Три дня прошло после удачной охоты на трахозавра. Пять миллионов кредитов надёжно лежали на счетах, команда пребывала в приподнятом настроении, а «Гермес» нёсся сквозь космос к очередному сигналу, который Лизи обнаружила на границе сектора. Но до цели было ещё двое суток лёту, и экипаж наслаждался заслуженным отдыхом.

Я сидел в кают-компании, потягивая кофе, который Дарси сварила просто идеально. Рядом Джейн что-то увлечённо строчила в научном журнале – судя по блаженной улыбке, описывала свои впечатления от общения с трахозавром. Алекс и Джулия уединились в своей каюте, и оттуда периодически доносились приглушённые стоны. Лизи колдовала над архивами с заброшенной станции, пытаясь выудить оттуда что-то ценное. Дарси натирала панели управления в коридоре, виляя бёдрами в такт неслышной мелодии.

Внезапно тишину корабля разорвал сигнал тревоги – не боевой, а технический. Замигали красные лампы в углах коридоров.

– Капитан! – голос Фрэнка в динамике звучал напряжённо. – Проблема в реакторном отсеке. Нужна помощь.

Я отставил кружку и направился вниз, к сердцу корабля. По пути поймал заинтересованный взгляд Барбары, которая вышла из своей каюты.

– Что случилось? – спросила она, высовываясь в коридор.

– Фрэнк зовёт. Проблемы с реактором.

– Я с тобой, – она вышла, на ходу поправляя халат, из которого соблазнительно выглядывала грудь. – Вдруг пригожусь.

В реакторном отсеке было жарко и шумно. Фрэнк стоял у главного пульта, в одной майке, заляпанной машинным маслом, его могучие руки были по локоть в открытой панели управления. Рядом с ним, бесстрастный как и всегда, стоял Михаил, протягивая инструменты.

– Что у нас? – спросил я, подходя ближе.

– Охладитель третьего контура заклинило, – Фрэнк вытер пот со лба, оставляя на лице чёрный след. – Если не починим, через шесть часов реактор уйдёт в аварийный режим. Придётся делать остановку посреди пустоты на трое суток.

– Чёрт, – выдохнул я. – Чем помочь?

– Нужно вручную провернуть вал, чтобы сбросить заклинивание, – Фрэнк указал на массивный рычаг в углу отсека. – Но одному не справиться – там нужно приложить огромное усилие.

– Я помогу, – шагнул вперёд Михаил.

– И я, – добавил я.

– И я, – неожиданно сказала Барбара, скидывая халат и оставаясь в одном белье. – Не смотрите так, здесь жарко как в аду.

Фрэнк окинул её взглядом и одобрительно хмыкнул.

– Ладно, распределяемся. Я лезу ближе к кожуху и буду направлять. Михаил, ты с одной стороны рычага, капитан – с другой. Барбара – стоишь рядом и подаёшь инструменты. Когда я скажу, жмёте что есть силы.

Мы заняли позиции. Я и Михаил упёрлись в рычаг, Фрэнк залез в узкое пространство между кожухом и стеной, откуда торчал злополучный вал. Барбара встала рядом, готовая в любой момент протянуть нужный ключ или отвёртку.

– На счёт три, – скомандовал Фрэнк. – Раз... Два... ТРИ!

Мы навалились на рычаг. Металл заскрипел, но не поддался.

– Ещё! – крикнул Фрэнк. – Сильнее!

Мы нажали изо всех сил. Михаил, с его усиленными мышцами, напрягся так, что майка на нём затрещала по швам. Я чувствовал, как вены вздуваются на висках от натуги.

Рычаг дрогнул. Медленно, сантиметр за сантиметром, он начал поворачиваться.

– ДА! – заорал Фрэнк. – ЕЩЁ ЧУТЬ-ЧУТЬ!

И в этот момент раздался треск. Рычаг провернулся резко, освобождаясь, и мы с Михаилом, потеряв точку опоры, отлетели назад. Я врезался спиной в стену и сполз по ней, тяжело дыша. Михаил удержался на ногах, но пошатнулся и налетел на Барбару, сбивая её с ног.

Они рухнули на пол, прямо у моих ног. Барбара оказалась под Михаилом, её груди вывалились из белья, ноги раздвинулись, обнажая кружево трусиков. Михаил замер, опираясь на локти, и уставился на неё – его каменное лицо на мгновение стало растерянным.

– Ой, – выдохнула Барбара, и в её глазах вспыхнул знакомый огонёк. – Какой ты тяжёлый... и, кажется, ты рад меня видеть?

Михаил попытался подняться, но Барбара обвила его шею руками, не позволяя.

– Не торопись, солдат, – промурлыкала она. – Ты только что спас корабль. Заслужил награду.

– Барбара... – начал он, но она прижала палец к его губам.

– Тсс. Расслабься.

Её рука скользнула вниз, к паху Михаила, и нащупала то, что искала. Даже сквозь ткань штанов было видно, как реагирует его тело – оба члена уже стояли, упираясь в ширинку.

– Ого, – усмехнулась Барбара. — Твой двойной комплект уже готов к бою. Капитан, Фрэнк – вы с нами?

Фрэнк вылез из-за кожуха, вытирая руки ветошью. Увидев картину на полу, он широко улыбнулся.

– А почему бы и нет? Работа сделана, можно и расслабиться.

– Ник? – Барбара посмотрела на меня.

Я уже расстёгивал штаны. После всей этой жары, напряжения и вида полуголой Барбары под Михаилом член стоял колом.

– Я с вами, – выдохнул я, опускаясь на колени рядом с ними.

Мы помогли Барбаре освободиться от остатков белья. Она осталась полностью обнажённой, и её тело – подтянутое, несмотря на возраст, с идеальной грудью и широкими бёдрами – заставило нас замереть на мгновение.

– Нравится? – усмехнулась она, проведя руками по своим формам. – Тогда не стойте столбами. Идите сюда.

Михаил первым склонился к её груди. Он взял в рот сосок и начал сосать, осторожно, словно боясь повредить. Его руки гладили её бока, спускались ниже, к бёдрам.

Фрэнк опустился с другой стороны, завладевая вторым соском. Его огромные ручищи легли на грудь Барбары с поразительной нежностью, массируя, сжимая, дразня.

Барбара застонала, запрокинув голову. Её руки легли на затылки обоим мужчинам, прижимая их крепче.

– Да... Мальчики... Вы такие нежные... Умеете доставить удовольствие...

Я тем временем устроился между её ног. Раздвинул бёдра шире и вдохнул запах – терпкий и возбуждающий. Наклонился и провёл языком по складкам.

Барбара вздрогнула, выгибаясь навстречу.

– Ник... Чёрт... Твой язык... Продолжай...

Я продолжил. Лизал её клитор, входил языком внутрь, дразнил, покусывал, слушая, как её стоны становятся громче. Михаил и Фрэнк усилили темп, посасывая соски, и я чувствовал, как каждое их движение отзывается дрожью в теле Барбары.

– Хватит, – выдохнула она через минуту, отстраняя головы мужчин от своей груди. – Хочу, чтобы вы трахали меня. Все сразу.

Она встала на четвереньки, подставляя зад. Её груди колыхнулись, соски затвердели, между ног всё блестело от моей слюны и её соков.

– Фрэнк, ты – в киску. Ник, ты – в задницу. Михаил... – она повернула голову и улыбнулась ему. – А ты иди сюда, ко мне в рот. Хочу попробовать оба твои члена сразу.

Михаил шагнул к ней, расстёгивая штаны. Два члена выскочили наружу – толстые, длинные, уже влажные от предэякулята. Барбара обхватила оба руками и лизнула головки одновременно.

– Красавцы, – прошептала она, разглядывая их вблизи. – Ну, идите к мамочке.

Она взяла оба в рот сразу. Это было непросто – члены были толстыми, – но Барбара справилась. Её щёки раздулись, из уголков рта потекла слюна, но она сосала с жадностью, двигая головой в ритме, который задавала сама.

Михаил закатил глаза, упираясь руками в стену. Его обычно каменное лицо расслабилось, уступив место чистейшему удовольствию.

Фрэнк тем временем вошёл в киску Барбары. Одним движением, глубоко, до упора. Она застонала вокруг членов Михаила, и вибрация передалась ему, заставляя его вздрогнуть.

Я вошёл в задницу. Осторожно, медленно, давая ей привыкнуть. Барбара была уже достаточно возбуждена, чтобы принять меня без боли – её мышцы расслабились, впуская, а потом сжались, обхватывая.

– Двигайтесь, – прошептала она, выплёвывая члены Михаила на секунду. – Все. В ритме, который задам я.

Она снова взяла Михаила в рот и начала ритмично двигать головой. Мы с Фрэнком двинулись в унисон, одновременно насаживая её на свои члены. Каждый толчок заставлял Барбару стонать громче, и её стоны ещё больше заводили Михаила, заставляя его тяжело дышать.

– Да... Да... — мычала она вокруг его плоти.

В реакторном отсеке было жарко, пахло машинным маслом, потом и сексом. Мы двигались как единый механизм – отлаженный, идеально синхронизированный. Фрэнк входил глубоко, растягивая киску, я входил, растягивая задний проход, Михаил трахал её рот двумя толстыми стволами.

Но Барбара хотела большего. Чувствуя, что мы приближаемся к пику, она резко отстранилась от Михаила и поднялась, высвобождаясь из нас.

– Не так быстро, мальчики, – выдохнула она, разворачиваясь. – Я хочу кое-что другое.

Она повалила Михаила на пол и оседлав его, и одним движением направила оба его члена в свои дыры – один в киску, другой в задницу. Михаил зарычал, чувствуя, как её горячая плоть сжимается вокруг него. Барбара застонала, запрокинув голову, её груди тяжело колыхнулись.

– А вы, – она посмотрела на меня и Фрэнка, – идите сюда. Воспользуйтесь моей грудью.

Мы с Фрэнком переглянулись и шагнули ближе, вставая по бокам от неё. Барбара взяла наши члены в ладони и прижала к своим грудям – мой к левой, Фрэнка к правой. Её груди были огромными, мягкими, идеально подходящими для такого рода ласк.

– Зажмите их, – приказала она. – Своими руками.

Я всунул член под левую грудь Барбары, и накрыл его сверху этой самой грудью. Фрэнк сделал то же самое с правой. Наши члены утонули в мягкой плоти, касаясь друг друга головками и придавая дополнительную пикантность происходящему.

– А теперь двигайтесь, – выдохнула Барбара. – Трахайте мои сиськи, пока Михаил трахает мои дыры снизу.

Мы начали двигаться. Наши члены скользили по её груди, по её коже, а руки и пальцы дразнили затвердевшие соски. Барбара сидела на Михаиле, её тело изгибалось в ритмичных движениях. С двух сторон к ней прижимались я и Фрэнк, наши члены исчезали в мягкой плоти её грудей. Её стоны смешивались с нашим тяжёлым дыханием, с рычанием Михаила снизу.

– Да... Да... – выла она. – ТАК ХОРОШО! ВСЕ ТРОЕ! ЧУВСТВУЮ ВАС ВСЕХ!

Михаил ускорился снизу, вколачиваясь в неё двумя членами одновременно. Барбара закричала, выгибаясь.

– Я сейчас... – выдохнул Фрэнк.

– И я... – отозвался я.

– Вместе, – приказала Барбара. – КОНЧАЙТЕ НА МОИ СИСЬКИ!

Мы с Фрэнком вытащили члены из-под её грудей и направили их так, чтобы кончить прямо на сиськи. В тот же момент Михаил кончил глубоко внутрь Барбары, заполняя её киску и задницу двумя потоками спермы.

Барбара закричала, кончая сама, и в этот момент наши с Фрэнком члены выстрелили, заливая её грудь густой белой спермой. Струи смешивались, стекали по животу, капали на Михаила внизу.

Когда всё закончилось, Барбара рухнула вперёд, на грудь Михаила, тяжело дыша. Её груди, залитые спермой, прижались к его мокрой коже. Мы с Фрэнком опустились рядом, обессиленные, но счастливые.

– Это было... – начал я.

– Идеально, – выдохнула она. – Просто идеально.

– Барбара... – начал я.

– Тсс, — она прижала палец к моим губам. – Просто знайте. Я вас всех люблю. Даже когда вы бесите меня своим упрямством.

Фрэнк усмехнулся, не открывая глаз.

– Мы тебя тоже любим, старушка.

– Кто старушка? – возмутилась она, но в её голосе слышалась усмешка. – Я, между прочим, только что удовлетворила троих мужчин одновременно. Не каждая двадцатилетняя на такое способна.

– Не каждая, – подтвердил я. – Ты у нас уникальная.