Уважаемые читатели, этот рассказ проливает свет на судьбу Ольги - героини рассказа "Жаркая командировка". Тем не менее, читать этот рассказ не обязательно, все его события будут пересказаны здесь. История написана от первого лица по определенным причинам, но совпадения с реальными действующими лицами и событиями как всегда случайны.

_______________________________________

В этот летний будний день я сидел с чашкой кофе на подоконнике и смотрел вниз, во двор, где люди занимались своими делами: мамочки гуляли с колясками, стараясь укрыться в тени, ребята постарше вовсю захватили детскую площадку, наслаждаясь летними каникулами, а курьеры то и дело сновали по дороге, выполняя один заказ за другим. Я же мог быть вполне доволен собой, с утра я отправил Заказчику большой проект, которым занимался последний месяц и мог вздохнуть расслабленно. Впереди маячила большая премия, солнце добавляло позитивного настроения, и все же я сидел, глядя в одну точку, и одна мысль не покидала мою мысль вот уже который день.

Почему люди изменяют? Нет, я понимаю, что многим людям не хватает внимания, новизны в отношениях, эмоций с партнером. Многие просто не могут контролировать то, что происходит у них между ног. Но у меня все не так, у меня реально идеальная семья, но почему же мне так хочется этого? Может, это какой-то испорченный ген внутри нас, который заставляет замужних девушек изменять своим мужьям, а женатым мужчинам идти налево?

Про идеальную семью, я, кстати, если и преувеличил, то совсем немного. Моя жена Лена, хоть и никогда не занималась модельным бизнесом, на первый взгляд правда похожа на модель: длинные ноги, тонкая талия, упругая грудь третьего размера, которая идеально лежит в моих руках. Даже спустя пять лет брака мы хотим друг друга так, как в первый день. В сексе друг с другом мы пробовали почти все - даже то, в чем мне стыдно признаться самому себе, табу практически нет. Что еще? Общие ценности, общие цели, все как в рекламе какого-нибудь глупого фильма.

У моей жены можно назвать только один недостаток по меркам сторонников идеальной семьи: она не занимается хозяйством. Совсем. Но лично я считаю, что это не проблема в современном мире, где готовить, убирать и прочее не обязательно самому: для всего этого есть доставка, кафе, клининг и т.д. Главное, чтобы деньги были, но и это не проблема.

И вот этой идеальной женщине я хочу изменить. И не просто изменять. Я хочу другую так, как никогда не хотел Лену. И сейчас, через несколько минут, я это сделаю. Но, пожалуй, надо рассказать, как я вообще к этому пришел.

Я отхлебнул кофе и закрыл глаза. Мысли сами собой унеслись назад, на полгода раньше. Зима тогда стояла очень холодная. Нашему сыну, Кириллу, как раз исполнилось полтора года, и мою жену очень попросили выйти на работу, естественно, за хорошие плюшки. Я же к тому времени уже пару месяцев как работал на удаленке из дома, так что проблем возникнуть было не должно, тем более, что заботиться о нашем мальчике мы наняли многоопытную няню - Маргариту Ивановну. Жесткая и очень властная лет пятидесяти, с голосом, как у сержанта, и взглядом, от которого ребёнок сразу затихал, но при этом удивительно добрая и любящая детей. Не спрашивайте, как такое возможно, я и сам не знаю.

И вот с первого дня так получилось, что наша няня взяла сына под свой контроль в первый же день: «Александр, Вы работайте, а я тут разберусь». Я был только рад - у меня тогда горел большой проект, как всегда, в принципе. Однако гулять с сыном всё равно выходил именно я. В любую погоду. Маргарита Ивановна могла накормить, уложить, да и все остальное, но прогулки - это было только для мужчин.

В один из таких зимних дней, когда немного потеплело, а снег валил крупными хлопьями, Кирилл в коляске радостно булькал, я впервые увидел её. Ольгу. Соседку сверху, как я потом узнал. Она шла навстречу с таким же малышом - Ваней, почти ровесником моего. Под толстым пуховиком и меховой шапкой с помпоном видно было только лицо. Но эти глаза... Каре-бархатные, с тяжёлым, влажным блеском, будто внутри у неё было что-то такое, что мне было сложно описать... стыдливое и одновременно голодное. Я сразу почувствовал, что сердце мое почему-то забилось чаще.

— Добрый день, - сказал я, останавливая коляску. - Соседи, да?

Она улыбнулась - быстро, почти виновато - и кивнула. Голос у неё был низкий, чуть хрипловатый от мороза:

— Да... Ольга. А это Ваня. Ваш тоже гулять любит?

Так и началось. Сначала пара слов про погоду, про детей, про то, как тяжело с колясками по сугробам. Потом все больше тем для разговора. Мы стали чаще встречаться на улице, как будто специально выходили в одно время. Но нет, ничего такого, просто обычные разговоры двух соседей, без намека на что-то интимное. Дети играли вместе, а мы стояли рядом, болтали. Но каждый раз, когда она наклонялась к Ване, пуховик чуть расходился, и я ловил контуры её груди — тяжёлой, полной, той самой, которая не умещается в ладонь. Однако каждый раз я отворачивал взгляд.

Прошло несколько месяцев. Маргарита Ивановна подготовила Кирилла к садику, Лена начала отвозить его сама по утрам перед работой. Я остался дома один. Тишина в квартире была непривычной - за последние месяцы я привык, что дома постоянно кто-то есть, и как ни странно, мне этого не хватало. Работать было проще, но я чувствовал, что скучаю по людям. И я стал спускаться во двор просто так - посидеть на скамейке, подышать свежим воздухом, посмотреть на деревья, которые уже начинали зеленеть.

В один из таких дней, в самом начале лета, когда воздух во дворе стал тёплым, почти ласковым, она подошла сама. Я сидел на своей любимой скамейке в углу двора, лениво крутя в руках телефон, и вдруг услышал знакомый звук колёс коляски по асфальту. Поднял глаза - и вот она. Ольга.

На ней была лёгкая джинсовая куртка, расстёгнутая до середины, под которой виднелась простая белая майка, обтягивающая её тяжёлую, пышную грудь так откровенно, что я невольно задержал дыхание. Куртка едва прикрывала бёдра, а вот джинсы... Эти джинсы сидели на ней как вторая кожа. Тёмно-синие, плотные, они обхватывали её широкие, женственные бёдра так плотно, что каждая складка, каждый изгиб тела проступал под тканью. Попка - круглая, упругая, с той самой мягкой тяжестью, которая заставляет мужчину думать только об одном - как бы вцепиться в неё пальцами. Ноги в этих джинсах казались ещё длиннее, а когда она сделала шаг ближе, ткань на бёдрах слегка натянулась, и я увидел, как мышцы играют под ней. Я сглотнул, чувствуя, как во рту мгновенно пересохло. Однако я быстро собрался с духом, все же красивых девушек я встречал много, и терять над собой контроль из-за такой мелочи.. Все же не мальчик я уже.

— Саша, привет... - голос у неё был тот самый, низкий, чуть хрипловатый, от которого у меня снова пробежали мурашки по спине. - Давно тебя не видела. Всё нормально?

Она остановилась прямо напротив, коляска с Ваней стояла чуть в стороне. Улыбка - лёгкая, почти робкая, но в карих глазах уже тлело что-то знакомое, чему я никак не мог подобрать описание. Я встал, чтобы быть с ней на одном уровне, и кивнул, стараясь держать голос ровным.

— Привет, Оль. Да всё хорошо. Кирилл в садик теперь ходит, теперь Лена утром отвозит, а я один дома торчу. Тихо стало, непривычно. Решил вот воздухом подышать, пока работа позволяет.

Мы поболтали - мило и легко, как всегда. Про погоду, которая наконец-то разгулялась, про то, как дети растут, про капризы летней погоды. Она смеялась над моими шутками, чуть наклоняя голову, и при этом майка под курткой натягивалась ещё сильнее, очерчивая тяжёлые полушария её грудей. Соски - я был почти уверен, что лиф она не надела - уже слегка проступали сквозь тонкую ткань, реагируя на лёгкий ветерок. Я ловил себя на том, что взгляд то и дело соскальзывает вниз: на вырез майки, на то, как джинсы впиваются в бёдра, на мягкую линию живота, который чуть выпирал над поясом - не идеально плоский, но при этом придающий ей еще больше женственности.

В какой-то момент мы снова заговорили о детях, и она внезапно сказала:

— А знаешь, твой сын так на тебя похож, точная копия просто.

Я поблагодарил ее, а потом у меня вырвались слова, за которые мне сразу же стало стыдно:

— Слушай, а Ваня - это твоя точная копия. Глаза эти бархатные, улыбка... На отца совсем не похож. Вылитая ты.

Слова вылетели сами, но эффект был мгновенным и очень для меня неожиданным.

Она вспыхнула. Мгновенно, до самых корней волос. Щёки - ярко-алые, как будто я плеснул на них кипятком. Глаза опустились вниз, ресницы задрожали, а губы чуть приоткрылись. Но в этом взгляде, в том, как она прикусила нижнюю губу, мелькнуло что-то... такое знакомое. Стыд. Глубокий, жгучий стыд. И одновременно - возбуждение. То самое, которое я уже видел раньше, только теперь оно было ярче, откровеннее. Как будто я случайно нажал на скрытую кнопку, о которой она сама боялась даже думать. Её грудь поднялась выше - я увидел, как майка натянулась на сосках, которые теперь стояли уже явно, твёрдыми бугорками. Бёдра она невольно сдвинула, словно пытаясь сжать что-то внутри, а пальцы на ручке коляски побелели.

Я почувствовал, как мой член в штанах начал наливаться, но даже не от ее вида, а от того, что я увидел в ее глазах. Это было последней каплей, идеально дополняющий ее образ. Я чувствовал, как член неотвратимо набухает, прижимаясь к ткани брюк, и мне пришлось незаметно изменить позу, чтобы не было видно, как сильно я возбудился от одной только её реакции. Сердце колотилось, в голове пронеслась мысль, что соседка не так проста, как кажется на первый взгляд, и это почему-то сводило меня с ума.

Ольга отшутилась - быстро, слишком быстро, голос чуть дрогнул:

— Да ладно... все дети в этом возрасте на маму похожи. Генетика, наверное...

Я не стал спорить, хотя несколько минут назад она говорила совсем другое. Ольга подхватила ручку коляски, улыбнулась, но уже не так открыто, как раньше, а скорее как-то натянуто - и быстро развернулась. Попка в этих обтягивающих джинсах колыхнулась при движении, бёдра качнулись, и она почти побежала по дорожке, толкая коляску перед собой. Я остался сидеть, глядя ей вслед, с пульсирующим в штанах членом и мыслями, которые уже не давали покоя.

Эта вспышка... этот стыд в глазах... Она пробудила во мне что-то хищное. Однако я не пошел за ней, не проявил активность. Да, она разожгла во мне любопытство. Да и чего греха таить, не только любопытство, но я был женат, и моя супруга явно такого не заслуживала. Хотя какая-то часть меня знала, что это только начало...

Так и получилось. Через пару дней она сама подсела ко мне на ту же скамейку. На ней было простое летнее платье - тонкое, белое, с глубоким вырезом. Солнце светило так, что ткань стала почти прозрачной. Я увидел очертания тяжёлых грудей, тёмные кружки сосков, которые уже стояли от лёгкого ветерка. она опять была без лифчика. Платье облепляло бёдра, подол едва прикрывал колени. Она села близко - так близко, что я почувствовал запах её кожи: тёплый, женский, с лёгкой ноткой возбуждения.

— Саша.. Прости за то, что пару дней назад было - Она посмотрела на меня, улыбаясь - Сама не знаю, что на меня нашло.

— Все в порядке, я сам виноват, глупая шутка была - Я улыбнулся ей в ответ, чувствуя, что она подошла не только за этим.

Девушка сделала небольшую паузу и внезапно выпалила, глядя на меня:

— А вы все с женой друг другу рассказываете? - Она посмотрела на меня так, как будто этот вопрос действительно был для нее важен.

— Да - Я кивнул и ни капельки не погрешил против истины. Это была, наверное, главная для нас вещь в нашем браке. - Ты хочешь что-то рассказать мужу, но не знаешь как?

— Саша.. Я не могу больше.. Мне очень хочется выговориться, но я не знаю кому. Мужу я не могу, подруг близких у меня нет - Она просяще смотрела на меня своими большими глазами - А меня это просто гложет, я не могу так!

Я вздохнул, чувствуя, что пожалею об этом, то слова сами вырвались у меня изо рта:

— Можешь мне рассказать. Я выслушаю. Обещаю, что это между нами только.

Ольга кивнула и внимательно посмотрела на меня, будто решаясь:

— Саш... Приходи завтра на чай? Когда Ваня уснёт. Просто поговорить... - Она посмотрела мне прямо в глаза, и в этом взгляде было всё: мольба, стыд, желание.

Я кивнул, не в силах отвести от нее взгляда, чувствуя как с каждой минутой наедине с этой замужней девушкой я теряю над собой контроль.

Вечером того же дня я едва дождался, когда жена вернётся с работы. Дверь в квартиру щёлкнула ближе к семи часам, и она вошла - уставшая, но всё такая же чертовски сексуальная. Белая блузка слегка помялась за день, верхние пуговицы расстёгнуты, открывая загорелую ложбинку между упругими грудями. Узкая чёрная юбка-карандаш обтягивала её идеальную попку, длинные ноги в тонких чулках блестели в свете лампы. Волосы - тёмные, густые - были собраны в небрежный хвост, а зелёные глаза смотрели на меня с лёгкой улыбкой, хотя под ними уже залегли тени усталости.

— Саша, я с ног валюсь... - начала она, скидывая туфли в коридоре и сразу направляясь в детскую. - Кирилл ещё не спит?

Нашего сына вечером привозила няня, поэтому какое-то время мы с Кириллом проводили время вдвоем, и это, казалось, помогло мне вспомнить о своей семье, воспоминания об Ольге ушли куда-то в сторону.

Я кивнул, помогая ей снять пальто. Наш малыш уже был в пижаме, но капризничал после ужина. Мы вдвоём уложили его - я почитал сказку, Лена погладила по голове, спела колыбельную своим мягким голосом. Через двадцать минут дверь в детскую тихо закрылась, и мы услышали ровное дыхание сына. Он наконец-то уснул в своей комнате, за стеной, в полном безопасности и тишине.

Только тогда я позволил себе отпустить контроль.

Я встал из-за стола, где якобы работал весь вечер, и в два шага оказался рядом с Леной в коридоре. Руки сами схватили её за талию, прижимая к стене так резко, что она тихо ахнула, но сразу прикусила губу, чтобы не разбудить ребёнка. Мой член уже стоял колом под шортами - весь день я думал только об Ольге, о её тяжёлых грудях под тонким платьем, о том, как вспыхнули её щёки на скамейке. Лена почувствовала это твёрдое давление у своего живота и улыбнулась уголком губ, но я не стал ждать.

— Не раздевайся, - рыкнул я ей в ухо.

Одним движением я рванул блузку вниз - пуговицы разлетелись по ковру с тихим стуком, обнажив белый кружевной лифчик и гладкую кожу. Не снимая его полностью, я просто сдвинул чашечки вниз, выпустив наружу её упругие груди с уже затвердевшими розовыми сосками. Юбку задрал до талии - под ней были тонкие чулки и крошечные трусики, которые я просто отодвинул в сторону, не снимая. Лена уже дышала чаще, её киска была горячей и мокрой - она всегда была готова для меня, всегда отзывалась на своего мужчину мгновенно, даже после тяжёлого рабочего дня.

Я развернул её лицом к стене в коридоре, наклонил вперёд, так что её ладони упёрлись в обои, а красивая попка выгнулась прямо передо мной. Одной рукой я вцепился в её волосы, намотав их на кулак и потянув голову назад, заставляя выгнуться ещё сильнее. Второй рукой сжал её упругую ягодицу. Член привычным движением вошел в нее, без прелюдий, одним мощным толчком. Её киска была скользкой, горячей, тугой - она обхватила мой толстый член как поршень, и Лена громко застонала в ладонь, которую прижала к губам, чтобы не разбудить Кирилла.

— Ох, Саша... да... тише... — вырвалось у неё хрипло, почти шёпотом.

Я трахал её жёстко, глубоко, резко - каждый толчок заставлял её груди качаться вперёд-назад, соски тёрлись о холодную стену. Мои бёдра шлёпали по её попке, звук был громким, влажным, но мы старались сдерживаться, и от этого ощущения становились ещё острее. Я закрыл глаза и представлял совсем не её стройное, модельное тело. Вместо длинных ног и узких бёдер - тяжёлые, округлые бёдра Ольги, которые колыхались бы при каждом ударе. Вместо её чистого, звонкого голоса - тот низкий, хрипловатый стон соседки, который я услышал сегодня на скамейке. Вместо гладкой, идеально выбритой киски Лены - тугую, уже набухшую щель Ольги, которая наверняка уже текла бы от одного моего взгляда. Я представлял, как её пышные груди болтаются, как соски - тёмно-розовые, набухшие - проступают сквозь тонкую ткань, как она краснеет до корней волос и шепчет «Саша... я не могу... но не останавливайся...».

Лена стонала всё громче в свою ладонь, выгибаясь подо мной, её киска сжималась вокруг моего члена, обильно смазывая его своими соками. Я ускорил темп, вбиваясь в неё так, что её колени дрожали, а она едва держалась на ногах, прижатая к стене.

— Ты сегодня как зверь... - выдохнула она сквозь стоны, приглушённо, но в голосе было чистое удовольствие.

Я не ответил - только сильнее потянул её за волосы на себя и шлёпнул по попке, оставляя красный след, который точно останется на ее ягодицах завтра. Ещё несколько мощных толчков - и она кончила первой: тело её задрожало, киска запульсировала, а изо рта вырвался долгий, протяжный крик, который она едва успела заглушить, впиваясь зубами в собственную руку. Я последовал ее примеру через пару секунд - выдернул член и кончил ей на спину и попку, горячие струи спермы разлетелись по её коже, стекая по чулкам.

Мы оба сползли на пол в коридоре прямо там, где стояли, - потные, тяжело дышащие, переплетённые. Дверь в детскую оставалась закрытой, Кирилл мирно спал, ничего не услышав.

Через несколько минут мы уже мирно лежали в кровати, как будто ничего не было голова Лены покоилась на моей груди, её грудь вздымалась часто и глубоко, соски всё ещё торчали, на шее алели следы моих зубов - я прикусил её в самый разгар нашего секса. Она провела пальцами по моей щеке и прошептала, всё ещё задыхаясь:

— Саша... Что с тобой? Ты сегодня сам на себя не похож. Расскажешь?

Я поцеловал её в висок, прижимая ближе, чувствуя, как её потное тело липнет к моему. Сердце колотилось, но мысли всё равно возвращались к Ольге.

— Расскажу, - ответил я тихо, голос ещё хриплый от возбуждения. - Но мне надо собрать мысли, потом мы обязательно поговорим.

Лена кивнула, она знала, когда приходит время для разговоров, а когда нет. А я знал, что рано или поздно поделюсь с ней. Только не знал, как, и что я ей скажу.

Мы лежали так ещё долго, обнявшись, голые и довольные. Но я знал: завтра всё изменится. И Лена, моя идеальная жена, пока даже не подозревала, насколько.

И мы уснули в обнимку - голые, потные, довольные. Но я думал не о ней. Я думал об Ольге. О том, как завтра приду к ней на чай. И о том, что этот «просто поговорить» может закончиться совсем не так, как она себе представляет.

А может, именно так.