Я заглянул в щель.

Кабинет был большим. В центре — массивный письменный стол из красного дерева, за ним — кожаное кресло. Стены увешаны дипломами, грамотами, фотографиями с конференций. На столике у окна — открытый бар, хрустальные графины с янтарной жидкостью.

Но не это привлекло моё внимание.

Света стояла у стола, ко мне спиной. Чёрное платье уже было задрано выше талии, открывая длинные ноги в чулках с кружевными резинками. Она не торопилась. Наоборот — она двигалась медленно, почти танцуя, зная, что за ней наблюдают.

— Ну что, — услышал я голос Дмитрия. Он стоял в стороне, прислонившись к шкафу, и смотрел на неё с ленивой улыбкой. — Покажешь нам, что там под юбкой?

Света повернулась к ним лицом. Я увидел её в профиль. Она улыбалась — той самой улыбкой, которую я никогда не видел дома. Кокетливой, уверенной, почти наглой.

— А вы хотите посмотреть? Неужели уже забыли, что там у меня между ног? — спросила она, и в её голосе звучала игра.

— Хотим посмотреть на твою пизду, — ответил Олег Викторович. Он сидел в кресле, развалившись, и смотрел на неё поверх бокала с виски. — Ты же знаешь, как мы любим, когда ты ничего не скрываешь.

Света медленно провела руками по бёдрам, подняла подол платья ещё выше, обнажая живот, потом — гладкую, выбритую кожу лобка. Трусиков не было. Совсем.

— Смотрите, — сказала она, поворачиваясь вокруг себя. — Ничего лишнего. Как вы любите.

— Покажи ближе, — сказал Дмитрий, отталкиваясь от шкафа и подходя к ней.

Света подошла к нему вплотную, задрала платье до самой груди, открываясь полностью. Дмитрий провёл рукой по её животу, спустился ниже, раздвинул пальцами её половые губы.

— Влажная уже, — сказал он, усмехаясь. — Хорошая девочка.

— Я всегда готова для вас, — ответила Света, глядя ему в глаза.

— А ну-ка повернись, — скомандовал Олег Викторович из кресла.

Света послушно повернулась к нему спиной, наклонилась вперёд, опираясь руками на стол. Платье задралось до поясницы, открывая её круглую, упругую задницу. Она развела ноги шире, демонстрируя себя, всю промежность, все свои дырочки.

— Нравится? — спросила она, оглядываясь через плечо.

— Очень, — сказал Олег Викторович, отставляя бокал. — Иди сюда.

Он встал, расстегнул ремень, ширинку. Член его уже был твёрдым, толстым, с набухшей головкой. Света опустилась перед ним на колени, взяла его член в рот, не спеша, с наслаждением. Я слышал, как она насасывала его хуй, влажно чмокала, как её язык облизывал головку, как она брала его глубоко, почти до горла.

— Хорошо, — выдохнул Олег Викторович, положив руку ей на затылок и направляя её голову. — Ты сегодня особенно стараешься.

Дмитрий тем временем подошёл сзади. Он встал на колени за её спиной, раздвинул её ягодицы, провёл пальцем по влажной щели, потом вошёл внутрь — сначала одним пальцем, потом двумя. Света застонала, не выпуская член изо рта.

— Какая тугая пизденка, — сказал Дмитрий. — Как в первый раз.

— Я люблю, когда вы оба во мне… ааах... — выдохнула Света, отрываясь от члена директора на секунду.

— Тогда становись на стол, — скомандовал Олег Викторович.

Света встала, повернулась, оперлась руками о столешницу. Платье упало на пол — она сбросила его сама, оставшись только в чулках и туфлях. Дмитрий встал позади неё, приставил член к её мокрой пизде и вошёл — резко, глубоко, одним движением. Света вскрикнула — не от боли, от удовольствия.

— Да, — простонала она. — Трахни меня. Сильнее!

Дмитрий начал двигаться — жёстко, ритмично, вбиваясь в неё сзади. Света стонала в такт, её тело ходило ходуном, грудь раскачивалась в такт толчкам.

Олег Викторович подошёл спереди. Он взял её за подбородок, поднял голову, заставил смотреть на себя.

— А теперь рот, — сказал он.

Света открыла рот, и он вошёл в него — глубоко, до самого горла. Она сосала его член, продолжая стонать от толчков Дмитрия сзади. Двое мужчин двигались в ней в разном ритме, но она подстраивалась под обоих, насаживалась на их хуи. Она двигалась с удовольствием, равномерно и уверенно, будто делала это не в первый раз.

— Смотри на меня, — приказал Олег Викторович.

Она подняла глаза. В них было что-то — желание, покорность, преданность. Она смотрела на директора, пока тот трахал её рот, и улыбалась — насколько это было возможно с членом во рту.

— Какая же ты шлюха, — сказал Дмитрий, шлёпнув её по ягодице. — Но самая лучшая. Люблю твои булки ебать.

Они менялись позами несколько раз. Света то была на коленях, то лёжала на столе, раздвинув ноги, то стояла на четвереньках. Они разворачивали её, как хотели, и она подчинялась каждому их движению. Игрушка. Голая сексуальная игрушка.

— Садись на меня, — сказал Олег Викторович, опускаясь обратно в кресло.

Света подошла к нему, повернулась спиной и оседлала его бедра, насаживаясь на член сверху. Она начала двигаться — медленно, плавно, опускаясь и поднимаясь. Она стонала как сука. Дмитрий подошёл сбоку, взял её руку, положил на свой член.

— Помоги мне, — сказал он.

Света сжала его член пальцами, начала дрочить в такт своим движениям на члене директора. Она двигалась быстрее, её дыхание стало прерывистым, стоны — громче.

— Я сейчас кончу, — простонала она.

— Рано, — сказал Олег Викторович, сжимая её бёдра, натягивая её до самых яиц. — Подожди.

Она закусила губу, сдерживаясь. Дмитрий наклонился, взял её грудь в рот, начал сосать соски. Света выгнулась, запустила пальцы в его волосы.

— Оба, — прошептала она. — Я хочу обоих сразу.

— Вставай, — сказал Дмитрий.

Она соскользнула с члена директора, опустилась на колени между его ног. Взяла его член в рот, начала сосать — глубоко, с удовольствием, ритмично. Дмитрий подошёл сзади, приподнял её бёдра, поставил её на четвереньки и вошёл сзади — снова, мощно, глубоко.

Они двигались в унисон. Ебали её. Дмитрий трахал её сзади, а она сосала хуй директора спереди. Стоны её заглушались членом во рту, но я слышал их — удовольствие, почти животное.

— Кончаем, — сказал Олег Викторович, сжимая её волосы. — Сейчас.

Он кончил ей в рот — мощно, с удовольствием, с рычанием. Сперма заливала её рот. Света глотала, не отрываясь, облизывала головку, собирая каждую каплю. В тот же момент Дмитрий кончил в неё сзади, внутрь, прижавшись к ней вплотную, содрогаясь всем телом.

Света замерла на секунду, потом обмякла, тяжело дыша.

Олег Викторович откинулся в кресле, застегнул брюки.

— Отлично, — сказал он. — Лучшая соска.

Дмитрий вышел из неё, поправил рубашку. Света поднялась с колен, вытерла губы тыльной стороной ладони.

— Ты как всегда великолепна, — сказал Дмитрий, чмокнув её в щеку.

— Какая попа, — добавил Олег Викторович, шлёпнув её по ягодице. — Таких больше нет. По крайней мере в нашей конторе.

Света улыбнулась — довольно, самодовольно. Она поправила волосы, подняла с пола платье, надела его обратно.

— Завтра в десять, как обычно? — спросила она деловым тоном.

— Как обычно, — кивнул Олег Викторович. — Без трусиков. Мне нравится, когда ты доступна в любую минуту.

— Без трусиков, — повторила она и подмигнула.

Она достала из сумочки помаду, поправила губы перед зеркалом на стене. Дмитрий стоял рядом, поправляя рубашку.

— Завтра у нас переговоры с новым партнёром, — сказал он деловым тоном. — Ты нужна будешь.

— Я поняла, — она улыбнулась своему отражению.

— Кстати, отлично сегодня, — сказал он. — Он доволен.

— Я старалась, — голос Светы был тихим, почти безразличным.

— Ты всегда стараешься, — он развернул её к себе, заглянул в глаза. — Иди в дамскую комнату, поправь макияж. Потом вернёшься к мужу.

— А если он что-то заметит?

— Что он может заметить? — Дмитрий усмехнулся. — Он ничего не знает. Сидит дома со своей версткой, ждёт, когда ты придёшь и погладишь его по головке. Мужчина, боже мой.

Они оба рассмеялись.

Дмитрий чмокнул её в щеку и вышел из кабинета. Я отступил в тень, пропуская его. Он прошёл мимо, насвистывая какую-то мелодию.

Я остался один.

В кабинете Света быстро оделась, подтерла влажной салфеткой губы и мокрую щель между ног, поправила платье, пригладила волосы. Я смотрел на неё через щель и видел незнакомку. Красивую, ухоженную, уверенную в себе женщину, которая знала, что делает, и получала от этого удовольствие.

Она вышла из кабинета. Я прижался к стене, но она не заметила меня — она шла в другую сторону, к дамской комнате, чтобы привести себя в порядок.

Я подождал, пока её каблуки затихли в конце коридора. Потом вышел из тени, поправил галстук, отряхнул пиджак. Подошёл к двери кабинета, заглянул внутрь.

Пусто. Только смятая скатерть на столе, два бокала, недопитый виски, и — на полу, у самого стола — маленький кружевной треугольник.

Её трусики. Те самые, которые она сняла перед выходом из дома.

Я вошёл в кабинет, нагнулся, поднял их. Шёлк, кружево, ещё тёплые. Я сжал их в кулаке, сунул в карман пиджака.

Потом вышел в коридор и направился к банкетному залу.

***

Я сидел за столиком, когда Света вернулась.

Она подошла ко мне с улыбкой — яркой, сияющей, беззаботной. Волосы уложены, макияж безупречен, платье сидит идеально. Ни следа того, что происходило десять минут назад.

— Извини, что так долго, — она села рядом, положила руку на мою. — Ко мне пристали эти зануды с вопросами по организации. Олег Викторович, директор, никак не мог найти приглашённого спикера.

— Ничего страшного, — сказал я.

Она наклонилась, поцеловала меня в щеку. От неё пахло чужим парфюмом — не тем, что она наносила дома. И ещё чем-то. Тем, что я не хотел узнавать.

— Ты не скучал? — спросила она.

— Нет, — я посмотрел на её губы, вспоминая, чем они были заняты несколько минут назад. — Смотрел, как люди танцуют.

— Пойдём потанцуем? — предложила она.

— Давай.

Мы вышли на танцпол. Света обняла меня, положила голову на плечо. Я чувствовал её дыхание на своей шее, её руки, обнимающие меня, её тело, прижатое к моему.

Она была такой тёплой. Такой родной. Такой желанной.

И такой чужой.

Я провёл рукой по её спине, спустился ниже, к ягодицам. Платье, кожа, ничего лишнего. Мои пальцы нащупали то, чего не было — белья, барьера, преграды.

— Ты опять забыла трусы? — спросил я тихо, почти шёпотом.

Света замерла. На секунду — всего на секунду — её тело напряглось. Потом она расслабилась и подняла на меня глаза.

— Сереж, — она улыбнулась той улыбкой, которую я так любил, — это платье. Оно тонкое, а трусики оставляют полоски. Я не хочу выглядеть как подросток.

— Ты ходишь без них на работу? — спросил я.

— Иногда, — она отвела взгляд. — Когда надеваю такие платья или юбки. Это нормально, многие девушки так делают.

— Многие девушки? — переспросил я. — Или только те, у кого мужья сидят дома с версткой?

Она посмотрела на меня. В её глазах мелькнуло что-то — испуг? догадка?

— Серёжа, что ты имеешь в виду?

— Ничего, — я улыбнулся, погладил её по щеке. — Просто спросил.

Мы танцевали до конца медленной композиции. Потом я сказал, что устал и хочу домой. Света не спорила. Она казалась облегчённой — будто мой уход снимал с неё груз ответственности.

Мы попрощались с её коллегами. Я пожал руку Дмитрию, который смотрел на меня с лёгкой насмешкой. Поблагодарил Олега Викторовича за приём. Он пожал мою руку крепко, по-мужски, и сказал:

— Рад был познакомиться. Светлана — наше золото. Берегите её.

— Обязательно, — ответил я.

В такси Света прижалась ко мне, уснула на моём плече. Я смотрел на огни города за окном и гладил её волосы.

В кармане пиджака лежали её трусики.

Я не знал, что буду делать завтра. Не знал, скажу ли ей, что видел, или буду молчать, собирая доказательства. Не знал, смогу ли смотреть на неё после всего, что произошло.

Но я знал одно: та жизнь, которая была у нас до этого вечера, кончилась.

Навсегда.

***

Мы ехали в такси молча.

Света спала, положив голову мне на плечо, её дыхание было ровным и спокойным. Я смотрел в окно на ночной город, на редкие машины, на витрины магазинов, которые тускло светились в темноте. Мысли в голове путались, перемешивались, сталкивались друг с другом, не складываясь ни во что внятное.

Я всё время чувствовал в кармане пиджака маленький комок ткани. Кружево, шёлк, её тепло, которое уже остыло. Я не знал, зачем взял их. Зачем вообще вошёл в тот кабинет. Может, чтобы иметь доказательство. Может, чтобы потом, когда я скажу ей всё, бросить эти трусики ей в лицо.

Но я не скажу. Не сейчас.

Я думал о том, что видел. Света на коленях перед директором. Дмитрий за её спиной. Их смех, их слова про меня. «Сидит дома со своей версткой». «Мужчина, боже мой». Я сжимал кулаки, и ногти впивались в ладони, оставляя полумесяцы.

Самое страшное было не в том, что она изменяла мне. Самое страшное — в том, как легко она это делала. Как естественно. Как будто это было частью её работы. Как будто я был просто деталью в её жизни, которую можно спрятать в ящик стола, когда приходят нужные люди.

Такси остановилось у нашего дома. Я расплатился, разбудил Свету.

— Приехали, — сказал я.

Она открыла глаза, улыбнулась сонно, потянулась.

— Я даже не заметила, как уснула.

— Ты устала, — сказал я. — Пойдём.

Мы вышли из машины. Света взяла меня под руку, прижалась к плечу. На улице было холодно, её дыхание облачками пара таяло в воздухе фонарей. Она дрожала в своём тонком платье, и я снял пиджак, накинул ей на плечи.

— Спасибо, — она посмотрела на меня с благодарностью.

Я кивнул. В кармане пиджака лежали её трусики. Она не знала об этом.

Мы поднялись в квартиру. Света скинула туфли в прихожей, прошла в спальню, не включая свет. Я слышал, как она расстегнула молнию на платье, как ткань упала на пол. Потом скрипнула кровать — она легла.

— Ты идёшь? — позвала она.

— Сейчас, — ответил я.

Я остался в прихожей, прислонившись спиной к двери. В темноте я достал из кармана её трусики, поднёс к лицу. Запах — её запах, смешанный с чужим. С запахом кабинета, дорогого табака, виски и чего-то ещё, что я не хотел идентифицировать.

Я зажал их в кулаке и прошёл на кухню.

Сегодня я не мог лечь с ней в одну кровать. Не мог притворяться, что ничего не случилось. Не мог чувствовать её тело рядом со своим, зная, что час назад это тело принадлежало другим.

Я сел за кухонный стол, положил трусики перед собой. В темноте они казались просто тёмным пятном, комком ткани, который не имел значения. Но я знал, что это не так. Это был символ всего, что разрушилось сегодня.

Я сидел так, наверное, час. Может, два. Время потеряло смысл. Я смотрел на её трусики, потом на кружку Светы с единорогом, потом снова на трусики. В голове прокручивались картинки одна за другой.

Света, которая снимает бельё перед выходом из дома.

Света, которая врёт мне про туфли в пакете.

Света, которая на работе, ходит в короткой юбке, в чулках, без трусиков.

Света, которая пишет Дмитрию: «Всё будет, как вы любите».

Света, которая стоит на коленях перед директором и глотает его сперму.

Света, которая смеётся надо мной с любовником.

Я закрыл глаза. В ушах звучал её голос: «Что он может заметить? Он ничего не знает».

Она была права. Я ничего не знал. Вернее, я не хотел знать. Я отмахивался от подозрений, убеждал себя, что мне кажется, что это просто моя паранойя. Я был удобным мужем — тихим, незаметным, который не задаёт лишних вопросов и рад тому, что жена приносит домой приличную зарплату.

Но теперь я знал.

И вопрос был в том, что я буду делать с этим знанием.

Я открыл глаза, встал, прошёл в ванную. Бросил трусики в мусорное ведро, засыпал сверху использованными ватными дисками, бумагой. Потом умылся холодной водой, посмотрел на себя в зеркало.

Лицо было бледным, глаза красными, губы сжаты в тонкую линию. Я выглядел так, будто меня переехало поездом. Но внутри, сквозь боль и унижение, начинала формироваться что-то новое. Твёрдое. Холодное.

Я не знал, что это — решимость или отчаяние.

Я вернулся в спальню. Света спала, раскинувшись на кровати, одеяло сбилось в сторону. На ней была только тонкая сорочка, которая задралась почти до талии. Я смотрел на её обнажённые бёдра, на кружево чулок, которое она так и не сняла, и чувствовал, как внутри поднимается волна — не желания, а чего-то другого. Горечи. Потери.

Я накрыл её одеялом, повернулся и вышел из спальни.

В гостиной я достал ноутбук, открыл его. Свет экрана ослепил после темноты. Я зашёл в почту, нашёл письмо от заказчика, который ждал правки. Посмотрел на текст, но не увидел ни одного слова.

Закрыл почту.

Открыл браузер. Набрал в поиске: «как подать на развод».

Завис на секунду, потом стёр запрос.

Нет. Развод — это слишком просто. Слишком легко для них. Она получит половину квартиры, алименты, будет жить своей лучшей жизнью с директором и его заместителем, а я останусь ни с чем. Один, в пустой квартире, с разбитым сердцем и чувством, что меня использовали.

Я заслужил больше, чем быть выброшенным, как те трусики в мусорном ведре.

Я закрыл ноутбук.

В кармане брюк завибрировал телефон. Я достал его, посмотрел на экран. Сообщение от неизвестного номера:

«Вы сегодня были на корпоративе? Видели свою жену? Может быть, хотите узнать о ней больше? Напишите "да", и я расскажу то, что изменит вашу жизнь».

Я уставился на экран. Сердце забилось быстрее.

Кто это? Кто-то из её коллег? Тот, кто знает и хочет предупредить? Или провокация? Может, это Дмитрий решил поиграть со мной?

Я сжал телефон в руке. Пальцы зависли над клавиатурой.

Написать «да» — значит открыть ящик Пандоры. Узнать больше, чем я уже знаю. Увидеть то, что нельзя будет забыть.

Но разве я уже не открыл его? Разве я не видел достаточно, чтобы моя жизнь изменилась навсегда?

Я посмотрел на сообщение ещё раз. Потом перевёл взгляд на закрытую дверь спальни, за которой спала моя жена. Женщина, которую я любил. Женщина, которой я больше не знал.

Я нажал кнопку ответа.

Написал одно слово: «Да».

Отправил.

Телефон завибрировал почти сразу:

«Встретимся завтра в 15:00. Кафе "Встреча" на Ленинском. Приходите один. Расскажу всё, что знаю о вашей жене и её отношениях с руководством. Вы не пожалеете».

Я прочитал сообщение три раза. Потом заблокировал экран, положил телефон на стол.

В квартире было тихо. Только часы на кухне тикали, отсчитывая секунды. Спальня молчала. Света спала.

А я сидел в темноте гостиной и ждал утра.

Я не знал, кто этот человек. Не знал, что он мне скажет. Не знал, смогу ли я после этого смотреть на Свету.

Но я знал одно: я больше не буду тем мужем, который сидит дома и ничего не замечает.

Я буду тем, кто узнаёт правду. Всю правду.

Даже если она уничтожит меня.

***

Я не спал всю ночь.

В какой-то момент, уже под утро, я задремал в кресле, но сон был тревожным, рваным. Мне снилась Света — она стояла на коленях в нашем дворе, а надо мной смеялись люди в масках. Я проснулся от того, что затекли шея и спина. Часы на кухне показывали половину седьмого.

Я встал, прошёл в ванную, посмотрел на себя в зеркало. Отражение было страшным — серое лицо, мешки под глазами, взгляд затравленного зверя. Я умылся холодной водой, почистил зубы, привёл себя в порядок насколько мог.

Из спальни доносился шорох — Света просыпалась.

Я вернулся на кухню, включил кофеварку. Через минуту она вышла из спальни в халате, сонная, растрёпанная, потирая глаза.

— Ты чего так рано? — спросила она, зевая.

— Не спалось, — ответил я.

Она подошла, обняла меня со спины, прижалась щекой к лопаткам. Я чувствовал тепло её тела, её дыхание на своей спине. Мои руки замерли над кофеваркой.

— Ты вчера так и не лёг, — сказала она. — Я просыпалась, тебя не было рядом.

— Работа, — соврал я.

Она помолчала секунду, потом поцеловала меня между лопаток.

— Ты сегодня какой-то напряжённый, — сказала она. — Из-за корпоратива? Я знала, что тебе не стоило идти. Ты не любишь такие мероприятия, тебя утомляет большое скопление людей.

— Да, наверное, — ответил я.

Она разжала руки, прошла к столу, села. Я налил ей кофе, поставил перед ней. Она взяла кружку с единорогом, отпила глоток.

— Ты вчера был какой-то странный, — сказала она, глядя на меня поверх кружки. — Спрашивал про трусики, про работу... Что с тобой?

Я сел напротив неё. Смотрел на её лицо — без макияжа, с веснушками, которые она всегда стеснялась, с родинкой над губой. Такое родное лицо. Лицо женщины, которая вчера стояла на коленях перед чужим мужчиной и смеялась надо мной.

— Просто задумался, — сказал я. — О нас.

Она отставила кружку.

— Сережа, мы уже говорили об этом. У нас всё хорошо.

— А что если не хорошо? — спросил я.

Она посмотрела на меня долгим взглядом. В её глазах я увидел что-то — не беспокойство, не вину. Раздражение? Усталость?

— Сереж, пожалуйста, не начинай с утра, — сказала она. — У меня сегодня важный день, переговоры с новым партнёром. Я не могу сейчас обсуждать наши отношения.

— Наши отношения, — повторил я. — Ты готова их обсуждать вообще?

Она встала из-за стола, отодвинув стул.

— Что это значит?

— Ничего, — я тоже встал. — Забудь.

Она смотрела на меня несколько секунд, потом покачала головой и вышла из кухни. Через минуту я услышал, как шумит вода в душе.

Я остался сидеть за столом, глядя на её недопитый кофе. На дне кружки с единорогом оставалась коричневая лужица. Я взял кружку, поднёс к лицу. Запах кофе, молока, её губной помады.

Я поставил кружку на место.

В кармане джинсов лежал телефон. Я достал его, перечитал вчерашнее сообщение.

«Встретимся завтра в 15:00. Кафе "Встреча" на Ленинском».

Сегодня. Через восемь часов.

Я не знал, кто этот человек. Может, это была ловушка. Может, Дмитрий или Олег Викторович решили посмеяться надо мной, заманить, чтобы потом унизить ещё больше. А может, это был кто-то, кто действительно хотел помочь. Кто-то, кто знал правду и решил, что я заслуживаю её услышать.

Я не знал. Но я должен был пойти.

***

Света ушла на работу в половине девятого. Я слышал, как она собиралась, как зашуршал пакет для обуви, как щёлкнул замок. Я не вышел её провожать. Не мог.

Я сидел на кухне, смотрел в окно и ждал.

Время тянулось медленно. Я пытался работать, открывал ноутбук, но буквы расплывались перед глазами. Я закрыл его, пошёл в душ, оделся. Потом снова сел на кухню, выпил чашку чёрного кофе, потом вторую.

В два часа я вышел из дома.

Кафе «Встреча» находилось на Ленинском проспекте, в десяти минутах езды от нашего дома. Я приехал пораньше, зашёл внутрь, выбрал столик у окна, чтобы видеть вход. Заказал чёрный кофе, сделал глоток. Горький. Всё вокруг было горьким.

Я ждал.

В 15:00 дверь кафе открылась.

Вошел мужчина. Лет сорока, невысокий, плотного телосложения, в недорогом, но опрятном костюме. Лысеющий, с аккуратной бородкой и усталыми глазами. Он оглядел зал, увидел меня и направился к моему столику.

— Сергей? — спросил он, подходя.

— Да, — я встал. — Вы тот, кто писал?

— Да, — он протянул руку. — Меня зовут Андрей. Я работаю в «РосМеталлИнвесте», в отделе безопасности.

Мы пожали руки. Он сел напротив, положил на стол маленький диктофон и тонкую папку.

— Спасибо, что пришли, — сказал он. — Я знаю, что это, наверное, было нелегко.

— Кто вы? — спросил я прямо. — Почему вы мне пишете?

Андрей помолчал, оглянулся по сторонам, убедился, что никто не подслушивает.

— Я работаю в компании пять лет, — сказал он негромко. — В мои обязанности входит обеспечение безопасности сотрудников, контроль доступа, проверка контрагентов. Но за это время я увидел достаточно, чтобы понять: в компании творится то, о чём руководство предпочитает не говорит.

Он открыл папку. Там были фотографии — распечатки с камер наблюдения. Я узнал коридоры офиса, кабинеты, парковку.

Андрей выложил передо мной несколько снимков.

На первом была Света, выходящая из кабинета директора поздно вечером. На часах на заднем плане было 22:47. Платье на ней было то самое — короткое, красное.

На втором — Света и Дмитрий в лифте. Он стоял у неё за спиной, его руки лежали на её бёдрах. Она улыбалась в камеру.

На третьем — Света на парковке, садящаяся в машину Олега Викторовича. Той же ночью, судя по времени.

— Это не всё, — сказал Андрей. — У меня есть видео. С камер в кабинете директора. Он поставил скрытые камеры после того, как уволился его предыдущий секретарь. Для «безопасности», как он сказал. Я нашёл их во время плановой проверки.

Он подвинул ко мне флешку.

— Здесь записи за последние полгода. Всё, что происходило в кабинете после шести вечера.

Я смотрел на флешку. Маленький кусок пластика и металла, в котором умещалась вся моя разрушенная жизнь.

— Зачем вы мне это даёте? — спросил я. Голос был чужим, хриплым.

Андрей помолчал, потом посмотрел мне прямо в глаза.

— Потому что у меня самого есть жена, — сказал он. — И я бы хотел знать, если бы она... если бы с ней происходило такое. А ещё потому, что эти двое, — он кивнул на фотографии, — считают себя богами. Они используют сотрудниц, увольняют тех, кто не согласен, и платят отступные тем, кто молчит. Ваша жена — не первая. И не последняя.

— Света... она не жертва, — сказал я. — Она делает это добровольно.

Андрей кивнул.

— Возможно. Но знаете, что я заметил? Люди, которые попадают в эту систему, перестают быть собой. Они начинают верить, что это нормально. Что это цена успеха. Ваша жена получает премии, бонусы, повышения. Её зарплата выросла в два раза за последний год. Но посмотрите на неё — она стала другой, да?

Я кивнул. Я не мог говорить.

— Я не призываю вас к чему-то, — сказал Андрей. — Я просто даю информацию. Что с ней делать — решать вам. Можете использовать эти записи для развода, можете пойти в полицию, можете предъявить руководству компании. Или можете сделать вид, что ничего не знаете. Это ваш выбор.

Он встал, положил на стол несколько купюр.

— За кофе, — сказал он. — Флешка ваша. Я удалю все копии. Если решите что-то предпринять — вот мой номер, — он протянул визитку. — Я дам показания.

— Почему вы рискуете? — спросил я. — Вас могут уволить.

Андрей усмехнулся.

— Я уже подал заявление об уходе. Завтра мой последний день. А эти двое, — он кивнул на фотографии, — пусть знают, что есть люди, которые их не боятся.

Он развернулся и вышел из кафе.

Я остался сидеть, глядя на флешку, на фотографии, на визитку с номером телефона. Взял в руки первую фотографию — Света в лифте, руки Дмитрия на её бёдрах, её улыбка.

Я сложил всё в папку, положил во внутренний карман пиджака. Допила кофе, расплатился и вышел на улицу.

Было холодно. Небо затянуло тучами, собирался дождь. Я стоял на тротуаре, сжимая в кармане флешку, и смотрел на проходящих мимо людей. Они спешили по своим делам, не замечая меня. Я был для них просто мужчиной в пальто, задумавшимся о чём-то своём.

Они не знали, что в моём кармане лежит моя разрушенная жизнь.

Я достал телефон, посмотрел на время. Половина четвёртого. Света сейчас на работе. Может, уже в кабинете директора. Может, стоит на коленях. Может, с членом во рту.

Я сжал телефон так, что хрустнул пластик чехла.

Потом открыл браузер и набрал в поиске: «юрист по бракоразводным процессам».

И добавил: «с компрометирующими материалами».

***

Домой я вернулся в шестом часу. Светы ещё не было — она писала, что задержится на переговорах. Я прошёл в гостиную, сел за ноутбук.

Флешка лежала на столе.

Я смотрел на неё, и внутри меня боролись два желания. Одно — выбросить её, забыть, сделать вид, что ничего не было. Вернуться к той жизни, где Света была моей женой, а не игрушкой для сексуальной разрядки двух мужчин. Другое — вставить её в ноутбук, посмотреть всё, до конца, узнать всю правду, какой бы страшной она ни была.

Я протянул руку к флешке.

Потом убрал руку.

Встал, прошёл на кухню, налил себе стакан воды. Выпил. Вернулся в гостиную.

Флешка всё так же лежала на столе.

Я сел, взял её в руки. Маленькая, чёрная, без опознавательных знаков. В ней — полгода жизни моей жены. Полгода, о которых я ничего не знал.

Я вставил флешку в ноутбук.

Папка открылась автоматически. Внутри было несколько файлов. Видео. Датированные.

Первое — от 12 марта. Три месяца назад. Я навёл курсор, замер.

Сердце колотилось где-то в горле. Я сделал глубокий вдох, выдохнул.

И нажал на воспроизведение.

На экране появился кабинет. Тот самый, который я видел вчера. Стол, кресло, дипломы на стенах. В углу экрана — время: 19:15.

Дверь открылась. Вошла Света.

На ней было то самое платье — красное, короткое, с глубоким вырезом, открывающим половину груди. Ткань блестела в свете настольной лампы, облегая каждый изгиб её тела. Волосы распущены, макияж яркий, губы накрашены так, будто она готовилась не к работе, а к съёмке порнофильма.

Она улыбалась, оглядываясь назад.

Следом за ней вошёл Дмитрий. Он закрыл дверь на щеколду — я услышал характерный щелчок — и сразу же оказался за её спиной.

— Ну что, — сказал он, уже расстёгивая ширинку. — Готова поработать?

Света повернулась к нему, провела рукой по его груди, спустилась ниже, к паху. Я видел, как её пальцы сжали его член через ткань брюк.

— А он скоро придёт? — спросила она, не отрывая глаз от того места, где под тканью угадывался твёрдый, толстый ствол.

— Будет. Хочет посмотреть.

— Посмотреть? — она подняла бровь, улыбнулась кокетливо.

— Да, — Дмитрий усмехнулся, взял её за подбородок. — Иногда ему нравится смотреть, как ты работаешь своей жопой. Ты же знаешь.

Он наклонился и поцеловал её — грубо, с языком, всасывая её губы. Света ответила, прижалась к нему всем телом.

Потом Дмитрий отстранился и кивнул на стол.

— Раздевайся, — сказал он. — Покажем ему, какая ты хорошая девочка.

Света улыбнулась — той улыбкой, которую я никогда не видел дома. Потянула лямку платья вниз, обнажая плечо, потом второе. Ткань сползла до талии, открывая кружевной чёрный лифчик, из которого едва не вываливалась её грудь. Она расстегнула застёжку спереди, и лифчик упал на пол. Груди Светы — полные, с тёмными сосками, уже затвердевшими — качнулись в такт её движению.

— Нравится? — спросила она, поворачиваясь перед ним.

— Очень, — Дмитрий провёл пальцами по её соскам, сжал их, покрутил. Света выдохнула, запрокинула голову.

Она наклонилась, чтобы снять платье полностью, и я увидел, как под красной тканью мелькнуло её тело — тонкая талия, округлые бёдра, гладкий лобок без единого волоска. Она выпрямилась, отбросила платье ногой в сторону и осталась только в чулках и туфлях на высоких каблуках.

Чулки были чёрными, с широкой кружевной резинкой на середине бедра. Между ними — чистая, выбритая кожа, влажно блестящая в свете лампы.

— Садись на стол, — сказал Дмитрий, доставая свой член.

Он был длинным, с толстой головкой, с набухшими венами. Света посмотрела на него, облизала губы и запрыгнула на стол, широко раздвинув ноги, демонстрируя свою пизду. Дмитрий подошёл к ней вплотную, приставил головку к её входу, но не вошёл. Водил ей по половым губам, дразнил, нажимал на клитор, но не проникал.

— Проси, — сказал он.

— Возьми меня, — выдохнула Света. — Трахни меня, Дим. Пожалуйста. Выеби, как суку.

Он вошёл — резко, глубоко, одним толчком. Света вскрикнула, схватилась за край стола. Он начал двигаться — жёстко, быстро, вбиваясь в неё с такой силой, что стол скрипел и сдвигался к стене.

— Да, — стонала она. — Да, да, да...

Её голова моталась из стороны в сторону, волосы рассыпались по столу. Грудь тряслась в такт толчкам. Дмитрий сжал её соски пальцами, крутил их, тянул. Света выгибалась, подавалась навстречу.

В этот момент дверь открылась — вошёл Олег Викторович.

Он не спешил. Снял пиджак, повесил на спинку стула. Расстегнул манжеты, закатал рукава. Подошёл к столу, за которым его заместитель уже вовсю трахал мою жену.

— Не торопись, — сказал Олег Викторович Дмитрию. — У нас есть время.

— Как скажешь, — ответил тот, замедляя темп, но не выходя из неё.

Света повернула голову к директору. Её глаза были затуманены, губы приоткрыты, на лбу выступила испарина.

— Олег Викторович, — прошептала она. — Ааах…. Аххх… Я так ждала вас...

— Вижу, — он провёл рукой по её щеке, потом спустился к шее, к груди, сжал её. — Ты вся мокрая уже.

Дмитрий вышел из неё с чавкающим звуком. Из влагалища Светы потекла прозрачная жидкость, смешанная со смазкой, стекая по её промежности на стол.

— Вставай на колени, соска, — приказал Олег Викторович.

Света сползла со стола и послушно опустилась на колени на ковёр. Директор расстегнул ширинку и достал свой член. Он был толще, чем у Дмитрия, с большой тёмной головкой, с синими венами, вздувшимися от возбуждения.

— Открой рот, девочка.

Света открыла рот. Широко. Язык высунула, как собака.

Олег Викторович шлёпнул ей хуем по языку и вошёл — глубоко, до самого горла. Света не кашляла, не давилась. Она сосала его с опытом, с жадностью, с таким удовольствием, что у меня перехватило дыхание. Её щёки втягивались, язык работал по всей длине ствола, пальцы сжимали основание члена, помогая ритму.

— Смотри на меня, — сказал директор.

Она подняла глаза. Из глаз текли слёзы — не от боли, от глубины проникновения. Но она улыбалась. Улыбалась с членом во рту.

Дмитрий тем временем подошёл сзади. Он встал на колени, раздвинул её бёдра шире, провёл пальцем по её влажной, разгорячённой щели, потом по анусу — нажал, но не вошёл. Света застонала, не вынимая члена изо рта.

Дмитрий приставил свой член к её влагалищу и вошёл — плавно, глубоко, до упора. Света выгнулась, застонала громче, её тело задрожало. Директор держал её за голову, направляя её рот, а Дмитрий сзади набирал темп, вбиваясь в неё снова и снова.

Они двигались в унисон. Он входит в рот — она выгибается навстречу члену сзади. Дмитрий выходит — Олег Викторович заталкивает глубже. Света — между ними, как кукла, как вещь, как игрушка для их удовольствия.

— Кончаем, — сказал Дмитрий через несколько минут.

— Нет, — остановил его Олег Викторович. — Не так быстро.

Он вышел из её рта. Света тяжело дышала, слюна текла по подбородку, смешиваясь с тушью, которая потекла от слёз.

— Хватит, — сказал Олег Викторович, вынимая член из её рта. — Вставай.

Света тяжело дышала, поднялась на ноги, слегка покачиваясь на каблуках. Её лицо было мокрым от слюны и слёз, но она улыбалась. Ей нравилось.

— Ложись на стол, — скомандовал он. — Головой к краю.

Она послушно легла на массивную столешницу из красного дерева, пододвинулась так, что голова свесилась вниз, почти касаясь затылком пола. Волосы рассыпались по ковру. Грудь вздымалась от быстрого дыхания.

— Ноги раздвинь, — добавил Дмитрий, подходя сбоку.

Света развела ноги широко, почти в шпагат, обнажая влажную, покрасневшую промежность. Туфли на шпильках смотрели в разные стороны.

Олег Викторович встал у её головы. Он расстегнул брюки окончательно, снял их вместе с трусами, освобождая яйца — тяжёлые, обвисшие, покрытые редкими седыми волосками. Он навис над её лицом.

— Открой рот, — сказал он.

Света открыла рот. Широко. Язык высунула.

Директор опустился, засунул ей в рот сначала одно яйцо, потом второе. Она обхватила их губами, начала сосать, посасывать, облизывать языком складки кожи. Олег Викторович застонал от удовольствия, придерживая её голову за волосы.

— Глубже, — приказал он.

Она втянула его яйца глубже, почти до горла, и продолжала сосать, издавая влажные, чавкающие звуки.

Тем временем Дмитрий подошёл к её ногам. Он взял её за щиколотки, поднял ноги вверх и закинул их себе на плечи. Чулки заскользили по его рубашке. Он приставил свой член к её влагалищу — она была мокрой, горячей, готовой — и вошёл одним движением, до упора.

Света застонала — приглушённо, потому что рот был занят яйцами директора. Её тело дёрнулось на столе, грудь качнулась. Дмитрий начал двигаться — мощно, глубоко, вбиваясь в неё с такой силой, что стол скрипел и сдвигался к стене.

— Трахни её как следует, — сказал Олег Викторович, не вынимая яиц из её рта.

Дмитрий ускорился. Он держал её ноги на своих плечах, сжимал её бёдра, входил в неё под разными углами, менял глубину, ритм. Света стонала, вибрируя губами вокруг яиц директора. Её тело ходило ходуном, сперма директора, которая ещё не вытекла из неё, смешивалась со смазкой и стекала по ягодицам на стол.

— Сейчас кончу, — выдохнул Дмитрий.

— Нет, — остановил его Олег Викторович. — Не в неё. На лицо.

Дмитрий вышел из неё с мокрым звуком. Света застонала от пустоты.

Олег Викторович наконец вынул свои яйца из её рта. Света жадно глотнула воздух, облизала губы.

— А теперь бери в рот, маленькая ебливая сучка, — сказал директор, приставляя свой член к её губам.

Он был твёрдым, с набухшей головкой, покрытый её же слюной. Света открыла рот, и он вошёл — глубоко, сразу до горла. Она не сопротивлялась, не давилась. Она сосала его с жадностью, с благодарностью, с таким наслаждением, будто это было самое важное дело в её жизни.

Дмитрий тем временем подошёл к её лицу сбоку. Он дрочил свой член рукой, накручивая крайнюю плоть на головку.

— Смотри на меня, — сказал он.

Света повернула глаза, не вынимая члена директора изо рта. Дмитрий кончил — мощно, горячо, прямо ей на лицо. Белая густая сперма попала на щёку, на нос, на закрытый глаз, на губы, где был зажат член Олега Викторовича. Света не моргнула. Она продолжала сосать или точнее принимать член — Олег Викторович ебал ее рот.

Директор кончил следом — ей прямо в горло, глубоко, с рычанием. Я видел, как его член пульсирует у неё во рту, как её кадык двигается в такт глоткам. Она сглатывала, не отрываясь, не кашляя.

Олег Викторович вытащил член из её рта, мокрый, блестящий. Света закрыла рот, проглотила последнюю порцию, потом высунула язык — чисто.

На её лице была сперма. Густо. На щеках, на лбу, на ресницах. Она улыбнулась, собрала пальцами сперму с лица и отправила в рот, облизала пальцы.

Она была их.

Идеальной шлюхой.

Это был далеко не конец, но я выключил видео на середине. Не потому, что не мог смотреть дальше — я мог. Я стал каким-то другим, мёртвым внутри. Я выключил, потому что мне нужно было осмыслить увиденное.

Через пять минут я наконец открыл второй файл. 25 марта.

Снова кабинет, снова Света, снова двое мужчин. Но на этот раз всё начиналось иначе.

Света сидела на краю директорского стола, свесив ноги. На ней была белая блузка, расстёгнутая почти до пупка, и чёрная юбка-карандаш, задранная выше талии. Трусиков не было — я видел это сразу, потому что она сидела, широко раздвинув ноги, и её промежность была полностью открыта. Гладко выбритая, влажно блестящая в свете настольной лампы.

Олег Викторович сидел в кресле напротив, развалившись, и смотрел на неё в упор. Дмитрий стоял у окна, прислонившись плечом к косяку, и наблюдал.

— Докладывай, — сказал директор.

Света опустила руку между ног. Я видел, как её пальцы скользнули по половым губам, раздвинули их, нащупали клитор. Она начала водить по нему круговыми движениями — медленно, со знанием дела, не торопясь. Она мастубировала.

— Сегодня звонили из «ТрансМеталла», — сказала она ровным голосом, будто докладывала о рабочих вопросах. Её пальцы продолжали своё дело. — Подтвердили встречу на вторник. В одиннадцать утра. В их офисе.

— Кто будет с их стороны? — спросил Олег Викторович, не сводя глаз с её пальцев.

— Директор по развитию и его заместитель, — ответила Света. Её дыхание стало чуть глубже, но голос оставался деловым. — Оба. Я записала их имена. Потом продиктую.

— Хорошо, — кивнул директор.

Она ввела в себя два пальца, начала двигать ими внутри — медленно, глубоко. Из влагалища послышался влажный, чавкающий звук. Света прикусила губу, но продолжала доклад.

— Ещё звонили из «Северстали». Перенесли встречу на среду. На три часа.

— Принято, — сказал Дмитрий из угла. Он расстегнул ширинку и достал свой член — полустоячий, но быстро наливающийся кровью. — А из «МеталлСнаба» что?

Света ускорила движения пальцев внутри себя. Её бёдра начали слегка подрагивать. Клитор покраснел, набух, выглядывал из-под капюшона.

— «МеталлСнаб»... — голос её дрогнул. Она сделала паузу, глубоко вдохнула. — «МеталлСнаб» подтвердил сделку. Подписываем в пятницу.

— Отлично, — Олег Викторович встал, подошёл к ней вплотную. — А теперь про встречу с новым партнёром. Ты помнишь?

Света подняла глаза. Её пальцы продолжали двигаться внутри неё, быстрее, глубже.

— В субботу, — выдохнула она. — В загородном клубе.

— Не только, — сказал Дмитрий, подходя ближе. — Там будет важный клиент. И ему нужна будет... дополнительная помощь.

— Какая помощь? — спросила Света, хотя по её улыбке было ясно — она знала.

— Он любит, когда ему делают минет, — сказал Олег Викторович, поглаживая её по щеке. — Прямо во время переговоров. Под столом. Ты справишься?

— Конечно, — Света улыбнулась, высунула язык, облизала губы. — Я для этого вам и нужна.

— Хорошая девочка, — сказал директор.

Он расстегнул ширинку и достал свой член — толстый, с набухшей головкой, с тёмными венами. Света посмотрела на него, облизнулась.

— А сейчас? — спросила она.

— Сейчас покажи, чему ты научилась, — сказал Дмитрий. Он уже стоял рядом, дроча свой член рукой.

Света вытащила пальцы из себя — мокрые, блестящие. Поднесла их к лицу директора.

— Посмотри, — сказала она. — Как я хочу вас обоих.

Олег Викторович взял её за запястье, лизнул её пальцы, слизывая её же смазку.

— Садись на стол, — сказал он. — Ноги на мои плечи.

Света отодвинулась на середину стола, легла на спину, закинула ноги на плечи директору. Он стоял между её раздвинутых бёдер, его член был на уровне её влагалища.

— Докладывай дальше, — сказал он, приставляя головку к её входу.

— Ещё звонила... — голос Светы прервался, потому что Олег Викторович вошёл в неё — резко, глубоко, до упора. —. ..бухгалтерия, — закончила она, выдохнув.

— Что бухгалтерия? — спросил Дмитрий, подходя к её голове.

— Подтвердили... премии, — Света застонала, когда директор начал двигаться внутри неё — медленно, глубоко, выходя почти полностью и снова входя. — Всем сотрудникам...

— И тебе? — спросил Дмитрий.

— И мне, — она улыбнулась. — Очень большая премия.

— Заслужила, — сказал Олег Викторович, ускоряя темп.

Я смотрел на экран, и внутри меня всё переворачивалось.

Она не была жертвой. Она была добровольной участницей. Более того — она получала от этого удовольствие. Она докладывала о звонках, пока два пальца были у неё в пизде. Она обсуждала деловые встречи, пока член директора был в ней. Она планировала, кому отсосёт на следующей неделе, вытирая сперму с губ.

Я закрыл этот файл. Открыл третий. 10 апреля. Света в чёрном платье, сидящая на столе директора. Дмитрий стоит между её ног, Олег Викторович — за её спиной, его руки на её груди.

— Твой муж ничего не замечает? — спросил Дмитрий, расстёгивая её платье.

— Нет, — ответила Света. — Он занят работой. Сидит дома целыми днями.

— Не ревнует? — спросил Олег Викторович.

— Ревнует, — она усмехнулась. — Но я его успокаиваю. Говорю, что люблю.

— И он верит? — Дмитрий рассмеялся.

— Он верит всему, — сказала Света. — Он хороший. Доверчивый.

Они засмеялись втроём. Я смотрел на экран и чувствовал, как внутри меня что-то ломается. Окончательно. Бесповоротно.

Там было еще много файлов. Но я закрыл ноутбук.

В квартире было тихо. Часы на кухне показывали половину девятого. Света должна была вернуться с минуты на минуту.

Я встал, прошёл в ванную, посмотрел на себя в зеркало. Лицо было серым, глаза пустыми. Я умылся холодной водой, привёл себя в порядок. Потом вернулся в гостиную, сел в кресло, сложил руки на коленях.

И стал ждать.

Продолжение следует...

!!!

Пожалуйста, поддержите меня через бусти: https://boosty.to/bw_story

Новые части серии рассказов и другие рассказы будут выходить там раньше, чем здесь. Кроме того там будут публиковаться эксклюзивные части, которых нет на сайте. Надеюсь они вам тоже понравятся! :)

***

Подписывайтесь! https://boosty.to/bw_story

Донаты приветствуются! ;) Ваша поддержка очень важна для меня!