Иван смотрел на неё с самодовольной улыбкой, не выпуская из объятий.

— Ты меня хочешь? – тихо спросил он низким, хриплым голосом, - Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул, не так ли?

Генриетта была шокирована его наглостью и вульгарностью, но не могла отрицать своих чувств и желаний. Она действительно хотела его, она действительно хотела, чтобы он трахнул её. Она кивнула, широко раскрыв глаза и тяжело дыша.

— Так и думал, - сказал Иван, глядя на неё.

Его руки начали скользить по её телу, задерживаясь на груди, бёдрах, ягодицах.

Генриетта лишь тихо застонала, дрожа от предвкушения и непреодолимого желания.

Иван ухмыльнулся и начал расстёгивать ширинку на комбинезоне.

— Я могу дать тебе то, что ты хочешь. Я могу дать тебе именно то, что тебе нужно

— Дай мне это, - простонала Генриетта, больше не скрывая своего непреодолимого желания.

Иван засунул руку в штаны и вытащил свой член, который прямо на глазах у изумлённой Генриетты начал увеличиваться в размерах и через несколько секунд достиг полной эрекции.

— О боже, он такой огромный! - воскликнула она, не в силах скрыть своего удивления и восхищения. Она не могла поверить своим глазам, насколько он был длинным и толстым. Не имея никакого опыта в любовных отношениях, кроме отношений с мужем, Генриетта даже не могла представить, что существуют мужчины с такими большими членами. Пылающими от похоти глазами, она смотрела на член Ивана, охватывая взглядом каждый сантиметр его необычайной твёрдости. Сквозь тонкую кожу были видны выпуклые вены, опоясывающие ствол по всей длине. Слегка съехавшая крайняя плоть наполовину открывала большую, пунцовую головку. Весь орган был покрасневшим и пульсирующим.

— Возьми его, - произнёс Иван.

И прежде чем Генриетта успела произнести хоть слово, он надавил ей на плечи, заставляя сесть. Генриетта подчинилась. Она опустилась на колени, Иван тут же схватил её за волосы и начал прижимать свой член к её лицу.

Она почувствовала его запах, естественный, очень тёплый, яркий и насыщенный. Её обоняние уловило запах смегмы, исходящий из-под сдвинувшейся кожи крайней плоти, скопившейся вокруг большой головки, и запах его возбуждения. Это было опьяняюще и разжигало её желание.

— Возьми в рот, - прохрипел Иван, пихая свой член в её губы, накрашенные красной помадой.

Генриетта открыла рот и чуть не подавилась его размером. Крепко сжав её волосы в кулаке, и удерживая её голову, Иван протолкнул свой член вперёд, прямо ей в горло. От глубокого проникновения Генриетта дёрнулась, почувствовав рвотные спазмы. Она хотела отстраниться, но Иван не позволил ей. Он прижал её голову к своему паху, наслаждаясь судорожными сокращениями её горла.

— Расслабься, сука, - резко прорычал он, но, тем не менее, ослабил давление, позволив спазмам Генриетты утихнуть.

Затем он снова вонзил свой член ей в горло, снова почувствовав спазмы. Он начал безжалостно трахать её, балансируя на грани спазматического рефлекса.

Генриетта слышала его тяжелое дыхание, чувствовала, как он дрожит, видела, как его бёдра двигаются в размеренном ритме, трахая её рот. Она чувствовала вздувшиеся вены на его стволе, большую, гладкую головку, волосатое основание. Чувствовала вкус, солёный и сладкий, запах яиц и запах промежности. Это было потрясающе. С ней такое случилось впервые. Она была на пике возбуждения, и ей это нравилось. Ей нравилась грубость Ивана, его необузданная, страстная энергия, с которой он жёстко трахал её рот. Ей нравилось его превосходство, то, как он доминировал над ней, игнорируя её реакции.

Генриетта не смогла сдержать захлестнувшее её возбуждение и начала мастурбировать. Она без зазрения совести засунула руку под юбку и сквозь шёлковую ткань панталон, которые уже были влажными в промежности, нащупала свой клитор. Быстрыми движениями она начала тереть его, чувствуя, как внутри неё стремительно нарастает приятное блаженство.

Её пальцы двигались всё быстрее и быстрее, а Иван всё грубее и настойчивее трахал её рот, надавливая на голову и не давая ей возможности дышать.

Он обращался с ней грубо, называя её шлюхой, шалавой, и это должно было оскорбить Генриетту Андреевну, почтенную и порядочную даму, но вместо этого она испытывала дикое возбуждение. Она испытывала неподдельное наслаждение от того, как он с ней обращался, как он подчинял её своему напору и наглости.

Образ мужа внезапно возник в её сознании, и вызвал у неё внутреннее презрение. Она вдруг осознала, что сосёт член Ивана ещё охотнее, словно в отместку мужу за упущенное время и неполученное удовольствие. Генриетта энергично двигала головой, пытаясь как можно глубже глотать большой кусок твёрдой, горячей плоти.

Она услышала, как Иван тихо застонал и ещё сильнее сжал её волосы. Она почувствовала, как нарастает его напряжение, как сжимаются его яички, как пульсирует его член, и понимала, что он приближается к разрядке. Одновременно с этим на неё тоже накатывала неудержимая волна оргазма.

Генриетта начала работать ещё интенсивнее головой, ртом и языком, одновременно помогая руками, сжимая ими упругие яйца Ивана.

— Блядь, - услышала она его хриплый голос, - Соси шлюха....Соси.... Я сейчас кончу...

Генриетта судорожно сосала, чувствуя, как её собственное тело содрогается от удовольствия.

В последний момент Иван выдернул свой член из её рта, который сочно блестел от её слюны, сделал несколько резких мастурбирующих движений рукой и кончил ей на лицо. Сперма длинными, прерывистыми струями брызнула ей на линзы очков, лоб, щёки, нос, подбородок и волосы. Генриетта ахнула, потрясённая и удивлённая обилием тёплой, густой, липкой жидкости, покрывшей её нежную кожу, и с громким, протяжным стоном кончила вместе с ним. Она чувствовала, как по её лицу стекают тяжёлые капли спермы, вязко капая на блузку, юбку, пол, и отчётливо ощущала её запах.

В то же время она чувствовала сильную влажность между своих ног.

Всё ещё держа свой член в руке, Иван выдавил из него остатки семени и, стряхнул на лицо Генриетты. Затем он грубо вытер свой пенис о её волосы, спрятал его в комбинезон и молча, не говоря ни слова, ушёл, вернувшись к своей работе.

Генриетта продолжала стоять на коленях, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя.

Она чувствовала себя шлюхой, грязной, использованной, униженной, но её душа ликовала. Это было самое захватывающее событие в её жизни, которого она никогда раньше не переживала.

Даже муж никогда не обращался с ней так грубо и вульгарно, никогда не кончал ей на лицо, никогда не заставлял её так непристойно сосать, стоя на коленях. И уж точно никогда не называл её такими грязными словами, от которых сейчас она млела, и она не могла поверить, что ей это нравилось.

Остаток рабочего дня Генриетта провела, словно в оцепенении, под влиянием сильных эмоций, постоянно думая об Иване, который, казалось, не обращал на неё внимания. Он был занят своей работой, но Генриетта замечала, как он время от времени поглядывал в её сторону, и она не могла понять смысла его взглядов или разгадать, что творится у него в голове.

Когда Генриетта вернулась домой, муж встретил её нежно и ласково. Он поцеловал её в щёку, заботливо помог ей снять туфли и протянул тапочки. Как всегда, он был тихим, домашним и добродушным.

— Как прошёл твой день, дорогая? – спросил он, скользнув по ней взглядом.

— Всё хорошо, - ответила Генриетта, стараясь говорить естественно и спокойно, - Только немного устала и голова разболелась.

В её душе царил полный хаос. Она всё ещё чувствовала исходящий от неё запах Ивана, а во рту ощущала вкус его члена. Чувствовала его руки в своих волосах, слышала его голос, резкий и властный. Видела его член, большой и твёрдый, чувствовала его густую сперму на своём лице.

Всё это возбуждало и будоражило её разум.

Из-за постоянного выделения смазки из влагалища мокрые панталоны прилипали к промежности. Генриетта тут же пошла в ванную, чтобы ополоснуться, и остаться наедине со своими мыслями.

Она включила воду и встала под душ, чувствуя, как прохладные струи приятно покалывают её тело. Закрыла глаза и снова подумала об Иване, о его прикосновениях, запахе, вкусе. Она поймала себя на мысли и ясно поняла, что хочет большего. Она хотела почувствовать его большой член внутри себя. Её пальцы самопроизвольно скользнули вниз, под живот, взъерошивая густые волосы, находя и лаская там все чувствительные точки.

Прикосновения были несказанно приятными. Генриетта кончила быстро и тихо, стараясь заглушить стон, чтобы его не услышал муж. Её тело дрожало от удовольствия.

Когда она вышла из ванной, муж позвал её на ужин. Стол уже был накрыт.

Они ужинали почти в молчании, лишь изредка обмениваясь короткими фразами. Но даже за ужином Генриетта не могла перестать думать об Иване. Это было похоже на навязчивую мысль, от которой она не могла избавиться.

После ужина Генриетта сказала мужу, что теперь пойдет отдыхать, и ночью будет спать отдельно, в другой комнате, чтобы не беспокоить его своей головной болью. Муж отнёсся к этому с пониманием и не возражал.

На самом деле, Генриетте хотелось уединения, чтобы муж не вмешивался в её мысли и фантазии об Иване, который полностью завладел её сознанием и преследовал её каждую минуту.

Она закрыла дверь, легла в кровать, и её мысли снова перенесли её в объятия Ивана. Она представляла, как он прикасается к ней, ласкает её тело, грубо и жёстко трахает её. От этого у неё участилось сердцебиение, и Генриетта почувствовала, как её влагалище начало пульсировать от желания. Она не смогла сдержаться и начала ласкать себя, представляя, что это руки Ивана касаются её. Она испытала сильный оргазм, сдерживая стоны, уткнувшись лицом в подушку. После этого она некоторое время лежала, пока не успокоилась, а затем взяла книгу, чтобы отвлечься. Она погрузилась в чтение, и когда больше не могла сопротивляться сонливости, заснула.

На следующий день, как только Генриетта открыла глаза, она снова подумала об Иване.

Она встала с кровати и направилась в ванную. Закончив свои утренние дела, она начала собираться на работу. Генриетта тихо вошла в комнату. Её муж уже не спал, но всё ещё лежал в постели. Генриетта подошла к нему, нежно поцеловала, затем открыла шкаф и начала выбирать нижнее бельё.

— Как ты себя чувствуешь, дорогая? - заботливо спросил её муж.

— Всё хорошо, любимый, - ответила Генриетта, роясь в ящике с нижним бельём в поисках чего-нибудь подходящего.

Она остановила свой выбор на совершенно новом, ни разу не ношенном, недавно купленном комплекте, состоящем из тёмно-красных кружевных панталон и подходящем по цвету лифчике. Она надела это, и посмотрела на своё отражение в зеркале.

— Как я выгляжу в этом нижнем белье? - спросила она мужа, - Посмотри.

Она прошлась по комнате, демонстрируя ему себя со всех сторон.

— Превосходно, дорогая, - ответил муж, - Ты всегда выглядишь прекрасно во всём.

— Спасибо, милый.

Бельё идеально сидело на её фигуре, подчеркивая её женские прелести. Бюстгальтер облегал и приподнимал грудь, делая её ещё более пышной. Панталоны идеально облегали бёдра и задницу. Генриетта вдруг обнаружила, что одевается вот так для Ивана. Она вдруг задумалась об этом. Почувствовала, что хочет, чтобы он увидел её в этом нижнем белье, оценил её, возбудился, а потом... может быть, трахнул её.

— Конечно, он бы не отказался потрахаться со мной, если бы ему дать повод, - подумала Генриетта, - В конце концов, он мужчина, и он не устоит перед искушением.

Эти смелые мысли захватили её дух.

Она ещё не знала, что принесёт новый день, но чувствовала, что это будет что-то приятное и запоминающееся.

Когда Генриетта пришла на работу, Иван почти сразу же подошёл к ней.

На этот раз он был смелее, настойчивее и вульгарнее. Он подошёл к её столу, за которым она сидела, заполняя табель учёта посещаемости, и поприветствовал её с наглой улыбкой, от которой по телу Генриетты пробежал лёгкий холодок.

— Здравствуйте, Генриетта Андреевна, - тихо и с нарочитой формальностью сказал он, - Как дела? Какое у вас настроение?

Сердце Генриетты забилось быстрее, но она старалась сохранять самообладание.

— Всё хорошо, спасибо, - ответила она вежливо и как можно спокойнее.

— После вчерашнего дня я не мог перестать думать о тебе, - продолжил Иван, сменив тон на более резкий и не отрывая глаз от Генриетты.

Он наклонился к ней, и она почувствовала его дыхание на своём лице.

— Ты такая сексуальная, когда делаешь минет.

От слов Ивана лицо Генриетты покраснело. Она попыталась скрыть своё волнение, но Иван это заметил. Ему доставило удовольствие вогнать скромную Генриетту в краску.

— Ну что, продолжим вчерашнее? - дерзко спросил он, усиливая своё влияние на неё, - Ты же хочешь меня, так же, как и я тебя?

Пока Генриетта обдумывала его слова, Иван расстегнул ширинку комбинезона и вытащил свой большой член.

Он уже распух и затвердел от возбуждения, а головка блестела от смазки. Он слегка покачивался, почти перед лицом Генриетты, словно магнит, притягивая её взгляд. Генриетта судорожно сглотнула. У неё пересохло в горле.

— Соси, шлюха, - властным тоном сказал Иван, грубо схватив Генриетту за волосы и наклонив её голову к своему члену.

Генриетта послушно открыла рот и обхватила губами головку. Она начала облизывать её языком круговыми движениями, касаясь напряжённой уздечки.

— Бери глубже, сука, - прохрипел Иван, прижимая её голову к своему паху.

Генриетта открыла рот ещё шире, чтобы принять член Ивана как можно глубже. Он вошел ей в горло, вызвав у неё рвотный рефлекс.

— Да...вот так, - одобрительно простонал Иван, проталкивая свой член ещё глубже, - Давись моим хуем шлюха.

Генриетта была в экстазе от такого вульгарного отношения к ней. Её сердце бешено колотилось в груди, а между ног появилась влага.

После нескольких минут глубокого минета Иван остановил её.

— Интересно, ты ебёшься так же хорошо, как и сосёшь? - грубо спросил он.

Сказав это, он поднял Генриетту со стула, повернул её к себе спиной и, толкнув к столу, поставил раком.

Генриетта, как и подобает почтенной и уважаемой даме, начала протестовать, но в глубине души она именно этого и хотела. Она хотела чувствовать себя под контролем сильного мужчины, и в глубине души, восхищалась его дерзостью и смелостью.

Иван не стал церемониться. Игнорируя притворное сопротивление Генриетты, он поднял её длинную юбку до пояса, обнажив её задницу.

— О, какие у тебя классные панталоны! - воскликнул он с удивлением в голосе.

Тёмно-красная кружевная ткань панталон облегала пышные ягодицы и толстые бёдра Генриетты, соблазнительно подчёркивая все её формы. Вид зрелой женщины в панталонах, стоящей раком заставил член Ивана затвердеть ещё сильнее.

Генриетта повернула голову, чтобы посмотреть на Ивана через плечо, и в уголках её губ появилась лёгкая, многозначительная улыбка. Она заметила его страстный взгляд, изучающий её сзади, и плавно покачала бёдрами, разжигая в нём ещё большее желание.

— Бля, это так круто! – хрипел Иван, - Ты выглядишь потрясающе в этих штанишках!

Он не смог сдержаться. Он протянул руку к её пышным, округлым ягодицам и провёл ею по панталонам, чувствуя тепло тела сквозь кружева. Генриетта тихо застонала от его прикосновения. Член Ивана бешено пульсировал.

Он просунул руку между её ног, обхватил вагину сквозь шелковистую ластовицу и начал сжимать её. Он чувствовал на своих пальцах тепло её влагалища и влажность её возбуждения. Генриетта прижалась к его руке, жаждая большего контакта, большего давления.

— Ты вся мокрая. Твои панталоны... они все мокрые.... Бля....как это возбуждает.

Иван больше не мог ждать. Одним движением он стянул с Генриетты панталоны до колен, обнажив её ягодицы и волосатую вагину. Он грубо схватил её за бёдра и вошёл в её влагалище, заполнив его своим толстым членом. Он начал трахать её сильно и быстро. Его член проникал так глубоко, что упирался в её матку. Генриетта стонала, испытывая те же невероятные ощущения, что и во время мастурбации с огурцом. Но здесь, в отличие от неодушевленного огурца, внутри её влагалища двигался живой, горячий, пульсирующий член.

Волны удовольствия прокатывались по её телу. Генриетта выгибалась и двигалась навстречу сильным и резким толчкам Ивана, помогая ему, чувствуя приближение оргазма. Его руки крепко сжимали её ягодицы, он тяжело и хрипло дышал, и, не в силах сдержаться, от нахлынувшего на неё наслаждения, Генриетта испытала мощный оргазм. Она затряслась, словно в лихорадке, и громко застонала от приятных ощущений, которые её охватили.

Она не остановилась и продолжила движение, понимая, что Ивану тоже нужно разрядиться. Но он не спешил, хотя уже был на грани извержения. Сперма, заполняя все каналы его члена, стремительно рвалась наружу, и, пытаясь сдержать её, Иван вытащил свой член из вагины Генриетты, тем самым притупив ощущения и предотвратив финал.

(Продолжение следует)