Этот день радовал Надю с самого начала. Ей нравился свет, особенный, весенний, который пробивался сквозь занавески и играл на узорах ковра. Нравилось проснуться необычно рано, лежать и слушать тишину в квартире. Нравилась даже прибранная накануне комната и полка с книжками, которые, к её превеликой радости, будут ждать её в неприкосновенности все каникулы. А сама Надя на все каникулы едет... в CANDID-HD! Да, жаль, что это пока не на всё лето, а только в мае, но всё равно.... Никаких дебильных одноклассников, маразматичной математички и унылой англичанки, этих вечно воняющих краской коридоров... Она снова увидит Ирку и других девочек. Да, Ирка... Они же едут с ней в одном поезде. Надя вылезла из под одеяла и сбросила пижаму с сердечками. По голому телу пробежала приятная дрожь. Сегодня все ощущения необычные. Но торопиться нельзя. Надо надеть красивое белье. Уже скоро поезд и можно будет Ирке его показать. Она постояла перед зеркалом, поправляя бюстгальтер, взяла телефон... До будильника ещё 20 минут, у Ирки он на такое же время, ну и отлично... С коварной усмешкой она нажала на имя подруги в списке. И конечно же, услышала вялое сонное “Алё...” в ответ!

— Пора встава-а-а-а-ть! - громко сказала Надя, нарочно глядя прямо на солнце - Нас ждёт с тобой Целый Мир!

Это было выражение, принятое между подругами, простенькое, но девчонкам очень даже нравилось. Они говорили: “Лагерь CANDID-HD - это целый мир!”. Лагерь это для них. Хотя на самом деле, это была эротическая студия, предполагающая также оказание интимных услуг за кадром, замаскированная под нудистский лагерь. Помимо собственно лагеря, студия также арендовывала небольшой пляж, корабль и спортзал и разумеется, домики для “уединения”. Произносить название студии/лагеря было запрещено, но можно было сказать Целый Мир - и всё сразу станет понятно. Тренер говорила им, чтобы они не проболтались о том, что происходит в лагере, иначе CANDID-HD закроют и они больше не смогут туда приехать. И слякотными зимними вечерами, девушки созванивались и с тревогой обсуждали, что будет если кто-нибудь проболтается и лагерь закроют. И тогда они говорили себе: «Как это вообще можно - закрыть Целый Мир!». И в этих словах были и страх, и обида на тех, кто может такое сделать, и надежда на будущее.

И всё-таки, этот день настал. Специально для сонной подруги, Надя, весьма довольная своей выходкой, стала петь на английском песню, под которую они упражнялись утром. И только засмеялась в ответ на ворчание матери, зашедшей в комнату. Да, она громко болтает и стоит в одном белье, но ведь это пустяки по сравнению с тем, что они будут вытворять в ближайшие дни. И Надя была готова быстро выполнить любые просьбы, в этот день у неё всё получалось! Она легко сходила за продуктами (последний раз перед отъездом, как приятно было об этом думать), потом надолго заперлась в душе, наконец проверила вещи и еле дождалась звонка. Женщина-тренер, как и в прошлый раз, ожидала её в машине, но на этот раз, на заднем сиденье сидела Ира. Надя заранее раскинула руки и подруги прижались друг к дружке крепко-крепко.

Ира тоже была рада. Хотя её слегка кольнуло, когда Надя стала говорить: “Ну что, мы и на этот раз всех сделаем?”. Ведь в прошлом году именно Надя заняла первое место на конкурсе красоты среди нудисток, вышедшего затем на DVD под названием CANDID-HD Miss Teen Naturist Crimea 2008 и ставшего вирусным по популярности среди ценителей данного жанра, а Ире пришлось довольствоваться вторым. А ведь все, включая режиссёра и “гостей” студии, говорили ей, что именно она самая красивая и победа подруги стала для неё неприятной неожиданностью. Она привыкла чувствовать себя самой красивой и самой востребованной, причём как в кадре, так и за кадром. Но Надя вела себя так дружелюбно и непосредственно, что невозможно было вспоминать обиды. И Ира постаралась подстроиться под её настроение и говорить о них обоих, как про самых красивых и востребованных девушек лагеря и в этом сезоне тоже.

Всю дорогу они хохотали как ненормальные над любой ерундой и никак не могли успокоится. Тренер мягко делала им замечания и с трудом удерживала юных проказниц, чтобы они не начали прыгать и не разнесли машину. Наконец, она привела их на вокзал и отошла, чтобы отогнать машину.

Ира с Надей стояли переглядываясь и с нетерпением поглядывали на пустой путь, над которым светилось “Москва-Симферополь”. Вот уже объявили номер их поезда. Но тренер ещё не подошла. И вдруг они заметили, что мимо куда-то торопились две молодые девушки, одетые совершенно непривычно для Москвы того времени. На них были длинные, полностью закрытые платья, а головы были полностью замотаны в платки, так что шеи и волос не было видно. Да и глаза обеих скрывали тёмные очки. Незнакомки прокатили сумки мимо Иры и Нади, а за ними прошествовал крепко сложенный молодой парень с кавказскими чертами лица, но не чистый кавказец.

— Пиздец какой-то! - сказала Надя, проводив их взглядом и тут же засмеялась, довольная тем, что произнесла запретное слово даже раньше своей пошлой подруги.

— Ага... Не говори... - подтвердила Ира и поёжилась. Бывает же такое. Интересно, откуда они приехали? Всегда внимательная к внешности, своей и других девушек, она поневоле запечатлела в памяти облик этих двоих. Закутались, а всё равно видно, что они красивые, стройные, с аппетитными формами, с изящной походкой. И ещё Ира вдруг осознала, что кожа у обеих нежно-розовая, особенно у той, что повыше и что кроме одежды ничто в них не напоминает женщин с Востока.

Таня Зубова тоже заметила девушек и услышала реплику Нади. Ей стало до жути обидно. Хотелось просто завыть в голос. Она вдруг почувствовала, что силы оставляют её и остановилась с тяжёлым чемоданом. Но Георгий обогнал её на ходу и обернулся. Их взгляды встретились и Зубова, сжав ручку, поспешила вперёд. Светлова на этот раз ничего не слышала и двигалась не останавливаясь, покорная судьбе. Им предстояло катить чемоданы через весь перрон. А к Ире и Наде подошла белобрысая женщина-тренер и они поспешили к подъезжающему поезду.

Поезд 67 - Надя хорошо запомнила его номер. Ей временами нравилось держать в голове цифры, которые были связаны с чем-то приятным. А поезд Москва-Симферополь стал одним из лучших воспоминаний нашей юности. Несмотря на убогие по нынешним временам вагоны и долгий переезд. Несмотря на утомление от внезапно наступившей жары. А может быть именно благодаря этому переходу. Ведь это по своему чудо - за сутки переехать из умеренно тёплой июльской Москвы в по-настоящему жаркий Крым. Ну, или как теперь - из холодной Москвы конца апреля - на ласково-теплый полуостров, который никогда и никем не воспринимался как чужой... Поезд отбывал в 16:11 и приезжал в 14:40. И Надя знала, что за это время они с Иркой успеют раздеться, облачиться во что-нибудь лёгкое и соблазнительное, чего дома и тем более, в школе не наденешь. И конечно, они будут дурачиться, а иногда тосковать от безделья и считать часы до конца дороги. Но даже эта тоска у них будет связана с приятным ожиданием. Так оно и вышло. Они быстро расстелились, перекусили яблоками и уселись на верхней полке. Ира достала картишки.

— Что, уже на раздевание играем? - спросила Надя. И не выдержала, крикнула женщине-тренеру. - Марина Николаевна, у нас на раздевание игра! Хотите с нами?

— Так, слушайте сюда - женщина говорила командным голосом, но не могла скрыть улыбки - Две бесстыдницы! Чтобы никакого баловства пока едем в поезде не было! - И она погрозила пальцем - Особенно ты, Надя. Ты же у нас хорошая девочка.

— О да, я очень хорошая - сказала Надя, тасуя карты. Ей нравились такие безбашенные разговоры. Она и сама знала, что в поезде нельзя устраивать CANDID-HD заранее. И всё же надеялась, что в дороге удастся развлечься небанально.

Ждать пришлось до вечера. Спать ещё не хотелось, а карты и другие занятия уже надоели. Когда стемнело, Марина включила свет и задёрнула шторы. Заперла дверь и сказала:

— Что-то вы девочки совсем заскучали. Давайте-ка проверим, насколько вы в форме.

Она отвязала два коврика и расстелила их в купе. Ира и Надя с удовольствием слезли с полки.

— Сперва разденьтесь. Покажите мне вашу растяжку.

Надя тут же сняла шортики, футболку и трусы. Она села на коврик и растянула ступни. Ноги её оказались параллельно полу. Ощузалась лёгкая боль в мышцах, но в целом, ощущения были приятные.

— А ты чего стоишь? - с усмешкой кивнула Ире тренерша.

— А... я думала мы по очереди.. - Ира стала торопливо раздеваться.

— Да зачем по очереди то? Вы прекрасно поместитесь. - И тренер слегка покачала головой, будто удивляясь Ириной несообразительности. И даже иронически щёлкнула языком. Был у неё был время от времени такой стиль. Она часто ловила своих девочек на ошибках, иногда пустяковых, иногда более серьёзных. И упрекала их притворно строгим голосом. Мол, мои юные красавицы, вы у меня такие рассеянные, ну и как с вами быть, приходится любить вас такими, какие есть. А те ей подыгрывали, мол, что поделать, мы такие.

Ира легко уселась на шпагат позади Нади. Поскольку в поезде было тесно, то они прижались друг к другу. Надя почувствовала, как её голой спины коснулись соски подруги. Да и между её ягодиц ощущалась её влажная киска.

— Так, а теперь отогнулись, вместе, ещё, вдвоём, вот так.

Девушки, прижимаясь друг к дружке, отогнулись назад до нижней койки. А тренер слегка аккуратно придерживала Ире голову и подвинула ногой коврик вперёд, чтобы отклонение тел получилось посильнее. Провела рукой под спиной Иры, а Надю погладила от шеи до пупка. Её рука прошлась между ложбинкой её грудей.

— Ещё долго? - улыбнулась Надя, замеревшая с Ирой, отогнувшись на шпагате. Ноги были сильно напряжены, но ощущения внизу живота были скорее приятные.

— А что? - также весело переспросила тренер - За зиму потеряла форму? Животик не вырос? - она слегка придавила девушку пониже пупка своими мягкими пальцами - Ладно, а теперь выпрямились, отъехали чуть-чуть назад, к задней койке, не вставая со шпагата, просто напрягите задницы, я ничего смешного не сказала, вот так, и подвиньте коврики назад, паровозиком, вот так, умнички, и нагибайтесь вперёд, вытягивая руки. В-о-о-о-т. Тянемся, тянемся. Теперь сядьте рядом.

Она села у окна, а девушки, теснясь друг к другу, уселись по-турецки.

— И покажите мне берёзку...

Надя оглянулась на Иру, а потом легла на спину и задрала свои длинные ноги вверх. Ира повторила тоже самое. Тренер решительно подошла к Наде и слегка раздвинула её ноги. А Ира раздвинула ноги сама. Заодно Марина оценила вблизи красоту их кисок. Они были у девочек всё такие же изящные.

— Ладно. Можете сесть. Аккуратно, вещи на столе не заденьте!

Поставить ноги девушки сумели довольно ловко, несмотря на тесноту купе. Но когда Надя вставала с пола, то задела головой угол стола.

— Ну вот, я же говорила - тренер мягко взяла Надю за согнутый локоть руки, которым та взялась за голову - Сильно ушиблась? Может тебе лёд приложить?

— Нет, спасибо - Надя конечно знала, что этот ушиб, в первую минуту с непривычки болезненный, полностью пройдёт через пять минут, но от слов тренера и её прикосновений приятная теплота пробежала в груди.

— Марина Николаевна, а можно в душ? - спросила Ира - А то я вспотела.

— Уже? Так быстро? Иди конечно. Ты тоже хочешь? - с обычной иронией задала она Наде нарочно глупый вопрос. Хотя итак было понятно, что девочки пойдут вместе.

— Да, ужасно жарко - улыбнулась обнажённая Надя и притворно обмахнулась ладошкой как веером.

— Хорошо, оденьтесь только - сказала тренер таким тоном, будто имела ввиду: “а то без меня не догадаетесь”. Но Надя, конечно, совершенно не обиделась, хотя в своей обычной жизни терпеть не могла, когда ей объясняли то, что и так ясно. Но на этот раз она нарочно сделала грустное лицо и спросила:

— А это обязательно?

Тренер, прекрасно понимая, что она шутит, нарочно закатила глаза. А Ира демонстративно натянула легкие шорты, оставляя снятые перед растяжкой трусы на столе. Марина Николаевна, конечно тут же спросила: “А убирать за вами кто будет или они так всю ночь здесь будут валяться?”

— Ну не ругайтесь! - притворно жалобно сказала довольная Надя, поддерживая игру тренерши в “строгую мамочку” – Хотите, мы вам чаю принесём на обратном пути?

— Ничего не надо! - усмехнулась тренер, но в голосе её прозвучала благодарность за заботу - Потоп только не устройте!

Лена Светлова и Таня Зубова, тем временем, ехали в другом конце этого же вагона. С ними в купе были Георгий и Дина Зорина. Она уже была там, когда девушки вошли с чемоданами. И с внутренней усмешкой заметила, как эти унылые “замоташки” ещё больше скисли, когда увидели её. Это было хорошо заметно. Действительно, девушки надеялись, что с ними поедет Ксюша Довлатова или хотя бы Яна Дубинина. А Зубова, так вообще терпеть не могла эту бритоголовую пацанку. Но у Гухмана были свои соображения. Он понимал, что CANDID-HD может быть привлекательным для всех, а не только для воспитываемых девушек. Даже практичная Дубинина с её холодным рассудком может соблазниться и замечтать о красивой жизни. Это она в своей московской квартире заскучала от своей размеренности и захотела чего-то грязного, а в лагере ей запросто может понравиться и уже не так милы будут жёсткие съёмки в Herfirstpunishment. Поэтому, он и отправил туда самую наглую и циничную девушку из своей команды, да ещё и пацанку, которой лагерь больше всего подходил по складу характера. И девушкам пришлось стоять и ждать, когда войдёт Георгий и разрешит раздеться. А пока они с трудом упаковали чемоданы. А Зорина смотрела на них с усмешкой. Она сидела, задрав ногу на ногу и курила. Наконец вошёл Георгий и сел. Лена и Таня стояли в душном помещении и ждали разрешения. Георгий достал ноутбук, посмотрел там что-то. Потом поднял глаза и уставился на воспитываемых девушек с притворным удивлением.

— Чего стоим? - спросил он.

— Команды раздеваться и разрешения садиться не было! - ответили они хором.

Зорина покачала головой и сказала: “Пиздец какой-то”. В её голосе слышалось презрение к покорным девушкам. Зубова со злостью подумала, что хорошо ей глумиться, будучи свободной девушкой, посмотрела бы она на неё, будь та на воспитании у студии Herfirstpunishment. Эта мысль не отпустила её и после того, как Георгий разрешил девушкам снять платки. Лицо Лены Светловой было как всегда печальное, как застывшая маска удивления, боли, страдания и упрёка, как будто вечный упрёк на жестокий мир, либо безразличный к её страданиям, либо наслаждающийся ими застыл в её глазах. Это выражение лица будто застыло на ней с того самого момента, когда она впервые стояла голая перед лавкой, на которую ей предстояло лечь и впервые в жизни быть выпоротой и оттасканной за волосы. Рядом стоял Георгий, шепчущий ей на ухо, чтобы не было слышно в кадре: “Ну давай, ложись уже, не тупи”, а напротив, выстроившись в шеренгу, стояли четыре голых девушки, одной из которых была Таня Зубова, знавшая, что её, в отличие от трёх других, будут пороть следующую на этой самой лавке. Эта была первая съёмка и соответственно, первая порка в жизни Лены Светловой и Тани Зубовой. Таня даже, согласно сценарию, громко сказала в камеру: “Да? Тебе легко говорить. А меня сегодня первый раз в жизни будут пороть!” и это так и было на самом деле. На небольшом удалении, на стуле стоял невысокий, полноватый, безразличного вида оператор средних лет и направлял большую кинокамеру, а вокруг сновали мужчины с фотоаппаратами и камерами попроще, с алчным взглядом пытаясь выхватить кадр получше. Это был фильм Russian Slaves vol.41 Sport School in Moscow, ставший их первой съёмкой, первой поркой и положивший начало их “воспитанию” в студии Herfirstpunishment.

Подавляя слёзы от мрачных воспоминаний, Лена молча заняла место рядом с Георгием. А Таня села на краешек койки рядом с Зориной. Она вдруг подумала, что бритоголовая пацанка не дала бы себя «воспитывать», с её хулиганским характером, она скорее бы согласилась сесть в тюрьму. Более того, её бы никто и не стал отдавать на “воспитание” в студию Herfirstpunishment, потому что она, как воспитываемая девушка, не так интересна и вообще под новый проект “воспитания девушек”, придуманный Никитой Гухманом, не подходит. А интересны именно они с Леной. Эта мысль приводила в отчаяние и раздражение. Но показать чувства было нельзя и потому Зубова просто застыла, опустив взгляд и ожидая команды. “Хоть бы Георгий попросил чай для них принести...” - подумала она.

Поезд между тем двигался в сторону райского полуострова. В прокуренном купе было душно. Зорина была и правда равнодушна к предстоящему царству нудизма, хотя и была не прочь позажигать голышом. Она включила в наушниках тяжёлую музыку. Из китайских наушников доносился слабый грохот, перекликаясь со стуком колёс. В тишине вагона приглушённая музыка била Лену и Таню по ушам. Георгий что-то смотрел в ноутбуке. Вдруг Зорина с ухмылкой толкнула Зубову ногой и та соскользнула на пол. Потирая лоб она замерла под взглядом Георгия.

— Ты чё, Зубова? Сядь сейчас же. - приказал он и Таня села, не глядя на соседку - Им нельзя сейчас оставлять синяки. Но это не значит, что можно расслабиться. - добавил он, поворачиваясь в сторону Светловой - Штрафные очки будем начислять на будущее.

Он ещё немного посидел и поглядел на часы.

— Так, а про тренировку то мы и забыли, а мне никто не напомнил. А я разве сказал встать? - удивлённо спросил он, потому что Светлова и Зубова тут же вскочили.

Георгий закрыл окно, хотя было ещё светло, запер дверь и огляделся.

— Сегодня у нас тихая тренировка. Будете приседать, пока я не скажу, что можно не приседать. Не будете слушаться...

— Можно сунуть им сигареты в задницы - вставила вдруг Зорина - Никто ничего не заметит.

— Посмотрим – равнодушно сказал Георгий - раздевайтесь.

Девушки умом понимали, что никто им посреди поезда ничего не сделает. Но нежелание злить Георгия было сильнее. Они хоть и жалели, что едут в лагерь несвободными, но хоть какая-то надежда отдохнуть была, да и смена обстановки, всё-таки. А для этого надо не злить тренера, а то мало ли, что он придумает по приезду. И Лена с Таней начали послушно приседать в тишине. Зорина некоторое время глядела на них и цедила сквозь зубы своё презрительное “Пиздец...”. А потом снова надела наушники и снова по барабанным перепонкам застучала приглушённая музыка.

Между тем стемнело. Георгий включил свет и разрешил утомлённым девушкам отдышаться.

— Пусть они помоются. А то вонять будут - сказала вдруг Зорина. От неё никто не ожидал чувствительности к запахам и оттого фраза прозвучала особенно унизительно.

— Ладно - Георгий погрузился в ноут - только ты сходи с ними.

Зорина вскочила и застыла у двери, ожидая, когда воспитываемые девушки оденутся. Лена и Таня поскорее натянули бельё и юбки, с трудом вытащили чемодан из под койки, где сидел Георгий, стараясь не задеть его ногу. Из чемодана они достали полотенца и прочие “мыльно-рыльные”. Они сильно волновались. Зорина повторяла: “Блядь, побыстрее нельзя?”. В какой то момент Лена задела локтём Георгия и отпрянула в сторону. А тот поглядел на неё долгим взглядом, будто поражаясь её тупости. А потом снова погрузился в ноут. Зорина распахнула дверь. Девушки, пошатываясь от усталости, вышли в коридор и направились в душевую. Зорина прошла за ними. Они не возражали. Но когда они разделись, бритоголовая пацанка заперла дверь и сказала им: “А теперь построились и дуйте мыться, да поживее”.

— Слушай... - начала Светлова.

— Слышь ты, коза, тебя не просили нас учить! Сказали сопровождать, вот и сопровождай молча! – перехватила вдруг инициативу Зубова. Напомнил о себе её прежний волевой характер. Они встретились взглядами и снова сцепились, как тогда, во время первой съёмки в спортзале. Зорина смогла вцепиться Тане в волосы, но та вырвалась, нанеся ей удар поддых и с силой оттолкнув её. Тяжело дыша, они смотрели друг на друга.

— Не будете слушаться - пожалуюсь на вас Георгию. Он поверит. - Она почувствовала, что угроза работает и усмехнулась. – Так-то лучше.

— Построились - тихо сказала она и девушки встали рядом - Теперь под душ и ненадолго.

Лена и Таня зашли за перегородку и закрыли за собой ездящую дверь. Когда душ включился, они стали намыливать друг друга со слезами обиды. Даже мытье проходило в тоске и отчаянии. Зорина через две минуты вышла в тамбур покурить. Дверь она конечно не заперла, но решила, что это не важно. Лена и Таня не поняли, ушла она или нет. Они молча и тщательно намылились и вместе стояли под душем. В коридоре послышался весёлый смех и топот. Он наводил ещё большую тоску и отчаяние. Дверь раскрылась и чей-то женский шёпот сказал: “Заходи”. Девушки замерли. Неужели это Зорина приглашает Георгия? Они не решились выглянуть раньше времени. На самом деле это были Ира и Надя. Они увидели, что не заперто и зашли. Плеск воды не смутил их и они тут же скинули шортики и футболки, оставшись нагишом.

Надя дёрнула на себя пластиковую дверь. Потом вспомнила, что она открывается в сторону и с усилием отодвинула. Две голые девушки постарше их глядели на неё с ужасом. Они прикрыли свои интимные места и громко вскрикнули: ы-ы-ы! У них перехватило дыхание и крик был похож на протяжный стон. Они явно испугались, что их застали голыми, хотя перед ними была школьница Надя женского пола, причём тоже голая. Девочка не знала, что они боялись увидеть Георгия или ещё какого-нибудь мужчину. Они не сразу поняли, кто ломится в дверь. И неожиданно для самих себя выплеснули свой ужас при виде Нади. Девочка сначала и сама немного напугалась. Потом смутилась. Сказала “Ой!” и попробовала закрыть дверь, впрочем, без успеха. Она подхватила шортики с футболкой и прижимая к себе, убежала. Её подруга ринулась за ней. Ещё у двери девочки начали смеяться. Смеялись они и над собой, но больше - над этими странными девушками, которые так испугались.

Это была вторая встреча вольных нудисток с воспитываемыми девушками. Также как и на вокзале, они разглядели их красоту. Но ещё не признали их за своих, как произойдёт потом. Они посчитали их взрослыми по сравнению с собой и очень развеселились на их реакцию. Опытные нудистки чувствовали своё превосходство над молодыми женщинами, которые, как в старину, боятся наготы в чужом присутствии. Долго ещё их смех доносился из коридора. И Светлова, и Зубова прекрасно его слышали. И понимали, что это веселье было презрительным по отношению к ним. Им и самим было стыдно за свой испуг перед этими раскованными малолетками. Светлова посмотрела на открытую дверь и сказала:

— Давай вытираться.

Зубова вздохнула. В её голосе была обида.

— Это были они.

— Кто?

— Девочки из лагеря.

— Думаешь?

— Я их узнала.

— Точно. А впрочем, какая разница?

— Никакой - прошептала Таня. Но она не могла не думать, что первая встреча получилась такая глупая.

На самом деле, это была не настоящая их первая встреча и она ни на что не повлияла в будущем. Девушки-нудистки были слишком беспечные, чтобы придавать такому значение. Но в тот момент Лене и Тане было неприятно, что они произвели такое дурацкое впечатление. Они со страхом стали одеваться, поглядывая на дверь. Как вдруг к ним зашёл Георгий. Они замерли, прикрываясь полотенцем. Георгий молча подошёл и сжал им мокрые соски. Он услышал шум в коридоре и пошёл проверить, что там творится. Их комната была самой близкой к душу (а у нудисток - самая дальняя), поэтому он тихо прошёл за распахнутые двери. Застигнутые врасплох девушки изогнулись от боли. Георгий отпустил их и оглянулся на дверь.

— Совсем охуели что-ль?! Купаетесь на глазах у всех? Думаете, уже в лагерь приехали? Так вы вообще туда не доедете.

Он взял их за волосы и повёл к выходу. Девушки оказались в коридоре голыми. Они испуганно оглядывались по сторонам, морщась от боли. На их счастье, в коридоре никого не было. Георгий подвёл их к купе и кивнул на открытую дверь. Испуганные голые красавицы забежали. Георгий захлопнул дверь.

— Только попробуй заори, Зубова! - сказал он и больно стянул Тане волосы. Она закрыла глаза и тяжело задышала, с трудом сдерживая крик.

— Вы что, и правда хотите сигареты в задницы, как Зорина предлагала? Так я устрою. Думаете, что раз вас нельзя пороть перед лагерем, вы теперь у нас принцессы? - Он схватил за волосы Светлову - А вы не подумали своими тупыми бошками, что я ещё могу сделать с вамм? Ну-ка в позу встали!

Девушки замерли с руками за головой. Георгий, подойдя сзади, больно схватил обеих за волосы и злобно зашептал им в лица: «Значит так, слушайте сюда внимательно, бляди вы тупые. Ещё одно замечание - и я беру ту, которая первая провинилась и увожу с собой в Москву. А вторая остаётся в лагере и пусть блядует как хочет. А мы в Москве будем развлекаться с первой по-своему. А когда вторая блядь вернётся из лагеря, мы посмотрим видео с ней и перейдём и к её воспитанию». И, поселив таким образом соперничество между девушками, он сказал:

— А теперь по койкам и спать! И только шелохнитесь мне! Пороть их не надо, как же!

Всё ещё голые девушки молча забрались наверх и там старались всхлипывать бесшумно под одеялом. Заснуть они всё равно не могли. Боялись, что Георгий вот-вот спросит их про одежду, которая осталась в душе. Они боялись, что та из них, которая заговорит первая, отправится на “воспитание” в Москву вместо лагеря. Угроза была слишком серьёзная. А то, что другая останется в лагере без Георгия, было слабым утешением. Во-первых, он отыграется потом. Во-вторых, как бы им не надоело зависеть всегда друг от друга, но разорвать эту связь они не могли. И знали, что ни одна из них всё равно не сможет наслаждаться лагерем зная, что другая осталась с тренером в Москве. Получалось, что когда наказывают обоих за проступки одной, это плохо, но и наоборот не лучше. Всё равно выходит либо взаимная обида, либо угрызения совести...

Вошла Зорина.

— Жор, ты чё без одежды их увёл?

Георгий не сразу ответил. Он лежал с ноутом на коленях.

— Да они опять дурочек включают. А ты чего оставила их без присмотра?

— Курить ходила - она достала плеер.

— Зорина - очень тихо позвала Лена. Она никак не могла вспомнить, как зовут бритоголовую пацанку - Зорина! - она повторяла несколько раз, но повысить голос не решалась. Она уже видела, что у помощницы тренера в руках наушники и готовилась к самому худшему. Как вдруг Зорина поднялась.

— Ну чего ты там воешь?

— Попроси, чтобы нам дали одеться и в туалет... Пожалуйста, мы сами боимся.

Зубова тоже испытывала дискомфорт и страх перед возможным наказанием, если полностью обнажённая девушка не посетит уборную вовремя. Но она вся сморщилась от досады из-за необходимости унижаться перед наглой бритоголовой пацанкой.

— А что мне за это будет? - она обдала Светлову запахом дешёвых сигарет.

— Что скажешь...

— Десять ударов. Скакалкой. По голой заднице. Это тебе, а ей – указала она на Зубову - ещё десять, потому как борзая слишком. В долг, естественно.

Зубова гневно помотала головой, но Светлова не обратила на неё внимания и сказала, что они согласны, решив за обеих.

— Хорошо - Зорина спустилась к Георгию и грубо передала желание девушек. “И переодеться”.

— Хорошо, только быстро и смотри за ними в оба.

Зорина свистнула и поманила девушек рукой. Они переоделись в пижамные костюмы с длинными штанами и футболками с верхними пуговицами. Потом снова посетили заведение. Зубова молчала, но Светловой было всё равно. Пусть обижается. Да, она её продала без спросу, подставила её задницу, причём в буквальном смысле, но это лучше, чем всю ночь мучаться. А так девушки сходили куда хотели и притихли под одеялами до утра.

Пока они едут в лагерь порка им не грозила, но угроза, что одну из них увезут и оставят в Москве с Георгием была слишком серьёзная. И они по-прежнему были готовы беспрекословно подчиняться тренеру и его злой помощнице. И так теперь будет всё время, пока они в лагере. С этими тяжёлыми мыслями они долго лежали при свете, пока не погрузились в тяжёлый сон.

.....

— Это были они! - Ира остановилась перед дверью своего купе, запыхавшись.

— Кто они?

— Ну эти, которые на вокзале были замотанные.

— А... но они же вроде не мусульманки.

— Да хрен их знает...

— Ладно, давай оденемся, а то... - Надя показала на дверь купе. Она имела ввиду, оденемся прямо в коридоре, потому что внутри их ждёт “строгая” женщина-тренер. Но Ира не так поняла подругу и сделала наоборот, открыла дверь купе. Надя фыркнула над Иркиной тупостью и уронила на пол футболку

— Так, а что это у нас здесь происходит? - усмехнулась Марина Николаевна, увидев девочек в коридоре голыми - А ну марш ко мне! Мы пока ещё не в лагере.

Девочки зашли и стали одеваться, смущённо хихикая. У них часто бывало, что они пробовали скрыть шалости от тренера, а потом глупо палились. Только в отличие от Светловой и Зубовой, они тупили не от страха, а наоборот, потому что понимали, что им, в сущности, ничего не будет. Вот и сейчас. Марина Николаевна закрыла дверь и посадила их рядом с собой на кровать. Она ещё раз объяснила, как важно соблюдать конспирацию, чтобы не подвести любимый лагерь.

— Ну мы неча-а-а-янно - протянула Надя и рассказала, что у них произошло. А Ира вставляла пошлые комментарии в отношении странных стеснительных девушек.

— Ясно - Марина задумалась, что-то прикидывая в уме. Она знала, что её подопечных ждёт новое знакомство с девушками из другой студии, но раньше времени его начинать нельзя - Вот что, девочки, никуда без меня теперь не ходите... И не стройте кислые мордочки - она их обняла - Вы же помните правила...

— Никто не должен знать! - хором ответили Ира и Надя...

Они ещё долго обсуждали планы на участие в голом конкурсе красоты и вспоминали разные песни и танцы, с которыми можно выступить. Потом тренер выдала им пижамы и щётки и проводила в душ. Пока они плескались, она стояла на стрёме, но никого не встретила. А девушки облачились в уютные пижамы и отправились спать в последнюю ночь перед лагерем. Им так хотелось, чтобы скорее настал день, когда можно будет надолго избавиться от одежды. Впрочем, пижамы были уютные и засыпать в них было приятно. Уже завтра они подставят свои обнажённые тела солнцу, ничего не стесняясь.

Лена Светлова и Таня Зубова проснулись от голосов в коридоре. Они поглядели друг на друга и долго сидели на верхних полках, обнимая колени.

В купе вошли пограничники. Георгий после зачётов, съёмок и пива накануне, спал крепко. Зорина проснулась и протянула свой паспорт.

— Ваши документы, девушки? - спросил пограничник у Светловой и Зубовой.

— У него - Лена показала на Георгия.

— Так разбудите.

Лена с испугом спустилась по лестнице. Изящно проскользнула, чтобы нечаянно не задеть пограничников. Всё же, задела. Впрочем, парней-пограничников это только порадовало. И тихо позвала.

— Георгий Автандилович...

А потом позвала чуть громче. Она стояла над ним, растерянно оглядываясь на пограничников. А те были сами удивлены. Молодая, красивая девушка как будто не решалась потревожить мужчину, хотя имела на это полное право. Конечно, пограничники и сами могли разбудить Георгия, но не хотели прерывать эту сцену. Милая, ииспуганна дивчина была так привлекательна и так умиляла своей растерянностью, что пограничники невольно улыбнулись. “Моя жинка по любому поводу крик подымет, хоть посреди ночи, а эта ишь как сон бережёт, видимо, жёстко он её воспитывает” – подумал старший из них, даже не догадываясь, насколько он близок к истине. Зубова с верхней полки заметила их улыбки и поняла их как насмешку. “Конечно, всем мужчинам доставляет удовольствие видеть наш страх и нашу покорность - подумала она - Вот и нет смысла поднимать тревогу, кричать, что у нас отобрали паспорта... Всё равно они будут не за нас, а за Георгия” – с болью в сердце подумала она.

Наконец пограничники подсказали Лене:

— Девушка, Вы бы его растолкали.

— Что?

— Это Ваш муж?

— Нет! – резко отрезала она. На Светлову иногда набегали фантазии о браке с Георгием, но она очень боялась, что кто-нибудь о них догадается.

Зорина предпочитала молча наблюдать эту сцену. Зубова хотела что-то сказать в поддержку подруги, но с ужасом поняла, что слова застряли у неё в горле и она вообще не хочет, чтобы эти мужчины смотрели в её сторону. И куда только девалась прежняя лидерша, проказница, болтунья, баловница судьбы и конечно же, первая красавица и предмет воздыхания и виновница стояков всех парней и мужчин от сверстников до преподов Таня Зубова.

— Так похлопайте его хорошенько.

Лицо Лены исказилось. Она посмотрела на Зорину, Зубову. Потом слегка тронула Георгия за плечо. Он всхрапнул. Она испуганно отдёрнула руку. Тогда пограничники громко позвали его: «Мужчина!» - и он открыл глаза. Пока он соображал, Лена без слов отправилась на свою койку. Георгий протянул три паспорта. Зубова внимательно за ним наблюдала. Пограничники посмотрели паспорта, осмотрели девушек и вышли. Опять люди в форме равнодушно прошли мимо современных рабынь. А ведь могли бы поинтересоваться, почему Светлова такая испуганная, а Зубова замерла в нерешительности на верхней полке, кем они друг другу приходятся и т.д. Хотя интересно, стали бы они арестовывать Георгия и проводить расследование? Скорее всего, просто не пустили бы их в свою республику и всё.

Зубова увидела, что Георгий убрал паспорта себе в куртку. Прошли таможенники, посветили фонариками чемоданы и ушли. Больше никакой проверки не было. В этом поезде частенько возили запрещённые товары для серьёзных людей из Москвы. Таможенники привыкли формально исполнять обязанности. На тех, кто ехал в Киев ещё могли отыграться, а в дела “московских” на полуострове лучше не лезть. Никому и не пришло в голову, что две девушки, по которым скользнул фонарик, являются живым товаром. Современными рабынями. Или, как их называли в студии Herfirstpunishment согласно нового проекта режиссёра Никиты Гухмана, воспитываемыми девушками.

Георгий снова захрапел. Поезд разгонялся всё быстрее. Зубова смотрела на куртку. А что, если взять паспорта и сбежать... Но они не спрыгнут с поезда на полном ходу и не смогут спрятаться... И потом, нужно действовать сообща, а на Ленку разве можно положиться? И зачем она сдала её Зориной? Тем временем, Светлова вдруг подумала, что она впервые ночует в одной комнате с Георгием и видит его спящего и беззащитного... Это так необычно... Но дальше этого её мысли не пошли.... А у Зубовой, всё ещё думавшей про похищение паспорта, мысли бежали быстрее. Она вдруг увидела на столе расстеленную газету, нарезанную колбасу-салями и складной нож Георгия. В висках у неё застучало. В голове прозвучала фраза из какого-то детектива Агаты Кристи: “На следующее утро мужчина был обнаружен в своём купе мёртвым...” Она села и тяжело задышала. Зорина спит. Георгий спит крепко, она это уже поняла. С его курткой и своими паспортами они смогут соскочить на ближайшей станции и затеряться в другой стране. Гухман и его люди из Herfirstpunishment не достанут их здесь. И никто не зайдёт в купе пока.... А Зорина же не будет спать... А может плевать на неё, она ничем не лучше. Но сначала Георгий...

Зубова начала тихонько слезать с верхней полки.

— Ты куда? - испуганно вскрикнула Светлова. “Блять” – вырвалось шёпотом у Зубовой. И чего она вообще лезет? Будто может быть хуже?

Георгий пошевелился. Зубова замерла на месте. Она отчётливо осознавала, что против неспящего Георгия у неё нет никаких шансов. Она бросила уничтожающий взгляд на Лену. А та уже заметила, что Зубова хочет взять что-то на столе и смотрит на Георгия.

— Ты что хочешь? Зачем?

— Да тихо ты!

Проснулась Зорина.

— Вы чё тут? - спросила она хриплым со сна, но звонким голосом.

— Ничего - едва не простонала Зубова. Георгий снова пошевелился. И девушка поскорее забралась на свою полку. Уж очень велик был шанс, что именно её Георгий развернет обратно в Москву. А тот и правда открыл глаза, но, к её счастью, не проснулся. Зубова мрачно замерла на своей полке. Светлова сидела напротив и тупо хлопала глазами. А ведь если бы она не подняла шум, всё могло бы все закончится по другому... Она бы успела в тишине раскрыть нож. И Зорина не смогла бы ей помешать. В полной тишине её никто не смог бы остановить....А может быть и нет... Может, любое шевеление Георгия во сне заставило бы её замереть на месте... И она всё равно бы не смогла... Никогда бы не решилась. И может быть, думала Зубова с отчаянием, никогда уже и не решится....

ЗэТем временем, за окном начало светать. Пейзаж был необычный. Степь и яркое синее небо.

Очень скоро стало жарко. Светлова и Зубова мучились от жары. Зорина переоделась в чёрную майку на лямках. Георгий проснулся, оглядел девушек. Они еле слышно прошептали:

— Доброе утро, Георгий Автандилович.

— А?

— Доброе утро - повторили они громко, но уныние прорвалось в их голосе.

— Так. Ко мне подошли. Живо! - Девушки послушно слезли.

— Ну что, Светлова приседает, а Зубова идёт за пивом.

Таня дрожащими руками взяла деньги и вышла. Для неё выйти в коридор купе с ярким солнцем и свежим воздухом было глотком свободы. Но долго задерживаться она не могла. Просто забалдеть у окна не получится, зная, что Светлова вынуждена приседать в прокуренном купе при Георгии. Нужно торопиться... Проход в вагон ресторан был в другом конце коридора. Она прошла мимо других купе. Некоторые были открыты и в них ехали обычные отдыхающие. Таня поневоле вглядывалась, будто искала что-то. Да, ей хотелось видеть вчерашних девушек-малолеток, но пришлось невольно подсмотреть и другие картины безмятежной жизни. Впрочем, в некоторых купе переругивались или явно страдали от жары. И Таня с ужасом подумала, что смотрит на любые чужие страдания с мстительной радостью.

Наконец она дошла до первого, ближайшего к проводнику купе. Оно было открыто. Одна из девушек (это была Ира) спала, обнимая сброшенное от жары одеяло. На ней была короткая пижамная футболка и шортики. Одна согнутая нога лежала на одеяле, другая чуть свисала с кровати. Таня прошла чуть вперёд и скосила взгляд. Женщина-тренер (Таня узнала её по видео), сидела на краешке койки. Она ласково поглаживала Надю, которая с томным от жары видом лежала на подушке. На Наде была розовая рубашка чуть выше колен. Но сейчас девочка согнула ножки и Лене хорошо были видны трусики. Она что-то щебетала без умолку и ничего не стеснялась. Женщина-тренер огляделась и вдруг уловила любопытный взгляд Зубовой. Видно, что-то щёлкнуло в её голове. Во всяком случае, когда Таня отвела взгляд и пошла дальше, она отчётливо услышала за спиной её звонкий голос:

— Так, девочки мои, солнышко встало и вам пора на зарядку!

Таня прошла в тамбур и не слышала, что было дальше. Она вдруг всхлипнула и остановилась, вытирая слёзы. Да, вот оно, недостижимое счастье поездки в Крым. Главное, что женщина-тренер именно командовала. Не делала комплименты, не интересовалась их пожеланиями. Нет, формально она именно что понукала своих залежавшихся подопечных. Но как же это отличалось от тренерского руководства Георгия! И уж точно этот тренер не порол своих подопечных девушек. С какой радостью Таня слышала бы по утрам этот командный, но ласковый голос! “Девочки мои!” “Пора на зарядку!” И Таня не сомневалась, что девочки встанут немедленно, хотя, впрочем, могут позволить себе потянуться, но в любом случае, они будут весело делать упражнения под бодрую музыку... Да на таких условиях и с этой женщиной-тренером она была бы готова даже приседать до бесконечности!

Вытерев слёзы, Зубова прошла в вагон-ресторан. Всё ещё сдерживая рыдания, попросила бутылку пива. Дежурный ресторатор был толстый, обрюзгший, угрюмый мужчина с залысинами. Почему-то именно такие чаще всего бывали у них клиентами. Именно таким нетерпелось выпороть и оттаскать за волосы красивых и покорных девушек, насладиться их страданиями, унижением и подчинением, после чего, жёстко оттрахать данную в качестве бонуса Ксюшу Довлатову (Яну Дубинину, Лену Бондаренко, Дину Зорину и др.). Если бы не поручение Георгия, она бы ни за что не решилась к нему обратиться и даже приблизиться. Хотя, возможно, он никогда и не порол девушек и даже не слышал о студии Herfirstpunishment. Зубова изо всех сил старалась сосредоточиться, чтобы вовремя посчитать сдачу, забрать чек и ничего не забыть. Руки её тряслись, равно как и мышцы лица. Слёзы снова подступали к глазам. И куда только девалась прежняя лидерша, проказница, болтунья, баловница судьбы и конечно же, первая красавица и предмет воздыхания и виновница стояков всех парней и мужчин от сверстников до преподов Таня Зубова.

Прижимая холодную бутылку к себе, Таня шла обратно. Дверь в первое купе была закрыта. Оттуда доносилась сильно приглушённая музыка и весёлые команды женщины-тренера. Таня поспешно прошла мимо, в последнюю дверь вагона, к своей заклятой подруге Светловой, ненавистной Зориной и ненавидимому Георгию.

Ира и Надя, у которых от перемены климата началась вялость, с удовольствием размялись. И отправились чистить зубы в соседний вагон. С ними прошла и Марина, которая сказала, что туда идти ближе, а “в пижамах себя показывать всем подряд нечего”. На самом деле, она не хотела, чтобы её подопечные раньше времени пересекались с “новенькими девушками из другой студии”, о которых она имела смутное представление. Про “воспитываемых” девушек она конечно не знала, только то, что это “новенькие” из студии Гухмана Herfirstpunishment, где вроде как снимают жёсткое порно и подвергают девушек настоящим телесным наказаниям. Поэтому она даже в соседнем вагоне стояла рядом с ними в коридоре. Ира и Надя восприняли её слова всерьёз и просто оборжались от такой заботы об их нравственности.

После ванной духота в купе ощущалась особенно. Близился полдень второго дня поездки. Это тяжёлое для многих, но приятное в молодости время, когда жара становится невыносимой. Как будто специально, чтобы усилить удовольствие от выхода из душного поезда к морскому воздуху. И вот, настал этот момент, когда страдающие от духоты девушки сняли пижамы и остались полностью обнажённые. Они были в купе вдвоём.

— Ну что, богинюшка ты наша? - спросила Надя - нам будет что показать нашим спонсорам?

Ире все говорили, что у неё тело античной богини. Богатые гости студии истекали слюнями, глядя на неё голую и готовы были платить любые деньги, чтобы заполучить её. Тем более, что ограничений в сексе у Иры, впрочем, как и у Нади и большинства девушек лагеря не было. С ними можно было делать буквально всё. Вопрос был только в цене. Всё...Кроме порки. На порку девушки студии CANDID-HD не соглашались ни за какие деньги. Одно только предложение выпороть их вызывало истерику, поэтому режиссёр запретил клиентам даже упоминать про порку. При том, что соглашались девушки на практически любые сексуальные извращения.

— О да! Вообще, я хочу по максимуму заработать в мае.

— Погоди, успеешь ещё, всё лето впереди.

— Нет, знаешь, мне сейчас деньги нужны. Я специально спросила Марину. Спонсоры там будут и я решила, что постараюсь каждый день проводить с пользой, мужикам – удовольствие, мне - деньги.

— То есть, вместо того чтобы оторваться по полной, ты будешь ложиться под мерзких мужиков?

— Кто бы говорил? Будто ты по них не ложишься.

— Ладно, ты права, надо вернуться в Москву не с пустыми руками. В мае уже захочется красиво пожить. Я бы сдохла от тоски, если бы не ночные клубы. Там реально круто.

— Красиво жить надо всегда. А про ночные клубы да, ты говорила... А это дорого?

— Я сразу устроилась так, чтобы меня угощали. Но поначалу деньги всё равно нужны, на те же на салоны красоты, чтобы подцепить богатых мальчиков... Блин, родители уедут в свою деревню, можно было бы всем оторваться, если б не малая. С ней точно в клуб не пойдёшь.

— Ну, не такая уж она и малая для того, чтобы отрываться, на пару лет всего младше нас. А так, можешь предложить ей денег. Думаю, не откажется.

— Идея, кстати. Она охренеет. Типо, сестра уходит на всю ночь и просит не говорить родителям. За это платит бабки.

— Которые непонятно откуда взялись после поездки в спортивный лагерь...

— Кстати, она меня уже доняла расспросами про CANDID-HD и я ей кое-что...

В купе вошла тренер. Девушки замолчали.

— Мы одеваемся, одеваемся! Просто душно очень – извиняясь, сказала Надя.

Ира натянула чёрные джинсовые шорты и белую футболку. На Наде были бежевые шорты и майка. Они стали понемногу собирать вещи. Через два часа поезд ненадолго остановится на станции в степи по пути в Симферополь. Надо ждать и быть готовыми...

Лена Светлова и Таня Зубова, изнывая от духоты, тоже переоделись. Им предстояло доехать до лагеря в нормальном по меркам современных девушек виде, что для них уже было неслыханной радостью. Светлова была в голубых коротких шортах из джинсы, чёрной майке с тонкими лямками и открытых сандалиях. Зубова оделась в белую майку с кружевными лямками и кружевном декольте и в специально подобранные на её объёмную задницу короткие серые шорты-легинсы и также в открытых сандалиях. Девушки чувствовали себя неуютно и неловко. Приходилось привыкать к непривычной и уже подзабытой свободе тела, как после гипса. Они всё время думали, что Георгию теперь будет удобно хлестать их по голым ляжкам. Ожидание встречи было томительным. Наконец поезд остановился посреди степи. Обитатели первого и последнего купе взяли чемоданы и направились к выходу. Там под ярким солнцем их ждала “буханка”, чтобы довести до лагеря наготы и наслаждений – студии CANDID-HD.