улыбка стала шире: - Ничего не обещаю.

Я была в полной заднице. В буквальном, эмоциональном и метафорическом смысле - все сразу.

Поэтому я осторожно встала, стараясь не испачкать простыни брызгами от сюрприза Тома, и направилась в ванную, Том следовал за мной по пятам. Я старалась не вертеть задницей, хотя искушение было велико.

Как бы соблазнительно это ни было, у нас не было секса в душе... но мы еще разок довели друг друга до оргазма, прежде чем я поцеловала его на прощание. Я пообещала, что вернусь позже вечером.

Выходные только начинались.

Том

Я не привык к этому. Этому чувству. Этой реальности.

Солнечный свет струился в мое окно, знакомое жужжание моего компьютера наполняло тишину, а на шее висела игровая гарнитура - все казалось нормальным. Но кое-что изменилось. Кое-что делало это утро непохожим ни на одно другое.

Джессика Мэйсон стала моей девушкой.

Я медленно выдохнул, давая словам осесть в моей голове. Это казалось нереальным, даже после того, как я провел ночь, обнимая ее, ощущая ее тепло, пробуя на вкус ее губы, запоминая, как она смотрела на меня, словно я был чем-то драгоценным.

Но это было на самом деле. Так и должно было быть.

И все же это мучительное сомнение все еще терзало меня на задворках сознания.

Было ли это для нее просто мимолетным этапом? Любопытством? Проснется ли она однажды и поймет, что ей не место в моем мире? Или, что еще хуже, наскучит ей? Я?

Какая-то часть меня хотела проигнорировать этот голос, заглушить его воспоминаниями о прошлой ночи - о том, как она прижималась ко мне, шептала мое имя, целовала меня так, словно я был единственным, что имело значение. Но другая часть, та, на которую многие годы не обращали внимания, не могла не задаться вопросом... а что, если?

У меня едва хватило времени осмыслить бурю событий последних двадцати четырех часов, прежде чем мой компьютер выдал сигнал входящего вызова. Друзья. В групповом чате.

Я переключился на голосовой вызов, ожидая обычного хаоса. Чарли был в их с Гарри общей спальне, его веб-камера была немного смещена в сторону, и Гарри стоял на заднем плане, наклонившись к нему через плечо. Оба, прищурившись, смотрели на экран, как детективы, расследующие дело.

— Боже мой, - драматично прошептал Гарри. – Только посмотри на него.

Чарли ухмыльнулся: - Чувак. У тебя такой взгляд...

Я нахмурился: - Взгляд?

Гарри ухмыльнулся, как будто только что раскрыл заговор: - Ага. Как будто ты наконец-то переспал.

Я застонал, потому что это заметил и сказал Гарри... самый тихий из нас...:- О, черт возьми.

— Нет, но серьезно, - сказал Чарли, с треском провалившись в попытке подавить смешки, - ты выглядишь по-другому, чувак. Какой-то расслабленный. Ты что, получил право светиться после оргазма целый день?

Я закатил глаза: - Можем не продолжать в том же духе?

Чарли ухмыльнулся, наклоняясь вперед: - Так, значит, она была...

— Не ответили на мой вопрос, - немедленно вмешался я, уже понимая, к чему все идет.

Чарли расхохотался: - Да ладно, чувак! Мы просто спросили!

— Нет. Ничего подобного не происходит.

Чарли развел руками: - Ладно, ладно. Храни свои секреты. Но знай, любопытство нас убивает.

Гарри хихикнул: - Держу пари, Джессика стала бы более разговорчивой.

Я застонал: - Господи, мы можем закончить это?

— Слишком поздно, слишком поздно, - сказал Гарри, хихикая. - Наш мальчик прыгнул вверх на несколько уровней.

Чарли торжественно кивнул: - Ага, за одну ночь превратился из второстепенного персонажа в главного героя.

Я провел рукой по лицу: - Вы два негодяя.

— Нет, мы просто рады за тебя, Том, - Гарри откинулся назад, улыбаясь. - Итак... У вас с Джессикой теперь официальные отношения? Или это было разовое мероприятие?

Я открыл рот, чтобы ответить. Но колебался.

Мы с Джесс не говорили об этом прямо. Но вчера вечером... сегодня утром... то, как она обнимала меня, как смотрела на меня, то, что она не убежала - это должно было что-то значить.

Я выдохнул через нос, собираясь с духом, прежде чем сказать это.

— Да. Думаю что это так.

Тишина.

Затем...

— Срань господня.

Я вздрогнул и сдернул наушники, когда Гарри и Чарли разразились безудержным весельем: - Вот и все! Том – наш альфа! Превратился из задумчивого одиночки в Чада[1] буквально за одну игру! - Гарри хрипел от смеха.

Чарли присвистнул: - Чувак, он теперь не просто главный герой. Он теперь персонаж "секретный босс". Господи, Том, ты хоть понимаешь, насколько это безумно?

Я застонал: - Да, я в курсе. Вы можете перестать вести себя так, будто я только что достиг просветления?

— Ну нет. Извини. Мы должны увековечить этот момент, - голос Гарри был самодовольным, сейчас самый выдержанный из нас дерзил мне...

Чарли наклонился вперед, ухмыляясь: - Честно говоря, чувак, я так и знал, что прошлой ночью что-то должно случиться. Джессика была без ума от тебя.

Гарри кивнул: - Да, чувак, она почти не отходила от тебя. И не в странном, навязчивом смысле - наверное, ей было комфортно с тобой.

Я моргнул, прокручивая в памяти произошедшее. Джесс была рядом со мной весь вечер, смеялась над выходками моих друзей, даже участвовала в наших дурацких спорах, не выглядя при этом безумно скучающей.

Чарли ухмыльнулся: - И она действительно запала на нашу игру. Не в том смысле, что притворялась "заинтересованной из-за парня", а так... искренне интересовалась.

Гарри пожал плечами: - Она задавала вопросы по игре. И хорошие. И она действительно интересовалась этим. Ты уверен, что случайно не обратил ее в нашу веру прошлым вечером?

Я колебался: - Вообще-то... помните, как пару недель назад во время "ночи игр" я рассказывал Джесс о игре "Ведьмак 3", пока вы вдвоем обсуждали последние сборки читов[2]?

Гарри и Чарли обменялись взглядами, прежде чем медленно кивнуть: - И что?

— Ну..., - я потер затылок. - На днях она примеряла серебристый парик, просто валяла дурака. Выглядела точь-в-точь как Цири. Это как-то... застало меня врасплох.

Чарли опять присвистнул: - Чувак. Ты хочешь сказать, что Джессика Мейсон случайно надела парик Цири? И это сработало?

Я кивнул, и на моем лице появилась легкая улыбка: - До этого момента я даже не представлял, как хорошо у нее может получиться.

Гарри покачал головой: - Черт. Так она действительно склоняется к этому!

Чарли скрестил руки на груди с самодовольным видом: - Я же говорил тебе, чувак. Она всегда была одной из нас. Просто она еще этого не знала.

Гарри усмехнулся: - Тогда тебе стоит заставить ее по-настоящему заняться косплеем[3]. Держу пари, у нее бы это получилось.

Я издал тихий смешок, покачав головой: - Не думаю, что Джесс уже готова к этому.

В конце концов, они забыли об этом, и разговор вернулся к косплею. Не успел я опомниться, как Чарли заговорил о первенстве по играм, которое должно быть в этом году.

— Как ты думаешь, она пойдет с нами? - размышлял он. - Джессика Мейсон в роли подающей надежды косплеерши - звучит неплохо, не так ли?

Я не сразу ответил. Вместо этого я откинулся на спинку стула, обдумывая эту мысль. Джессика Мэйсон на игровой конференции. Несколько месяцев назад эта идея показалась бы смешной. Но сейчас?

При этой мысли у меня в груди потеплело. Может быть, Джесс действительно вошла в мой мир. Может быть, она не просто подшучивала надо мной. Может быть, впервые мне не нужно будет бояться проснуться и понять, что все это было сном.

Потому что, несмотря ни на что, это было по-настоящему.

И я не собирался сдаваться.

Джессика

Прошло два дня с той незабываемой ночи с Томом - два дня, когда мое сердце, казалось, разрывалось на части, то взлетая ввысь, то разбиваясь вдребезги. Тепло его прикосновений все еще ощущалось на моей коже, как постоянное напоминание о том, насколько реальным все казалось.

Выходные прошли в череде нежных поцелуев, взглядов украдкой, признаний, сказанных шепотом, и смеха, который дался мне легче, чем когда-либо прежде.

Я почувствовала себя легче. Счастливее. Впервые за долгое время я не думала об ожиданиях, социальных правилах или о том, что думают другие. Были только мы с Томом, существовавшие в мире, который казался нам одним целым.

Наступил понедельник, и я легкой походкой вошла в кафетерий с подносом в руках, мой разум все еще был наполовину занят воспоминаниями о том, как руки Тома обнимали меня еще утром. Мои губы даже изогнулись при воспоминании, как ласково и тепло он поцеловал меня на прощание, словно не хотел, чтобы я уходила. И, по правде говоря, я тоже не хотела.

Я едва замечала окружающий мир, пока сквозь туман не раздался голос.

— Так-так, - протянула Ханна, и на ее лице медленно расплылась насмешливая улыбка. - Смотри-ка, кто наконец-то решил вылезти из своей занудской постели и присоединиться к нам. С вечера пятницы от тебя не было вестей. Что, одной ночи было недостаточно? Или он просто настолько хорош?

Я моргнула, и тепло в моей груди внезапно сменилось холодной тяжестью реальности.

Рейчел наклонилась ко мне, с ухмылкой подперев подбородок рукой: - Итак, Джесс, как продвигается твой маленький проект? Или, нужно говорить, твой... грандиозный проект?

Мой желудок скрутило в узел, эти слова ударили по мне, как всплеск ледяной воды. Фотография.

Мой разум метался, пытаясь собрать все воедино. Фотография-доказательство. Та, которую я сделала той ночью. Та, на которой было видно все. Мое лицо, тело Тома, ракурс, его размеры по сравнению со мной. Они это видели. Вот в чем дело.

Меня пронзил острый приступ паники. Я даже не открывала ее с той ночи. Моя рука инстинктивно потянулась к телефону, пальцы замерли над экраном. Несколько взмахов - и вот оно, фото, которое изменило все.

Сначала я воспринял это так же, как и они. Девушка, полностью потерявшая голову, потерявшаяся в чем-то большем, чем просто игра. Глубина моих глаз, то, как были приоткрыты мои губы, румянец на коже - это было не просто вожделение. Это было нечто большее. Что-то настоящее. Что-то, чего я никогда раньше не испытывала.

У меня перехватило дыхание. В этот момент я перестала бояться.

Я крепче сжала телефон, чувствуя, как меня охватывает беспокойство. В этом снимке было что-то грубое и неоспоримое, что-то, чего я никогда не смогу объяснить. И, несмотря на то, что у меня по спине пробежал холодок, мне не было стыдно.

Унижение боролось с чем-то еще. Чем-то теплым. Чем-то гордым.

Да, они это видели. И?

И тут меня осенило - сейчас все было под моим контролем.

Я медленно выдохнула, позволив своим губам изогнуться в ухмылке, положила телефон лицевой стороной вниз на стол и встретилась взглядом с Ханной: - Все ок, - сказала я легким, почти пренебрежительным голосом. - С неустойкой покончено. Я выполнила свою задачу. Ты что, думала, я буду плакать из-за этого?

Ухмылка Рейчел слегка дрогнула. На лице Кэт промелькнуло что-то похожее на неуверенность. Хорошо. Выведи их из равновесия.

Ханна наклонилась ко мне, не переставая улыбаться: - О, я даже не знаю, Джесс. Эта фотография говорит об обратном.

Я медленно пожала плечами, накалывая на вилку фрукт: - Это была хорошая ночь. Девушке позволено наслаждаться собой. Я отправила кусочек в рот, наслаждаясь их ошеломленным молчанием. - А что?

Рейчел усмехнулась: - Ну? Серьезно? И что, теперь ты с ним покончила?

Я позволила вопросу повиснуть в воздухе на секунду дольше, чем следовало, затем наклонила голову так, что казалось, будто эта мысль едва ли имеет для меня значение: - А почему бы и нет?

Кэт слегка нахмурилась: - На фотографии все выглядело совсем не так.

— О, пожалуйста, - вздохнула я, махнув рукой. - Вы, девочки, придаете слишком большое значение происходящему. Это было весело, но это было пари. Вот и все, - я наклонилась над столом. - Или вы думали, я влюблюсь в ботаника?

Рейчел облегченно рассмеялась, а Кэт усмехнулась. Даже ухмылка Ханны стала более резкой, но что-то было в ее глазах - сомнение.

Я пошла еще дальше. Моя ухмылка стала шире, когда я откинулась на спинку стула: - Я имею в виду, вы можете винить меня за то, что я так выгляжу на фотографии? Будем честны, это было чертовски неожиданно. Не каждый день сидишь на чем-то, что заставляет Саймона выглядеть вчерашней мыслью. Я демонстративно скрестила ноги, слегка передвинувшись, как будто все еще чувствовала боль, оставшуюся после выходных. - Такое удовольствие остается с тобой.

Я переключила свое внимание на Ханну, позволив ухмылке медленно расползтись по моим губам: - А что, если одной ночи будет недостаточно? Сучка, ты же видела, какой он большой и упитанный - сомневаюсь, что даже ты смогла бы продержаться с этим монстром больше одного сеанса. Я перекинула волосы через плечо, изображая беспечность. - Я практически сразу ушла после этого фото. Хорошо, что он заснул до того, и не заметил, что я снимаю.

Это была не совсем ложь.

Мы занимались сексом еще несколько раз, прежде чем вместе приняли душ, и остаток выходных мне было трудно сидеть, хорошо, что мы ограничивались поцелуями, ласками и нежными поглаживаниями до вечера воскресенья.

Рейчел фыркнула, чуть не подавившись своим напитком, а Кэт прикрыла рот рукой, сдерживая смех. Даже на лице Ханны что-то промелькнуло - раздражение? Смущение? Трудно сказать, но мне это понравилось.

Ханна быстро пришла в себя, и ее ухмылка стала еще шире: - И что, теперь все возвращается на круги своя? Разобьешь сердце бедному ботанику и будешь жить дальше?

Я позволила своим губам изогнуться чуть выше: - Какое сердце? Он же знает свое место. У таких зануд, как он, не бывает сказочных хэппи-эндов.

Кэт и Рейчел рассмеялись, подталкивая друг друга локтями. Ханна одобрительно кивнула, но в ее глазах... в ее глазах все еще читалось сомнение.

Она не была убеждена.

Хорошо. Надо дать ей настояться.

Я встала со своим подносом: - В любом случае, спасибо за заботу, дамы, но я думаю, что переживу. Я развернулась на каблуках, прежде чем они успели ответить, и направилась к выходу. Мое сердце бешено колотилось, но я сохраняла спокойствие и собранность.

Их голоса стихли позади меня, но я чувствовала, как глаза Ханны продолжают сверлить мою спину. Она на это не купилась. Не совсем. Но на данный момент я сделала достаточно.

Я только что сбила их со следа.

Самое интересное? Они понятия не имели.

А что самое худшее?

Я понятия не имела, как долго смогу притворяться.

Потому что, даже когда я уходила, мои пальцы так и чесались снова достать телефон.

Не от страха.

А потому что мне нужно было поговорить с Томом.

Пока он не услышал это от кого-нибудь другого.

И если мне повезет, я смогу сама рассказать ему правду.

Потому что впервые в жизни я не боялась упасть.

Я уже упала.

Том

Я сидел на краю кровати с телефоном в руке, уставившись на зашифрованное сообщение, которое прислала мне Джесс. Оно было коротким, почти расплывчатым, но что-то в нем вызывало у меня странное чувство внутри.

Джесс: - Встретимся там, где мы впервые учились вместе. Это важно.

Мой большой палец завис над клавиатурой, колеблясь, прежде чем набрать простое "До встречи".

Я не знал, чего ожидать, но что-то в том, как она это сформулировала, показалось мне... срочным. Это не было похоже на обычное сообщение типа "Привет, давай пообедаем". Больше похоже на то, что ей нужно было излить душу.

Когда я шел по кампусу, в поле моего зрения попала библиотека, и я не мог избавиться от странного чувства дежавю. Это было то место, где все, что было между нами, впервые приняло крутой оборот. Тогда в первый раз Джессика Мэйсон пыталась сыграть со мной, используя свое обаяние и искушение как средство достижения цели. И теперь... теперь я почувствовал, что что-то вот-вот изменится.

В моей груди поселилось беспокойство другого рода. Неужели она передумала? Струсила из-за нас? О том, о чем мы договорились?

Войдя внутрь, я обвел взглядом ряды книжных полок, пока не заметил ее, сидящую за одним из столиков в глубине зала. Там же, где все началось.

Джесс не смотрела в свой телефон и не притворялась, что изучает что-то - она ерзала, водя пальцами по деревянной поверхности стола. Когда я подошел, она подняла взгляд, и я заметил, как что-то мелькнуло в ее глазах, прежде чем она скрыла это за легкой улыбкой. Но теперь я знал ее достаточно хорошо, чтобы понять, что это было вынужденно.

— Привет, - сказал я, садясь на стул напротив нее. - Что случилось?

Джесс медленно выдохнула, как будто только что репетировала этот момент в своей голове до моего прихода: - Я, э-э..... Я хотела с тобой кое о чем поговорить.

Я кивнул, ожидая.

Она поколебалась, затем слегка наклонилась вперед: - Сегодня у меня был разговор с Ханной и остальными.

Как только она это сказала, я уже напрягся. Я не говорил ей прямо держаться от них подальше, но она знала, что я к ним чувствую. Как они всегда находили способы втянуть ее обратно в свой мир, в свои игры. И теперь она говорит мне, что говорила с ними?

— Ты... их искала? - осторожно спросил я.

Джесс мотнула головой: - Нет. Они нашли меня в кафетерии. Поймали меня, прежде чем у меня появился шанс скрыться от них. И я... - Она заколебалась, проведя рукой по волосам. - Я им подыграла.

Я не понял: - Как подыграла?

Она издала невеселый смешок: - Ханна пыталась найти ответы. Она уже предположила, что я влюбилась в тебя, и я... ну, я должна была их убедить, чтобы они так не считали.

Напряжение скрутилось где-то внизу моего живота: - Почему?

Она откинулась назад, выдохнув: - Потому что, Том... Они ждут, когда я оступлюсь. Если бы они знали, что я на самом деле чувствую, они бы использовали это против меня. Особенно Ханна. Она не глупа. Она знает, что я изменилась, даже если не говорит об этом прямо. Она ищет повода разорвать меня на части.

Я скрестил руки на груди, стиснув зубы: - Так что именно ты им сказала?

Джесс колебалась, переминаясь с ноги на ногу, прежде чем, наконец, встретиться со мной взглядом: - Я сказала им, что просто развлекалась. Что я играла в игру. Это все, что им нужно было услышать.

У меня внутри все похолодело.

Я вглядывался в выражение ее лица, пытаясь понять, есть ли что-то еще, чего она не договаривает. Что-то было в ее глазах - вина, может быть? Сожаление? Она не лгала, но и не говорила мне всего.

— Ты можешь держать их подальше от себя, - медленно произнес я, складывая все воедино. - Но какой ценой?

Она вздохнула: - Я не знаю. Но я бы предпочла, чтобы они думали, что я та же Джессика Мэйсон, которую они всегда знали, чем позволить им вмешиваться в нас.

Я сжал челюсти, испытывая противоречивые чувства. Конечно, я понимал, что она делает и почему. Но мне все равно было не по себе.

— Зачем необходимо было говорить мне это сейчас? – спросил я.

Джесс придвинулась и положила руку мне на грудь: - Потому что я не хочу лгать тебе, Том. Никогда. Она сглотнула. - Но есть... кое-что еще.

Я внимательно изучал ее: - Кое-что?

Она заколебалась, затем выдохнула: - Они знают о нас. Обо всем.

У меня что-то сжалось в груди: - Что значит "обо всем"?

Она прикусила губу: - Они знают, что мы... переспали.

Я напрягся: - Каким образом?

Она вздохнула: - Потому что они знают меня. Они увидели, как я выгляжу, как веду себя. Им не нужны мои подтверждения. Они просто знают.

У меня вырвался невеселый смешок: - Значит, они просто посмотрели на тебя и каким-то волшебным образом догадались?

Она нерешительно кивнула: - Почти.

Я провел рукой по волосам: - Господи.

Ее губы дрогнули в чем-то похожем на улыбку: - Да, что ж, видимо, мы оба очевидны, так же, как и твои друзья сразу это поняли, не так ли?

Я выдохнул, осознав, как именно Гарри с Чарли увидели меня по видеосвязи и сразу все поняли: - Согласен. Они все поняли, как только увидели меня.

Джесс слегка ухмыльнулась, покачав головой: - Видишь? Мы не умеем быть незаметными.

На секунду напряжение между нами ослабло, но это продолжалось недолго.

Я снова встретился с ней взглядом: - Но меня не это беспокоит, Джесс. Что ты от меня скрываешь?

Выражение ее лица изменилось, пальцы слегка сжались на моей груди: - Когда они заговорили о том, что я влюбилась в тебя... Я не просто отрицала это, Том. Я убедилась, чтобы они поверили, что это невозможно.

Тревожный жар растекся по моему телу: - Как это?

Она сглотнула, ее голос стал тише: - Я сказала им кое-что о том, что..... С такими занудами, как ты, не бывает сказочных концовок.

Эти слова ударили меня, как удар под дых.

Я резко выдохнул, уставившись на нее: - О-о.

Джесс поморщилась: - Том, я...

Я выдавил смешок, но он прозвучал странно даже для моих собственных ушей: - Нет, все в порядке. Я понял. Тебе пришлось продать это, верно?

Она вздрогнула от моего тона: - Я не это имела в виду...

Я поднял руку, выдыхая: - Да все в порядке, Джесс. Я понял. По крайней мере, они нас не будут преследовать.

Она вглядывалась в мое лицо, словно искала что-то, в чем не была уверена, что найдет.

Впервые за несколько недель между нами возникло ощущение, что что-то... не так.

Но тут Джесс удивила меня. Вместо того, чтобы продлить молчание, она протянула руку и провела пальцами по моему подбородку: - Том, - прошептала она более мягким голосом, - мне нужно, чтобы ты поверил мне, когда я скажу... Я так не думаю. Это не о тебе.

Я хотел ей верить. Я действительно хотел. И, несмотря на острую боль от ее слов, несмотря на то, что у меня внутри все сжалось, я обнаружил, что киваю.

Она неуверенно улыбнулась: - Давай просто... двигаться вперед. Вместе.

Я перевел дыхание. Затем еще раз. И, наконец, снова кивнул: - Ладно.

Но ущерб уже был нанесен. Между нами пробежали трещины, пока еле видные. Но пока, по крайней мере, мы все еще держались друг за друга.

Никто из нас еще не знал, что настоящая буря все еще в пути.

Джессика

Следующие несколько недель показали то, чего я никак не ожидала - несмотря на взлеты и падения, несмотря на случайные неловкие моменты или затяжные сомнения, - мы с Томом проникли в мир друг друга. И, несмотря ни на что, я начала получать от этого больше удовольствия, чем когда-либо думала, что это возможно.

Все начиналось как проверка. Это был способ доказать самой себе, что я все еще контролирую ситуацию, что я не слишком глубоко погружаюсь в мир Тома.

Я годами закатывала глаза, глядя на фанатов ролевых игр, отвергая их как занудные фантазии о жизни, в которых слишком много выдумываешь и недостаточно весело проводишь время. Если бы Ханна и остальные когда-нибудь застукали меня за такой игрой, я была бы изжарена заживо. Но сейчас, сидя рядом с Томом и наблюдая, как он запускает игру, которую умолял меня попробовать и отблески экрана отражаются в его глазах, - я почувствовала нечто совершенно иное.

Любопытство.

— Ну что, девочка-бродяга, готова окунуться в мир "Ведьмака 3"? - поддразнил меня Том, слегка подтолкнув локтем, когда экран с титрами ожил.

Я ухмыльнулась, скрестив руки на груди: - Окунуться в игру? Попробуем. Я, вероятно, не окунусь, а сразу утону.

Он усмехнулся, покачав головой: - Сомневаюсь. Но давай посмотрим, сможешь ли ты пройти битву с грифонами[4] без крика.

Я закатила глаза, но устроилась поудобнее с контроллером в руке, пока он вкратце описывал мне управление. Первые несколько минут были разочаровывающими - я не могла двигаться, неправильно использовала заклинания и дважды чуть сама не убила Геральта. Но затем произошло нечто странное.

Мне это начало нравиться.

Не постараться вытерпеть эту забаву для гиков и не только подшучивать над Томом. Я действительно увлеклась. История героев, мира, выбор их - я ловила себя на том, что задаю Тому все больше и больше вопросов об истории, искренне желая понять мир, в котором мы играем. И с каждым объяснением, с каждым терпеливым ответом, с тем, как он загорался, когда говорил об этом... было невозможно не заразиться его восторгом.

И да, я действительно кричала во время боя с грифонами. Громко. И Том и сам не мог заткнуться хоть на минуту до конца вечера.

Когда я приняла свое первое реальное решение в игре, выбирая, помочь деревенскому жителю или позволить ему страдать, я колебалась дольше, чем ожидала. Том заметил это.

— Трудный выбор? - спросил он, наблюдая за мной с легкой улыбкой.

— Заткнись, - пробормотала я, прикусив губу. - Это просто... Я не хочу все испортить.

Он рассмеялся: - В этом и прелесть ролевых игр. Здесь нет правильного или неправильного. Только твое решение.

Это запало мне в душу. Впервые я не просто играла - я примеряла героев на себя.

Шли дни, и мое сопротивление все больше ослабевало. Вечера просмотра фильмов превратились в марафоны по "Властелину колец", и вместо того, чтобы отключаться, когда Том и ребята рассказывали о своих кампаниях D&D[5], я обнаружила, что слушаю и задаю вопросы.

Я даже...

Боже, помоги мне....

Я даже начала почитывать книги этих авторов в свободное время.

Настоящий переломный момент наступил неделю спустя.

Мы были в комнате Тома, валялись на его кровати и смотрели ускоренную версию какой-то старой RPG[6]. Я почти не обращала на это внимания, слишком сосредоточенная на том, чтобы вертеть в пальцах серебристый парик. Его привезли в то утро - импульсивная покупка после слишком большого количества шуток о том, что я, вероятно, могла бы повторить образ Цири. Мы помнили, как однажды я примерила такой парик в магазине костюмов, и мне было любопытно, но я колебалась.

— Тебе стоит это примерить, - внезапно сказал Том, садясь.

Я приподняла бровь: - Что, прямо сейчас?

Он пожал плечами: - Почему нет? Какой смысл покупать его, если ты не собираешься им пользоваться?

Какая-то часть меня хотела съязвить. Но другая часть - та, что медленно распадалась под влиянием Тома, - была странно взволнована, к тому же... Том был прав.

Тогда я сделала это.

В тот момент, когда я натянула парик на голову и повернулась, чтобы посмотреться в зеркало, что-то изменилось. Я не просто выглядела как Цири - я чувствовала себя как она. Я словно попала в другой мир. Мир, над которым я годами насмехалась, но теперь поняла, что он... в некотором роде удивительный.

Я повернулась к Тому, ожидая ухмылки, шутки - чего-нибудь еще. Но выражение его лица остановило меня.

Он пристально смотрел на меня. Не так, как это делали парни, когда разглядывали меня, но так, что у меня внутри все перевернулось. Как будто он видел что-то более глубокое.

— Джесс... - начал он, его голос был мягче, чем я ожидала. - Ты выглядишь потрясающе.

Тепло разлилось во мне, и мне пришлось бороться с желанием спрятать лицо. - Заткнись, - пробормотала я, но за этим не было настоящего тепла.

Он ухмыльнулся: - Ты когда-нибудь думала о том, чтобы участвовать в слете?

Я моргнула: - В...слете?

— Ну да. Съезд героев игр, зал, полный косплеев. Все в образе. Это будет весело.

Я колебалась, мои старые инстинкты кричали мне сказать "нет". Отмахнуться от этого.

Но я этого не сделала.

Вместо этого я ухмыльнулась и тряхнула белым париком на голове: - Если я это делаю, то выкладываюсь по полной.

Улыбка Тома стала шире, а в его глазах зажглось что-то, чему я не могла объяснить: - Это моя девушка.

И в этот момент я поняла.

Я больше не притворялась.

Я вошла в мир Тома - и впервые я не искал выхода.

Но на этом перемены не закончились. Скорее, они развивались как снежный ком. Только что я потакала интересам Тома, а в следующий момент уже сама их искала. Я начала играть в Ведьмак-3 уже без Тома, погружаясь глубже в мир, делая выбор, который казался мне личным. Я даже поймала себя на том, что смотрю возможности прохождения сценария на YouTube, когда должна была заниматься.

Однажды я провела в игре почти 20 часов. Мои руки болели от того, как долго они держали контроллер. Мой мозг гудел от перегрузки и необходимости быстрых решений в этой виртуальной жизни.

И тут... Я встретила ее.

Цири.

Увидев ее в игре, впервые по-настоящему увидев, все встало на свои места. Ее серебристые волосы, решительный взгляд, то, как она держалась, словно прошла через ад и стала сильнее. Тогда я поняла, почему Том так восхищается ею.

И почему-то в глубине души какая-то часть меня тоже захотела быть такой.

И вот однажды днем я оказалась в игровом магазине. Одна. Изучала героев и их аксессуары.

Я. Джессика Мейсон. Самостоятельно ищу что-то в настоящем игровой магазине. Если бы кто-нибудь сказал мне несколько месяцев назад, что я по доброй воле буду интересоваться этим, я бы рассмеялась ему в лицо.

Я никогда не бывала ни в одном из таких мест по своей воле - в других случаях это могло быть потому, что Ханна потащила меня за собой, обычно когда она искала новые способы развлечься за чужой счет. В частности, она любила общаться с одной девушкой - тихой, всегда уткнувшейся в книгу или листающей что-то в телефоне, когда мы заходили. Я так и не запомнил, как ее звали, но я помнил, как она смотрела на меня. Не на Ханну. Не на других. на меня.

Как будто она ждала, что я что-то скажу.

Я отогнала эту мысль, снова сосредоточившись на полках передо мной.

Сейчас? Сейчас я листала книги по которым создали игры, водила пальцами по кейсам с играми и даже подумывала о том, чтобы самой купить RPG.

Вот тогда-то меня по-настоящему осенило.

Это было уже не только для Тома. Это была я сама. Мои интересы менялись. И на этот раз мне было все равно, что Ханна, Кэт или Рейчел будут смеяться надо мной из-за этого.

Когда я, наконец, рассказала Тому о своем походе в игровой магазин, его реакция была бесценной.

— Подожди, подожди, подожди - ты заходила в игровой магазин? Одна? Добровольно?

Я закатила глаза: - Не делай из этого историю, придурок.

Он широко улыбнулся: - Джесс, ты даже не представляешь, как я горжусь тобой сейчас.

Я фыркнула, но внутри у меня потеплело.

Может быть, этот мир, в конце концов, не так уж и плох.

Может быть, я нашла что-то настоящее.

О, а что "Ведьмак 3"? Оказывается, я провела слишком много времени, просто пялясь на задницу Геральта, что, возможно, и привело к тому, что я случайно упала с одного или двух выступов, что привело к нескольким моим смертям....

Том никогда не позволял мне смириться с этим.

Том

Третья неделя наших отношений ознаменовалась переменой, к которой Джессика незаметно подталкивала с тех пор, как поняла, что во мне есть что-то.

Все началось с малого. Несколько комментариев тут и там. Шутливый намек на то, что я всегда ношу одни и те же толстовки с капюшоном. Своевременное закатывание глаз, когда я отказался от идеи попробовать уложить волосы, вместо того чтобы просто позволять им торчать в разные стороны.

Но Джессика умела играть вдолгую.

— Ну же, Том, - поддразнила она меня однажды днем, когда мы проходили мимо витрины магазина, и ее пальцы легонько коснулись моего запястья, как будто это случайное прикосновение могло сделать меня более восприимчивым: - Обещаю, тебя не убьет, если ты приобретешь несколько предметов одежды, которые не выглядят так, будто их выбирал парень, чьи вещи все еще стирает мама.

Я бросила на нее недовольный взгляд: - Моя мама не стирает мне.

Джессика ухмыльнулась, склонив голову набок: - И все же, так или иначе, это еще хуже.

Я застонал, уже чувствуя всю тяжесть спора, в котором у меня не было надежды победить. По правде говоря, я и сам был не прочь против одеваться получше. Просто никогда не видел в этом смысла. На кого я пытаюсь произвести впечатление? Такие девушки, как Джессика, не западали на парней вроде меня. Хотя, в виде исключения, очевидно, что она запала на меня. И она не собиралась оставлять это так.

Именно так мы и оказались в магазине одежды со смехотворно завышенными ценами: я стоял там, с руками в карманах, в то время как Джессика порхала между стеллажами, как женщина на задании.

— Примерь вот это, - сказала она, протягивая мне черную рубашку на пуговицах. Затем, несколько секунд спустя, добавила: - О, и вот это! К стопке присоединился темно-синий свитер в обтяжку: - Боже мой, Том, это бы так хорошо смотрелось на тебе...

Я приподнял бровь, когда она добавила еще один предмет к моей растущей стопке: - Джесс, я не состою из денег.

— Расслабься, зануда, - она закатила глаза. - Тебе не нужно брать все подряд - достаточно хотя бы создать впечатление, что ты прилагаешь усилия, чтобы не отстойно выглядеть.

Я усмехнулся, перекладывая растущую стопку в руках: - Ты же помнишь, что у меня пока еще есть куртка, рубашка и джинсы, которые ты заставила меня купить в прошлый раз, верно? Сколько еще "усилий" мне нужно приложить?

Ухмылка Джессики стала шире, в глазах появилось что-то, подозрительно похожее на триумф: - То была пробная попытка, - сказала она, снимая с вешалки еще одну рубашку. - Это было просто для того, чтобы посмотреть, с чем я работаю. А что теперь? Теперь я точно знаю, что скрывается под этой мешковатой одеждой, и поверь мне, я помню, что я видела, когда мы были в постели. Если тебя одеть, ты будешь выглядеть лучше половины парней в кампусе.

Жар пробежал по моей шее: - Это..... преувеличение.

Джессика склонила голову набок, рассматривая меня так, словно прикидывала, какая ставка будет выигрышной. Затем, прежде чем я успел среагировать, она шагнула ближе, ее пальцы скользнули от плеча к кисти, и ее прикосновение задержалось дольше, чем было необходимо.

— Черт возьми, детка! Не думала, что от игр у тебя такие руки.

Я сглотнул...

— Я... э-э-э...

Джессика улыбнулась, явно наслаждаясь собой, прежде чем сунуть мне в руки стопку одежды: - В примерку. Давай.

Я вздохнул, качая головой, но не мог не заметить, как у меня внутри все перевернулось от того, как она смотрела на меня. Как будто она видела что-то во мне задолго до меня.

Заходя в примерочную, груда одежды казалась мне тяжелее, чем должна была.

Я не был уверен, почему я нервничал. Это была просто одежда. Дурацкая рубашка. Куртка. Может быть, какие-нибудь джинсы, которые действительно были мне впору. Но то, как Джессика смотрела на меня раньше - как будто она увидела во мне что-то, чего не видел я - заставило меня нервничать.

Я снял толстовку с капюшоном и футболку, сменив их на рубашку на пуговицах, которую она сунула мне в руки. Ткань на ощупь была другой. Лучше. Более облегающее, чем все, что я когда-либо носил. Я не спешил застегивать е, поймав свое отражение в зеркале.

— Хм.

Я едва узнал себя. Аккуратно подстриженные волосы, застегнутая на все пуговицы рубашка - это был не я. Ну, не совсем я.

- Черт возьми, чувак. Ты становишься совершенно другим человеком!

Голоса Чарли на самом деле не было, но он буквально раздался у меня в голове. Как будто здесь он с Гарри вдвоем ухмылялись мне, подталкивали в плечо, шутили по поводу моего внезапного преображения.

Я действительно изменился? Или это просто влияние Джессики?

Я потянул себя за воротник рубашки, внезапно почувствовав неловкость от того, как хорошо она сидит. Раньше мне было наплевать на свою одежду. Раньше я был не из тех парней, на которых обращают внимание.

— Это всего лишь рубашка, - пробормотал я.

— Конечно, - мысленно ухмыльнулся Чарли. - А я всего лишь второстепенный "Непись"[7]

Я провел рукой по вороту рубашки, все еще не уверенно.

— Ну же, - нетерпеливо позвала Джессика снаружи. - Не заставляй меня заходить к тебе.

Я хмыкнул, но что-то в ее тоне заставило мой пульс участиться. Сделав глубокий вдох, я толкнул дверь.

Реакция Джессики была мгновенной.

Ее ухмылка застыла. Ее глаза чуть расширились, и впервые с тех пор, как мы познакомились, Джессика Мэйсон, казалось, потеряла дар речи.

Я неловко поерзал: - Ну?

Она быстро заморгала, а затем скрыла это за медленной удовлетворенной улыбкой: - Так и знала.

Я нахмурился: - Что не так?

Она подошла ближе, ее пристальный взгляд скользнул по мне с такой силой, что у меня по коже пробежал жар.

— В первый раз, когда мы занимались этим, мне показалось, что я что-то увидела под всей этой мешковатой одеждой. Но теперь? Теперь это увидят все.

Я медленно выдыхаю: - Не смеши меня.

Джессика наклонила голову, ее губы изогнулись в улыбке, опасно близкой к восхищенной: - А ты горячая штучка. Привыкай к этому!

Я фыркнул, качая головой, но не смог сдержать улыбку.

И тут наступил момент, которого Джессика действительно ждала.

— Теперь твоя голова.

Я напрягся: - Причем тут моя голова?

Джессика присела на скамейку возле примерочной, сложив руки и наклонив голову так, что стало ясно: она собирается сказать что-то, что мне не понравится.

— В твоих волосах – большой потенциал, - сладко начала она. - Но прямо сейчас ты как бы воплощаешь образ "задумчивого геймера, который любит Red Bull и сожалеет о своем жизненном выборе".

Я нахмурился: - Ну и дела, спасибо.

Она протянула руку и потянула за прядь моих темных, растрепанных волос: - Пойдем, Том. Доверься мне. Я отведу тебя в нужное место и приведу в порядок. Просто немного подровняю, может, немного геля для укладки? Это тебя не убьет.

— Я не знаю...

Взгляд Джессики смягчился: - Знаешь, тебе не обязательно меняться. Но можно чуть сменить образ, Том. И ты заслуживаешь того, чтобы чувствовать себя так же уверенно, как сейчас, когда говоришь о том, что любишь.

Это меня задело, я кашлянул, потирая затылок: - Отлично. Но если я в конечном итоге буду выглядеть как какой-нибудь красавчик из Тик-тока, берегись!

Джессика улыбнулась, сплетая наши пальцы: - О, детка. Я бы хотела, чтобы у тебя это получилось.

***

К тому времени, когда мое преображение было завершено - мои волосы стали немного короче и были уложены ровно с таким количеством средства, чтобы они выглядели легко взъерошенными, а мой гардероб обновился так, как я и сам не ожидал, - Джессика была очень довольна собой.

Дело было не в том, чтобы сделать из меня кого-то, кем я не был. Дело было в том, чтобы позволить миру увидеть то, что она видела во мне с самого начала, - кого-то, на кого стоит обратить внимание.

И это сработало.

Пристальные взгляды начали проявляться постепенно. Несколько раз в коридорах. Я заметил пристальный взгляд группы девушек, которые раньше даже не смотрели на меня. Джессика испытывала прилив гордости каждый раз, когда ловила кого-нибудь на том, что она незаметно поглядывает на меня, и я определенно начал считать, что даже стал чуть выше ростом, заметив эти взгляды.

Затем наступил момент, который все решил.

Ханна с бандой сидели в общей зоне, когда вошла Джессика, а я следовал за ней.

— Боже мой, наконец-то ты здесь!- протянула Ханна, перекидывая волосы через плечо. - Где ты была, Джесс? Не отвечаешь на звонки, и если бы я не знала, что ты в норме, то могла бы подумать, что вижу привидение перед нами... Ее слова оборвались на полуслове, когда ее взгляд упал на меня. Она нахмурила брови: - Подожди. А это кто?

Джессика моргнула: - Что?

Рэйчел и Кэт обернулись, их взгляды метались между мной и Джессикой, они в замешательстве нахмурили брови.

— Черт возьми, Джесс, - сказала Рейчел, наклоняясь ко мне. - Тебе не потребовалось много времени, чтобы обменяться. Кто этот с тобой новенький?

Джессика внезапно замерла, повернулась ко мне, у нее перехватило дыхание. Мы подумали об одном и том же...

Они меня не узнали.

Святое дерьмо...

Я стоял спокойно и хранил молчание, ожидая, как Джессика отреагирует на это.

Ее рот открылся, затем закрылся. Она могла сказать им правду. Она могла бы сказать им, что "улучшенной копией", которая сейчас им понравилась, был тот самый парень, которого они ранее считали отстоем. Черт... Я же не изменился - просто перестал прятаться за одеждой, которая мне не шла, и за волосами, закрывавшими лицо.

Но она этого не сделала.

Вместо этого она ухмыльнулась: - О, это. Просто парень, с которым я встречаюсь.

Губы Ханны скривились в усмешке, ее прежнее раздражение растаяло: - А я-то думала, что ты бросаешь нас без причины. Надо было догадаться, что тут замешан парень.

Рэйчел хихикнула: - Новый друг, новые приоритеты, да?

Кэт закатила глаза, но не выглядела разозленной. Во всяком случае, она выглядели.. . облегченно.

Джессика издала легкий смешок, подыгрывая им: - Вы же знаете, как это бывает.

Ханна что-то промурлыкала, постукивая наманикюренным ноготком по губам: - Думаю, что не могу тебя винить. Конечно, посмотри на него, - ее взгляд скользнул по мне оценивая, и ухмылка стала еще резче. – И надо признать, Джесс, это серьезное обновление.

Пальцы Джессики дрогнули. Комплимент должен был быть безобидным. Это было не так.

Ханна шагнула вперед, сокращая расстояние между нами с ленивой кошачьей грацией. Она наклонила голову, глаза озорно заблестели.

— Итак, красавчик, - знойно промурлыкала она, - у тебя есть имя, соответствующее твоей внешности?

Джессика снова открыла рот - то ли солгать, то ли вмешаться, - я не стал выяснять.

Не двигаясь с места, я встретил взгляд Ханны и понизил голос на октаву: - Хэнк, - ровным голосом произнес я, изобразив едва заметную ухмылку.

Кэт тихо присвистнула: - Уфф. Ну и голос. Сильный, хриплый и сексуальный.

Рэйчел хихикнула: - Где ты такого нашла, Джесс?

Джессика издала хриплый смешок, который не совсем коснулся ее глаз: - Он вроде как нашел меня.

Я сохранял невозмутимое выражение лица, но я заметил мелькнувшую вспышку в ее глазах - чего-то горячего и властного.

— Хорошо. Пусть сама почувствует это.

Я уже знал это выражение ее лица. Сейчас ей хотелось бы нахамить им, стереть это самодовольное выражение с лица Ханны, но она не могла - пока не могла. Ей нужно было продолжать притворяться.

Поэтому вместо этого она просто улыбнулась: - Ладно, теперь вы знаете причину, по которой я не была рядом так часто... он не давал мне покоя.

Ханна приподняла бровь: - Очевидно. Тебе повезло, что я только была на грани, чтобы разозлиться. Сначала ты отказываешься от наших встреч, а потом игнорируешь наши сообщения? Я уже начала думать, что ты устраиваешь настоящую чистку своих социальных сетей.

Смех Джессики был немного натянутым: - Да ладно, Хан. Ты правда думаешь, что я бы бросила вас?

Ханна секунду изучала ее, прежде чем ухмыльнуться: - Нет. Ты умнее.

Это было предупреждение.

Джессика знала это. Я так и понял.

Она только что увернулась от пули, но страховка была непрочной.

Ханна была не из тех, кто долго пускает все на самотек.

Джессика едва слышала продолжение разговора подруг. Она была слишком занята, глядя на меня, когда я смотрел в ответ, ее взгляд был острым, непроницаемым. В нем было невысказанное извинение, и я знал, что она это уловила.

Потому что это ложь?

Эта ложь только все усложнила.

***

Этот момент еще долго не выходил у меня из головы после того, как мы ушли. Я ничего не сказал ей сразу, но чувствовал нервную энергию, бьющую из Джессики.

Наконец, когда мы добрались до более тихой части кампуса, я заговорил: - Они действительно не узнали меня, да?

Джессика рассмеялась: - Ни капельки. Хэнк! Ха..

Я ухмыльнулся, - знал, что это имя укусит ее за задницу: - Думаю, у меня получилось.

Джессика улыбалась: - Я же говорила тебе. Теперь ты, наконец, поверишь мне, когда я сказала, что ты горячая штучка?

Я усмехнулся, покачав головой: - Все еще не знаю, как переварить эту новость.

Джессика взяла меня под руку. - Что ж, я считаю, что мы должны воспользоваться ситуацией! Как в различных вариантах в "Ведьмаке 3"!

Когда я смотрел на нее, гадая, что она имела в виду, когда она, должно быть, заметила мое недоумение и продолжила: - Ну вспомни! Ты же знаешь, о чем я говорю! Когда у меня был выбор: спасти жителей деревни или позволить им страдать? Мы почти все время ходили на свидания тайно, несколько раз чуть не промахнулись с Ханной и девочками, так что... как мы показали, они понятия не имеют, что ты выглядишь чертовски сексуально под этой мешковатой одеждой! Мы можем спасти себя, теперь заставив их самих страдать!

Потребовалось некоторое время, прежде чем план Джесс полностью дошел до меня. Сначала я невольно подумал: Серьезно? Работать под прикрытием? Скрываться от Ханны и ее друзей, как на какой-то секретной миссии? Это немного задело меня - как будто она думала, что я не смогу справиться с собой.

Н потом до меня начала доходить ее логика.

Джесс защищала не только меня. Она защищала нас.

И то, как она это сформулировала - как обман, как главную стратегию мошенника, - было в некотором роде гениально.

Я мог бы возразить ей, сказав, что в этом нет необходимости.

Но, наблюдая за ней, я уже думал на пять шагов вперед, уже был уверен, что мы на шаг опередим девушек, которые так долго контролировали ее жизнь...

Возможно, в конце концов, это был лучший ход.

— Как бы безумно это ни звучало..... возможно, это может сыграть.

Она хихикнула, одарив меня улыбкой и приподняв бровь: - А что, разве я не могу использовать свои новообретенные знания в ролевых играх для чего-то в реальной жизни? - она придвинулась, чтобы обнять меня, прижимаясь грудью и целуя в щеку.

— Мы оба выигрываем с помощью нашей тактики, малыш. Мы можем не беспокоиться о том, что Ханна, Кэт и Рейчел будут совать свой нос в наши дела. Это классическая схема обмана мошенника, требующая скрытности, обаяния и небольшого количества хитрости, думаю, ты меня раскусил, когда говорил, что я буду хорошей мошенницей.

Когда Джесс отстранилась, оставив на моих губах еще один обжигающий поцелуй, я почувствовал, как что-то встало на свои места.

Мысль, не дававшая мне покоя ранее, что она может играть со мной в какую-то свою игру, внезапно перестало иметь значение.

У нее все было по-настоящему.

Впервые с тех пор, как мы с Джесс начали встречаться, я сделал шаг назад и по-настоящему посмотрел на себя со стороны.

Я уже не тот замкнутый парень-ботаник, скрывающийся на заднем плане.

Тогда я был просто никем, на кого не обращали внимания, потому что я не был частью клуба крутых детей.

Может быть даже, что я был каким-то жалким одиночкой, обреченным умереть девственником.

Джесс разрушила это убеждение в ту же секунду, как выбрала меня.

Я - парень Джессики Мэйсон.

Даже мысленно произносить это было непривычно. Незнакомо. Как будто я вступаю в новую версию самого себя, будучи не уверен, что готов к ней.

И все же... Мне это понравилось.

Прежнего меня - Тома, который избегал внимания, который был фоном и сливался с окружающим миром, который никогда не думал, что его стоит замечать, - больше не было.

Я больше не был каким-то ботаником, на которого не обращали внимания.

Теперь я был частью игры.

Даже если это означало подыгрывать кому-то в этой схеме.

Даже если впереди все еще оставались вопросы без ответов, риски и неопределенность.

Меня это вполне устраивало.

Потому что впервые в жизни я играл в ролевую игру реальной жизни.

Джессика

Последние несколько недель были... сюрреалистичными. Если бы кто-то сказал мне два месяца назад, что у меня будут серьезные отношения с Томом, я бы рассмеялась ему в лицо. И все же, вот я здесь, перебираю варианты одежды, размышляя, стоит ли мне быть максимально сексуальной или остановиться на простом, но милом повседневном стиле для нашего свидания.

Сейчас вообще все стало по-иному. Дело было не только во внешнем виде или в том, чтобы доказать что-то подругам. Сегодня вечером я хотела хорошо выглядеть перед Томом. Потому что, несмотря ни на что - несмотря на ложь, секреты, игру, в которую я играла с Ханной и девочками - он заставил меня почувствовать себя настоящей.

Напевая какую-то мелодию, я не спеша приняла душ и хорошо поработала безопасной бритвой. Внимательно просканировав свою интимную зону, я сбрила пару притаившихся волосков возле своей задницы - я ни за что не позволю чему-либо испортить сегодняшний вечер. Я стояла обнаженной перед зеркалом в полный рост, позволяя своему взгляду блуждать.

Университетская жизнь изменила мое тело больше, чем я думала - моя грудь превратилась из верхней "Б" ближе к средней "Д"[8] и я гордилась своими девочками. Том любил играть и целовать их больше, чем я ожидала... и я могла ими обхватывать его массивный член. Одна мысль об этом давала о себе знать - соски затвердели и ареолы припухли. Я должна была срочно одеться, так как растущая влажность могла помешать моему одеванию.

Что касается одежды, я выбрала что-то, что соответствовало новому образу Тома, но все еще оставалось скромным. Короткая черная юбка в складку - милая и немного дерзкая - и приталенная футболка с рисунком, которую я позаимствовала ранее у Тома и, к счастью, "забыла" вернуть. Это был какой-то абстрактный рисунок с логотипом RPG, который был нов для меня, но мне нравилось, как ткань облегала мою грудь, а вырез был достаточно глубоким, чтобы сделать образ интересным.

Наряд был изысканным, но сексуальным. Мой вид должен был говорить, что я могу держать пульт и заставлять поворачиваться головам.

Я натянула юбку, стараясь не задевать чувствительные места. Когда юбка прошлась по бедрам, я покраснела, вспомнив, какой мокрой была в прошлый раз.

Наконец, добавив последний штрих – к очкам в толстой оправе пошел парик с двумя косичками, который я укрепила поверх своих уложенных волос, и вуаля! маскировка была закончена!

В тот момент, когда я встретила Тома возле своего общежития, то, как его взгляд скользнул по мне, а рот слегка приоткрылся, сказало мне все, что мне нужно было знать.

Ему понравился мой наряд.

— Черт, - пробормотал он, прежде чем быстро покачать головой. - Э-э, я имею в виду... ты действительно хорошо выглядишь.

Я ухмыльнулась: - Я старалась.

Он усмехнулся, почесав затылок, и зашагал рядом со мной: - Итак, каков план, Бродяга?

Я закатила глаза, услышав это прозвище. Было бы неправильно, если бы он называл меня Джесс, когда я была так замаскирована, и люди в кампусе услышали бы нас. Так что, поскольку Том придумал "Хэнк", чтобы сбить с толку Ханну, Рейчел и Кэт, - думаю, он прав, что мне тоже нужно кодовое имя. Поэтому, если у меня футболка RPG, то в игре я была бы мошенницей, так что пусть теперь я буду Бродяга.

— Предлагаю, начать с аркады. Знаешь, там, где ты сможешь проявить свои навыки геймера, прежде чем я неизбежно тебя уничтожу.

Он фыркнул: - О как громко для того, кто только на прошлой неделе научился играть.

Я шутливо толкнула его, но мое сердце слегка сжалось. Это были мы. Это было то, что сделало нас реальностью. И я наслаждалась каждой секундой этого.

***

Зал игровых автоматов оказался идеальным местом. Цвета, звуки и смех вокруг отличались от тех вечеринок, к которым я так привыкла, и сказать, что это была освежающая смена обстановки, было бы преуменьшением, - я слышала все, что говорил Том, когда он показывал мне различные секции игровых автоматов,

Рядом с игровыми автоматами располагался автомат, предлагающий призы-сюрпризы в прозрачном коробе. Том ухмыльнулся и протянул мне жетон: - Твоя судьба ждет тебя, Бродяга.

Я скорчила гримасу, но все равно опустила жетон, и дернула рукоятку с излишним драматизмом. Оттуда выскочила пластиковая капсула лимонно-зеленого цвета. Я открыла ее.

— Фу. Что это, черт возьми, такое? Я подняла крошечного резинового мутанта-кляксу с глазами-гуглами: - Я уже чувствую себя оскорбленной.

Том уже открывал свою капсулу: - Забей, - ухмыльнулся он, подмигивая и показывая мне грудастую разбойницу с двумя кинжалами.

— Это я, - ухмыльнулась я, забирая его сюрприз из его рук.

— Большие сиськи и все такое?

Я медленно оглядела его: - Собираешься оспорить этот факт?

Он усмехнулся, пряча мой приз: - Факт в том, что ты крадешь у меня дешевые призы.

Я начала прятать "разбойницу" в карман куртки, но остановилась. Мне в голову пришла пикантная идея. Ухмыляясь, я опустила эту большегрудую шлюшку в проем футболки и зажала ее между грудями, так что только ее крошечная головка выглядывала из моего декольте.

Глаза Тома расширились, и к нему вернулся его очаровательный румянец.

Трепет в груди застал меня врасплох. Это было глупо. Просто игрушка, чтобы подразнить. Я была не из тех девушек, которые хранят подобное барахло.

Но по какой-то причине... Я хотела сохранить ее.

— Постепенно мы добрались до секции файтинга[9], где стояли ряды старых автоматов с различными играми, Том хотел попробовать Street Fighter 2, он был убежден, что мне будет весело, посмотрим!

***

Ну что ж!... После череды удачных побед (или щедрых раундов "мерси" со стороны Тома) мы оказались бок о бок за одной из этих ретро-ритмичных игр - с подсветкой, оглушительной музыкой и таблицей лидеров в конце.

— Спорим, ты не сможешь побить мой рекорд, - с вызовом произнес он, приподняв брови.

— Спорим, смогу, - выпалила я в ответ, сделав большие глаза.

Десять минут спустя мы оба были раскрасневшимися, тяжело дышащими и под кайфом от адреналина. На экране высветились наши результаты - первое и второе место - вместе с пробелом для ввода инициалов, Том уже набирал наши имена напротив баллов, и я смотрела на таблицу лидеров, где во главе таблицы появились наши имена. Тут к нам подошел один парень из персонала:

— Отличный результат, - сказал он. – Давайте сделаем фото для стены наших победителей...

Я начала отказываться, но Том легонько подтолкнул меня локтем: - Ну же, Бродяга. Мы это заслужили.

Я поколебалась... и кивнула.

***

Выйдя из зала автоматов, атмосфера изменилась, игривое подшучивание перешло в нечто более серьезное. Прошло чуть больше месяца с тех пор, как мы впервые переспали, но наши встречи перед вечером любви, все еще вызывали у меня волнение. Я хотела его. И, судя по тому, какими напряженными были его челюсти, он тоже хотел меня.

Том прочистил горло, барабаня пальцами по бедру: - Итак, э-э-э... куда теперь?

Я прикусила губу, взвешивая свои слова: - Мы могли бы перекусить. Или... Я позволила предложению повиснуть в воздухе, внимательно наблюдая за выражением его лица.

Его брови слегка приподнялись: - Или?

Я пожала плечами, изображая безразличие: - Или могли бы пойти ко мне. Если хочешь.

Том колебался долю секунды, прежде чем тихо рассмеяться: - Тогда давай что-нибудь перекусим, не хотелось бы весь вечер сидеть на голодный желудок.

Хотя меня и мучил другой голод, я знала, что Том прав. Позже я планировала познакомить его с совершенно новым миром секса, и для этого мне нужно было, чтобы он был готов к этому всю ночь.

— Да, ты прав. Для того, что я задумала, тебе понадобятся силы.

***

Думая о сегодняшнем вечере, я чувствовала знакомое тепло, разливающееся у меня между ног. Каждый раз, когда я открывала телефон и видела эту фотографию, мои щеки вспыхивали - отчасти от смущения, отчасти от гордости. Это было доказательством того, что, несмотря на то, как все начиналось, мы нашли что-то настоящее. Глупый штраф, унижение, ложь - все это больше не имело значения. Теперь эти подробности стали далекими воспоминаниями, призраками, которые я хотела похоронить под всем, что мы с Томом построили вместе.

Это была не просто очередная случайная связь. Это не было игрой или чем-то таким, от чего я могла бы легко отказаться. Это было совершенно новое ощущение. Особое. Том был другим. Он заставил меня почувствовать себя другой. Наслаждение, которое я испытала той ночью, все еще вызывало во мне трепет, боль при воспоминании о том, как полно он заполнял меня, мои тело и душу. Я никогда не позволяла себе обнимать кого-то так, как мне хотелось обнимать его сегодня вечером. Я была готова отдать Тому каждую частичку себя - эмоционально, физически, полностью.

Я хотела снова ощутить эту близость, не отвлекаясь, не бросая нервных взглядов на свой телефон, ожидая, что Ханна или ее друзья все испортят.

Последние несколько недель были сплошными тайнами и опасениями, что я чуть не промахнулась. Сначала я думала, что постепенное появление Ханны приведет к неприятным последствиям, что она будет разрывать мой телефон, требуя объяснений. Но после прошлой недели? Это было почти слишком просто. Как только она и девочки увидели, что у меня появился "новый мужчина", они не подняли это на смех, а отнеслись к моему отсутствию как к некоему неизбежному этапу.

— О, она приползет обратно, когда он ей надоест, - сказала Рейчел, пренебрежительно махнув рукой.

Но в том-то и дело, что мне не было скучно. Я не искала предлога, чтобы вернуться к ним. Я больше не нуждалась в их одобрении.

Впервые они не дышали мне в затылок, не проверяли, по-прежнему ли я участвую в их маленьких играх. Они даже не задавали вопросов, когда я ускользала от них в кампусе, слишком увлеченные своими предположениями. Никаких звонков. Никаких сообщений. Просто блаженная тишина.

И я не собиралась ее нарушать.

Даже друзья Тома, Чарли и Гарри, хотя и начали мне нравиться, казались проклятьем, когда выбирали неподходящее время. Ближе всего к очередному раунду секса мы были в ту разочаровывающую, прерванную ночь интенсивных ласк - его пальцы были внутри меня, моя рука крепко обхватывала его толстый член, доводя его до полной твердости, - когда нас грубо прервал громкий стук в дверь спальни Тома.

Но сегодня так не будет.

Никакой Ханны. Никто не помешает. Никто не будет стучать в двери.

Только Том. Только мы.

И на этот раз все казалось правильным.

Я знала, что Ханна, Рейчел и Кэт разъехались по домам в нескольких часах езды в разных направлениях. Саймона нигде не было видно, я думаю, он со своей спортивной командой отправился на экскурсию или что-то в этом роде, ну да ладно, кого это волнует! И Чарли, и Гарри были заняты подготовкой к конференции.

Сегодня вечером все будет по-другому - я позабочусь об этом. Сегодня вечером я, наконец, позволю себе испытать все, что сдерживала раньше. Больше никаких колебаний. Больше никаких поддразниваний и отстранений в последнюю секунду.

Может быть, на этот раз я заставлю его кончить мне в рот. И проглочу все до последней капли, просто чтобы увидеть выражение его лица.

Или, может быть... может быть, я позволю ему кончить в меня.

От этой мысли мои и без того влажные трусики наполнились жаром.

Я приняла решение - никаких преград. Сдерживаться не буду.

Я любила Тома. Это было возбуждающее и одновременно пугающее чувство. Я никогда ни к кому по-настоящему не испытывала таких чувств, и я не хотела потерять его. Сегодня вечером я хотела убедиться, что он точно знает, что я чувствую - словами, телом, всем.

Сегодняшняя ночь должны быть нашей, это должно быть больше, чем просто секс, больше, чем просто свидание. Это была капитуляция. Перед доверием. Перед любовью. И впервые я была готова впустить кого-то в свою жизнь по-настоящему, полностью и без страха.

Сегодня я не стала бы ничего скрывать, ни свое тело, ни свое сердце, ни даже откровенную, пугающую правду о том, что я хотела бы будущего с ним.

Я нашла свою любовь. Все, что осталось теперь... это показать ему.

Том

Джессика была прирожденном игроком. То, как быстро и с каким азартом она освоилась в наших играх, то, как искренне наслаждалась ими, создавало убеждение, что она всегда принадлежала этому миру. Моему миру. Вместе со мной.

После игрового зала мы быстро перекусили в маленькой уютной ночной забегаловке. Мы сидели друг напротив друга, ели картошку фри, фыркали молочными коктейлями и обменивались глупыми шутками, которые почему-то уже казались неподвластными времени. Это было легко. Это было по-настоящему. И для кого-то вроде меня, привыкшего к тому, что его не замечают или списывают со счетов, это казалось почти нереальным.

А потом она пригласила меня к себе.

Как только мы вошли в ее квартиру, атмосфера изменилась. Джессика закрыла за нами дверь и прислонилась к ней спиной, глядя на меня с непроницаемым выражением, от которого у меня екнуло сердце. Затем она ухмыльнулась, и в ее глазах зажегся озорной огонек.

— Итак, - пробормотала она, скрестив руки на груди, отчего они стали казались еще больше, - ты собираешься действовать, или мне объяснить тебе по буквам?

После всех предыдущих раз, когда нас прерывали, мне не нужно было повторять дважды.

Я мгновенно преодолел дистанцию, руки скользнули к ее талии, наши губы слились в поцелуе, который начался игриво, но через несколько секунд превратился в страстный. Ее пальцы зарылись в мои волосы, притягивая меня ближе, ее тело прижималось к моему, словно она не могла насытиться. Я почувствовал, как соски ее впечатляющей груди врезались в меня, когда она начала тереться промежностью о мое бедро, тяжело дыша и постанывая все громче и настойчивее по мере того, как она двигалась.

Она отстранилась ровно настолько, чтобы хрипло прошептать: - В спальню.

Во многих додзинси, фанфиках[10] и эротических историях я читал, что у парня мгновенно встает только от одного сексуального шепота, но я отмахивался от этого, как от чего-то нереального. Однако сейчас я убедился, что это дерьмо реально, я был возбужден и готов к действию.

Не дожидаясь моего ответа, она взяла меня за руку и повела по коридору, покачивая бедрами, что было чертовски соблазнительно. На полпути она небрежно потянулась свободной рукой за спину и ослабила пояс юбки - ровно настолько, чтобы она спустилась ниже по ее бедрам, облегая округлости ее попки.

И когда она пошевелила этой вздернутой попкой, над поясом юбки притянули мой взгляд черное кружево стрингов, четко разделяющих полушария ягодиц, и приглашали меня пощупать их.

И, конечно, я так и сделал.

Она оглянулась, поймала мой взгляд и улыбнулась так, словно только что что-то выиграла.

Я последовал за ней не в силах сдерживать возбуждение.

Как только мы упали на кровать, начался хаос - одежда была сброшена, вздохи, поцелуи и шепот имен. Ее топ, моя рубашка. Ее юбка, мои джинсы. Ее руки схватили мои боксеры, рывком стягивая их вниз, пока мой член не оказался под поясом боксеров. От последующего рывка боксеров вниз мой член выскочил, ударив ее под подбородок.

Джесс издала довольный смешок.

— Ну, я могу добавить пункт обвинения "получила пощечину". Она потерлась носом о мой твердый член, прежде чем быстро поцеловать его головку своими пухлыми губами. Она смотрела на меня снизу вверх с горящим вожделением, но за этим скрывалось что-то еще.

Я понял, чего она хотела, и был полностью согласен!

Я наклонился вперед, нежно целуя ее, затем опустил губы к ее шее и ниже, покрывая медленными, дразнящими поцелуями чувствительную кожу. Она задрожала подо мной. Мои губы приблизились к ее трусикам - черным кружевным, уже влажным. Я поцеловал ее сквозь них, убедившись, что мои губы обхватили и пососали то место, где, как я надеялся, скрывался ее клитор. Я немного отстранился, вдыхая ее возбуждение. Она вздрогнула.

— Ты убиваешь меня, - прошептала она, задыхаясь.

Я улыбнулся, прижавшись к ней: - Просто разворачиваю свой подарок.

Она приподняла бедра, когда я подцепил пальцами пояс и медленно спустил стринги с ее ног. Как только они были сняты, она удивила меня - подняла обе ноги вместе, прямо вверх, крепко обхватив их руками за щиколотки.

Ее лицо было обращено ко мне между колен, глаза встретились с моими, и на секунду... мне показалось, что обе пары ее губ улыбаются. Ее верхние, - мягкая и любящие. И нижние, возбужденные и блестящие, уже припухшие в предвкушении.

Затем, не прерывая зрительного контакта, она раздвинула ноги - медленно, обдуманно, совершенно не стыдясь. Ее руки скользнули вниз между бедер, раздвигая ее складочки. Ее киска дернулась - полностью обнаженная, раскрасневшаяся и уже блестящая. Ее возбуждение замерцало, стекая по нежному местечку между киской и попкой.

— Я подготовилась заранее, - тихо сказала она. - Подумала... что если ты попробуешь меня в первый раз, то не захочешь, чтобы там тебе что-то мешало. Это все твое.

Она ухмыльнулась: - Так что принимайся за дело, мой замечательный придурок. Наслаждайся.

Мне не нужно было повторять дважды. Я устроился между ее бедер и провел языком по ее набухшим, скользким складочкам. Она ахнула, выгибаясь мне навстречу, крепко обхватив ногами мою голову, в то время как ее пальцы перебирали мои волосы.

Она стонала мое имя снова и снова, извиваясь под моими прикосновениями, и с каждым облизыванием и посасыванием ее удовольствие росло. Я наслаждался ее реакцией, как водой в пустыне.

Мы следовали задаваемому ей ритму - ее вздохам, ее "да", произносимым шепотом, и я воспринимал их как музыкальные реплики, как будто Джесс была инструментом, на котором я учился играть вечные мелодии.

Октава ее стонов поднималась все выше, переходя в ультразвук, пока она не раздвинула колени и попыталась поднять мою голову, умоляя: "СтопСтопСтоп-oooooooooп!"

Я неохотно подчинился, глядя на ее покрасневшее лицо, запотевшие очки и парик, все еще идеально сидящий на месте. Вся картина, представшая передо мной, выглядела чертовски эротично. Она отодвинулась вверх по кровати от моего рта, ее тело дрожало. Затем она прислонилась к изголовью кровати, грудь ее тяжело вздымалась, дыхание было прерывистым, глаза остекленели.

Полностью опустошенная. И это все из-за меня.

— У меня для тебя сюрприз, - выдавила она из себя. - Хочу, тебя заинтриговать. Ложись на спину и закрой глаза.

С сильно бьющимся сердцем я сделал, как она сказала. Я почувствовал, как она переместилась на меня, усевшись своей замечательной попкой мне на грудь. Что-то приятно пахнущее и горячее приблизилось к моему лицу.

— Открывай.

Я повиновался - и понял, что мне нужно продолжить работу, но уже не сверху, а будучи под ней. Красивая лысая блестящая киска зависла в нескольких дюймах от моего лица, покрасневшая и манящая мои губы.

Черт возьми.

Мои руки поднялись к ее бедрам, фиксируя их рядом с моей головой. А потом она опустилась на меня.

Ее язык лизнул кончик моего члена два мучительных дразнящих раза, прежде чем ее губы обхватили головку моего члена. Одновременно с ее нападением на мой член, мой язык прошелся по линии внутренних губ, остановился перед ее клитором, слегка касаясь этого маленького бугорка, и после нескольких дразнящих движений я вытянул язык и медленно протолкнул его внутрь, раздвинув ее складочки, и мы оба синхронно застонали.

Когда мы вошли в ритм, мои руки заскользили по ее бедрам, ощущая гладкую кожу под ладонями. Мои пальцы зацепились за край ее чулок, все еще прилипших к икрам. Переместив свои губы на обнажающуюся кожу бедра под чулком, я медленно стянул чулок, что заставило ее вздрогнуть надо мной, и сняв чулок до конца, я повернул голову, и согнув ее ногу в колене, высунул язык и лизнул пальчик на ее ноге.

Ее бедра дернулись. Тихий стон вырвался из ее горла, приглушенный моей длиной.

Я улыбнулся.

Она слегка отстранилась, затаив дыхание. Затем, немного приподнявшись, я увидел ее перевернутое лицо в ложбинке между грудей. Она улыбалась, глядя на меня: - Мы немного извращенцы, да?

Я позволил своим пальцам дразняще пройтись по бедру другой ноги, зацепив резинку чулка и высвобождая ее другую ногу от чулка: - Они мешали.

Джесс тихо рассмеялась, затем перевела взгляд вверх, - на мои ступни, все еще в носках.

С игривым мурлыканьем она слегка подалась вперед, ее грудь проехалась до моего паха, когда она потянулась и нашла мои лодыжки. Ее пальцы подцепили края моих носков и один за другим она стянула их, улыбаясь, когда ее прикосновение к подошве заставляло меня дергаться от щекотки.

Она хихикнула, губы ее заблестели, ее горячее дыхание коснулось моей кожи. Интимность этого - нашего раздевания и тихая забота - сделали все еще более реальным. Как будто это было не просто вожделение. Это было нечто большее.

Затем я обхватил ее бедра, поднимая их к себе, и мой язык скользнул по ее гладким складочкам, дразня ее клитор осторожными движениями, и она застонала рядом со мной - глубоко и жадно, сразу ухватившись за мой член и загнав его в рот. На вкус она была сладкой и пьянящей. Ее тугая дырочка пульсировала и я чувствовал, как она напрягается и расслабляется под моим языком.

Наверное, ее возбуждение начало снова подниматься, когда ее бедра задвигались, прижимаясь к моему лицу, а я продолжал двигать языком и губами, целуя ее сморщенные края и шелковистые складки медленными, уверенными движениями, от которых у нее перехватывало дыхание. Я ощущал дрожь ее бедер, все сильнее сдавливающих мою голову.

Вдруг я почувствовал, как ее рот сжался вокруг меня - горячий, влажный и желанный. Она издала приглушенный стон, а затем, к моему полному удивлению, приняла меня глубже. Ее язык скользнул по нижней части моего ствола, когда она подалась вперед, ее горло растянулось, чтобы вобрать в себя как можно больше. Я задохнулся, непроизвольно дернув бедрами, когда ее губы коснулись основания, и застонал, когда она не остановилась. Податливы бархат ее горла и осознание того, что я только что получил свой первый глубокий минет, довело меня до края, и я начал кончать. Ее пальцы впились в мои бедра, и она сглотнула. Вот и все. Я застонал низко, прерывисто и грубо, пульсируя внутри нее - густой жар проникал ей прямо в горло. Она не отстранилась. Она стонала рядом со мной и впитывала меня, ее горло двигалось с каждым глотком.

И что-то в этот момент - напряжение в ее горле, пульсация моего оргазма, вкус, покорность и любовь во всем этом – довели ее до края.

Ее тело сжалось. Приглушенный крик завибрировал вокруг меня, и тут меня осенило - внезапный поток, горячий и неумолимый, хлынул мне на лицо. Она брызнула, сильно и бесконтрольно, ее ноги дрожали, бедра дико дергались, когда ее охватил оргазм.

Я застыл на мгновение, ошеломленный силой ее разрядки.

Затем я прижал ее к себе, целуя сквозь волны облегчения. Ее руки шарили по моим бедрам, пытаясь удержаться на мне, в то время как ее тело продолжало содрогаться от толчков.

Наконец она рухнула на бок, тяжело дыша, ее рот все еще сжимал мой член. Ее щеки раскраснелись, грудь вздымалась, тело блестело от усилий и блаженства.

Затем дрожащей рукой она сняла свои запотевшие очки, парик наполовину соскользнул с нее, и ее настоящие светлые волосы рассыпались по плечам. И снова, ее рот все еще был полон моего члена!

Мгновение спустя я услышал это.

Приглушенные. Искаженные. Но это определенно были слова.

Я моргнул и слегка отстранился, у меня перехватило дыхание: Что?

Джессика подняла голову, губы блестели, щеки раскраснелись, глаза были затуманены и полны слез, ее губы оставались плотно сжатыми, создавая вокруг меня плотный вакуум, прежде чем она, наконец, отпустила меня с влажным, удовлетворенным стоном

— Я люблю тебя, - сказала она срывающимся голосом, с придыханием.

Время остановилось.

Ее голос был хрупким, но твердым: - Меня только что осенило, Том... что я никогда не чувствовала себя в такой безопасности. Вот... Ни с кем, - она провела пальцами по моей щеке. - Я боюсь, что сказав это, разрушаю что-то между нами, но после этого... после всего... ты заслуживаешь знать.

Приподнявшись, я осторожно перевернул ее на спину и вытер поцелуями ее слезы. Потом поцеловал ее в губы - глубоко, медленно, томно: соки наших оргазмов смешивались друг с другом, когда мы пробовали себя на вкус. И никому из нас не было до этого дела.

Мой голос был тихим и искренним: - Я тоже тебя люблю.

Она издала прерывистый вздох, в котором смешались облегчение и радость. Выражение ее лица смягчилось - серьезное, сияющее и решительное, как будто она только что приняла решение о чем-то важном.

— Том, - прошептала она. - С того дня, как мы встретились, ты заинтриговал меня. И заставил меня почувствовать то, что, как я думала, я больше не смогу. Мы увидели миры друг друга... и каким-то образом мы дополняем друг друга. Я чувствую, что у тебя есть часть моей души... а у меня есть часть твоей.

Она провела большим пальцем по моей щеке, ее голос звучал ровно, несмотря на эмоции, которые скрывались за этим.

— Итак, сегодня вечером... Я хочу дать тебе то, чего больше ни у кого нет. Тебе не нужен презерватив. Тебе не нужно вытаскивать его, как мы делали раньше. Это только для нас. Я хочу тебя... возбужденным. Я хочу, чтобы ты кончил в меня.

Мы снова поцеловались, на этот раз глубже, языки сплелись, руки блуждали по телу. Она вцепилась в меня, словно я был ее якорем, и я так же отчаянно цеплялся за нее в ответ.

Не прерывая поцелуя, я переместился вниз, располагаясь между ее ног. Ее киска все еще была скользкой, блестела от недавнего оргазма. Я провел головкой своего твердого члена между ее складками, нежно поглаживая, дразня ее медленными, неглубокими движениями.

Оказывается, ничто так не возбуждает парня, как слова: - Я хочу, чтобы ты кончил в меня.

Я задержался у ее входа, просто наблюдая за ней - открытой, влажной и ждущей. Она подняла на меня глаза, щеки ее пылали, губы приоткрылись, и она едва заметно кивнула.

Я вошел в нее - медленно, глубоко, погружаясь в нее дюйм за дюймом. Она задохнулась подо мной, впиваясь ногтями мне в спину, ее глаза закрылись. На этот раз я был в ней полностью - каждый дюйм ее тела впитывал ощущения, когда я достиг дна.

Мы начали двигаться вместе, снова обретая прежний ритм - сначала медленно и глубоко, ее бедра приподнимались навстречу каждому толчку, словно она не могла насытиться. Ее руки блуждали по моему телу - по рукам, по груди, по волосам, - шепча мое имя, как заклинание.

Между нами возникло напряжение. Каждый вздох был прерывистым. Каждое движение ее бедер молило о большем. Ее ноги обвились вокруг моей талии, пятки впились в нее, притягивая меня еще глубже, она прижималась ко мне с отчаянной потребностью.

— Пожалуйста, - выдохнула она срывающимся голосом. - Пожалуйста, кончи в меня, Том. Я хочу это почувствовать. Я хочу, чтобы это осталось во мне. Мне это нужно, детка... пожалуйста...

Мой последний толчок был чисто инстинктивным, я полностью отдался. Я простонал ее имя и кончил, изливаясь глубоко в нее, сильно пульсируя у ее стенок. Разрядка ударила по мне, как ударная волна - горячая, интенсивная, неудержимая.

И как только я начал смягчаться внутри нее, она взорвалась. Джессика протяжно вскрикнула, ее тело задрожало от оргазма, а киска дико сжалась вокруг меня. Вторая струя вырвалась наружу, ее бедра дернулись, ступни подогнулись. Ощущение моего скользкого от спермы члена, находящего ее самую глубокую точку и вжимаясь в нее, как будто я был там на своем месте, - снова и снова заставляло меня орошать ее стеночки струями спермы.

Ее влажность растекалась под нами, смешиваясь с моей жидкостью, вытекающей из нее.

Клянусь, на мгновение мне показалось, что ее тело открылось мне. Как будто что-то глубоко внутри нее хотело сохранить каждую каплю.

Она что-то прошептала мне в шею - я не расслышал. Может быть, это было мое имя. Может быть, просто вздох. Но что бы это ни было... это было что-то очень личное. Что-то хрупкое.

Это прозвучало как обещание. Или мольба.

Она расслабилась подо мной, ее грудь вздымалась и опускалась, волосы прилипли к раскрасневшимся щекам. Я оставался внутри нее, наслаждаясь моментом, моя сперма медленно растекалась вокруг нас, влажная и теплая, стекая вниз по ее бедрам.

Я обнял ее, целуя в макушку, откидывая назад влажные пряди волос. Ее тело все еще мягко вздрагивало в объятиях, по нему пробегали волны возбуждения.

— У меня есть ты, - прошептал я. - Я никуда не уйду.

Она уткнулась лицом мне в шею, крепко обняла меня и прошептала мое имя в последний раз.

Она была моей. А сам я принадлежал ей.

И в этот момент, когда я был липким, задыхающимся и полным любви, - я наконец-то понял, каково это - быть вечно.

Джессика

— Не переставай любить меня.

Я прошептала это в изгиб его шеи, едва дыша, мое тело все еще вздрагивало от спазмов. Не думаю, что он услышал меня. Но я сказала это. И я это имела в виду.

Я лежала в его объятиях, затаив дыхание, мое тело гудело, дрожь пробегала в тех местах, о которых я и не подозревала, что они могут дрожать. Он прижимал меня к матрасу своей грудью, одна рука обнимала меня, словно защищая, пальцы другой лениво выводили узоры на моем животе.

Я наверное, летала от чувств. Возможно, так оно и было. Но, несмотря на это, несмотря на его теплоту, мягкость и любовь, я была немного напугана.

Потому что это... это был не просто секс.

Это было все.

Он не просто занимался со мной любовью, он обнимал меня так, словно я что-то значила, словно он видел все то, что я пыталась скрыть под макияжем, нарядами и идеально подобранными улыбками. И каким-то образом он все еще хотел меня.

Я моргнула, но слезы все равно навернулись на глаза. Я быстро стерла их, как будто, спрятав, могла каким-то образом сохранить этот момент нетронутым.

Я хотела, чтобы это чувство длилось вечно.

Но даже в его объятиях этот тихий голосок возвращался. Тот, кто всегда выражал сомнение, когда я чувствовала себя слишком счастливой: что, если он уже получил достаточно и решил, что ему это больше не нужно?

Я слегка пошевелилась в его объятиях, желая почувствовать, как он крепче обнимает меня. Его рука инстинктивно притянула меня ближе, а губы прижались к моей шее сбоку, словно он мог почувствовать бурю в моей голове.

— Все еще со мной? - сонно пробормотал он.

Боже, его голос. Я таяла около него.

— Да, - прошептала я, накрывая его руку своей. - Просто... ошеломило. В хорошем смысле.

Последовала пауза. Затем я почувствовала, как он уткнулся носом в мои волосы.

— Ты потрясающая, - просто сказал он. Без колебаний. Больше ничего не нужно.

И это помогло. На этот раз слезы текли тихо. Но в них не было грусти. Не совсем.

Я хотела отдать ему все. Снова.

Я снова прижалась к нему бедрами, чувствуя, как он начинает набухать и отзываться от моих прикосновений. Он ответил сонным, удивленным стоном, который перешел в тихий стон.

— Ты ненасытная, - усмехнулся он, его голос был полон нежности.

— Просто хочу убедиться, что ты настоящий, - поддразнила я, снова прижимаясь к нему. - Что все это мне не приснилось.

Он поцеловал меня в основание шеи, и я потянулась назад, направляя его член себе между ног, мне нужно было снова ощутить эту близость - телом и душой. Я все еще была влажной, все еще болела, но на этот раз это было не срочно. Это не было дико.

На этот раз это было медленно.

Он скользнул в меня сзади, прижимая к себе. Затем он слегка подвинулся, приподнялся ровно настолько, чтобы осторожно приподнять меня, создавая пространство между моим боком и матрасом. Он прижал меня к своей груди, его правая рука обхватила и помассировала мою правую грудь, мягко разминая, обводя большим пальцем сосок. Его левая рука скользнула по моему бедру, вниз, между бедер, и присоединилась к моей, дразня мой клитор.

Наши пальцы переплелись там - медленными, томными поглаживаниями, без спешки, даря простую близость и присутствие, и мы почувствовали, как кончики наших пальцев покрывает наша влажность. Когда мы одновременно заглянули вниз, чтобы посмотреть,.. . и Том, наверное, много чего накопил, чтобы оказаться оставить внутри меня, о боже, я была оооочень возбуждена!

Мои стоны были тихими, едва слышными, но они вырывались из меня с каждым обдуманным движением его бедер. Другая моя рука потянулась назад, ища вслепую, пока не нашла его затылок. Я запустила пальцы в его волосы и притянула его к себе для поцелуя - глубокого, обжигающего, полного потребности, благодарности и любви.

Он целовал мое плечо, шею, его горячее дыхание касалось моей кожи. Каждый поцелуй заставлял меня дрожать, заставлял меня снова и снова испытывать боль. Каждый толчок был глубоким и обдуманным, не для вожделения, а для близости. Для соединения. Его дыхание согревало мне затылок, его сердцебиение билось в унисон с ритмом внутри меня..

Мы не разговаривали. В этом не было необходимости.

Мой оргазм нарастал медленно, нежно, пока не достиг вершины и не захлестнул меня как прилив - теплый, сладкий и всепоглощающий. Я закричала в подушку, выгибаясь всем телом назад, когда он удерживал меня на дрожащих волнах облегчения.

Мгновение спустя он тоже кончил, уткнувшись со стоном мне в плечо, его бедра задвигались, когда он снова заполнял меня, его хватка усилилась, словно он никогда не хотел отпускать меня.

Потом мы лежали, сплетясь в тишине.

И на этот раз я не стала бороться со слезами.

Потому что впервые за долгое время... Я поняла, каково это - быть любимой. По-настоящему любимой.

— Том... - прошептала я едва слышно.

— Хм? - сонно пробормотал он, уткнувшись мне в плечо.

— Обещай мне, что у нас будут все выходные, - тихо сказала я. - Только мы. Никаких помех. Просто... побольше этого.

Улыбка коснулась моей шеи: - Ты не избавишься от меня, Джесс. Я весь твой.

И тогда я поклялась.

Я расскажу ему в понедельник. О штрафе. О фотографии. Всё.

Но не сейчас.

Мне нужно было это время. Эта тихая, честная любовь. Эти прекрасные, мимолетные выходные.

Потому что после всего, что он дал мне сегодня вечером... он заслуживал чего-то настоящего взамен.

Даже если это будет стоить мне всего.

***

Я проснулась от ощущения тепла. Тепло, которое проникало в меня, оседало глубоко в груди. Рука Тома тяжело лежала на моей талии, удерживая меня на месте. Мое дыхание остановилось, сердцебиение участилось, когда события прошлой ночи обрели четкость.

Я слегка повернула голову, чтобы взглянуть на него. Его волосы были взъерошены, губы слегка приоткрыты, лицо было расслаблено. Он выглядел... умиротворенным.

И впервые за долгое время я тоже так подумала.

Я осторожно потянулась за телефоном, проверяя время. Было еще рано, слишком рано вставать. Я откинула голову на подушку, изучая потолок и прокручивая в голове события прошлой ночи.

Я по уши влюбилась в Тома. Эти слова вертелись у меня в голове неделями, но вчера вечером я, наконец, впервые произнесла их вслух.

И из всех возможных вариантов, чтобы выразить свои чувства, я выбрала именно эти слова.

Боже мой, Джесс. Из всех моментов, чтобы объясниться, чтобы впервые сказать "я люблю тебя", ты выбрала именно тот, когда его язык был погружен в тебя, в то время как твой собственный рот был полон им?! Отлично. Такого и придумать трудно...

Надо ему сказать, я никогда раньше не глотала чью-то сперму. В отличие от Ханны, Рэйчел и Кэт, я была не из тех, кто делает минет в виде подарка на вечеринке. Даже когда я кому-то делала это, я делала это нерешительно - просто еще один неохотная галочка в списке ожиданий. И я всегда выплевывала это.

Но с Томом?

Ничто не было ограничено. Ничто не казалось запретным.

Движение рядом со мной отвлекло меня от моих мыслей. Том пошевелился, его рука слегка сжалась вокруг меня, его лицо уткнулось в мое плечо, и он пробормотал что-то бессвязное.

Мягкая улыбка тронула мои губы. Боже, он был очарователен: - Спи, ботаник, - прошептала я, запечатлевая поцелуй на его лбу. Он хмыкнул, слегка сжав меня в объятиях. Моя улыбка задержалась.

Он издал низкий стон, его хватка инстинктивно ослабла, как будто он не хотел меня отпускать. Я закрыла глаза, позволяя себе подольше насладиться этим моментом.

Когда я снова пошевелилась, прохладное прикосновение простыней к моей обнаженной коже заставило меня вздрогнуть. Я все еще была сверхчувствительной в лучшем смысле этого слова. Внутренняя поверхность моих бедер слегка сжималась, когда я двигалась - скользкая и воспаленная, моя обнаженная киска протестовала, безмолвно напоминая о том, как жестко мы обошлись с ней прошлой ночью.

Легкая прохлада подо мной была достаточным доказательством. Я обрызгалась. На самом деле, так оно и было. Прямо на него. Мои простыни были влажными, в воздухе витал запах секса, и я все еще чувствовала скользкость.

Он ничего не сказал - просто одарил меня своей самодовольной, довольной ухмылкой.

Я даже не знала раньше, что могу сама брызгать. Теперь я думаю, что мой сквирт и то, что он кончил в меня – как-то связаны. Какая-то извращенная, совершенная симметрия. Мои веки затрепетали, и меня потянуло ко сну. Еще пять минут. Только...

Стук. Стук. Стук.

Мои глаза распахнулись. Том все еще был рядом со мной, его дыхание было ровным.

Еще один стук, на этот раз громче.

Мой желудок сжался. Дерьмо.

Я тихо выскользнула из постели, натянула шелковую ночную рубашку и на цыпочках направилась к двери.

С каждым шагом я чувствовала медленную теплую струйку между ног.

— Пожалуйста, не протекай. Пожалуйста, не протекай, - шептала я про себя, инстинктивно сжимая бедра.

Мои бедра сжались вместе. Бесполезно. Я была наполнена. Восхитительно, основательно наполнена. Мои пальцы замерли на дверном замке, прежде чем я придала своему лицу нейтральное выражение и открыла ее.

Ханна стояла, скрестив руки на груди, со своей обычной ухмылкой на лице. - Доброе утро, солнышко.

Мой пульс участился, а по спине пробежал холодок. Не сейчас. Не сегодня. Я так крепко сжала дверную ручку, что костяшки пальцев побелели. Но я выдавила из себя непринужденный смешок, надеясь, что она не услышит напряжения в моем голосе.

— Ханна? Я думала, тебя нет в городе.

Она пожала плечами, бросив взгляд мимо меня в мою комнату: - Вернулась пораньше. Решила зайти, раз уж кто-то игнорирует мои сообщения.

Черт, черт, черт.

Я прислонилась к дверному косяку, пытаясь загородить ей обзор: -Извини, была занята. Ну, ты знаешь, новый парень и все такое. Я преувеличенно закатила глаза для пущей убедительности.

Ухмылка Ханны стала еще шире: - Приятно видеть, что ты снова такая, какой была. Ты заставила меня поволноваться - стала какой-то не нашей. Сначала с тем ботаником, потом с тем парнем в прошлом месяце... Итак, кого ты подцепила на этот раз?

Мой пульс отдавался в ушах. Мне нужно было переадресовать это. Быстро.

Я выдохнула, изображая беззаботность: - Все еще встречаюсь с тем парнем, которого ты видела прошлый раз. Ну, ты помнишь, Хэнк.

Ухмылка Ханны тут же вернулась: - Ах, да. мистер загадочный и красивый.

Я заставила себя пожать плечами: - Просто немного повеселились. Ничего серьезного.

— Ммм, - ее голос звучал неуверенно. Теперь ее взгляд скользнул мимо меня, осматривая комнату, словно она ожидала увидеть его развалившимся без рубашки и самодовольным.

— Значит, он не дает тебе покоя?

Кивнув, я изобразила легкую ухмылку: - Да, он.

Ханна закатила глаза: - Ну, по крайней мере, ты получаешь от этого какую-то пользу.

Я попыталась закончить этот разговор, но это прозвучало слишком натянуто: - Да, хорошо... он не такой, как другие.

Дерьмо. Зачем я это сказала?

Брови Ханны поползли вверх: - О?

Я засуетилась, пытаясь это исправить: - Секс с ним просто... другой. Вот и все.

— О, не будь такой, - Ханна шагнула вперед, заставляя меня отступить назад и лишая меня возможности захлопнуть дверь у нее перед носом. - Ну же, скажи мне что-нибудь. Какой он? Горячий? Ты завелась?

Я выдавила из себя смешок, и жар пробежал по моей шее: - Ханна...

Мой взгляд метнулся к кровати как раз в тот момент, когда Том скрылся из виду, едва успев выйти из угла обзора, прежде чем взгляд Ханны скользнул мимо меня.

Дерьмо.

Мне нужно было отвлечь ее: - Ты же знаешь, как это бывает. Просто немного развлекаюсь. Я изобразила улыбку, которой не чувствовала, пытаясь не отставать от ее тона. - Не ищу ничего слишком серьезного.

Ханна приподняла бровь, окидывая меня долгим, изучающим взглядом: - Так ли?

Я кивнула, немного слишком поспешно: - Очевидно.

Ханна что-то промурлыкала, проходя дальше в мою комнату, ее пристальный взгляд осматривал пространство, как у хищника на охоте. Мои пальцы судорожно сжались, сердце бешено заколотилось. Мне просто нужно было продержаться еще немного.

Затем ее взгляд упал на что-то.

Дерьмо.

— Оооо, что это? - голос Ханны прозвучал громче – приятным тоном, но резким по смыслу. Ее любопытство перешло в нечто более опасное.

Я медленно повернулась, молясь, чтобы она не заметила Тома.

Но это был не он.

В каком-то смысле это было еще хуже. У нее в руках была фигурка бродяги-разбойницы.

Крошечная пластиковая фигурка - два кинжала, большие сиськи, подмигивающая - гордо стояла на моем ночном столике. Та самая, которую я вытащила из капсулы и засунула себе между грудей, просто чтобы подразнить Тома.

Наша маленькая внутренняя шутка. Мой маленький грязный трофей.

Слишком поздно. Фигурка была у нее в руках.

Она держала ее двумя пальцами и вертела в руках, словно улику.

— Серьезно? - спросила она беззаботным голосом. – Это после свидания ты получила сувенир?

Я рванулась вперед и выхватила ее, прежде чем смогла себя остановить, и сжала в кулаке так, что у меня побелели костяшки пальцев, но улыбка Ханны не угасала. Она стала еще шире.

Дерьмо. Дерьмо. Успокойся.

Ханна медленно опустила руку, ее ухмылка ни на секунду не дрогнула, но глаза..... ее взгляд метнулся к карману куртки.

Она увидела все, что ей было нужно.

Затем появилась бровь - холодная, дерзкая, собранная.

— Дай угадаю... - сказала она, и в ее голосе зазвучала сталь. - Сентиментальность?

Я не ответила. Не могла. Просто отвернулась и сунула "разбойницу" в карман куртки, как будто это не имело значения.

Как будто это ничего не значило.

Ее ухмылка стала шире.

— Это мило, - сказала она. - Ты уверена, что не испытываешь к нему никаких чувств?

Я напряглась и она это заметила. Она всегда быстро замечала.

— Это не так.

Но она уже знала, что это ложь.

— Так это его вещица? - ухмылка Ханны стала шире. - Полагаю, он оставил это в спешке, да?

— Да, ну, скажем так, он остался доволен.

Ханна усмехнулась: - Черт возьми, Джесс. Если бы я не знала тебя лучше, я бы сказала, что тебе это действительно понравилось.

Я напряглась: - Как сказать...

Она ухмыльнулась, явно наслаждаясь моей реакцией: - Расслабься, детка. Я просто прикалываюсь.

Слабый смешок вырвался прежде, чем я смогла его сдержать, но что-то в том, как она смотрела на меня, заставило меня похолодеть.

— Мне нужно бежать, - сказала она, направляясь к двери. - Но, эй, раз уж вам всем нравится этот новый парень, может, мне тоже стоит попробовать? Я имею в виду, если он тебя так завел, он, должно быть, хорош, верно?

У меня под ребрами образовался глубокий комок. Что-то темное и уродливое сжалось внутри меня: - Не надо. Это прозвучало резко. Слишком резко. Это был приказ, а не шутка.

Ханна замолчала. Моргнула. Впервые я заметила, как что-то промелькнуло за ее ухмылкой.

Я с трудом сглотнула, заставляя себя улыбаться, скрывая свой промах: - Пока он только мой, вот и все.

Ханна рассмеялась: - Расслабься, детка. Я шучу.

Но так ли это было?

Ханна ухмыльнулась, отступая назад, но еще не закончила. Ее взгляд скользнул вниз, задержавшись на мне. Ее ухмылка стала шире.

— Чертова девчонка! - она тихо присвистнула. - Не думала, что ты из тех, кто позволяет парню кончать в себя.

Мой желудок сжался. Как она... - Что?

— О, не прикидывайся дурочкой, - промурлыкала она, наклоняя голову. - С тебя все еще капает.

Волна жара прокатилась по моей шее, и щеки вспыхнули от стыда.

Должно быть, я расслабила мышцы, когда бросилась за фигуркой. И потеряла бдительность.

Она издала низкий, понимающий звук, скрестила руки на груди и откинулась назад, явно забавляясь этим зрелищем: - Думаю, на этот раз все по-другому.

У меня перехватило горло. Я отвела взгляд, губы пересохли, сердце колотилось в ритме, который не соответствовал моей притворной улыбке. - Знаешь... - задумчиво произнесла она, постукивая наманикюренным ноготком по губам, - ты никогда раньше не была такой собственнической. Довольно мило, на самом деле.

Ханна потянулась к ручке двери, но задержалась ровно настолько, чтобы еще провернуть нож: - Не слишком привязывайся, детка, - ухмыляется и пожимает плечами. - Ты же помнишь, как все должно закончиться. Наше правило четырех? Мы не занимаемся серьезными делами.

Она побарабанила ногтями по дверному косяку - медленно, обдуманно. четыре удара. Тик-так, тик-так, тик-так. Как будто отсчитывала время. И, наконец, ушла.

Я едва дышала, пока не услышала слабый щелчок закрывающейся двери в конце коридора. Затем Том вышел из-за комода, на его лице была смесь веселья и озабоченности.

— На волосок от смерти, - пробормотал он.

Я прерывисто выдохнула, прижимая руку к груди: - Слишком близко.

Том наклонил голову: - Ты в порядке?

Я заставила себя улыбнуться, но, по правде говоря, не была уверена.

...Потому что, если у Ханны возникнут хоть малейшие подозрения...

Она бы этого так не оставила.

— Да пошла она к черту.

Ханна понятия не имела. Понятия не имела, что это было. Что он значил для меня.

И никогда не поймет.

Мне было все равно, что подумает Ханна. Я сказала это прошлой ночью, и я это имела в виду. Я любила его

Что бы ни случилось дальше, я не собиралась сдаваться.

Только не из-за Тома. Только не из-за этого.

Даже если это означало сжечь за собой все мосты.

Но потом я посмотрела на Тома - безопасного, настоящего, моего - и что-то внутри меня встало на место.

Пусть она придет. Пусть только попробует.

Потому что на этот раз я не убегаю. Не прячусь. Не притворяюсь бессердечной стервой, в которую она хотела меня превратить.

Ханна

Что ж, одно можно сказать наверняка - если раньше я не подозревала Джессику, то теперь я на 100% уверена, что она что-то скрывает.

Вернуться пораньше было верным решением. Я не могла этого объяснить. Я просто знала, что что-то не так. Джесс уже несколько дней вела себя странно. Поэтому я сократила свою поездку, выдумав отговорку для родителей и вернулась до рассвета. Мой брат отпустил какой-то глупый комментарий о том, "что фальшивые друзья всегда показывают свое истинное лицо". Я тогда отшутилась.

Но его фраза сидела у меня в голове.

И что теперь? Стоять у ее двери и видеть ее такой?

Да. Я знала, что поймала ее.

Вид только что оттраханной. Волосы растрепаны. Макияж размазан.

Сперма все еще стекает по ее ногам.

Это была не та Джессика, которую я знала. Не та девушка, которая давилась при мысли о глотании. Не та, которая когда-то называла минет "недостойным".

В само деле, это она?

Значит та девушка потерпела крушение.

Я мысленно остановилась на полпути, сузив глаза: - Ни за что на свете...

Это выражение ее лица - раскрасневшееся, ошеломленное и удовлетворенное - было таким же, как на фотографии "выплаты ее штрафа".

Мне следовало бы знать. Я столько раз смотрела на это фото, что оно врезалось мне в память.

Может, у этого парня были волшебные пальцы... или он подвешен, как чертова лошадь.

И давайте будем честны: - Джесс никак не могла найти для себя два чудовищных члена подряд.

Может, удача? Такого не бывает.

Что означает... Это тот же самый парень. И вот так все и встало на свои места.

Ее внезапное безразличие после завершения фанта.

То, как она начала отходить от нашей группы.

Эта тупая игрушка с большой грудью.

Выражение ее лица, когда она подумала, что я не наблюдаю.

Умная сучка... Я почти восхищалась ею.

Если бы я не была так чертовски зла.

Если я была права - а я редко ошибалась, - она не меняла своего парня с фотографии.

Это все еще был он.

Значит, она солгала. Всем нам.

Вот тогда-то я и стащила чек с ее стола, когда она прятала свою фигурку.

Она даже не заметила.

Мои глаза скользнули по логотипу чека. Дата. Время.

Бинго. Джессика теперь в дерьме.

Вернувшись в общежитие, я захлопнула за собой дверь, плюхнулась на кровать и закричала в ближайшую подушку. Гнев не помог. Крик ничего не исправил. Но я уже знала, что мне нужно делать дальше.

У меня есть доказательства.

Не сплетни, не слухи, или какая-то недоделанная переписка из группового чата.

У меня есть временная метка. Местоположение. След.

А если я права - и она все еще встречается с ним?

Джессика не просто нарушила правила.

Она их сожгла.

***

Позже в тот же день, с чеком в руке, я зашла в зал игровых автоматов, где была Джессика с ее таинственным парнем, - и я еще даже не сказала Рейчел или Кэт, что вернулась пораньше. Я знала, что их родители не одобряют, когда я рядом, и, кроме того, мне нужно было увидеть это своими глазами.

Мне не пришлось долго копаться. Несколько случайных вопросов, несколько кокетливых улыбок парню за прилавком, и я получила то, что мне было нужно.

— Джессика? - спросил парень, нахмурив брови. - Не-а, я что-то не припомню, чтобы сюда заходила девушка по имени Джессика.

Я прищелкнула языком: - Горячая блондинка? В обтягивающей юбке? Я уверена, что она была здесь, общалась с классным парнем по имени Хэнк?

Он покачал головой: - Нет, единственная чувиха вчера была здесь со своим парнем, похожим на ботаника. И это была какая-то брюнетка-ботаничка в очках.

У меня внутри все перевернулось: - Девушка-ботаник? Парень, похожий на ботаника?

— Да, оба были симпатичные. Хотя мне было немного жаль этого парня. Его девушка надрала ему задницу в Street Fighter.

Это... это не имело смысла. Джессика совсем не любит игры, я пыталась осмыслить всю эту ситуацию, но это просто не имело никакого смысла.

Джессика. Очки. Аркадные игры. Какого хрена?

Единственная девушка, которая выделялась на общем фоне? Что за адский фестиваль дерьма был в этом месте?

И все же... одна девушка. Очки. Футболка. Ботаничка.

Не может быть, чтобы это была Джесс... верно?

Я нахмурилась: - Ты уверен?

— Да. Она, похоже, была просто помешана на этом. А он... - парень усмехнулся. - Ты когда-нибудь видела одного из таких ботаников, когда он так увлечен, что ему даже все равно, что он проиграл? Это был он. Они с чувихой получили самые высокие баллы за вечер в нескольких аркадных играх. У нас даже висит их фотография.

Что-то было не так. Я окинула взглядом стену с надписью "Чемпионы игровых автоматов" - фотографии счастливых пар, улыбающихся победителей и случайных обладателей призовых билетов.

"Пожалуйста, не будь ею. Пусть это будет кто-то другой с ее улыбкой. Ее глазами. Только в этот раз позволь мне ошибиться".

Но это были они. Оба улыбались, прижавшись щекой к щеке, с поднятыми пальцами в победном жесте, как будто завтрашнего дня не было - Том, он же Хэнк, и какая-то девчонка-геймерша.

Я подошла ближе, сердце бешено колотилось. Девушка на фотографии не была похожа на Джессику и одета совсем не так. Даже близко нет.

Ее волосы были темнее, намного темнее. Слишком плоские. Слишком блестящие. Вероятно, это парик.

Джесс ни за что не стала бы красить свои настоящие волосы дешевой краской.

На ней была футболка с "ботанским принтом", очки в толстой оправе, и она стояла, сгорбившись, как все любители аниме. Но что-то в ее лице заставило меня задуматься.

Я медленно подняла руку и прикрыла парик брюнетки на фотографии.

И тут я увидела ее чертову улыбку.

Это Джессика.

Не фото в Инстаграме. Не версия Джессики, - отфильтрованной, отполированной, идеальной для вечеринки.

Здесь она выглядела по-настоящему. Живой. Самой собой.

И она выглядела счастливой.

У меня скрутило живот. В груди все сжалось.

Она все еще была с ним.

"Вот чертова сука - она все еще лгала мне. Все еще считала меня такой тупой, чтобы сложить два и два".

Моя рука сжала телефон. Я подняла его, прежде чем смогла себя остановить.

Щелчок фотокамеры.

Еще одна ложь. Захвачена навсегда.

— Хэнк, - пробормотал я, уставившись на парня на фотографии, то есть - на Тома.

Как, черт возьми, я этого не заметила?

Волосы, лицо, осанка - все было его.

Да. Чертовски верно.

Это имя никогда не было настоящим. Это была маска. Кульминационный момент. Идеальное маленькое алиби, пока она пряталась за нашими спинами.

После всего этого времени - когда она уклонялась от моих сообщений, улыбалась мне в лицо, притворялась, что все изменилось, - она все еще была с ним.

А тот взгляд, который был у нее в комнате раньше?

Счастливая. Ноги все еще дрожат. Совершенно разбитая.

Да... это был не просто секс. Он был там.

Однажды она сказала мне, что для ботаников не бывает счастливого конца.

Чушь. Похоже, ее ботаник подарил ей потрясающую сказку и, возможно, еще кое-что, судя по сиянию после секса, которое она носила как трофей.

Я и раньше видела, чтобы Джессика притворялась, когда она играла с парнями, словно это была игра - заманивала, дразнила, отбрасывала.

Но это? Это не было притворством.

Ее улыбка на фото? Она была настоящей, и это разозлило меня больше всего на свете.

У меня пересохло в горле. Челюсть болела от того, как сильно я ее сжимала.

Мне нужно было выпить.

Нет, к черту все это. Мне нужно было трахнуться.

Что-нибудь грубое. Что-нибудь бессмысленное.

Что-нибудь, что помогло бы мне избавиться от гнева, прежде чем я совершу какую-нибудь глупость.

Например, расскажу Саймону о том, что я только что узнала.

Этот безмозглый спортсмен уже должен был вернуться из поездки с университетской командой, так что, может быть, я загляну к нему и немного выплесну свою злость.

А если от этого станет только хуже?

Может, она, блядь, это заслужила.

***

— В последнее время ты была настоящей стервой... - пробормотал он, лениво улыбаясь в потолок. - Может, тебя просто нужно было хорошенько оттрахать, чтобы ты почувствовала хороший член...

— Оставь это, Саймон. Ты действительно не такой уж впечатляющий.

Это быстро заставило его замолчать. Улыбка исчезла с его лица. В его глазах промелькнуло замешательство.

—.. .Тогда ладно.

Я не стала утруждать себя долгим подходом. В этом не было необходимости.

"Он думал, что у Джесс просто интрижка. Небольшая забавная разрядка. Он понятия не имел, что у меня есть чертова бомба замедленного действия. И если честно? Мне нужно было выплеснуть свою злость".

— Дай угадаю... Джессика?

Он сказал это так буднично, как будто только что не попал в самую точку. Как будто то, над чем я мучилась несколько дней, было не более чем случайной догадкой.

Я не доверяла своему голосу, просто позволила тишине повиснуть в воздухе. Позволила ему еще немного поразмышлять.

Не ответила. Потом села и вынула телефон. Мои пальцы слишком дрожали. Я больше не могла сдерживаться.

Саймон издал хриплый смешок, все еще ничего не понимая: - Да ладно тебе. Ты все еще злишься, что она провела время с тем занудой? Я думал, она уже должна была закончить.

Я разблокировала свой телефон и бросила ему на колени.

Он моргнул. Брови нахмурились. Посмотрел вниз.

Нахмурился. Мне даже не нужно было смотреть на него.

Я поняла, в какую секунду это произошло.

По тому, как застыли его пальцы. По резкому вдоху. Напряжение пронзило его тело, как будто кто-то только что дал ему пощечину: -.. .Что это? Голос дрожал. Пытаясь казаться спокойным. Он уставился на экран. А я наблюдала за его трансформацией в реальном времени:

— Замешательство.

— Узнавание.

— Ярость. Его челюсть сжалась. Плечи напряглись.

— Она, блядь, издевается надо мной? - он резко повернул голову в мою сторону.

— Я думал, это должен был быть минет. Какого черта она трахалась с этим ботаником?

Его глаза были широко раскрыты. Пылали в ярости.

— Ты сука! Ты же обещала, что она будет моей!

Он резко выпрямился, простыня упала до пояса – он был как на ладони, - как физически, так и эмоционально. Горечь в его голосе говорила сама за себя.

Он точно знал, о каком сравнении идет речь.

— Так вот что сейчас было, да? Трах из жалости? Твоя награда за то, что он получил то, чего я никогда не смог бы?

Его голос дрожал.

Я ничего не сказала. Пусть идет по спирали.

Он издал горький смешок, но в нем не осталось ничего веселого. Только что-то грубое.

— Ну и трахни меня.

Без развязности. Без ухмылки. Его глаза были прикованы к экрану, зрачки расширились.

Теперь он увидел это.

Размер Тома.

Он моргнул. Раз. Другой. Затем медленно провел рукой по лицу, словно пытаясь стереть этот образ из памяти.

— Господи Иисусе, - пробормотал он.

— Теперь я понимаю. Ты не злилась на то, что она трахалась с ним. Ты злилась на то, что он тупо трахал ее, а не тебя.

Он поднял голову. В его глазах вспыхнуло недоверие: - Со мной ты никогда так не выглядела.

Я прислонилась к спинке кровати, скрестив руки на груди.

Может быть, я завидовала тому, что Джессику взял тот, кто мог покорить ее.. . и заставить улыбаться.

А сейчас что я чувствую? Наблюдая за тем, как Саймон разваливается?

Своего рода терапия.

— Когда это было снято?

Я не ответила. Предоставила ему самому прокрутить страницу.

Пусть сам посмотрит.

Его большой палец замер на середине снимка. Глаза расширились.

—.. .Больше месяца назад? - его голос был едва слышен.

— Я был с командой. Половину этого времени мы были в туре.

— Он провел рукой по волосам, - и я чувствовала, как из каждой его поры исходит разочарование.

— Она ничего не сказала? Ни единого чертова слова?

Затем - наконец-то - он сорвался: - Ты сказала, что она будет моей, если откажется выполнить штраф. Таков был уговор! Таков был чертов уговор!

Вот оно что. Эгоизм. Ярость. Боль от того, что его кинули.

Он повернулся ко мне. Глаза налиты кровью. Голос ядовитый: - Так ты играла со мной. Ты ни хрена не сказала, даже когда я уходил!

Я не дрогнула. Даже глазом не моргнула.

— Ну, она сыграла свой штраф, даже если это было за день до истечения срока, так что, извини, чувак, но ты ничего не получаешь.

— Как ты думаешь, почему я не звонила? Я надеялась, что у нее ничего не получится. Я ждала, чтобы вручить ее тебе лично. Может быть, даже завернутую в подарочную упаковку.

— Но она не подвела.

— И, может быть...

Я слегка наклонила голову. Позволила ему помучиться.

— Если бы ты был на несколько дюймов длиннее... возможно, я бы выглядел так же рядом с тобой.

Теперь он выглядел разбитым. И жалким. Оболочкой того самоуверенного засранца, которым он был раньше.

А какая-то часть меня? Какая-то часть меня наслаждалась этим.

Он бормотал, словно все еще не мог в это поверить: - Она должна была быть моей. Она не дала мне попытки...

Я не стала его поправлять. Просто позволила ему поверить в эту иллюзию.

— И что теперь? - спросил он хриплым голосом.

Я не колебалась.

— Сейчас? - я ухмыльнулась. - Будем возвращать себе контроль.

Он поднял голову с испытующим взглядом.

— Ты серьезно?

— Совершенно серьезно.

Я наклонилась к нему: - Мы напомним ей, кого она на самом деле собралась обмануть. Она думала, что может просто так уйти. Изменить себя. Притвориться, что прошлого не существовало?

Он усмехнулся: - Ей не должен был понравиться этот ботаник. Такого уговора не было.

— Точно. Она должна была сделать минет, сделать фото, посмеяться и двигаться дальше. Как и всегда.

— Вместо этого, - сказала я, наклоняясь ближе, - она все еще с ним. Играет в домашние игры. Притворяется, что она лучше нас.

Он сжал челюсти, что-то промелькнуло в его глазах.

— Она несколько месяцев вела себя так, будто изменилась. Как будто она больше не была одной из нас. Но все, что нужно, - это один маленький толчок. Одно напоминание о том, кто она на самом деле.

Я понизила голос: - Она забыла, кто ее слепил. Кто сделал ее такую, какая она есть. К какой тусовке она, черт возьми, принадлежит.

Он уставился на меня. В глубине его глаз вспыхнуло что-то острое.

— Да... - выдохнул он. - Мы, черт возьми, так и сделаем.

И в этот момент мы снова начали двигаться.

Но на этот раз? Мы не будем играть по-хорошему.

Саймон тихо фыркнул, не отрывая взгляда от экрана.

— Интересно, что скажет ботаник, когда увидит полную картину?

Джессика

Я проснулась, чувствуя себя легче, чем когда-либо за последние месяцы. Утренний солнечный свет лился в окно, и тепло тела Тома рядом со мной все еще было свежо в моей памяти. Мои губы растянулись в мягкой улыбке, когда я потянулась, наслаждаясь воспоминаниями о прошлой ночи. Не только наше свидание, но и весь уик-энд был волшебным! Мои ноги словно лишились костей, кожа все еще гудела от прикосновений Тома, воспоминание о его шепоте "Я люблю тебя" окутывало меня, как второе одеяло, заставляя чувствовать, что я - единственное, что имеет значение в этом мире.

Впервые в жизни я не думала о том, что будет дальше. Я не прикидывалсь, не беспокоилась о внешнем виде, о том, что подумает Ханна, Рейчел или Кэт.

Зазвонил мой телефон. Я лениво потянулась к нему, все еще находясь в тепле своей постели, пока не увидела имя на экране.

Ханна.

Я могла не обращать на это внимания. Притвориться, что я этого не заметила. Еще немного притвориться, что все в порядке. Но все было не так. Ханна не позволяла людям игнорировать ее.

Смысл был прост.

— Нам нужно поговорить. В кафе. Немедленно.

У меня внутри все сжалось.

В последнее время сообщения Ханны были редкими, более агрессивными, чем обычно, но этот был... по-другому. Неотложный.

Том зашевелился рядом со мной, моргая и глядя на меня с сонным, довольным выражением лица: - Что случилось? - пробормотал он.

Я колебалась: - Это Ханна. Она хочет встретиться.

Том выдохнул и провел рукой по лицу: - Ты думаешь, она знает?

Я быстро покачала головой: - Нет. Нет, она просто... она, наверное, просто разозлилась из-за того, что я была в ее команде на протяжении большей части наших отношений. - Я старалась говорить убедительно, даже для себя.

"Хотя возможно... просто возможно, она уже знала. От этой мысли у меня по спине пробежал холодок. Два дня назад она чуть не застукала нас. Чуть не вошла в мою квартиру, когда Том все еще лежал голый в моей постели. Тогда я отшутилась, прикинувшись невозмутимой. Но сейчас мне было не до смеха.

Ханна никогда не прекращает копать. А если она что-то нашла? И если у нее есть доказательства? Тогда я уже в заднице".

Том сел, потягиваясь: - Хорошо. Мне нужно заехать к себе в общежитие, а потом к Гарри и Чарли. Они жалуются, что меня нет рядом, - он лениво ухмыльнулся. - Похоже, моя девушка не дает мне покоя.

— Моя девушка.

Это слово засело у меня в груди, теплое и весомое. Девушка. Это казалось настоящим. Безопасным. Как что-то, за что я могла бы держаться. И все же, когда я одевалась, что-то уродливое скрючилось рядом с этим теплом. Такое чувство возникает, когда знаешь, что надвигается буря, но еще не можешь разглядеть облака.

Я поцеловала его, медленно и протяжно, прежде чем прошептать: - Увидимся позже, ботаник. Люблю тебя.

Дверь была уже наполовину открыта, когда я вдруг вспомнила кое-что важное! Я обернулась и увидела, что Том, слегка наклонившись, натягивает боксеры, - мне понравился вид его задницы и торчащего члена.

— Малыш! Пока я не забыла! После того, как я закончу разговаривать с Ханной, мы можем поговорить? Я должна буду тебе кое-что рассказать...

Было забавно наблюдать, как Том прыгает на одной ноге, пытаясь надеть трусы:

— Конечно! Хочешь подождать, пока я закончу у Чарли и Гарри? Или встретимся здесь?

— Я пришлю сообщение, как только закончу, мне нужно поговорить наедине, обещаю, это будет весело!

Я послала ему воздушный поцелуй, прежде чем он успел ответить, и закрыла за собой дверь, чувствуя, как у меня в животе поселяется неприятное чувство.

***

Когда я вошла, кофейня была почти пуста. Ханна уже была там, потягивая латте со льдом и лениво постукивая своим маникюром по чашке. При моем приближении она подняла голову, и на ее губах медленно появилась ухмылка.

— Что-то ты долго. На секунду я подумала, что мне придется нанести еще один неожиданный визит, чтобы заставить тебя выйти из укрытия, - Ханна протянула, указывая на стул напротив себя. - Присаживайся, детка. Нам нужно кое-что наверстать.

Я даже не заметила, что задерживала дыхание, пока не села. Мои мысли постоянно возвращались к ее утренней инспекции в моей комнате. Звук поворачивающегося в замке ключа. В ту секунду я подумала, что нас застукали. Тогда мое сердце чуть не остановилось. Оно останавливалось и сейчас.

Если Ханна была здесь по этой причине, то я была уже мертва.

Я с трудом сглотнула, но выдавила из себя непринужденную улыбку: - Да, я знаю. Я была занята.

Ханна приподняла бровь: - Занята - это один из способов выразить это.

Я едва успела ответить, как Ханна откинулась на спинку стула, лениво помешивая свой напиток: - Знаешь, мне всегда было интересно, что с ней стало, - размышляла она.

Я моргнула: - С кем?

— Та девушка-ботаничка. Та, которая не вписалась в нашу компанию.

У меня внутри все перевернулось. Ее слова звучали слишком небрежно, но я-то знала, что это не так.

Ханна ухмыльнулась: - Да ладно тебе. Ты же помнишь. Та, которая думала, что может просто... уйти от нас. Знаешь, мне всегда было интересно... что бы произошло, если бы она тогда подыграла? Если бы она просто сделала то, о чем мы ее просили?

Я сглотнула, мысленно возвращаясь к той девушке – к ее опущенным плечам, тому, как ее голос становился тише каждый раз, когда Ханна заговаривала с ней. То, как она перестала встречаться со мной взглядом через некоторое время. Как будто она уже знала, что ей здесь не место. И что теперь? Я даже не помнила, как ее звали.

— Это было давно.

— Правда? – Ханна спросила, слегка наклонив голову, глаза ее заблестели. - Она думала, что может справиться сама. Но это не так, правда, Джесс?

Я с трудом сглотнула: - Что ты хочешь сказать? Ты же не хочешь сказать..., - я замолчала, ненавидя то, как неуверенно звучит мой голос.

Ханна только пожала плечами: - Я просто говорю, Джесс... ты же не хочешь быть такой, как она.

Я хотела сказать ей, что она ошибается. Что я не такая, как та девушка. Что я не сломаюсь. Но у меня перехватило дыхание, прежде чем я успела хотя бы попытаться, и тогда я поняла, что это был не разговор.

Это было предупреждение. Угроза.

Она напоминала мне, что случается с девушками, которые думают, что могут просто уйти.

А потом она полезла в свою сумку и достала телефон, несколько раз нажала и провела пальцем по экрану, прежде чем перевернуть телефон и подвинуть его через стол.

Мои пальцы дрожали, когда я брала его в руки. Изображение цифрового экрана с улыбающейся парой на нем. На секунду меня охватило облегчение - просто картинка. Никаких сообщений. Никаких квитанций. Просто дурацкая картинка из аркады.

О, черт... аркада!

Мне показалось, что земля ушла из-под ног. Мои легкие сжались. Этого не могло быть.

Снимок был сделан в пятницу вечером в игровом зале!

Это был цифровой снимок, сделанный одним из автоматов, на котором Том стоял рядом с девушкой в футболке для повседневных игр и очках с толстой оправой. То есть, со мной. Моя маскировка, которую, как я думала, никто не узнает. Но Ханна узнала. Она всегда узнает.

Ханна наклонилась вперед, подперев подбородок ладонью, и наблюдала за мной с неторопливым, нарочитым изумлением человека, который только что узнал, что выиграл:

— Знаешь, - задумчиво произнесла она, проводя ногтем по запотевшей поверхности своей чашки, - На секунду я даже поверила в это.

Волна тошноты накатила на меня: - Ханна...

Она проигнорировала меня.

— Что ты просто встретилась с каким-то новым горячим парнем и не захотела делиться подробностями. Что, может быть, просто, может быть, у тебя была обычная причина для того, чтобы игнорировать нас.

Она слегка наклонила голову, и ее ухмылка стала еще шире: - Но потом я увидела это. И я подумала... ха. У этой девушки глаза Джессики. И ее улыбка.

Я почувствовала, что тону.

Ханна протянула руку и лениво провела пальцем по волосам "девушки".

"И когда я это сделала? Бинго. И, говоря о прическе, подумать только, что твой "Хэнк" был просто ботаником - с новой стрижкой и чужим гардеробом. Спасибо тебе, Джесс. Это было гениально.

Мир трещал у меня под ногами.

Моя хватка на телефоне грозила расколоть экран.

Ханна что-то промурлыкала, слегка склонив голову набок: - Я тут подумала... он ведь все еще не знает о фотографии "процесса штрафа", не так ли? Я имею в виду, зачем так сильно маскироваться, если ты не хочешь, чтобы что-то особенное дошло до чужих глаз?

Каждый мускул в моем теле напрягся. Мне казалось, что мои легкие перестали работать. Как будто из комнаты выкачали весь воздух. Я знала, что она ждет, когда я начну отрицать это. Что начну придумывать оправдание. Но что я вообще могла сказать? Она была права. А теперь? Теперь было слишком поздно.

Ее ухмылка стала шире: - Да... так я и думала, - она наклонилась ко мне, теперь ее голос звучал тише, почти издевательски мягко. - В том-то и дело, что у секретов есть особенность, Джесс. У них есть способ выплескиваться наружу. И когда это происходит? Это никогда не бывает на твоих условиях.

Я с трудом сглотнула, у меня внезапно пересохло во рту: - Ханна, я...

— Расслабься, детка, - оборвала она меня, пренебрежительно махнув рукой. - Я имею в виду, если бы ты хотела переспать с ботаником, ты могла бы просто сказать об этом, - она медленно отпила из своего бокала. - И я должна признать, что он особенный? Довольно сексуальный, да. Но меня удивило, насколько по-другому он выглядит.

Я не могла говорить. Не могла думать. Во что она здесь играет?

— Итак... - выдавила я из себя, мой голос был едва тверд. - Ты не злишься?

Ханна тихо рассмеялась: - С чего бы? - она откинулась на спинку сиденья, ухмыляясь. - Это ты злишься. Мы просто подшучивали над тобой раньше. Если он тебе нравится, признай это.

Что-то было не так.

Я чувствовала это.

Каждый нерв в моем теле кричал мне бежать.

Я постаралась, чтобы мой голос звучал ровно: - Так... ты собираешься рассказать Тому?

Ухмылка Ханны не дрогнула: - О, милая. Я ничего не буду делать, - она сделала еще глоток своего латте. - А как же Саймон? Она пожала плечами, но ее глаза заблестели как у ребенка, который только что выпустил воздушный шарик, точно зная, где он приземлится.

Я похолодела.

Лед наполнил мои вены, поднимаясь по позвоночнику.

У меня перехватило горло: - Ханна, пожалуйста. Не делай этого.

Ханна вздохнула, почти с жалостью: - О, Джессика, - пробормотала она, качая головой.

— Ты думаешь, это имеет значение?

Я почувствовала, что меня вот-вот стошнит.

— Я собиралась сама сказать ему в понедельник! может, ты позволишь мне хотя бы это?!

Ханна, ни о чем не беспокоясь, просто потягивала свой напиток: - О, милая... может, тебе стоило перенести свои планы с понедельника на вечер пятницы? Я думаю, что твое окно возможностей становится все меньше и меньше.

Я не могла дышать.

Не могла пошевелиться.

Ханна встала, стряхивая воображаемые пылинки со своей юбки. Она взяла телефон и повертела его в руках, словно любуясь произведением искусства. Затем положила его обратно, постукивая ногтем по столу - тик-так, тик-так, тик-так.

"К черту правило четырех! Что хорошего в верности, если она стоит тебе всего? "

— Лучше беги к нему побыстрее, Джесс. Не хотелось чтобы ты опоздала. О, подожди... Может, ты уже опаздываешь.

Нет.

Нет, нет, нет.

Том?!

Он направлялся в общежитие Гарри и Чарли. Вот где Саймон может его найти.

Я так резко отодвинула свой стул, что он чуть не опрокинулся. Перед глазами все плыло. Пульс бешено колотился в висках. Я нащупала свою сумку и чуть не уронила ее. Мне нужно было двигаться. Сейчас же. Пока не стало слишком поздно.

— Джессика, если случится худшее и ты перестанешь нравиться этому ботанику, это значит, что я смогу прикоснуться к его огромному члену, верно? И если Саймон доберется до него первым... ну, кому нужна девушка, которая солгала, когда правда уже широко раскрыта?

Голос Ханны звучал весело, но за этим скрывалось что-то еще. Удовлетворение.

Она знала, что сейчас произойдет.

Она знала, что уже выиграла.

Я проигнорировала ее.

Мои ноги начали двигаться раньше, чем мой мозг успел сообразить. Я даже не думала - просто реагировала. Просто побежала. В попытке добраться до него, пока не стало слишком поздно.

Том

Не буду врать! но у меня была пресловутая "пружинистая походка", когда я направлялся к комнате Гарри и Чарли в общежитии, их общежитие было на другой стороне двора - на верхнем этаже, в противоположном углу. Мое? Первый этаж, на той же стороне. Комната Джессики в женском общежитии была самой дальней от меня.

Место для наших встреч был неудачным, но мы справились.

Ханна чуть не застукала нас вчера, когда вернулась домой пораньше. Она никак не могла знать о нас - Джессика бы мне сказала. Но по какой-то причине я не мог избавиться от неприятного ощущения, ползущего у меня под кожей. Что-то было не так.

Прошедшие выходные были прекрасны. Джессика в моих объятиях. Ее голос звучал у меня в ушах. Она шептала мне на ухо слова, которые я мог бы представить раньше только во сне.

Она любила меня.

И я любил ее.

Так почему, черт возьми, у меня сейчас такое чувство, что меня вот-вот стошнит?

Я отогнал эту мысль и продолжил идти. Общежитие Гарри и Чарли было как раз впереди. Я планировал заглянуть ненадолго, может быть, поговорить о прохождении нового сценария, о чем угодно, лишь бы просто насладиться выходными. Но тут...

Знакомый голос прорезал воздух: - Смотрите-ка, кто идет.

Я замедлил шаг и остановился.

Саймон.

Он стоял, небрежно прислонившись к фонарному столбу с той самой самодовольной ухмылкой, которую мне всегда хотелось стереть с его лица. Рейчел стояла рядом с ним, накручивая прядь волос на палец, и смотрела на меня так, словно уже знала что-то, чего не знал я. Кэт... она вообще не смотрела на меня. Скрестив руки на груди, она неловко переминалась с ноги на ногу, словно хотела оказаться где-нибудь в другом месте.

Они втроем ждали меня.

У меня внутри все сжалось.

Я сохранял нейтральное выражение лица: - Чего ты хочешь?

Саймон оттолкнулся от фонарного столба и медленно шагнул вперед: - Расслабься, майнкрафтчик. Мы просто хотели немного поболтать с тобой.

Я стиснул зубы: - Не интересно.

Саймон издал тихий смешок: - Ты уверен? Потому что, я думаю, ты захочешь это услышать.

Я повернулся, чтобы уйти, но он заговорил снова: - Это насчет Джессики.

У меня подкосились ноги. Я не обернулся, но мои руки в карманах сжались в кулаки. Каждая частичка меня кричала продолжать идти, но я не мог. Не сейчас.

Саймон, должно быть, заметил перемену в моей позе, потому что его голос стал тише. Довольный. Жестокий: - Забавно, теперь, когда я вижу всю картину, она действительно обвела тебя вокруг пальца, проделала потрясающую работу, - сказал он.

Я повернулся, медленно и обдуманно: - О чем, черт возьми, ты говоришь?

Саймон ухмыльнулся: - Да ладно, Том! Ты же не можешь быть настолько глупым.

Рейчел тихонько захихикала, а Кэт неловко помялась на месте. Я переводил взгляд с одного на другого, мое терпение подходило к концу.

— Говори, что ты хочешь сказать, - выдавил я из себя.

Саймон драматично вздохнул, затем достал свой телефон, несколько раз постучал по экрану, потом посмотрел, на его лице промелькнуло раздражение, прежде чем он повернулся ко мне.

Я не должен был смотреть.

Мир остановился.

Я не мог дышать.

Это была обнаженная Джесс, лежащая на мне.

Мое собственное чертово лицо на снимке - глаза закрыты, рот приоткрыт от удовольствия, я ни о чем не догадывался, когда же она успела?

На меня накатила волна тошноты, внезапная и ошеломляющая.

— Сумасшедший снимок, скажи? - задумчиво произнес Саймон. - Спорим, ты думал, что она на тебя запала, да? Должен сказать, даже я был удивлен, когда увидел доказательства.

Он посмотрел на свой чертов телефон, ухмыльнулся, а затем снова посмотрел на меня с презрением: - Черт возьми, чувак. Не думал, что такой зануда, как ты, будет так упакован. Неудивительно, что Джессика все откладывала - наверное, она решила, что кроме исполнения своей неустойки может одновременно насладиться твоим мясом.

Кровь в моих жилах застыла: - Где ты это взял? Мой голос был тихим. Опасным.

Саймон ухмыльнулся, опуская телефон: - Прямо из первоисточника. Никакого стыда, никаких колебаний. Просто нажать "отправить".

Я прочувствовал слова, прежде чем осмыслить.

"Отправила это сама.

Нет.

Нет, этого не может быть".

Саймон пожал плечами, как будто у него было все время мира: - Это был многоэтапный штраф. Ей пришлось подружиться с самым жалким неудачником кампуса - с тобой, между прочим. Поддержать тебя, дать тебе почувствовать, что ты что-то значишь, купить тебе новый гардероб и придумать ласкательное имя.

Он фыркнул, качая головой. - Боже, последняя фраза меня просто взбесила. Ты действительно опередил ее. Принял вызов прямо из ее рук, прежде чем она успела назвать твое имя. Кстати, Хэнк? Симпатично.

У меня перехватило дыхание. Я вспомнил тот момент. Тогда думал, что поступил умно - прервать ее, контролируя ход встречи с бандой Ханны. Но услышать это из уст Саймона? У меня внутри все перевернулось.

Саймон подошел ближе, и в его голосе прозвучала притворная искренность: - А затем, чтобы скрепить сделку, она должна была подарить тебе самый лучший и неповторимый секс, который ты когда-либо испытывал. Заставить тебя влюбиться в нее. По-настоящему глубоко.

Он наклонился ко мне: - А после того, как она "вылечила" тебя? Она должна была быть вознаграждена долгим недельным сексом со мной, а тот факт, что на следующей неделе будет День благодарения, сделал это время идеальным! По крайней мере, она будет трахаться с кем-то, кто действительно знает, что с ней делать.

Мир сузился вокруг меня. У меня обожгло горло. Перед глазами все поплыло.

— Я тебе не верю, - тихо сказал я.

Саймон наклонил голову: - А это?

Он провел большим пальцем по своему телефону, затем повернул экран ко мне.

Это была она.

Джессика. В маскарадном костюме. Парик ботанички. Очки.

Я рядом с ней.

Фотография в галерее.

У меня упало сердце. Я думал, что это наше. Только для нас.

— Это тоже прислала она, - сказал Саймон почти скучающим тоном. - Она должна была сделать это убедительно. По-настоящему продвинуть идею "влюбиться в ботаника". А ты? Ты был проектом, финальным боссом.

Его ухмылка стала шире: - Пришлось привести тебя в порядок. Сменить прическу, одежду. Вытащить тебя из подвала, который ты называешь общежитием. Походить с тобой так, будто ты вдруг чего-то начал стоить.

Я почувствовал, как кровь отхлынула от моего лица.

— Она формировала тебя, - продолжил Саймон. - Ты никогда не задумывался, почему все произошло так быстро? Почему это было похоже на сон?

Он откинулся назад все с той же самодовольной ухмылкой: - Потому что так оно и было. Хорошо отрепетированная фантазия. А ты? Ты просто рабочий сцены, который вдруг принял себя за исполнителя главной роли.

Затем его тон понизился, став насмешливо-ностальгическим: - То приглашение на мою вечеринку, с которого все началось? Это не было случайностью. Это был твой дебют. Снимок "до". Тебя водили за нос, как гадкого утенка, готового вот-вот превратиться в лебедя.

Я застыл на месте, сжав кулаки так сильно, что они задрожали.

— Она никогда не собиралась оставлять тебя у себя, Том, - добавил Саймон, теперь уже тише, но резче. Словно делая последний поворот ножа у меня в животе. - Ты был временным. Просто заданием. Средством для достижения цели.

Нет.

Не Джессика.

Не она.

Но трещины уже продолжались. Мой мозг пытался бороться с этим, но образы продолжали мелькать. Каждое мгновение. Каждый поцелуй. Каждое прикосновение. Каждое произнесенное шепотом "Я люблю тебя".

Были ли они настоящими? Или просто идеально расставленные ловушки?

Я не осознавал, что тяжело дышу, пока Рейчел за спиной Саймона не издала тихий смешок. Как будто это было развлечением.

Кэт... Кэт не смеялась. Она просто смотрела в землю, скрестив руки на груди, и на ее лице было написано чувство вины.

Саймон отступил на шаг, снова уткнувшись в свой телефон.

— О, и если ты действительно мне не веришь...

Звонок.

В моем кармане зазвонил телефон.

— Проверь свои сообщения, - сказал он, отворачиваясь и самодовольно помахав рукой.

Нет.

Нет. Нет. Нет.

У меня внутри все сжалось.

Обе девушки не двигались, они стояли и смотрели на меня, я поднял глаза и увидел, что Рейчел выглядит довольной, как будто план сработал как надо. Кэт выглядела разбитой, на ее лице читалось сочувствие.

Я был сломлен.

И затем...

— Том! - позвали меня.

Я моргнул. Моя грудь сжалась от судорожного вдоха.

Джессика. Бежит. Ее светлые волосы развевались за спиной, глаза были широко раскрыты от паники, по лицу текли слезы.

Она резко остановилась, как только увидела мое лицо. В ту же секунду, когда она увидела, что от меня осталось.

Все мое тело напряглось. Я не мог этого сделать. Не здесь. Не сейчас.

Рейчел и Кэт отошли в сторону, освобождая пространство между мной и ей.

Джессика звала меня по имени, но я не двигался. Как в ступоре.

Я чувствовал тяжесть взглядов Рэйчел и Кэт. Тяжесть всего мира.

Если бы я посмотрел на нее, если бы я хотя бы заколебался, я бы сломался.

Поэтому я сделал единственное, что мог сделать.

Я повернулся и пошел в сторону общежития. К Гарри и Чарли. Делать что-то, что угодно, что имело смысл.

Подальше от них. Подальше от него. Подальше от чертовой Джессики Мейсон!

Но даже когда я двинулся, когда ноги сами понесли меня вперед, я почувствовал это.

Она все еще была позади меня.

Раздался ее задыхающийся голос, отчаянный, дрожащий: - Том! Подожди, пожалуйста!

Я не остановился. Не замедлил шага. Не взглянул на нее.

Я не мог.

Не после того, что Саймон только что сказал мне.

Не после того, что он мне показал.

Я едва заметил остальных, которые все еще стояли там - Рэйчел, Кэт. Может, и больше. Их голоса были всего лишь фоновым шумом. Статическим. Ни одно из них не имело значения.

Ее кроссовки звучали по тротуару позади меня, быстро и нетвердо, словно она чувствовала, как время утекает у нее между пальцев: - Том, пожалуйста, просто послушай меня!

Я резко выдохнул и, наконец, остановился.

Но не обернулся.

Между нами повисла тишина, густая и удушающая.

Я слышал ее неровное дыхание, слышал, как она с трудом подбирает слова. Нужные слова.

Пока их не было, она пыталась.

— Том, пожалуйста, просто выслушай! - голос Джессики срывался, в нем слышалось отчаяние. - Это не... Я не имела в виду...

Горький смешок вырвался из моего горла, когда я медленно повернулся и встретился взглядом с ее широко раскрытыми, полными слез глазами. В моих глазах сквози холод.

Чего она никогда раньше у меня не видела.

Мой телефон снова прозвонил. Появление Джессики отвлекло меня от того, чтобы достать телефон, я вытащил его из кармана и уставился на экран.

Там было новое сообщение.

Контакт неизвстен: - На случай, если тебе понадобится напоминание. ;)

Я нахмурилсь, мой пульс участился.

Я не хотел смотреть. Не хотел этого видеть. Но мои пальцы уже сами двигались.

К сообщению было прикреплено изображение.

Мой большой палец завис над текстовым уведомлением, я поколебался, прежде чем нажать на него.

Как только изображение загрузилось, все мое тело сжалось от страха..

Джессика. Моя Джессика, моя бывшая Джессика....

Волосы в беспорядке. Полуприкрытые глаза светятся удовлетворением.

Ее тело было полностью выставлено на всеобщее обозрение, когда она сидела на мне верхом.

Моя голова была едва видна на заднем плане - глаза закрыты, она ничего не замечала.

Но не это вызывало у меня желание блевать.

Это была ее ухмылка.

Эта ухмылка. Как будто она гордилась этим.

И что самое худшее?

Доказательство того, что мы сделали, все еще было там - растеклось по ее животу.

Чертов трофей. Чертова расписка за все, что она сделала.

И тут я увидел подпись.

"Проигрыш завершен".

Я повернул телефон - медленно, обдуманно - так, чтобы экран был направлен на нее.

Она резко втянула воздух, как будто это причиняло физическую боль.

— О, правда? - я крепче сжал телефон. -Тогда скажи мне, что именно это должно было быть?

Она сглотнула, ее руки дрожали: - Том, я...

Я покачал головой, крепче сжимая телефон: - Ты сама отправила это им.

Губы Джессики приоткрылись. Она замерла. Это было все, что мне было нужно для подтверждения.

У меня вырвался резкий выдох, наполовину смешок, наполовину что-то сломленное.

— Ты не собиралась мне рассказывать, не так ли? - мой голос был хриплым и усталым.

Джессика вздрогнула: - Я... я была...

— До или после того, как я узнал бы сам? - я оборвал ее, подходя ближе, едва сдерживая ярость. - До или после того, как Саймон решил рассказать мне, кем, черт возьми, я был для тебя?

Ее глаза наполнились паникой: - Он лжет...

— Лжет? - мой смех был горьким, резким. - Тогда скажи мне, Джессика. Скажи мне, что он неправ.

Джессика открыла рот...

Но не издала не звука...

Тишина была оглушительной.

У нее ничего не было.

И внезапно все обрело смысл.

То, как она колебалась, когда рядом был кто-то из ее прежней группы. То, как она всегда меняла тему разговора, если я спрашивал, почему она хочет быть со мной. То, как она иногда смотрела на меня, как будто чего-то ждала. Как будто выжидала момент, когда сможет, наконец, перестать притворяться.

Я выдохнул, качая головой. Меня охватила тошнота.

Я больше не хотел здесь находиться.

Не хотел этого слышать. Не хотел ее видеть.

У Джессики перехватило дыхание. - Том, пожалуйста... просто послушай...

— НЕТ.

Все ее тело замерло.

Я стиснул зубы, пытаясь справиться с ощущением предательства, терзающим мою грудь: - Я был для тебя просто игрой, - сказал я низким, ровным, опасным голосом.

Лицо Джессики исказилось: - Нет! Может быть, в самом начале... но я... Я...

— Тогда почему? - Мой голос наконец дрогнул. - Зачем ты это сделала, Джессика?

Она резко вдохнула. - Я...

— Почему ты выбрала меня? - резко оборвал я ее.

Молчание Джессики было не просто ответом.

Это была правда, смотревшая мне прямо в лицо. Я горько рассмеялся, проведя рукой по волосам. - Ты ведь была обязана, не так ли? - О, теперь все становится на свои места. Я не был особенным, не так ли? Просто ботаником, которого ты выбирала наугад. Если бы это был не я, то это был бы Гарри. Или Чарли. Или кто-нибудь еще, с кем ты могла бы поиграть в переодевания, верно? Любой бедный ботаник подошел бы, так? При условии, что ты сыграла с ним в переодевания, а когда все закончится - унизить его?

Внезапно мне в голову пришла мысль: - Что еще хуже, так это то, что ты даже не знала моей фамилии. Мой голос был едва громче шепота, но достаточно резким, чтобы резать.

Ее губы приоткрылись. На мгновение мелькнуло смущение, за которым последовал стыд. Она не стала этого отрицать.

— Я отдал тебе все. А ты даже не спросила, мою фамилию.

И после судорожного вздоха: - Ты все время говоришь "Том"... но даже не знаешь моего полного имени.

У меня перехватило горло: - Это должно было служить мне подсказкой. Что я никогда не был чем-то большим, чем проектом.

Она вздрогнула.

Земля подо мной больше не была твердой. Мне казалось, что кто-то завязывает мои внутренности в жестокие, немыслимые узлы.

Все, во что я позволил себе поверить, каждое мгновение, которое я считал реальным, рушилось у меня на глазах.

Она смотрела на меня так умоляюще и отчаянно... но теперь я понял.

Дело было не во мне. Это никогда не должно было касаться меня.

Я был просто дублером. Экспериментом. Чертовой шуткой.

И внезапно мне захотелось заболеть.

— Ты не выбирала меня, - моя грудь горела от тяжести правды. Осознание того, что я никогда не был предназначен для чего-то большего, чем гребаный проект. - Саймон рассказал мне все. Твой проигрыш, штраф и все такое. Как ты должна была привязать меня к себе, трахнуть, а потом двигаться дальше.

Горький смешок вырвался из моего горла. Я почувствовал, как отвращение накатывает на меня, густое и удушающее.

— И какова же твоя награда за успешное "завоевание" меня? Саймон. Спортсмен. Конечно, каков жеребец!

Я усмехнулся, качая головой: - Но знаешь что, Джессика? Он, блядь, не награда. Он просто придурок в университетской куртке. И ради этого было все? Это твоя гребаная цель?

Я резко выдохнул, качая головой, когда недоверие подступило к горлу.

— А кем должен был стать я? Просто еще одним именем в твоем списке? Просто проектом, который ты могла отбросить, когда это тебя устроит?

Джессика яростно замотала головой: - Нет, Том, такого никогда не было, я бы никогда...

Я резко выдохнул, отступая назад: - Так и было. Я просто был слишком слеп, чтобы это увидеть.

Ее губы задрожали: - Я люблю тебя.

Я усмехнулся: - Ты вообще хоть понимаешь, что такое любовь, Джессика? - мой голос стал тише. Я не кричал. Только усталость. Только разочарование.

Джессика моргнула, застигнутая врасплох: - Что?..

— Любовь - это не просто страсть, - сказал я холодным и решительным голосом. - Это не просто влечение. Это не просто комфорт. Это все вместе - страсть, близость и обязательства.

Я подождал, пока слова улягутся, а затем добавил: - ТАКОВА ТЕОРИЯ ЛЮБВИ.

Дыхание Джессики участилось. Ее губы приоткрылись, но она не произносила ни слова.

Я резко выдохнул, продолжая настаивать: - А ты? Ты так и не смогла ответить на мой вопрос.

Она вздрогнула. Из ее горла вырвался сдавленный звук, но я не остановился: - Ты хотела меня. Ты заботилась обо мне. Но для чего это было?

Я с трудом сглотнул, горло сжалось, в груди все горело. Я заставил себя посмотреть ей в глаза - глаза, которые наконец-то начали понимать, насколько сильно она облажалась.

— Ты никогда не выбирала меня.

Джессика издала сдавленный звук - нечто среднее между вздохом и рыданием. Как будто она только сейчас осознала это.

Я вспомнил тот момент в магазине, когда она сунула мне в руки новый гардероб, улыбаясь так, словно делала мне одолжение.

То, как она смотрела, как я выхожу из примерочной, и в ее глазах светилось что-то, что я принял за восхищение.

А позже - ухмылка Рейчел. Одобрительный кивок Ханны. То, как они перешептывались, когда я отворачивался.

Я думал, она выставляет меня напоказ, потому что я ей нравлюсь. Потому что она хотела меня.

Но теперь я знал правду. Она не хвасталась своим парнем. Она представляла свой проект. Я резко выдохнул, мой голос был едва громче шепота: - Я не был твоим парнем - я был твоей заявкой на выставку достижений. Миссия по преображению с включенным таймером.

— А Ханна? Рэйчел? Кэт? Они не просто слонялись без дела. Они были там на показе. Ждали важного момента, когда ты покажешь им свою работу - свой конечный продукт. Я думал, им просто любопытно. Но нет - они наблюдали. Ожидали. Судили. Они знали, Джессика. Они всегда знали. Под новой одеждой, стрижкой, "сиянием" скрывался все тот же я. Но они все равно подыгрывали. Потому что это было именно так? Игрой...

Джессика выглядела так, словно я дал ей пощечину.

Ее губы задрожали. Ее глаза.... Боже, эти чертовы глаза.... Они умоляли меня взять свои слова обратно. Исправить это.

Чтобы все исправить. Но я уже не мог.

Я сжал кулаки, каждая мышца моего тела кричала мне, чтобы я просто ушел.

Чтобы покончить с этим. Чтобы заставить ей разобраться с тем, что она натворила.

Я резко выдохнул, мой голос был едва громче шепота, и я слегка повернул голову - ровно настолько, чтобы мои слова дошли до нее, прежде чем я уйду навсегда.

— Чего бы это ни стоило, Джессика... - у меня перехватило горло, но я выдавил это из себя. - Ты победила.

— Я влюбилась в тебя. Это было. Я люблю тебя.

Я сглотнул, заставляя свои ноги продолжать двигаться: - И что теперь? Теперь тебе придется с этим жить. Я повернулся и пошел прочь.

Подальше от Джессики. Подальше от всего.

Я чувствовал, как она смотрит на меня, ее присутствие обжигало мне спину, словно она хотела, чтобы я обернулся.

Каждый шаг от нее давался все тяжелее. Более постоянный. Более реальный.

Но я не останавливался.

Потому что остановиться означало оглянуться назад.

А оглянуться назад означало вспомнить, как сильно я, черт возьми, любил ее.

Я продолжал идти. Шаг за шагом, все дальше отдаляясь от всего, чем, как я думал, мы были.

Потому что оглянуться назад означало дать ей еще один шанс.

И после всего? Я не был уверен, чего я боялся больше - уйти или захотеть вернуться.

С каждым шагом мне становилось все тяжелее, как будто тяжесть оставления ее сзади я проникала в мои кости, запиралась внутри меня.

Мои кулаки сжались. Я резко вдохнул. Предательство поразило меня до глубины души.

Я хотел бы возненавидеть ее. Мне нужно было начать делать это.

Но все, что я мог чувствовать, это чертову дыру, которую она оставила во мне.

И что самое худшее? Та часть, которая была там?

Она все еще принадлежала ей.

Джессика

Мой мир только что, блядь, рухнул.

Слова Тома крутились у меня в голове снова и снова, как заезженная пластинка, которая никак не могла остановиться.

"Ты вообще понимаешь, что такое любовь, Джессика?"

Я до этого не видела, чтобы он так смотрел на меня - как на незнакомку. Как будто он больше не знал меня, он даже начал снова называть меня Джессикой, это было так, как будто... как будто он жалел, что вообще встретил меня.

Я стояла посреди двора, окруженная людьми, которые внезапно перестали иметь значение. Их болтовня превратилась в ничто, мир кружился у меня под ногами. Мое сердце колотилось так сильно, что становилось больно, дыхание вырывалось резкими, неровными толчками, а в животе было такое ощущение, будто я проглотил чертово стекло.

Я должна была пойти за ним, я должна была все исправить, но я не могла пошевелиться.

Я даже дышать не могла. Сквозь туман донесся голос: - Ну, это было драматично.

Я вздрогнула. Мир снова обрел четкость.

Ханна. Она жевала жвачку, наблюдая за мной с ленивой ухмылкой, как будто только что не видела, как рушится вся моя гребаная жизнь.

Ее каблуки застучали по тротуару, когда она подошла почти вплотную, ее присутствие было удушающим. Я едва заметила, как она обняла меня за плечи, пока меня не задушили ее духи - те, которые мне так нравились раньше.

— Все в порядке, лучшая подруга, - проворковала она приторно-сладким голосом. - Тебе больше не придется иметь с ним дело. Твоя неустойка выплачена, девочка, прошло почти два месяца с тех пор, как ты выполнила свою часть штрафа, и ты свободна. Свободна от него и его маленького фантастического мира, да, конечно, у него огромный член, но, в конце концов, он все равно просто ботаник, держу пари, он всегда был слабаком по сравнению с теми парнями, которых мы для тебя приготовили.

Что-то внутри меня оборвалось. Я почувствовала, как все мое тело замерло.

Ханна, должно быть, почувствовала это... - и начала отстраняться...

Слишком поздно.

— Хлоп... Пощечина пришлась по ее лицу. Голова Ханны дернулась в другую сторону, дыхание сбилось. Ее каблуки дрогнули, скользнув по тротуару.

Тишина. Ошеломленная, удушающая тишина поглотила весь двор.

Впервые за все время Ханна, мать ее, Монро, потеряла дар речи.

У нее перехватило дыхание. Ее губы приоткрылись, но с губ не слетало ни слова. Она поднесла дрожащую руку к щеке, касаясь кончиками пальцев горящей кожи. Ее ногти слегка впились в кожу, словно она пыталась успокоиться, осмыслить то, что только что произошло.

Затем медленно - слишком медленно - ее широко раскрытые, остекленевшие глаза встретились с моими.

И я увидела там.

Страх.

Она почти мгновенно скрыла его, ее лицо исказилось в гримасе отвращения. Но это было так. Всего на секунду: - Ты... ты просто...

Ее голос сорвался. На самом деле сорвался.

По толпе прокатились вздохи, кто-то перешептывался, кто-то откровенно таращился.

Ханна с трудом сглотнула. Затем она рассмеялась - сухим, невеселым смехом: - О, Джессика, ты точно сошла с ума.

Я не пошевелилась.

— Ты думаешь, что теперь ты лучше нас? - выпалила она слегка вздрагивающим голосом, ее обычный холодный, снисходительный тон сбивал с толку. - Только потому, что ты трахалась с каким-то ботаником?

Она издала резкий, ломкий смешок, тряхнув волосами, словно все еще держала себя в руках: - Боже, ты такая жалкая, Джесс. Как ты думаешь, о чем будут говорить люди, когда станет известно, что тебя только что бросил самый гребаный ботаник в кампусе?

Ее глаза заблестели, губы изогнулись в улыбке: - Срочная новость, милая. Ты сама была гребаным ничтожеством с широко раскрытыми глазами, когда я тебя нашла! Слышишь меня? Ты - ничто. Гребаная шутка, которая не знает, где ее место.

В ее голосе сквозила насмешка, но сейчас в ее глазах было что-то дикое - отчаяние, как будто она пыталась отреагировать, взять себя в руки.

Шепот.

Именно он первым нарушил тишину. Тихое бормотание, резкие вдохи. Кто-то даже рассмеялся - не потому, что это было смешно, а потому, что это было невероятно.

— Вот черт... Ее бросил...? - Ни за что...

Я едва слышала эти смешки из-за грохота в ушах. Мое сердцебиение отдавалось громом, пульсировало в венах, заглушая все остальное. Мою руку все еще покалывало от удара, ладонь горела.

Ханна всегда обладала властью. Она диктовала правила. Иерархия. Игра.

Но больше нет. И все это сейчас увидели.

Я издала резкий, безрадостный смешок: - Так ты считаешь, все дело в гребаном штрафе? Я подождала, пока слова отзвучат, прежде чем шагнуть вперед, наблюдая, как Ханна вздрогнула.

— Нет, - прошептала я, и голос мой сочился ядом. - Это из-за тебя.

Ханна сглотнула: - Из-за меня? Джесс, не будь смешной...

— Ты же этого не выносишь, правда? - я оборвала ее. - Сама мысль о том, что кто-то - любой человек - может быть счастлив без твоего вмешательства. Тот факт, что у меня будет что-то настоящее, чего у тебя никогда не будет, разъедает тебя, как болезнь.

Я подошла на шаг ближе, понизив голос: - А я? Мой голос дрожал, но я не останавливалась. - Ты собиралась отдать меня Саймону, как какую-то чертову игрушку, если бы я не выполнила свой штраф. Как будто я была призом, который можно передать из рук в руки.

Губы Ханны дрожали, но она все еще продолжала ухмыляться, типа "я что-нибудь с этим сделаю": - Джесс, я...

— И знаешь, что еще хуже? - я наклонилась к ней, понизив голос настолько, чтобы его могла слышать только Ханна. - У тебя никогда не будет того, что было у меня.

Ее ухмылка погасла.

— Ты никогда не узнаешь, каково это, когда парень настолько хорош, что Саймон по сравнению с ним выглядит как чертов анекдот, - я наклонила голову, моя улыбка стала шире. - И знаешь что? Это то, что действительно не дает тебе спать по ночам. В тот момент, когда ты увидела эту фотографию, ты поняла, что лучше и быть не может. Называй меня королевой размера, сколько хочешь, но прямо сейчас? Мой мир рухнул, и теперь мне все равно!

Ханна побледнела. Ее дыхание слегка участилось, руки опустились по бокам, как будто она хотела что-то сказать - что угодно, - но слова не шли с языка. Ее губы приоткрылись, бесполезно шевеля губами, как будто она пыталась сформулировать ответ. Смех? Оскорбление? Какая-то отчаянная попытка взять себя в руки? Но ничего не вышло. Ничего, кроме тишины.

Толпа.. . ахнула. Среди студентов пробежал ропот - тихий, нарастающий звук осознания происходящего. Кто-то тихо присвистнул. Несколько человек обменялись взглядами, и я увидела: это перемена. Они больше не смотрели на Ханну с восхищением. Они смотрели на нее, как на... что-то мелкое. Кто-то сзади хихикнул, сначала тихо, потом громче. К ним присоединился еще один, потом еще. Это был смех не над шуткой, а над низложением.

Рейчел вздрогнула, ее лицо исказилось от шока, затем что-то просквозило... Она сглотнула, бросив взгляд на Ханну, затем снова на меня. На секунду - всего на секунду - с нее слетела маска. Я увидела это. Под маской было сомнение.

Кэт не пошевелилась. Не бросилась к Ханне. Ничего не сказала.

Просто смотрела на меня.

И на секунду, я могла поклясться, что увидела в ее взгляде что-то... что-то похожее на... понимание. Лицо Ханны покраснело - не столько от моей пощечины, как от унижения. И на этот раз ей нечего было сказать.

Я подождала, пока все уляжется, прежде чем нанести последний удар.

— Ханна? - мой голос был спокоен. Слишком спокоен.

Она моргнула, сбитая с толку тем, как я произнесла ее имя. Решительностью в моем тоне: - Я закончила. -.. .с тобой. И с твоим дерьмом. И с этим гребаным правилом четырех. Просто с меня хватит твоего дерьма.

Я подождала, пока слова снова улягутся, наблюдая, как Ханна рассыпается в прах, прежде чем вбить последний гвоздь: - Что я хочу сказать, так это... - потом я еще подождала, пока слова дойдут до нее, и до меня не дошла окончательность всего происходящего, прежде чем, наконец, посмотреть ей прямо в глаза, - и показать ей средние пальцы на обоих руках: -.. .Эта тусовщица больше не будет кланяться тебе.

Я повернулась. И впервые она не погналась за мной. Не приказала. Не попыталась остановить. Возможно, она наконец поняла, что больше не контролирует ситуацию.

И я ушла. У меня кружилась голова, грудь словно сдавило, а рука все еще саднила от пощечины.

Но, закрыв глаза, я увидела не лицо Ханны. Передо мной было лицо Тома.

Его голос повторял одну и ту же фразу снова и снова, проникая все глубже в мои кости, как открытая рана, которая не перестает кровоточить.

"А ты вообще понимаешь, что такое любовь, Джессика?"

Я с трудом сглотнула, но комок в горле не проходил.

Мир вокруг меня расплывался, голоса сливались в отдаленный, бессмысленный гул. Я чувствовала, что ноги подкашиваются, дыхание становится поверхностным. Каждый дюйм моего тела дрожал, но я не могла сказать, было ли это от усталости или от тяжести того, что только что произошло.

Тома не стало. Я потеряла его. И это моя собственная чертова вина.

Я чувствовала тяжесть...всего мира. Моих рук. Моих ног. Моей головы.

Я словно тонула в собственных ощущениях.

Солнце уже садилось, и я потеряла счет времени. Просто шла. Двигалась.

Длинные тени начали опережать меня, пока я бродила по периметру кампуса.

Я не знала, куда иду, знала только, что мне нельзя останавливаться.

Нельзя дышать. Нельзя думать...

Мир кренился, и я падала... и падала...

Тихий хруст шин по гравию. Рядом остановилась машина. Открылась дверь.

Я прищурилась, вглядываясь в сумерки. Солнце обрамляло фигуру золотом, превращая ее в силуэт, почти похожий на привидение.

Знакомый. Отдаленный. Наблюдающий.

Затем руки. Удерживающие. Твердые. Что-то знакомое.

Они поддерживали меня, когда я начала падать.

И голос. Низкий. Спокойный. Усталый: - В конце концов, она ломала всех. Просто так получилось, что ты первой дала отпор... и действительно нанесла удар.

Я моргнула. В глазах потемнело. Я слегка повернула голову...

И сквозь пелену увидела темную фигуру. Каштановые волосы. В глазах затаенная боль.

Мои губы приоткрылись. Но слова так и не были произнесены.

Все поглотила тьма.

[1] Чад - Chad, англ. - в интернет-сленге применяется для описания сексуально активного «альфа-самца» — сильного, привлекательного мужчины, который пользуется успехом у женщин. Термин используется как уничижительно, так и в качестве комплимента. В мемах Chad иногда изображается как мускулистый блондин с ярко выраженной мужественностью.

[2] Читы - сторонние программы, скрипты или коды, которые вмешиваются в работу игрового клиента или сервера, изменяя игровой процесс и предоставляя игроку явное или скрытое преимущество.

[3] Косплей - перевоплощение человека в персонажа из фильмов, игр, аниме, комиксов, книг или других произведений поп-культуры. При этом человек не просто надевает костюм, но и старается максимально точно воссоздать его внешний вид, поведение, мимику, пластику тела и даже голос.

[4] Грифон - Griffin, англ. – фэнтэзийное существо, гибрид льва и орла. В игре «Ведьмак» представлен как опасный хищник, способный летать и использовать в бою как воздушные, так и наземные атаки.

[5] Dungeons & Dragons - ролевая групповая игра в жанре фэнтези, игроки совместно создают историю, а исход событий определяется правилами и импровизацией.

[6] RPG - аббревиатура от Role-Playing Game, - ролевая игра.

[7] Непись - жаргон геймеров - Non-playable character, NPC - персонаж видеоигр без контроля игроков, бот.

[8] Стандарт бюстов: АА - нулевой, размер А - единичка, В - двоечка, С- третий, D - четвертый, DD - пятый, E - шестой, F - больше шестого.

[9] Файтинг - fighting, англ.- бой, поединок, - жанр видеоигр, где персонажи игроков вступают в схватку.

[10] Додзинси - японский термин, обозначающий независимые самиздатовские произведения, создаваемые фанатами или независимыми авторами вне крупных издательств. Чаще всего под додзинси понимают японские комиксы, но этот термин охватывает и другие форматы, часто рассказы-комиксы эротического содержания;

Фа́нфик - жаргонизм, обозначающий любительское сочинение по мотивам популярных оригинальных литературных произведений, произведений киноискусства (кинофильмов, телесериалов, аниме и т. п.), комиксов (в том числе - манги), а также компьютерных игр и т. д.