Третьи сутки мы дрейфовали на воде в тумане, но суши так и не было. Наш Бриг, скованный этой дымкой, словно парил в небе, рассекая небесную гладь. Хотя корабль на самом деле, стоял практически на месте и штиль был тому виной.

Наша экспедиция под знаменем короля Испании, следовала в южное полушарие. Нагруженное двумя сотнями отборных солдат короля Его величества, мы преодолели целый океан, относительно благополучно и приближаясь к материку попали в туман, подгоняемый штилем. Многие на корабле нервничали, включая и меня, Санчо Кастильо, конкистадора короля.

Это был не первый мой поход в эти земли и бог, пока хранил меня от всяких напастей. Но такая обстановка, случилась впервые и все прибывали в настороженности, расредоточившись у палубы корабля, вглядываясь в непроглядную мглу. Неожиданно с мачты раздался крик и все подняв головы, пытались рассмотреть, кто это там голосит.

– Земля!!! Справа по борту, земля!!! – прозвучал голос соглядатого на мачте.

Многие оживились и пристально вглядываясь в туман, неотрывно взирали вдаль, надеясь рассмотреть прибрежные очертания земли. Но всё было тщетно. Лишь изредка виднелись верхушки высотных деревьев и это было уже что-то, что могло вселить в солдат уверенность.

– Всем быть наготове! Не расслабляться! И смотреть в оба! – послышался приказ капитана и все на палубе засуетились, вняв его слова, как предостережение.

Я тоже взвёл свой арбалет, направив его в туманку. И взявшись разглядывать берега, которых как бы я не старался, так и не увидел.

Над нами стояла мрачная тишина и казалось время застыло, настолько всё вокруг стихло. И лишь какая-то птица огласив своим криком, напоминала мне, что мы и вправду находимся по краю какого-то берега.

Мне прилично надоело в какой-то момент вглядываться неуставно в пустоту. И затёкшие ноги, чуть дрогнули, что я тут же присел оперевшись спиной о борт. В эту секунду рядом со мной вонзилась стрела и не сразу поняв в чём дело, вторая ранила меня в руку. Ужасная боль охватила всё моё тело и кровь струйкой потекла из раны. Я прилег на палубу и взявшись за стрелу, сломал её у основания. Вскрикнув от боли, возле меня стали падать войны, застигнутые смертью стрел. Шквал смертоносных стрел впивались в наши ряды и люди в страхе, как подкошенные валились на палубу, замирая в своей предсмертной агонии.

Я чувствовал что слабею. Но кровь не останавливалась из раны и в голове мутнело. Пока полностью не осознал, что я умираю и в моих глазах не погас свет.

Хотелось очень сильно пить. В голове прошла мысль, что я жив, раз меня мучила жажда.

– Воды. Воды, – еле проскулил я, не в силах открыть свинцовые веки.

Оставаясь в неведении, мои губы кто-то смочил влажной тряпкой. И несколько капель, проникнув в мой рот, придали мне силы, позволив приоткрыть одно из век.

Передо мной, стоял какой-то старик лет семидесяти и на моем языке сказал мне, не забывая протирать мои иссушеные губы.

– Не двигайся! Ты очень слаб. Тебе нужен покой! – спокойно произнёс старик и я закрыл веко, не в силах удержать его открытым.

– Дай ещё воды. Пожалуйста! – выдавил я, чувствуя, как ноет рука и вновь потерял сознание.

Мне снился берег Испании. Женщины встречающие нас на пирсе, рукоплеская трясли своими грузными сисечками, заставляя мой член подёргиваться в штанах. И я проснулся.

На этот раз, веки не были такими тяжёлыми и я без труда их распахнул, увидев всё того же седовласого старика, перевязывающего мою рану, какой-то коженой повязкой.

– Твоему здоровью ничего не угрожает. Я обработал рану травами и перевязал. Так что не волнуйся. Все будет хорошо с тобой! На попей, – старик сунул мне деревянную плошку с водой и я отхлебнув пару глотков свежей и прохладной воды, закашлялся.

– Много не пей! Ты ещё нужен племени! – не понял я старика, но пить больше не стал.

Я молчал. Сил говорить не было. Да и не хотелось. Но один вопрос, я всё же задал, не пожалев своих сил.

– Где я!? И почему ещё жив!? – протянул я, выдыхая из последнего.

Старик ухмыльнувшись, присел рядом со мной и протерев мои губы, мокрой тряпкой, ответил.

– Ты в племени женщин-воительниц! Ты чудом остался жив, потому что твоя анатомия, спасла тебе жизнь! – размывчато сообщил старик мне о месте моего нахождения, но про женщин меня фраза удивила, как и за анатомию.

– Женщины воители!? Вы серьёзно!? И про какую вы «анатомию» вы мне говорите!? – изумлённо взглянул я на старика, никогда не слышавший про это слово.

– Ах, да! Я забыл с какого ты времени! – сокрушался старик, но тут же продолжил зыркая на меня своими большими и глубокими глазницами.

– Я имел в виду твой половой орган — член! Он у тебя большой и женщины Амазонки, оценили его по достоинству! – сказал старик, говоря на каком-то непонятном мне испанском, но я его понимал.

– Член? Причём тут — член!? И что это — амазонки!? Никогда не слышал! – пояснил я, вглядывая в удивительного старика, говорившего на моем языке, но как-то аристократично и даже по-королевски.

– Не что, а кто! Это такое племя женщин, где существует матриархат в их обществе. То есть, правят женщины! А тебе повезло остаться в живых, то что у тебя член, нужной им длины и толщины, счастливчик!!! – засмеялся дедушка, что аж поперхнулся, раскашлявшись.

Я попытался встать, но рука сразу заныла. И оставив попытки подняться, взирал на старика в лежачем положении.

– А ты, тут что делаешь, старик? И что с моей командой? Есть, ещё кто в живых? – вопрошал я, с каждой минутой чувствуя, как в теле появляются силы.

– О себе, я расскажу тебе потом! А товарищи твои все погибли к сожалению. Но ты не горюй, Казанова! Думаю тебя ждет очень приятный сюрприз в скором будущем!? – живо сказал старик на непонятном мне испанском, что в этот раз я его практически не понял. 

– Казанова!? Товарищи!? Сюрприз!? Ты о чём, старче!? Я тебя совсем не понимаю, ты можешь ясней говорить мне? – немного раздражённо спросил я со старика, о его странной для меня речи.

– Ты сам скоро всё узнаешь, а сейчас отдыхай! Силы тебе ещё понадобятся! – сказал дед и вышел из шалаша, натянутого кожей убитых животных.

Я посмотрел ему в след и глотнув ещё чарку воды, тут же погрузился в свой беспробудный сон.

Не знаю сколько проспал, но меня растолкала чья-то сильная рука и я открыл глаза. То что я увидел, вогнала меня жесточайший ужас и машинально прижавшись к стене шалаша, примкнул к резко пахнущей коже затылком.

Передо мной стояла огромная женщина. Её светло-рыжий цвет волос, явно бросился мне в глаза. И симпатичные черты лица, улыбаясь мне, жестикулировали мимикой, показывая на мою область паха.

– Ако! Гум! – лепетала женщина, дотронувшись до моего члена рукой.

Тут я хотел было дёрнутся, но резкая боль в плече, остановила мой замысел. Я остался лежать не подвижно, отдавшись этой гигантше, терзать мой вялый член. Тело не слушалось. Я не мог им ещё управлять, как равно и членом, который она яростно пробовала возбудить, применив даже к этому свой тёпленький ротик. Но это не привело к результату и она огорчившись, что было видно по её печальным вздохам, бросила эту затею, громко выругавшись, произнеся это слово резко и выделив его.

– Шиту..... Гум!! – посмотрела на меня воительница и ещё раз мило улыбнувшись, вышла из моего шалаша.

Я облегчённо выдохнул закрыв глаза. И когда открыл, то увидел перед собой старика, который не скрывая улыбался, посмеиваясь надо мной.

– Чего смешного, старче!!? Я чуть не помер со страху!! Это какой-то Кракен!!? И они хотят, что бы я совокуплялся с ними!!? – сетуя признался я, не понимая как это возможно.

– Не боись солдат, прорвёмся!!! – сказал старик на незнакомом мне языке и добавил уже на испанском.

– Это королева амазонок, так я их называю! В основном все женщины соизмеримы с мужчинами вашего времени и по мускулатуре не уступают мужчинам. И даже превосходят порой, как это самая королева! Так что привыкай и будет тебе море наслаждений и удовольствий! – закончил речь старик с грустью, по-видимому не в состоянии получать его в таком возрасте.

– Мускулатура!? Что это значит!? – озадаченно спросил я, не поняв эту часть его речи.

– Вот ты нерусь!! Ну мышцы у них больше, чем у ваших женщин, понимаешь!!? – с обидой и с заносчивостью ответил старик, опять начав говорить с неизвестного мне языка.

Я округлил глаза от его ответа, но успокоился когда узнал, что не все такие чудовища, как моя новая знакомая, которая первой пожаловала в мой шалаш. Хотелось больше информации об этих амазонках, страшась неизвестности дальнейшего прибывания в этом племени.

– Понимаю, старик! Но почему они такие огромные и мне показалось, что у них нет левой груди, хотя правая очень аппетитная, на мой взгляд!? – спросил я у старика, заметив в девушке такую особенность.

– Как учёный, могу сказать, что этого они добились путем селекции! Ну по вашему – путем отбора. И тщательной и весима неукоснительного правила о физической подготовке! – контактировал дед, разжував мне всё по полочкам.

– Разве это возможно! Бог на земле, всех людей сделал по своему подобию. И не какой человек не в силах этому помешать! – заявил я, и напрасно это сделав.

– Ну ты и головешка!!? В природе, виды животных и растений видоизменяются с течением времени. Появляются новые растения – флора, возникают современные животные, насекомые, микроорганизмы – фауна. Так и в этом случае. Они себя изменили, сделав более подходящими для своей стихии. Понимаешь ты чурбан!? Ну а сиську они конечно сами себе отрезают, если ты не понял!? Так проще стрелять из лука. Грудь не мешает.

Я смотрел на него, как баран на новые ворота, но суть сказанного уловил, хоть и с трудом. И его странный язык, всегда присутствовал в его диалоге со мной. И мне стало интересно.

– Это язык — амазонок, который ты старче, всегда вставляешь в испанскую речь? – спросил я, помяв своё раненое плечо и к удивлению отметил, что оно практически не болит, хотя такие раны приводят порой к смерти.

– Нет! У них язык примитивен, то есть простой. А я с тобой иногда говорю на своем родном наречие. Это язык — руссов, так называли вы мой народ в своем времени, – сказал старик и как я понял, он выругался на нём и причем в мою сторону.

Я что-то слышал про северные племена руссов и о их государстве, но никогда не интересовался этой темой, при ненадобности. Но старик меня поразил своими знаниями и я не мог попросить его об одолжении.

– Вы можете меня научить тому, что знаете сами! Вы очень умный человек! И я так понимаю, что вы не с нашего времени!? – осознал я это, зная легенды о людях блуждающих среди небесных нор.

Старик аж поменялся в лице, услышав от меня такое и уставившись мне в глаза, тихо сказал.

– Ты понял, что я с другого времени!!!? Ну как!!!? Этого не постигнуть разумом, люду вашего века!? А ты понял всё!!! Абсолютная внимательность, могу я заметить у вас молодой человек! Я подумаю над вашим предложением, но скорей всего это будет именно так!? Ты удивил меня! – распинался старик, дав мне попить какого-то лекарства из настойки.

Моё лицо скривило, но я проглотил эту настойку. Старик посмотрел на меня ещё раз удивлённо и сказал.

– Меня зовут Александр. Но ты можешь называть меня Санчо. Так звучит это имя в испанском. И я смотрю, ты готов к большим делам? Рука не болит и ты свеж и молод. И с огромным хуищем между ног! – представился старик, наставляя меня на великие свершения, закончив как всегда фразу на своем родном наречье.

– Да, но меня тоже зовут Санчо! Значит мы тёзки будем!? – радостно сообщил я старцу, но он и глазом не повёл.

– Потом! Всё потом! Сейчас идем в селение, будем тебя знакомить с племенем! – серьёзно сказал Александр и мы вышли из шалаша.

Поселение представлялось собой площадью с небольшими хижинами из пальмовых листьев, вместо крыши. Но выглядело всё компактно и уютно. На наше появление из хижин стали появляться женщины. И у некоторых, я заметил были две груди. Хотя в основной массе, это были одногрудые воительницы с горой мышц и красивыми чертами лиц.

– Гум. Комо! – произнёс старик и женщины замерли, с нескрываемым любопытством разглядывая меня.

– Что вы им сказали, Александр? – с некоторых пор, я стал обращаться на «вы» к нему, осознав какой «гигант мысли» попался мне.

– Ничего такого. Просто, что вы бык осеменитель и всё в таком духе, – быстро ответил старик, заставив меня напрячься от такой должности в своем лице.

– Комо гум! – хором и благоговейно произнесли все Амазонки, ошарашив меня.

– Тату комо! – сказала та самая амазонка, которая была у меня в шалаше.

– Тату! – ответил Александр и женщина заурчала довольно, как и другие амазонки.

Я ничего не понимал, что происходит и о чём они болтают, но их блаженственное урчание, говорило мне, что я крупно встрял.

– Покажи им член, Санчо! Раздевайся! Они должны увидеть тебя обнаженным! – сказал старик и это меня задело.

– Я им чего, шлюха трактирная!? Обещаю они не разочаруются во мне! Мой член им до гланд достанет! Пусть не сомневаются! – твердо заартачился я, не желая перед каким-то бабьем раздеться.

Старик посмотрел на меня с опасением и понизив голос, проговорил мне.

– Вот ты болван!!? Быстро раздевайся, а то ни мне, ни тебе не сносить головы!! Живо!! – настаивал на своём старик, нервозно потряхивая своей иссохшейся рукой.

Умирать так глупо не хотелось и послушав старика, оголился, нагло потряхивая перед этим бабьем своим хером. Член мой и в спокойном состоянии внушал им трепет, что выражалось на их лицах и завопив, как оголтелые, амазонки подхватили меня на руки. И внеся в какую-то хижину, бросили меня на ложе, а сами удалились.

В ожидании своей смерти от секса, я стал молиться своему богу. Но мои мольбы, были тут же прерваны с появлением женщины гиганта. Я мысленно уже простился с жизнью, будучи думая, что это будет на подобии самки богомола и мне скоро оторвут голову. Не исключая, что могла и откусить. Но на моё удивление, она неожиданно прильнула к моему члену губками и яростно засосав, проталкивая в свой бездонный ротик, нежно стало его посасывать, доставляя мне райское наслаждение.

Но это длилось не долго и я не успел к этому привыкнуть. Но когда королева развернула свой мускулистый зад ко мне, то я остолбенел всматриваясь а её растянутые дырочки. Такой попки, я не видел никогда. Рельефные мышцы играли жилами и я боялся, если она сожмёт ими, то от моего члена не останется и мокрого места. Но все опасения были напрасны и член проникнув в её щёлку, мягко заработал там, наслаждаясь ощущениями, что дарила её киска.

С повышением темпа, эта огромная женщина сильно кричала. И кричала она неистово, попутно кончая мне на ляжки и причём обильно. Грудь была одна, но была упругой и приятной. Сосок которой, я теребил кончиками своих подешечек рук, не останавливаясь членом в её просторном и склизком влагалище.

Я мог еще долго вспарывать её щель, но она упав подо мной и не в силах пошевелиться, истекая жидкостью из влагалища, что струилась по губкам моей воительницы, прошептала, до боли знакомое мне слово.

– Гум!

Она никак не реагировала на меня и потому я спокойно вышел из хижины. Оказавшись на улице и посмотрев на голодных самок, которые с маниакальной зависимостью созерцали моё воплощение с членом между ног, завопил на своём испанском, оглушая все крики вокруг.

– Ну что сучки!? Кто следующая? Меня хватит на всех вас! – голосил я, испугав похоже самих амазонок, которые умолкли на мгновение, но всего лишь на мгновение.

Таких нежных и заботливых женщин, как амазонки, я не видывал. И в этот день и всю последующую ночь, совокупился примерно со всеми представительницами этого племени, коих начитал тридцать голов или около того. Все женщины были довольны. Но мне немного от этого стало не по себе. И заснув у одной из них, под чутким и заботливым взглядом моей воздыхательницы, проспал до самого вечера, другого дня, так ни разу не побеспокоен амазонками.  

Вечером того дня, я проснулся и не увидев возле себя ни одной живой души, вышел на улицу, где своей жизнью кипела суета. В посёлке не было ни одного мужчины, не считая меня и Александра. И мое появление, не осталось не замеченым женщинами. Побросав свои дела, они устремились ко мне и упав на колени, принялись воздавать мне хвалу, молясь на меня как на божество. Я прошел мимо них и меня никто не преследовал, что успокоило меня.

Направлялся я к Александру. Мне не терпелось начать с ним обучение и узнать, откуда он прибыл и не колдун ли этот, чертовски умный человек. Искать его долго не пришлось. Он стоял возле моего шалаша и ожидал меня, поприветствовав горячо обняв.

– Я нисколько в тебе не сомневался, Санчо! Ты утер, этим ненасытным шлюшкам нос! Пройдем ко мне, поговорим в спокойной обстановке!? – сказал старик и мы зашагали по направлению его хижины.

Пока шли, он сказал мне.

– Тебе тоже, вскоре надо будет построить хижину!? Не гоже, такому мачо, жить в холупе! Распоряжения я уже дал. И через два-три дня, хижина будет стоять рядом с моей, Санчо! – ознакомил меня Александр со своими планами и мы пошли дальше.

Его хижина стояла рядом с хижиной королевы, на почетном месте. И все проходящие женщины, выказывали ему почтение, чутли не сгибаясь перед ним вдвоя. Это потрясало, но удивляться Александру, мне ещё предстояло.

Мы зашли во внутрь его жилища. Сразу в глаза мне бросилось множество рукописей, сложные аккуратно в стопки, которых было бесчисленное колличество по моим наблюдениям.

– Мы с вами Санчо, должны договориться сразу!? Я передаю вам весь свой кладезь знаний, но обещайте мне, что во зло оно никогда не пойдёт, ни при каких условиях! Вы обещаете мне, Санчо!? – настаивал старик, глядя на меня со все строгостью своего пожирающего взора.

– Да обещаю! Даю слово, Александр, чтобы не случилось, помнить о вашей просьбе и не в коем случае не нарушать её! – поклялся я.

– Вот и отлично! – сказал старик на языке руссов и я удивлённо взглянул на него.

– Что вы ответили мне, Александр? – спросил я, озадаченно посмотрев на седовласого старика.

– Вы должны выучить этот язык, Санчо. Иначе, ваше обучение на испанском, не даст вам всего того, что несет язык руссов, будучи технически развитым языком в мире! Прикладные и фундаментальные знания в полной степени, будут вам доступны со знанием русского языка, который звучал с двадцать первого и на склоне двадцать вторых веков! В этом, вы убедитесь позже, я надеюсь!? Ну-с что ж, приступим! – сказал Александр, дав в руки какую-то незамысловатую рукопись.

До ночи, я зубрил алфавит не понятных мне букв. Но со временем, всё же научившись произносить их правильно и четко. Это отметил и Александр, изумлённо вытягивая лицо, каждый раз поражаясь моей усидчивостью в языке. Закончив урок, меня поджидала уже королева и вставив её пару палок, она спокойно отпустила меня к Александру. Дальше продолжать свои изучения по языку, который мне давался с легкостью.

Через неделю, я уже сносно говорил на нём, коверкая слова и гремя акцентом, на что Александр вечно морщился и делал мне выговоры на русском, приучая меня думать на нём и жить с ним. На испанском мне не с кем было разговаривать, а Александр специально на нём не общался со мной. Если только лишь пытаясь донести мне основной посыл, что до меня не доходил.

Своих амазоночек, я затрахал до смерти. Они и сами уже были не рады, что их бедных терроризирует, какой-то любвеобильный ловелас, а секс мне пришёлся по душе, особенно с такими женщинами, как амазонки. Но и про язык я не забывал, свободно и без акцента общаясь с Александром Борисовичем. Называя его по отчеству, я понял что в русском это имело большое значение и уважение, обучаясь азам наук, к которым мы постепенно прикладывались, потихоньку осваивая этот гранит науки.

Я теперь мог себе представить что такое самолёт, хотя до первого появления его, должно было пройти еще пятьсот лет. Но редчайшие знания моего учителя, получение от него, не затруднило мне обрисовать его у себя в голове и сделать макет первого своего воздухоплана. Александр Борисович был в не себя от моих успехов и повесив, вместо картины в своей хижине, гордился этим макетом, показывая своим амазонкам, которым было плевать на это с большой колокольни.

Робототехника и новые технологии, манили меня своей незаурядным развитием и в этом я видел, огромный потенциал. Но воспользоваться и применить это на практике, было не реально, хоть разбейся ты в лепёшку.

Однажды Александр Борисович, пришёл ко мне с кувшином и поставив его на стол, сказал, пока я выгонял очередную амозоночку, очень приятную на тело.

– Садись, есть разговор! – пригласил он меня за стол.

Я не понимал что в кувшине, но по виду учителя, я догадался. Александр Борисович был слегка пьян, а из кувшина несло самогоном. Налив в глининые стаканы по сто грамм, мы выпили. Ему хоть бы хны, а я чуть не задохнулся. Дыхание перехватило и жадно хватая воздух, я всё же отдышался с горем пополам, на что выслушал не лицо приятное от него.

– Слабак! Русский человек, пьет такую дозу, даже не поморщившись! Сразу видно, что нерусь! – сказал учитель, и я наконец-то понял значение этого слова на своем примере.

–Да тут любой нерусь, охереет от такого! – честно признался я ему, сказав на чистом русском.

– Ладно, не бери в голову! Научишься ещё пить! Раз трахать уже научился!? Я смотрю они от тебя уже бегать начали!? Ты как прям ебарь террорист? У нас так удальцов называли, которые не знали выходу своему либидо! – отметил Александр Борисович, смутив меня не по-детски.

– Русские хороши в оружии и в попойках, но а мы испанцы в постели! У нас там мёдом намазано! – заключил я.

–Если бы не знал, что ты испанец, подумал что ты русский, Санчо!? Твой диалект русского, напоминает мне любого сибиряка, жесткого и четкого в произношении! Это невероятно, чего ты достиг, всего за три месяца прибывания здесь! – похвалил меня Александр Борисович.

– Благодаря вам, Александр Борисович! – льстиво произнёс я.

Он натужился и задержав дыхание, начал, поменявшись в глазах.

– Ты уже знаешь, что я человек из двадцать второго века! Но знаешь ли ты, как я сюда попал!? – неожиданно задал он вопрос на который, не готов был ответить.

Я промолчал и дал ему, самому рассказать, видя что он и не требовал от меня этого.

– Мне было 33 года, когда это всё случилось. После очередного симпозиума, я решил возвратится телепортом. И подходя к этой установке, я обратил внимание, что мимо меня пробежал дикий человек в шкуре и с копьём в руке. Я подумал сначала, это инсценировка какая-нибудь и фестиваль всяких там чудиков, отмечающих тем самым свое празднования. Но прошагав несколько метров, приметил сияние, напоминавшую воронку телепорта и приблизился к ней в плотную. Не осознавая всей опасности, я решил дотронуться до этого объекта. И меня закрутив в это жерло, понесло по туннелю, как мне сейчас думается, времён. Очнулся я у подножия какой-то небольшой горы, а вместо хрома и бескрайних небоскрёбов, передо мной предстали джунгли.

– Так просто! Вы оказались здесь?! – недоверчиво произнёс я, обидев тем самым Александра Борисовича.

– Что значит, просто? Это не просто! Сколько бы я не бился над решением этой проблемы, мне не удавалось, скопировать это сияние. И думаю не удастся. Я приходил на то место, откуда появился, но это было бесполезно. Я даже поселился возле горы, но прожив несколько лет, я так и не дождался хоть что-то похожее на это сияние! – закончил Александр Борисович и опустил голову.

Мы сидели в тишине. Мне нечего было сказать видному ученому своего столетия. Да и вряд ли, я мог чем его утешить.

– Вы ещё питаете надежду, попасть домой Александр Борисович!? – нарушил я тишину, ворвавшись снова в разговор.

– Надеюсь ли я? Не знаю? Я тут прожил полжизни и не жалею теперь об этом. Женщины, амазонки, были мне отрадой в моём жизненном пути. Я ведь тоже обладал инструментом не меньше твоего, Санчо! Но со временем иссяк или можно сказать иссох! Но ты, мне был послан богами! Я не ошибся в тебе! Ты продолжишь моё не законченое дело! – вдруг оживился старик, даже помолодев на пару секунд.

– Какое дело, Александр Борисович!? – поинтересовался я, замерев в ожидании.

– Пойдем со мной! – сказал старец и мы по молодецки, ринулись в джунгли, преодаливая заросли.

Вышли мы к той самой горе и узнав её по описанию, Александра Борисовича, осмотрелся в округе.

– Зачем мы здесь, учитель!? – спросил я наивно.

Он прошёл в какую-то пещеру и внутри по центру её, я увидел накрытый тканью аппарат. Но какой, не мог знать.

– Я собирал его тридцать лет! Это моё главное детище всей жизни. Моё знание, данное мной, поможет тебе доделать его! Лет через пять-десять, ты сможешь довести его до ума и тогда..... – оборвался Александр Борисович, задумавшись.

– Что тогда, Александр Борисович!? – потребовал я, чтобы он договорил, но старика как будто осенило и он залез в карман, достав свою ручку из 22 века и разобрав её, посмотрел на меня, как обезумев.

– Эврика!!! Всё сходится!? – апофеозом подытожил своё прозрение учёный, взяв из ручки какую-то наночастицу и перенес её пинцетом к аппарату.

– Теперь всё, – с долей сожаления, сказал он с горящими глазами.

– Что всё!? Вы довершили свою машину времени!? – понял я по эмоциям старика, что он это и сделал.

– Да, Санчо! – безразлично сказал старик и опустил глаза, покачнувшись.

Я подхватил его. И достав из своей аптечки нашатырь, который сам и приготовил, дал понюхать его Александру Борисовичу. В области медицины, мою учителю не было равных. Что в этом веке, да и в 22 веке, если судить по его знаниям в этом аспекте. Меня его лекарства за сутки, восстановили после тяжёлого ранения. Хотя по всем нормам болезни, я должен был либо умереть, либо потерять руку. Так и с нашатырём. У меня не нашлось проблем изготовить его в кустарных условиях. Но построить машину времени, да ещё в тех условиях, когда и электричества как такого нет, это было что-то из ряда вон выходящего.

– Санчо! Мальчик мой! Я старый человек. И скоро умру. Точно знаю! Но ты молодой и перспективный мужчина, должен покинуть это время и найти более достойную участь свой судьбы, чем прозибать в этом забытом богом месте с его варварскими законами. Так что, ты направишься в точку моего исчезновения, и это будет правильно, Санчо! И не спорь со мной! 

Я стоял молча и лишь моргал глазами, слушая этого великого человека, подмявши под себе время.

– Не беспокойся, машина обязательно сработает и ты переместишься во времени. Этого хочу я сам. Мои знания помогут тебе в дальнейшем. Не переживай. Да и ты сам в будущем в этом убедишься! Но будет одна просьба! Найди мою дочь, ей должно быть как и тебе сейчас лет. И расскажи ей обо мне. Её зовут Ольга Портнова. Она всё что у меня осталось из прошлой жизни. Жена умерла при родах, а я так больше и не женился.

– Ольга Портнова из Москвы! Но мы можем вдвоём преодолеть временной портал, если мои расчёты правильные?

– А если нет, Александр!? – ответил мне учитель, обратившись ко мне на русский манер моего имени.

– Нас раздавит в гравитационном потоке, как под прессом! Нет, мы не должны рисковать и отправишься ты! И возьми этот перстень. В нём находится микрочип. Только Ольга, моя дочь, сможет активировать счет в том банке. Который только она должна знать. А узнает Оля его из медальона, что весит у ней с детства, который я ей подарил и завещал никогда не снимать его. Ты меня понял, Александр!? – почти рыдая говорил мне Александр Борисович, передав перстень, очень красивой выделки.

– Я обязательно найду вашу дочь, учитель! И не забуду вас никогда, Александр Борисович! – опечаленно произнес я слова клятвы и на мгновение помыслив вернутся за своим гуру, как услышал вдруг от него.

– За мной не вздумай возвращаться? Я хочу умереть здесь. Да и недолго мне осталось! Так что потрать свои силы на скачок. Доберись до современной Москвы и помоги Ольге! Там огромная сумма! Возможно я из-за этого здесь!? Разберись с этим, прошу! И передай девочке, что я её люблю! – он затих, сказав и активировав машину, она заискрилась, как разряды молнии.

Молнии сконцентрировавшись, направили свои лучи в единое облако и появившийся круг, как описывал сам Александр Борисович, застыл в пространстве, сияя и переливаясь. Я обнял седовласого старика и посмотрев ему в глаза, сказал на прощание, одной короткой фразой, перед тем как войти в это сияние.

– Я найду её! Можете положиться на меня, Александр Борисович! Да хранит вас бог! – крикнул я под шум машины, что выдавала моща, втиснувшись в сияющие пятно, растворившись в его очертания.

Продолжение следует...