Её губы плавно коснулись моего члена и я сладостно выдохнул, распластавшись на кровати, придаваясь своим ощущениям. Язычок умело лизнул головку ствола и меня передёрнуло от наслаждения, заставив взглянуть на мою обольстительницу, едва различая силуэт её лица.

– Да, так! Нежней! Опускайся к яичкам, медленно! – с трудом глотая воздух, прошептал я, под покровом ночи, которая окутала своим лоскутным покрывалом комнату.

Она беспрекословно послушалась меня. И заскользив своим язычком по стволу, исследуя каждую клеточку моего органа, спустилась к его основанию. Затем мягко поцеловав мои яички, как нечто сокровенное, она заглотила одно из них в свой пылкий ротик.

Волна несказанного удовольствия, омыла мои бескрайние берега, унося в мир грёз и желаний, почувствовав, что из кутикул может что-то вот-вот вырваться.

Сердце заколотилось бешено, работая в усиленном режиме, качая мою кровь по всему телу, которая приливала бурным потоком к моим яичкам. Я непроизвольно простонал, огласив сиплым стоном комнату в полной тишине и непроглядном мраке.

– Оу! Да ты сейчас взорвёшься, милый!? – проговорила тихо моя искусительница, пылая теплом на мои яички и зарывшись в них носиком, сладко принялась разглаживать кончиком своего язычка складки, утюжа их по всему периметру.

Но она знала, что долго так, я не сдюжу и кончу преждевременно. Чего ей категорически не хотелось, желая насладиться моим членом сполна. Овладевать своими губками им. Повелевать над ним, проводя язычком по вздувшимся венам. Чувствовать, как он пульсирует у неё во рту.

Мои руки заботливо легли на её шелковистые волосы, надавливая и проталкивая член в глубины её сознания. Радугой вдруг засияли краски в моих глазах при полной тьме. Казалось язычки пламя обжигали мою плоть, вынуждая меня хватать воздух, которого катастрофически не хватало. От кислородного голодания кружилась голова, но я и мой член, который так искусно обрабатывал ротик, нежней которого, ничего на свете не было, ощущали себя на вершине блаженства. 

Время застыло. Оно перестало существовать для меня. И погрузившись в нирвану, я мог только отдаться на растерзание устремленым губам, идущие только к одной известной им цели, довести меня до оргазма.

И я приготовился к неизбежному, наполнить ей ротик, такой необходимой спермой, которую она ценила во мне, превыше всего. Но, я ошибся и это стоило того.

Взгромоздившись на меня, она ввела мой член в свою мокренькую писечку. Такого поворота, я точно не предвидел и искрине изумившись на такие её действия, торжествовал в душе, что впервые и по настоящему занялся с ней любовью. Поступающие движения её тела, пронизывали мой член, сжимая его стенками влагалища. И этим стенаниям не было конца, будоража во мне зверя, который рвался из меня наружу.

Нечто глобальное, творилось в моем сознании, так и не до конца осмыслив всю важность этого момента, что так рьяно ворвался в мою жизнь. А поразмыслить было о чём, когда твой член в заветной щелочке, по которой ты сходил с ума, от того, что возможно никогда не изведуешь её, как бы тебе не хотелось этого. Но это уже стало историей. Венцом моего устремления, ощутив наконец-то её писечку, своим исстрадавшимся членом.

Я не видел её в полумраке, но представлял со стороны, как она раскачивается на мне. И лишь хлюпанье плоти о плоть, подтверждало тот факт и тактильность конечно, что это был не плод моих фантазий, а свершившаяся правда и ничего кроме правды.

Ликование со временем улетучилось и на смену пришёл прагматичный и целеустремлённый подход. Она с каждой секундой убыстрялась на мне, царапая мою грудь и наверное до крови, своими острыми, как бритва длинными ногтями. И меня это подначивало, взвинтив сумасшедший темп, уже и своми движениями таза, колющими выпадами пробивая брешь в её измученной и такой шумной пизденке.  

Феерия близилась. И я, это чувствовал, беспрерывно мокая свой член в склизком влагалище, моей наездницы. Меня, как обкатило ведром воды, подгадывая, сколько же она раз кончила на мне, погрузив практически мой пах и лобок в свой безбрежный океан выделений и секрета.

Она не осталась в стороне от этого и поблагодарила меня, присосавшись терпкими губами к моим устам, просунув свой язычок мне в рот. И это был мой первый поцелуй в жизни, что я испытал с настоящей женщиной, которая снова кончала, дыша мне неестественно в рот.

На этот раз, она расплылась на моей груди, прижавшись ко мне вплотную, и продолжая насаживаться киской на мой член, завывала тоненько мне в ушко, умоляя чтобы я кончил в неё, спрыснув спермой в её матку.

Слова оказались её пророческими. Оргазм чувствовался на подходе. Мне не хватало лишь уверенности, но и она подступила во время, что я заструившись семенем и выбрасывая потоки жидкости, оросил её матку. Утопив свою маму в цунами сладострастия, которого она, так жаждала от меня.