Хоть отпуск жены был запланирован давно и ей путём долгих уговоров удалось добиться  одобрения, у Олега плохо  получалось скрыть негодование. Три недели Маринка проведет у родителей, мама её уже совсем сдала и после больницы нуждается в уходе, а папа ещё держится бодро, даже хорохорится.  Мало того, что отпуск в этом году им придется провести порознь, мало того, что Олег на целых три недели лишался волшебного минета жены, так ещё и дети оставались на его попечении. И что самое ужасное, он подвергался немыслимому унижению - тотальному контролю на все три недели. Можно было и не мечтать в отсутствие жены найти утешение на стороне: старшеклассники дети жили своей жизнью и не могли помешать, но к великому огорчению на все три недели в дом приедет погостить и помочь с хозяйством сестра Маринки.

 Олег хорошо понимал, что под зорким оком неуступчивой мегеры он точно не сможет ускользнуть из дома, чтобы насладиться другими женщинами. А это единственное, что ещё согревало душу оставленного на три недели супруга. Конечно, любая из знакомых распутниц или даже все они вместе вряд ли могли бы посоперничать в оральном искусстве с его собственной женушкой, но само греховное разнообразие и запретность плода воодушевляли Олега пережить разлуку. Однако и эта сомнительная радость сорвалась из-за приезда Стаси. Оставалось надеяться, что она задержится с прибытием хоть на денек и позволит разок воспользоваться местными потаскушками.

Но Стася и здесь подвела, она приехала в первый же день Маринкиного отпуска с двумя большими сумками. Младшая сестра, она была  куда строже и серьезнее Маринки. Стася с порога примерила роль хозяйки, заняла гостевую спальню и быстро влилась в текущие заботы, не обращая внимания на унылое присутствие хозяина. Теперь ни о каком веселье с местными распутницами и речи быть не могло, Олег потерял то единственное утешение, которое теплилось в его смиренной душе, только и  оставалось на голодном пайке, что разглядывать тайком стройное тело Стаси и надеяться, что этот грех останется незамеченным и не будет передан жене в самой язвительной форме. А уж сообщила бы она о неподобающих выходках Олега с превеликим удовольствием и не замедлила бы с этим ни на секунду. Сама незамужняя, эта злодейка будто терпеть не могла чужого удовольствия, даже такого невинного, как банальное подсматривание.

А соблазн заглянуть под одежду Стаси был велик и всякий её приезд вспыхивал с новой силой. Высокая брюнетка с длинными волнистыми  волосами и приятными округлостями, и при этом Стася не отличалась в домашней обстановке излишеством нарядов. Если ей было удобно хлопотать по дому в облегающих черных лосинах и белой маечке, то горе праздным зевакам - стоит задержать взгляд на её гладких бедрах и окаменелость в брюках выдавала их с потрохами. А если погода вдохновляла Стасю ограничиться джинсовой юбочкой в складку, то уж малая длина точно  не ограничивала девушку в работе по хозяйству, поэтому цвет и фасон ее трусиков в такие дни редко оставался в тайне.

Но больше всего Олегу нравилась её широкая выцветшая футболка. Когда он вынужден был довольствоваться ролью беспомощного наблюдателя, а Стася в своей футболке подметала двор и наклонялась за совком, широкий вырез коварно обнажал её повисшие упругие груди посторонним взглядам. Так и развлекался Олег в компании работящей своячницы, лишенный шанса на более доступных и сговорчивых соседок, коих вокруг было с избытком, если знать правильный подход. Но он знал по опыту, что эта чрезвычайно откровенная демонстрация прелестей и кажущаяся доступность Стаси обернется ему самым жарким скандалом и полными непонимания взглядами жены, когда она узнает о его недвусмысленных поползновениях.

В этом дразнящем томлении и вынужденном воздержании  проходили дни Олега и чем дальше, тем казалось энергичнее Стася дразнила мужское воображение своими наклонами и откровенными нарядами. Мужчина был подавлен присутствием соблазнительной, но неприступной надзирательницы, лишен возможности покутить с низкосортными разведенками и довольствовался лишь мимолетными взглядами на работящую свояницу. Несколько раз она радовала его - увлеченная работой, по невнимательности плотно прикасалась к нему и будто даже нарочно терлась попкой, но Олега приводила в ужас сама мысль расценить ее поведение должным образом и ринуться в бой - Стася бы не замедлила сообщить сестре, а та уж нашла бы действенное средство против изменника. И лишить мужа своих прелестных губок на долгий срок было бы для Олега самым мягким наказанием.

Олег сидел на грубосколоченной лавке за домом, сам задний дворик был окружен хозяйственными постройками и высоким забором, отчего представлял собой уединенную гавань. Стася в своих коротких джинсовых шортиках и черной маечке отставила грабли и рукой отерла лоб от пота. Усталая, она присела рядом и расправила плечи:

— Я так устала. Ты кофе будешь? Я сварю на двоих.

Привычная к труду, молодая женщина энергично поднялась и отправилась на летнюю кухню, позволяя мужчине насладиться тем единственным грехом как наблюдение за своей туго обтянутой попкой. Вскоре она вернулась с большой затертой от времени туркой и пакетами, включила на уличном  столе плитку и ловко всыпала в воду кофе. В тишине плитка потрескивала, Стася внимательно следила за пенкой и уже через несколько минут разлила манящий ароматный кофе по чашечкам.

- Три дня уже прошло, скучаешь по Маринке? - Не отводя взгляда от дымящей чашки, спросила девушка.

— Еще как, - негодующе ответил Олег и мысленно добавил, - особенно по ее ласковому ротику на моем члене.

— И что, тебе совсем не хочется? - Словно угадала его мысли девушка, - А хочешь я возьму за щеку?

Стася посмотрела на мужчину и невинно задергала ресничками:

— Ну что ты так смотришь? Невозможно же три дня терпеть без женщины! Давай, снимай штаны!

Олег выдержал её прямой, требовательный взгляд, не зная, уступить её просьбе или устоять перед жестокой проверкой. Но хитрость  Стаси не возымеет успеха - не удастся так просто подловить его и настучать жене! Эта соблазнительная  злодейка  уже много раз приезжала погостить и  он хорошо знал её манеру откровенно одеваться, но  при малейшем же поползновении жаловаться сестре. Да и улизнуть от нее и провести время с местными бабами Олег не сумеет - слишком внимательно она следила за домом.

— Олежка, соглашайся, - девушка умоляюще смотрела на мужчину большими влажными глазами, - если ты хочешь, я могу в попку дать.

Последние слова заинтересовали мужчину, ведь такой уступки он не мог добиться от Маринки. Он приподнял брови и удивленно взглянул, но Стася смущенно  уточнила:

— Только разок и не глубоко, если тебе очень захочется.

Трудно было поверить, что надменная своячница всё-таки поддалась соблазну, но изголодавшийся мужчина совершенно растаял, он двумя пальцами показал небольшой промежуток и разгоряченный заверил:

— На полшишечки, не глубоко, я буду осторожен.

Стася неуверенно кивнула и заглотивший наживку Олег нетерпеливо приподнялся над лавкой, стащил резинку штанов и высвободил перед своячницей затвердевающий орган. Здесь, на заднем дворике было совершено безопасно, дети не могли вернуться незамеченными, а соседи и вовсе не имели шансов заглянуть через высокий забор. Как только увидела пенис, Стася оживилась, голыми тонкими коленками она опустилась на землю и устроилась между коленей мужчины. Уже в удобной позе, взбудораженная соблазнительница  резинками  собрала распущенные черные  волосы в хвостики с двух сторон и жадно чмокнула раскрывшуюся от крайней плоти головку.

— Он почти твердый, -  невинным голосом  прощебетала польщенная Стася, - значит ты меня хочешь?

Олег молча кивнул и откинулся спиной на крашеную стену дома.

— Олеж, возьми меня крепко за хвостики, - смущенно попросила девушка, - тяни сильно.

Когда мужчина исполнил ее просьбу, а она показалась довольно возбуждающий, Стася  раскрыла губы и с легкостью одним движением вобрала член на всю глубину своего ротика. Несколько секунд она удерживала его в горле и также легко извлекла. 

— Тяни меня сильнее, прямо натягивай как грубиян, меня это возбуждает, - призналась раскрасневшаяся малышка.

Тогда Олег  напряг руки и в такт движениям женской головы прижимал её  до самого живота, а потом с усилием оттягивал обратно, лишь бы отметить свое участие в общем деле. Потребовалось несколько глубоких накатов, чтобы сообразить: чем сильнее он тянет своячницу за удобно расположенные хвостики на свой болт, тем более возбуждающие и громкие стоны та издает и причмокивает от удовольствия. Это  наигранное насилие приносило и ему какое-то незнакомое возбуждение. Наконец, девушка с усилием подняла затылок, легко преодолев хватку Олега, и снизу взглянула на мужчину.

— Когда будут сливки, папочка, убери руки и расслабься. Хорошо?

— Сливки? - Олега поразил наивный жаргон девушки.

— Какой ты глупый! Папочка, ты же сольешь мне в рот, значит это сливки! Я не хочу сразу глотать, папочка.

Воодушевлённая сказанной пошлостью, Стася дернула головой, ощутила приятную хватку папочки на собранных в пучки волосах и вернулась к излюбленному занятию - с наслаждением вобрала губами головку члена и пропустила ее в глубину горла. Олег не мог понять, что приносит ему большее наслаждение - ласковые как у жены  губы своячницы или ее похотливое мычание, виляние кругленькой попкой или потирание грудями о его бедра.  

— Папочка, трахай меня в ротик, - попросила девушка, подняв затуманенные глаза.

Губы ее блестели от слюны, прозрачной ниточкой тянулась к влажной головке и эта картина с лихвой компенсировала Олегу странное именование папочкой. 

— Папочка, я была плохой девочкой, натяни меня хорошенько, - умоляла неуёмная развратница, взглядывая из-под ресниц в лицо Олега.

Сами эти слова послужили спусковым механизмом, поддавшись набегающей волне наслаждения, Олег сильно сжал хвостики по обе стороны женской головы и мощно притянул её к своему животу. Но Стася неожиданно запротестовала, она сопротивлялась всеми силами и даже угрожающе прикусила ствол у самого основания. Казалось, она подолгу способна удерживать пенис глубоко в горле, но именно сейчас её желанием было избавиться от него. Лишь высвободившись, она эротично провела раздувшейся головкой по своим влажным губам и нежно высосала из самого кончика первую струю семени, лаская пальчиками поднявшуюся волосатую мошонку. 

Олег сладостно застонал, но его блаженство померкло в сравнении со стоном самой Стаси. Казалось, она наслаждалась минетом больше самого мужчины. Лакомка с членом между впавших щек  крупно вздрогнула, закатила глаза и обмякла, позволив теплому вулкану заполнять ее ротик спермой. Время остановило счет, оба любовника потеряли чувство реальности и пришлось собрать остатки силы, чтобы привести себя в порядок.

 Напоследок Стася бережно обсосала с обмякшей головки последние мутные капельки  и с благодарностью заправила член  в штаны. Лишь после этого своячница  обтерла губы и подбородок ладонью и опустила  голову на колено мужчины. Она не спешила подниматься с земли.

— Понравились мои сливки? - Попытался шутить ошеломленный хозяин, когда многолетняя преграда между ним и сестрой жены была сломлена.

— Ты знаешь, понравились, - Стася подняла на хозяина серьезные глаза.

— А ты и правда в попку бы дала? - Хитро прищурился Олег.

— Правда, но на полшишечки и неглубоко, - такое сравнение Стасе понравилось.

Она понимала, что после мастерски исполненного минета дело не скоро дойдет до ее попки, если каждый раз основательно опустошать тестикулы. Олег в свою очередь удивлялся, что  Стася не уступает старшей сестре в искусстве минета, но  при этом она гораздо уступчивее с тыльной стороны.

— Скажи, а почему ты меня называла папочкой? - Прямо спросил Олег.

— Просто… возбуждает, - с простодушным бесстыдством Стася выдерживала взгляд мужчины, - когда-то давно папа научил меня работать ротиком… ну, не смотри так, я смущаюсь…

Женщина поднялась на ноги и присела возле Олега, но потребность быть откровенной не угасла.

— Да, я сосала папе! Не смейся, я серьёзно! Ну, блин, не смотри так! Сначала мне было противно, но всегда можно было разжиться карманными или улизнуть на дискотеку, если мама не пускала. А потом как-то пристрастилась. 

Олег, ошеломленный признанием, смотрел на невинное личико своячницы и не знал, что сказать в утешение. Как бы то ни было, искусство она освоила божественно и тесть заслуживал его особую благодарность. Его задумчивость прервал телефонный звонок. Стася достала из карманчика шорт телефон, бросила взгляд на экран  и сразу ответила. Из вежливости Олег старался не прислушиваться к чужому разговору, но невольно уловил смысл, когда Стася лукаво поглядывала на его лицо и сообщила, что обещание дать в попку сработало. Под ошеломленным взглядом Олега плутовка без утайки выложила его жене все подробности его измены. Она внимательно слушала сестру, морщила носик и качала головой так, что хвостики, познавшие крепость его рук, игриво покачивались.

— Да, когда я предложила ему трахнуть меня в попку, он сразу  сдался, - хихикнула Стася, докладывая сестре, - всё, как ты и говорила... куда там,   кончил мне в ротик. Как там поживает наш папочка?

Больше Олег не прислушивался, чувствуя, как в нем поднимается холодок начинающейся паники, он откинулся на стену и мысленно рисовал картину будущего скандала, а Марина в этом ремесле не знала себе равных. Вдруг Стася отложила телефон и по-свойски обняла его за шею.

— Олеж, ты чего так напрягся? - Девушка ласковой улыбкой вывела мужчину из оцепенения. - ты Маринки испугался что ли? Да, она сама попросила меня приехать и ухаживать за тобой. Думаешь, она позволит тебе загулять с местными шаболдами? Ты же явно не собирался ограничиться рукоблудством?

Обманщица поднялась на ноги, поправила свои черные волосы, распустив похабные хвостики и снова присела рядом.

— А сама она… Марина… сейчас за папочкой ухаживает? - Олег пытался выразить смутную догадку.

— Ну да, - без опаски ответила Стася.

— Так же, как и ты?

— Нет, нет, - запротестовала девушка.

Однако, Олег потерял самообладание, он пальцами сильно сжал подбородок Стаси и угрожающе смотрел в её глаза. Ей не удалось уклониться от ответа на вопрос, который она прочла в мужском взгляде, и слабо кивнула.

— Охренеть! - Олег отпустил руку. - Охренеть! Вы обе сосали собственному отцу? И Маринка сейчас его обслуживает, пока я тут…ну вы и шлюхи! Скажи честно, она поехала взять в рот?

— Возможно... только теперь ей не надо просить взамен карманные деньги и отпрашиваться на дискотеку, - попробовала отшутиться Стася.

Олег бессильно опустился на лавку и прикрыл горящее лицо ладонями. Мысли его путались, открылась тайна необычного таланта его жены, но в награду он получал её сестру до конца отпуска. А это вполне достойное утешение.

А теперь опрос! В комментариях напишите мне, на какой из рассказов писать продолжение в первую очередь?