3.

Все дни, предшествующие праздничному, супруги опасались затрагивать пикантную тему, обходя её стороной. Внешне всё выглядело как и в апреле, до всего, однако, Саню радовало, что его жена сделалась более сексуальной в своих мыслях и желаниях. Ну, про подробности он не мог знать, однако, то, что жену возбуждает нечто неординарное для обычной, во многом типичной семьи, это он понял по тому, что на компьютере отчётливо видел то, куда заходит его жена в его отсутствие дома. Для него не были секретом её ежедневные просмотры того откровенного видео. Оставалось неясным только то, что так притягивает её интерес и дарит приятное возбуждение: групповуха, вид девушки, размочаленной до состояния разношенной галоши, её вид обессилившей, но счастливой, секс её брата, или его не тривиальных размеров мужское достоинство? Так или иначе, но у жены явно прослеживается более терпимое отношение к различным проявлениям плотских развлечений. Это заставляло Саню волноваться и внимательнее относиться к супруге, чтобы её не занесло куда-нибудь не туда. Но всё было тихо.

Таня стыдилась признаться себе в этом, но каждый день она возвращалась мыслями к тому, насколько восхитителен своей мужской мощью братик, который на восемь лет младше неё. Она уже вышла замуж, когда Василий не был ещё даже подростком, и теперь, когда он незаметно сделался взрослым мужчиной, она поняла, что почти ничего не знает о том, чем живёт её брат, чем интересуется и что у него в голове.

Она постепенно просмотрела все записи с флешки. Первое отвращение прошло, а вместо него пришло любопытство и Таня, просматривая то, как девушка поочерёдно отдаётся немыслимому числу мужчин и это делает её лицо счастливым, сначала недоумевала, а после пришла к тому, что муж был прав – ей это нравилось. Это не было игрой с её стороны. Она упивалась ощущениями, а после Таню вид происходящего на экране начал и возбуждать. Она хотела испытать нечто подобное. Для мужа, разумеется, и совсем чуть-чуть – для себя. Пусть, если ему так этого хочется, полюбовался бы на то, как её щёлочку, голодную на мужиков, «распахивают» до безобразного внешнего и внутреннего состояния, как у той девицы! Пусть она его возбуждает до дрожи в роли шлюхи, а не та. Пусть ошеломит его то, что она, ради вида сносящей напрочь мозги близости легла под родного брата! Такой шокирующий секс унесёт и мужа и её саму в состояние полной эйфории от мощнейших оргазмов!

Такие мысли превращались в фантазии о том, как она принимает в себя могучий орган братика и Татьяна бурно оргазмировала, а после стыдила себя за то, чей член воцарился в её фантазиях.

Так и текло время, в душевных шатаниях супругов от страстного стремления до полного отказа от расширения границ допустимого в их сексуальной жизни. Поодиночке определиться с тем, как быть, для себя, они никак не могли, интуитивно чувствуя опасность движения в сторону реализации своих фантазийных удовольствий, а обсудить откровенно и цинично, и вновь испытать неловкость друг перед другом за тёмную сторону потаённых желаний в каждом из них, не хотелось.

Восьмого числа, когда Татьяна только пришла домой, неожиданно позвонили в дверь. На пороге был Вовка.

— Привет! Я на пять минут – торопливо произнёс он, закрывая за собой дверь.

Прямо с прихожей, ведомый Таней на кухню, он начал говорить.

— Тань, тут такое дело. Завтра есть возможность снять для Сашки то, что его дико возбудит, но о чём он никогда не решится тебя попросить.

— Ты так уверен в том, что знаешь его тайные пристрастия?

— Да. Мы с ним как-то сидели, выпили по рюмке чая, добавили пару раз. Я рассказал ему про свои фантазии, а он мне – про свои.

— И что его возбуждает? – стараясь скрыть внутренний трепет, спросила она деланно бесцветным тоном.

— Ты в его фантазиях. Со мной, с другими ребятами. То, как мы тебя по очереди, а ты - наслаждаешься и тебе хочется ещё и ещё, и мы долго-долго занимаемся с тобой сексом, пока ты совершенно не лишишься сил. Как тебе его фантазия?

Таня вздохнула.

— Дикость какая! Ну, я догадывалась об этом. Правда, я думала, что он представляет меня в той студии, что на флешке, и не с вами, а с теми мужиками, с огромными членами.

Говорить столь откровенно, после того, что у них уже было, Тане было на удивление легко.

— Тань, одно другому не мешает. Любое видео со временем приедается. Если завтра всё пройдёт нормально, и у тебя останутся положительные эмоции, то через какое-то время снова ведь захочется попробовать примерно то же. Можно будет повторить, но уже в студии. Только звякнешь мне, и я свяжусь с тем человеком. Покажу ему твои обнажённые фото. Если ты его, как модель, заинтересуешь – он снимет, а иначе - только за деньги ему, как за частный заказ съёмки пары.

Таня усмехнулась тому, что ей за это ещё и платить.

— Но, я думаю, что ты настолько очаровательна, что он не устоит и захочет видео с тобой в свою коллекцию. А копию – вам, разумеется, всё бесплатно.

Разговор разгорячил Татьяну, но инстинктивный страх сковывал. Она не была готова к тому, что так легко могут стать воплощёнными в реальности фантазии её мужа и её собственные.

— Сташновато, нет, наверное, я не буду сниматься. Мы с Сашкой подумали, что оба можем и перетерпеть. Перетопчемся.

— Слушай, хватит трусить! Некоторых всю ночь напролёт имеют, и им только ещё давай! Мужа спасать нужно, а не трУсить! Он всё для тебя сделал, что мог – ревность в себе придушил ради тебя! А ты для него просто раздвинуть ноги не хочешь! Тебе самой, не стыдно?!

То, с каким напором Володя пристыдил её, заставило Татьяну густо покраснеть, чувствуя свою вину перед мужем за свои моральные угрызения вместо решительных шагов к оказанию, пусть и специфической, но помощи любимому.

Пристыженная, она тяжело вздохнула.

— Тань, давай, попробуем снять! Один же раз всего! – сменил тактику уламывания Вовка – ты же не пробовала с тремя, а очень многим женщинам – нравится. Думаешь, если об этом тебе не говорят твои подруги, то у них такого не было? Наверняка было, и они хранят воспоминания об этом, как о самом восхитительном сексе в их жизни! Просто, кто таким делится с другими!

— Не знаю. Может, ты и прав. Думаешь, стОит попробовать снять? – неуверенно ответила Татьяна.

— Я уверен, что – надо!

— Ну, страшновато, немного, ч же не такая!

— Ты божественно хороша! Даже не сомневайся в том, что всё получится как нельзя лучше! Ну?

— Самой не верится, что говорю. Ладно, попробуем.

— Наконец-то! Тань, только нельзя допустить ту же ошибку. Попроси Сашку побрить тебя внизу, а то обидно будет столько стараться, а мужу, в результате, ничего не будет видно! Стоп! Нет! Мы днём свинтим сюда, и пусть он побреет тебя на камеру при Юрке или Витьке – так начало фильма эффектнее получится и ему волнительнее будет – самому подбривать жену для другого партнёра жены.

Слова Вовки вызвали в её воображении образ сцены, который Таню сильно взволновал.

— И длинный будет фильм? По времени?

— Думаю, что бритьё займёт с пол часа. С остальным – тоже, примерно в пол часа уложимся.

Таня с некоторым облегчением вздохнула. Пол часа её не пугали последствиями для тела.

— А сам секс снимем ночью, после празднования. Ты предложи остаться женщинам ночевать у Толика с Машей, а мужчинам переночевать у вас, ну и снимем. Никто и не узнает.

— Вы - это ты с Витькой и Юркой?

— Ну, да. Но если захочешь, то можно будет и расширить круг участников.

— Их жёны не пустят, да и мне страшновато.

— Ты видео смотрела? А не считала, сколько раз её? Но, неволить тебя я не стану. Лучше, конечно, если бы ребят в кадре побывало больше, но, ладно пусть будут в запасе, в соседней комнате. Если тебе понравится, если решишься – позовём по одному. Как только скажешь, что тебе хватит, некомфортно – сразу и закончим. Но, сама понимаешь, что для Сашки - чем дольше они тебя ублажать будут – тем забористей будет фильм для твоего мужа, и эффект станет - потрясающим!

Татьяна задумалась. Решиться на расширение числа партнёров больше трёх для неё было не просто.

— А сколько запасных будет?

— Не знаю. Пока не предлагал никому. Но, думаю, что двое. У Алексея жена не такая щепетильная, как моя, а Женькиной Вере вообще по барабану то, с кем муж трахается на стороне. Что скажешь?

— Ладно, если только всё будет так, как ты говоришь, то я согласна, так и сделаем. А то я уже подумала, что там целая толпа будет. Я к такому, точно, не готова. Снимаем. Пусть Сашке крышу снесёт вид жены в роли бляди!

Добившись своего, Вовка облегчённо вздохнул, а Таня даже повеселела оттого, что груз вины за её фантазии свалился с плеч с появлением оправдания того, что это не постыдно – таким образом помочь мужу, что это правильное решение.

— Тань, ты только мужу не рассказывай про нашу договорённость! Разволнуется, переживать начнёт, страдать ревностью. Всё в своё время сам узнает и увидит съёмку, если захочет посмотреть.

— Нет, я так не смогу, при нём.

— Хорошо. Понял. Ну, я пойду, мне ещё в одно место нужно успеть.

Таня проводила гостя, а у самой от волнения перед предстоящим аж мурашки по коже, но, вместе с тем, и низ заныл от желания. Ей ещё до конца не верилось в то, что всё это – не сон, не происходит с кем-то, а не с ней, и что она на самом деле согласилась на секс с троими, а, возможно, и с пятью парнями. Внутренний трепет и волнение больше не отпускали. Она то и дело возвращалась мыслями к завтрашней ночи и от волнения даже руки слегка дрожали, а пальцы сделались ледяными.

В тот же день к Сане, прямо к зданию, в котором тот работал, подъехал Вовка и ждал его у проходной в конце рабочего дня.

— Привет! Какие планы относительно праздника?

— Привет! Ты только для этого подловил меня на выходе с работы? Мы завтра будем у Толика.

— Точно?

— А это настолько принципиально? Ну, точно. Татьяна уже наряд погладила.

Володя облегчённо вздохнул и продолжил:

— Тут такое дело, все наши уже в курсе того, что у вас проблема с этим делом, и того, что я попробовал помочь. Светка, дура, чтобы отсечь меня, вывести из игры, решила, что рассказать всем нашим - будет самым действенным. Я сам только утром узнал об этом – Витька позвонил и спросил, не в курсе ли я, не планирует ли твоя повторить первомайское с кем-то другим. Слово за слово, так я и узнал про Светкину затею и то, что она всех наших ребят обзвонила, рассказала каждому и порекомендовала приударить за Татьяной, даже заверила каждого, что ты позволил жене развлекаться с кем она захочет. Так что, сам понимаешь, кто-то постыдится, а кто-то и соблазнится затащить такую красотку в постель!

От сказанного, в паху у Сани вновь загудела кровь. Друзья присели на лавочку и закурили.

— Это было первое. Сказал, чтобы ты знал, чего ожидать. Второе мне пришло в голову уже после этого. Если Таня примет ухаживания, может, она согласится на то, чтобы я снял её с кавалером, или двумя камерой для тебя? Ну, и мне, после, было бы приятно на Танюшку полюбоваться.

Сашка почувствовал как невольно краснеет.

— Ну, ты же понимаешь, что это зависит от Татьяны. Она же не звезда порно! Кроме того, мы вроде успокоились оба, решили, что как-нибудь переживём этот период.

— А жену тебе уже не жалко? Забыл уже, как она без этого мучилась? Ты бы подумал о ней! Знаю, что ты любишь её, и она - тебя. Ты, ради любви к ней, готов похерить вариант с возможностью поскорее восстановиться, лишь бы оставить её чистой и непорочной. Сань, если честно, то ты ведь не хочешь из ревности!

— Наверное, ты прав.

— А Таня, из любви к тебе, готова жертвовать своей потребностью в мужчине, лишь бы не казаться блядью в твоих глазах. Любовь! Что тут скажешь! Но, если ты - мужик, то подумай о жене, ты должен руководствоваться прежде всего её интересами! Кстати, я разговаривал с ней сегодня об этом, и она горит желанием помочь тебе с материалом, который тебя расшевелит, и сняться, даже не с одним, а поочерёдно с Юркой, Витькой и со мной. Сама предложила, просила с тобой поговорить, морально подготовить тебя. Представляешь, как любит тебя! Хотя, думаю, что и у самой наверняка пизда уже изнылась. Стесняется только тебе сказать. Но, так или иначе, она сказала, что готова сделать это, и упрашивала меня всё организовать. Я - согласился, ну, не мог я ей отказать в этом! Правда предупредил о том, что у тебя спрошу, и если ты не против, то всё организую. И ещё, ты знаешь, что твою жену одна мысль о том, что её снимают, уже дико возбуждает. Я это ещё тогда заметил. Здоровый женский эксгибиционизм, заметно выше среднего уровня. Вот так. Что скажешь?

— Я знаю, что и её саму возбуждают даже просто фантазии об участие в такой съёмке! Хорошо, допустим, я согласился. А как всё это ты себе представляешь?

— Когда за столом все разомлеют, мы с Юркой и Витькой выйдем, вроде как покурить, и Таня выйдет следом. Ты – за нами. У тебя дома Юрка или Витька её побреет, чтобы всё видно было, а не так, как в прошлый раз, а ты в это время будешь её целовать, обнимать. А потом Юрка ей вставит, начнёт ебать, а ты будешь её в это время продолжать ласкать, соски сосать, шейку целовать, чтобы у неё секс был улётным от остроты ощущения. Оттого, что муж её ласкает в то время, как его друг её ебёт со страшной силой. Потом, следом, её и Витька выебет, а я, если времени хватит, замыкающим буду.

Сашка нахмурился. Не хотелось ему этого, особенно, после того, с какой циничной простотой друг произнёс слово «выебет», говоря про Таню, которая не шлюха, не блядь, а любимая им женщина и верная жена.

— Она обычно стесняется. Странно это.

Саня старался быть сдержанным и не упрекать друга, не придираться к его терминологии, которая, будучи грубоватой, тем не менее точно отражала суть того, что предполагалось сделать.

— Ничего странного. У неё пизда тоже, не железная, а после того, как насмотрелась с той флешки, чего другого ты от неё хотел! Завелась, хочется ей, только стесняется тебе признаться в этом! Для завязки ролика это будет прекрасно смотреться! Я предложил ей, чтобы ты присутствовал, и она смутилась, но согласилась, решив, что под твои ласки ей не так стыдно будет за её бритьё не мужем, а Юркой.

— И это всё?

— Нет. Мы с ней договорились о том, что если ей с ребятами понравится, и если она согласна будет повторить наш секс под камеру ночью, то она, под занавес праздника подаст мне сигнал: предложит заночевать у вас, и для всех это будет выглядеть вполне логично, в смысле то, что ночевать мы будем у вас. Мы всё подготовим к съёмке, и ночью будем с ней столько, сколько ей самой будет не трудно. Думаю, что на деле не больше, чем пару кругов втроём – она же не привычная к тому, чтобы часами! Да и мы не сексуальные гиганты. Ну, что скажешь?

— Не знаю. Так много секса!

— Чудной ты! Сам говорил, что после вашей свадьбы ты её раз по пять за ночь и она была в восторге! А тут – то же самое число раз, только с тремя разными. Жене не терпится сняться в порнухе для любимого мужа, чтобы он поскорее выздоровел! Себя решилась отдать за это, а он – не знаю. Она мне сказала, что готова на всё ради тебя! Готова будет принять и больше членов - сколько угодно, только бы тебя это проняло!

— Ну, это она сгоряча – Саня смущённо улыбнулся, покраснев. Он не знал, что ответить другу. Он понуро сидел, словно задумавшись, но на самом деле в голове у него было пусто. Резкий поворот ситуации застал его врасплох. Вздохнув, он вынужден был согласиться.

— Ладно, давай, попробуем. Иначе она мой отказ от её жертвы не поймёт, тут ты верно заметил. Вов, ты уверен в том, что её саму это возбуждает, чисто по тому, как она при этом выглядела?

— Ещё как! Даже руки слегка дрожали и сиськи торчком встали! Для неё же это такое приключение! И, главное, которое больше никогда не повторится! Ты придёшь в кондицию, и она будет с волнением вспоминать и возбуждаться, может быть тайком от тебя пересматривать время от времени запись, а после выплёскивать своё желание на тебя и будет наслаждаться тем, что этот сексуальный опыт так приятно аукается вам.

— Наверное, ты прав, она такая. Значит, только вы трое?

— Не могу поклясться – она будет сама решать. Если попросит ещё, то я, например, вряд ли смогу в третий раз, а как ребята – не знаю. Может, ребята слишком быстро отстреляются и ей не хватит! Тогда запасного позовём, одного из тех, кто будет у вас ночевать. Поговорим, объясним ситуацию и чтобы после молчал в тряпочку.

— Немного страшновато за Танюшку, если честно.

— Повторяю: всё будет под моим контролем. Насиловать её никто и не подумает – не по-товарищески это, ты же наш друг! Сколько сама позволит. Скажет «стоп» - значит, «стоп».

— Не знаю, сомневаюсь как-то.

— Это ревность тебя не отпускает, дружок, а Танюшка всё прекрасно обдумала: совместить приятное для себя с полезным для тебя. Женщины, они вообще интуитивно находят оптимальное решение!

— Ладно, убедил. Рискнём.

— Сань, прошу тебя, побереги стыдливость жены, не говори с ней о предстоящем, не ставь её в неловкое положение! Она же – не опытная с мужиками, и ей стыдно, её немного страшит то, на что решилась. Позволь ей сделать тебе этот подарок!

— Естественно. У меня у самого язык не повернётся говорить с ней про это.

— Да, чуть не забыл: бритву там, помазок, заранее приготовь, чтобы завтра нам время не терять.

— Конечно, всё приготовлю.

Вовка уехал, а Саня загрустил. Фантазии фантазиями, а как до дела дошло – так не хочется, чтобы её кто-то ещё! Но, сам виноват – не надо было её развращать смакованием того видео. Вот и разжёг в ней любопытство, и сам ведь убедил в том, что это и ей понравилось бы! А теперь – Вовка прав, когда она на такое решилась и, даже, осмелилась сама предложить ему снять её с троими, то в такой ситуации всё поломать – это как в душу ей плюнуть. Придётся терпеть. И с бритьём. Опять Вовка прав – ей самой будет трудно допустить к себе Юрку, и если я стану её ласкать и целовать в то время, как ребята будут по очереди её откровенно иметь, ей будет легче. Я – рядом, я не разлюбил её за это. Она поймёт это и ей будет радостно оттого, что с благодарностью принимаю её подарок мне.

Собираясь на праздник, Таня надела любимые ею розовые неспадающие чулочки, Синие туфельки на шпильке, от задника очень эротично охватывающие щиколотки тонким ремешком. Плотную синюю юбку с запАхом, фасон которой в народе известен под названием «мужчинам некогда», и не сильно просвечивающую кораллового цвета блузку, минуя бюстгальтер. Не сильно просвечивающую. Это когда вблизи соски и ареолы едва угадываются сквозь ткань, а вот на расстоянии даже трёх метров, всё уже прекрасно видно. Она впервые надела её прямо на голое тело и Сашка испытывал неловкость оттого, что этим жена заявит на всю дружную кампанию о своём нестерпимом желании мужчины. Были ли на жене трусики, муж так и не узнал, видел только, что на момент одевания юбки их на Татьяне не было. Из всего вышеперечисленного Сашка сделал вывод о том, что его жена приняла боевую раскраску и надела униформу развратной особы не ради того, чтобы покрасоваться. Она действительно готова реализовать задуманное и это часть замысла. То, что жену приятно волнуют мужские похотливые взгляды, Саня знал, но не препятствовал её демонстрациям кусочков тела, происходившим время от времени, поскольку у него самого при виде этого в брючине обычно наливался его боец и томился в сладостном ожидании. Но в этот раз жена превзошла себя столь откровенным нарядом, явно переборщив. Однако, указать жене на перебор в показе прелестей он не решился, опасаясь этим огорчить Татьяну, настроившуюся на большее. Его тревожило, нет, скорее вызывал невольное ревностное внутреннее бурчание вид супруги, но контролируемое, и Саня молчал. Он ещё цеплялся за прежнее, привычно деликатное отношение к его жене со стороны его же друзей и не знал того, как ему себя вести в теперешней ситуации.

То, как был одет сам муж, можно охарактеризовать несколькими словами: темно-серый костюм, галстук, туфли корочки.

Анатолий с Машей жили тоже, на первом этаже той же сталинки, только в соседнем подъезде, поэтому Саша с Таней поспешили в гости, едва услышали Машин голос, донёсшийся через окно во двор:

— Саш! Тань! Идите уже! Все собрались!

Жена посмотрела на него влюблённым взглядом и улыбнулась.

— Что ты такой напряжённый! Расслабься! Всё будет хорошо! Я сделаю всё так, как тебе надо!

Она тут же поцеловала мужа, не дав ему ничего сказать, чтобы случайным словом не разрушилась её решимость совершить задуманное.

Квартира, хоть и была улучшенная, но даже просторная гостиная с трудом вместила восемнадцать персон гостей и хозяев. Того, что соберётся так много народу, Таня и Саня не ожидали. Хотя, вполне естественно, что приехали родители Марии, отец Анатолия, со взрослыми дочерью и сыном, и двоюродный брат хозяйки, учащийся в городском университете. Описывать застолье – нет смысла: всё как у людей. Поели – попили, пошутили – попили. Снова поели, но уже с трудом. Пошутили, потанцевали, снова попили, снова потанцевали. Компания давно сложившаяся, новыми в ней были только двое молчаливых парней: младший брат Анатолия и двоюродный Машин брат. Выделялись они только тем, что всем остальным было тридцать – тридцать два, а ребятам – двадцать пять и двадцать семь. Но водка или коньяк, тут уж мне не ведомо, вскоре снивелировали разницу в возрасте и ликвидировали зажатость парней. Илья и Тимофей очень скоро нашли общий язык с нашими закоренелыми холостяками – Витей и Юрой. Остальные гости были парные, непарными только эта четвёрка. Наряд Татьяны женскую половину несколько напряг, но все промолчали, видимо уже зная о её проблеме с мужем. Мужчины, приободренные видом просвечивающих через блузку прелестей Татьяны, много и охотно танцевали с ней, часто откровенно берясь ладонями за её продолговатые груди через блузку, или залезая ладонью под запАх юбки. Татьяна не скрывала своё тело от этих рук. Её это лапанье приятно волновало, поддерживало во всём теле восхитительную истому, делая в мыслях всё более смелой. Но вот кто-то объявил перекур. Таня сказала Маше, что взмокла от танцев и пойдёт примет душ и переоденется.

Сашка, вслед за женой и Юркой с Володей, направился домой. Вскоре их догнал, уже возле самой квартиры, и Витька.

Таня прошла в кабинет, а позади себя Саня услышал Витюнин смех, обращённый к Вовке:

— Меня Светка притормозила, и попросила напомнить тебе, что яйца оторвёт, если заметит, что ты снова с Танюшкой был, так что, я думаю, тебе стоит до вечера потерпеть.

Ну и хорошо, что - так. Двое – не трое, ей не так страшно будет шагнуть в групповуху – с некоторым облегчением подумал Саня.

Татьяна разделась и сидела на краю дивана. Хоть и выпила она для смелости, а тело покрывали мелкие мурашки. Затвердели камушками соски.

Володя быстро приготовил камеру.

— Так, Саня, неси бритву и остальное. Вы, двое, снимайте с себя всё ниже пояса – в кадре будете с самого начала.

Пока мужа не было, Татьяна с чисто женским любопытством посмотрела на причиндалы друзей. У Юры, как она и ожидала, член был не большого роста, но толще чем у любого из остальных, а вот у Вити оказался длинномер. Не такой внушительный, как на видео у её брата, но длиннее, чем у каждого другого из присутствующих.

Едва Саня принёс поднос с набором для бритья и поставил его на письменный стол, как Володя продолжил инструктаж:

— Как только я скажу «снимаю», Ты, Саня, вносишь поднос, ставишь его на стол. Таня откидывается на спину и разводит пошире ноги. Витя, ты садишься на диван полулёжа и берёшься за Танину ногу в сгибе колена. Задираешь её пошире и отводишь в сторону. Саш, ты с другой стороны делаешь то же самое со второй ногой Татьяны – так у неё всё само раскроется и камера снимет крупный план. Как только отведёшь ногу – склонишься и будешь ласкать, целовать жене шею, лицо. Ноги так и дЕржите – брить легче будет. Всё, приготовились.

Таня находилась в таком взволнованном состоянии, что не осознала в озвученном плане изменения того, что бритвой орудовать будет явно не муж.

Саня вернулся к порогу с подносом. «Снимаю!». Все участники сделали предписанное им. Танины ноги задрались повыше и были разведены в стороны. От столь откровенной демонстрации в ней возник сладкий стыд. Губы и до того налившиеся желанием, легко приоткрылись. Таня чувствовала то, как она продолжает раскрываться, даже тонкие лепестки вульвы разошлись, открыто демонстрируя вход в лоно. Муж начал нежно целоваться с Таней, отвлекая, и вдруг, она вздрогнула, ощутив помазок на своём лобке. Она прервала поцелуй и недоумённо посмотрела на мужа, и тот, чтобы не казаться идиотом, откликнулся словами:

— Пусть Юрка потренируется, ему - полезно. Ты не против?

— Нет, просто, неожиданно – решив не перечить решению мужа, ответила шёпотом она, и вновь, уже сама, возобновила поцелуй под приятную ласку помазка, задевавшего твердеющий гребешок между губами.

То, что её трогают пальцы чужого мужчины, то, что он разглядывает её в упор, сильно возбуждало, и она прикрыла глаза, сосредоточившись на своих ощущениях. Муж мелкими, неторопливыми поцелуями покрывал всю шею до плеча, лицо. Он был рядом, и Таню его присутствие в качестве наблюдателя возбуждало всё сильнее. Она приоткрыла глаза, и шумно, тяжело дыша, зашептала:

— Сашка! Я до вечера с ума сойду! Так хочется!

В ответ муж лишь нежно поцеловал её в уголок рта. Дело спорилось, и довольно скоро Таня предстала перед мужчинами с уже гладко выбритыми губами, которые подёргивались в страстном желании. Сама она сдавленно стонала, изнемогая от желания мужского члена, и её уже не так сильно заботило чьего, поэтому, когда Юрка начал водить стволом члена по расщелине, поглаживая головкой клитор, Таня окончательно сдалась своему желанию и жарко прошептала мужу:

— Милый, я больше не могу, я хочу.

Саня хрипловато ответил:

— Я люблю тебя, не переживай, отпусти себя - я тебя не разлюблю.

Он перенёс свой рот на сосок и начал нежно потягивать его губами. Витя, увидев то, как ласкает жену муж, стал делать то же самое и со вторым соском. Таня благостно застонала, и, положив ладони на их головы, начала ласкать, ероша волосы. Она больше не была в состоянии думать и что-то анализировать. Сознание было поглощено лишь сладостными ощущениями. Таня пугливо ахнула, когда Юрка приткнулся к входу массивной головкой и сразу же начал потихоньку впихиваться. Она и теперь не думала, а только чувствовала необычно толстое в ней, проникающее всё глубже и в легком испуге от непривычности ощущения, она часто заахала, а когда Юркин толстяк вошёл целиком, по её животу прошли судороги и она тихонечко, жалобно заскулила. Юрка, довольный собой приступил к движениям, постепенно ускоряясь и вскоре Таня вновь завыла и, вся напружинившись, достигла второй концовки, обмякнув. Юрик следом за ней заохал и застонал, освобождаясь от семени. Он явно не ожидал того, что настолько сильно перевозбудится и толком не успеет насладиться процессом. Понимая, что времени мало, он вытянул обмякшую плоть под полный разочарования стон партнёрши. Но Витя, ожидавший своей очереди, тут же вскочил и друзья поменялись местами.

Витя пристроил головку своего «шланга» и, после друга, легко заскользил вглубь. Он достиг того места, где стенки сужались, хотя и не было это концом тоннеля. Витя начал осторожно вдавливать свой член глубже. Короткими толчками, от каждого из которых Таня пугливо ахала, вздрагивая, а он проникал всё глубже и глубже. Таня была поражена размером партнёра, он казался ей бесконечно длинным, словно в ней сокрыто уже пол метра твёрдого мужского тела. Когда Витя потянул свой член назад, до оставления внутри одной головки, заострённой формы, Таня даже глаза открыла и посмотрела на того, что там влезает в неё так глубоко. Ощущения нового погружения уже не пугали, они ей понравились. В какой-то момент она осознала, что откровенно наслаждается столь крупной мужской плотью и успокоенная, вновь отдалась ощущениям. Такого восторга она прежде никогда не знала. Чтобы не отстреляться раньше времени, как друг, Витя, в очередной раз погрузившись до самого лобка, замер. Таня отдышалась и способность мыслить вернулась к ней. Она тут же испытала неловкость за то, что так откровенно наслаждается тем, что мужу пока недоступно, и она потянулась к Сане с утешительным поцелуем.

— Милый, я люблю тебя!

Они целовались и голова жены сотрясалась от мощных точков в неё члена друга мужа. А после она вновь завыла от удовольствия. Ноги её дёргались в неосознанном стремлении сдвинуть бёдра, но у Юры и мужа хватало сил удерживать их широко разведёнными. Витя старался и старался, но кончить никак не мог: отвлекали мысли о том, что всё это слишком затянулось и их отсутствие в доме Анатолия могут не понять. Все немного нервничали, думая об этом каждый сам по себе. Флёр эротического дурмана развеялся и удовольствие оказалось смазанным. Но, что делать! Очередной Таниной разрядки они с Витей достигли одновременно.

Съёмочной группе повезло – все курильщики, разговорившись с соседями, только теперь начали гасить сигареты и неспешно заходить в подъезд дома. Вовка, увидев это в окно, доснял момент того, как Витя покидает Таню, акцентируясь на виде расширенного входа в Танино лоно, в котором появился первый из сгустков семени, покидающих его и начал срочно сворачиваться. Парни торопливо оделись и выскочили на улицу, чтобы зайти в дом вместе с последними из курильщиков, торопливо затягиваясь на ходу своими сигаретами. Супруги остались наедине. Тишина давила. Наваждение сексуального угара в обоих испарилось.

Оба чувствовали необходимость поговорить, и то, что времени на это у них нет.

— Тань, ты как? – шёпотом спросил муж.

— Нормально.

— Я видел, я рад, что тебе было хорошо и особенно рад тому, что я своими глазами видел то, что ты не притворялась ради меня, и тебе действительно было хорошо.

— Милый, я люблю только тебя! – у Тани сжалось сердце от радости за реакцию мужа на вынужденный разврат и радости за их сохранённую любовь.

Зазвенел телефон.

— Эй, вы где там!

— Уже выходим! – отозвался Саня, другой рукой помогая жене подняться с постели.

— Саш, я платье поскромнее надену, а то танцоры все сиськи измяли! Ты иди, я подойду!

Муж ушёл обратно, к друзьям, а Таня сбегала в туалет, заскочила в ванную и в ураганном темпе оделась в другую одежду, уже не пренебрегая трусиками и колготками.