Незаметно для него я повернулся на бок. Сквозь ресницы я видел всё. Видел, как он наклоняется к моей жене. Видел, как его губы находят её губы. Она спала и, возможно, видела приятные, светлые сны – дети, общий дом, большая семья, уют и безопасность. Пока в это время её тело облизывало и ласкало это чудовище в наколках, пахнущее перегаром. Он просто пользовался её доступностью, её беспомощностью. Она даже не шевелилась, только тихо посапывала, когда он целовал её шею, спускаясь ниже, к ключицам.

Я смотрел и не верил своим глазам. Мышцы свело судорогой, но я не мог пошевелиться. Андрюха привстал на колени, и я увидел его член. Он был огромным. В полумраке комнаты он казался каким-то чужеродным предметом, оружием. Толстый, вздувшийся, с массивной головкой. Он сплюнул на ладонь, смачивая эту головку, и я слышал этот влажный, отвратительный звук. Затем он снова лёг на неё, но в этот раз его таз был приподнят. Он медленно опустил его.

Я понимал, что в это время в мою Лену входит его толстая головка. Он издал протяжный, сдавленный стон наслаждения. Ну конечно. За столько лет - впервые его член в таком узком, влажном, теплом пространстве. Рай, открывшийся после адской тюремной суши.

Его движения были медленными, осторожными. Он словно привыкал, смаковал. Потом они начали набирать оборот. Становилось всё быстрее, ритмичнее. Кровать мерно заскрипела. Он трахал её. Мою Леночку. Она была пьяна. Я лежал рядом и не мог ничего сделать. Рядом со мной этот бугай методично, с животной страстью вгонял в неё свой член. Без спроса, без ухаживаний, без намёка на нежность. Тупо напоил и трахнул как просто тело. Как вещь.

Я смотрел, как он долбит её всё сильнее и сильнее. Его яйца шлёпали по её ягодицам. Кровать ходила ходуном. Лена не просыпалась. В какой-то момент он резко прижался к ней, сжав свои ягодицы он вошёл максимально глубоко, почти выгнув её тело дугой. Он замер, кончая. В это самое время густая, горячая сперма заполняла её изнутри.

Стало тихо. Слышно было только его тяжелое дыхание и тиканье часов на стене. Андрюха отстранился, встал с кровати. Его член, ещё влажный, обмяк и болтался между ног. Он надел трусы, не глядя в мою сторону, подхватил остальные вещи и вышел из комнаты, бесшумно прикрыв за собой дверь.

Я выждал время. Минуту, две, пять. Пока не услышал, как щёлкнул замок в двери его комнаты. Тогда я привстал на руке и посмотрел на Лену. Она лежала на спине, раскинув руки. Вся мокрая, липкая от пота, которым её покрыл Андрей. Её ноги были широко раздвинуты, влагалище припухло и слегка расширено, и из него медленно вытекала белая полоска спермы, оставляя мокрое пятно на простыне.

Меня замутило. Я встал, пошатываясь, подошёл к комоду, достал влажные салфетки. Начал вытирать её. Аккуратно, бережно, чувствуя себя последним ничтожеством. Я чувствовал свою вину. Огромную, всепоглощающую вину. Я хотел, чтобы утром она проснулась и не догадалась о том, что здесь происходило. Чтобы утро было чистым и невинным.

Когда я вытирал её влагалище, я заметил, какое оно теперь большое. Неужто у него настолько толстый член, что он так растянул её? Я засунул палец внутрь. Потом два. Там было ещё очень свободно, горячо и скользко от смеси его спермы и её естественной влаги. Я замер. Посмотрел на её мертвецки пьяное, безмятежное лицо. И вдруг меня накрыло какое-то дикое, извращённое чувство. Не знаю, что это было. Желание стереть его след? Унизиться ещё больше? Доказать себе, что я тоже мужчина? Я снял трусы и сам занял место Андрюхи.

За счёт его спермы мой член проник легко, почти без сопротивления. И там было просторно. Мне было стыдно, но я чувствовал, как возбуждает меня эта теснота, ставшая вдруг свободной. Да и в целом моему члену там было просторно. Я бы сказал даже очень просторно. Слишком. Я двигался быстро, судорожно, не получая обычного удовольствия. От перенесённого ужаса, от унижения, от всего этого кошмара я кончил быстро, разбавив его семя своим. Лена так и лежала, мирно посапывая.

Я снова принялся вытирать её. Теперь уже тщательнее. Потом надел на неё нижнее белье и укрыл одеялом. Сам лёг на свою половину кровати, спиной к ней.

Только я закрыл глаза, как меня унесло в сон. Тот самый, старый кошмар. Тюрьма. Я стою на коленях в углу камеры. Передо мной стоит Рыжий, расстёгивает ширинку, и оттуда появляется толстый, вонючий член. Он смеётся, водит им по моим губам, по щекам, дразнится. "На, Маша, попробуй, сладкий", - шипит он. А я не могу пошевелиться.

Я проснулся от собственного крика. Рвано, хрипло, как от удушья. Вскочил на кровати, тяжело дыша. Было утро. Солнце пробивалось сквозь неплотно задёрнутые шторы. Голова гудела, во рту был неприятный привкус. Лена спала рядом, мирно свернувшись калачиком. Успокоившись, я откинулся на подушку и снова провалился в сон. На этот раз без сновидений.

Проснулись мы поздно. Ближе к обеду. Лена, как и я, сидела на кровати, держась за голову.

— Ох, Дима, - простонала она. - Мы так давно не пили. Голова раскалывается.

Я промычал что-то в ответ. В голове был туман, обрывки фраз, действий. Но отчётливо я помнил ночь. Помнил, как Андрюха трахал Лену, и как я потом тоже воспользовался ею. Воспользовался, как последний трус. Этот стыд жег меня изнутри сильнее похмелья.

Из кухни доносились звуки, звон посуды, шипение сковородки. Лена, пошатываясь, поплелась в туалет. Я встал, натянул спортивные штаны и, стараясь ступать бесшумно, подошёл к двери кухни.

Андрюха сидел за столом и с аппетитом уплетал яичницу с беконом. Выглядел он бодрым, свежим и весёлым. Ещё бы. Вчера такой праздник в его честь закатили, а вишенкой для него стала моя жена. Он чувствовал себя здесь хозяином жизни. В голове, кроме боли, было угрызение совести. Оно было токсичным, едким, погружало меня в вязкое болото самоуничтожения. Я стоял и смотрел на этого урода с большим членом и не знал, что ему сказать.

Он поднял голову и, увидев меня, широко улыбнулся.

— Здорова, малой! - прогудел он. - Похмелишься?

— Не... - мой голос сел. - Думаю, это не лучший способ.

— Да брось ты! - он махнул рукой. - Самый что ни на есть проверенный. Вековой опыт. Боль как рукой снимет. Вон, яиц поешь, и норм будет. Садись.

— Ну давай, - сдался я.

Было ясно, сегодняшний день в любом случае потерян. Я сел напротив, и он плеснул мне в рюмку мутноватой жидкости из графина. Я молча выпил и принялся за еду. И правда, через несколько минут стало легче. Боль отступила, туман в голове рассеялся, и мысли стали живее, даже веселее.

Вошла Лена. Такая же помятая, как и я, с мокрым полотенцем на шее.

— Ой, мужчины, - простонала она. - Наливайте и мне.

Андрюха тут же налил ей вина. Она выпила и тоже через несколько минут заметно оживилась. Сидела уже весёлая, улыбалась, болтала. Было ясно, что она ничего не заметила. Это было хорошо. Но вместе с облегчением пришла и новая волна стыда. Она не знает, что этой ночью её тело использовали двое мужиков, пока она спала. И один из них - её муж, который должен был её защищать.

Голова снова начала работать над тем, как бы быстрее спровадить Андрюху.

— Ну что, - начал я, пока не накидались окончательно. - Может, выгуляем тебя сегодня? Как я вчера предлагал.

— Да нее, малой, - отмахнулся он, дожёвывая яичницу. - Мне и так хорошо. Всё есть.

— Ну ты так и будешь в квартире сидеть? - наседал я. - Ты же вышел из тюрьмы! Свободу получил! А снова в четырёх стенах, даже не вылазишь.

— А куда вы собрались? - спросила Лена, отвлекаясь от своей тарелки.

— Да так, прогуляться, - ответил я, стараясь, чтобы голос звучал непринуждённо.

Андрюха задумался. Отложил вилку.

— А ты прав, - сказал он медленно. - Я об этом не подумал. Привык, видать, к клетке. Может, и вправду надо прогуляться, воздухом московским подышать, на людей посмотреть.

— Ну вот и отлично! - обрадовался я. - Я в туалет, умоюсь, и можем ехать.

Я вышел из-за стола, чувствуя себя почти счастливым. Если удастся увести его из дома на целый день, у Лены будет время прийти в себя, а у меня - шанс где-нибудь по пути решить вопрос с желаниями.

Я задержался в ванной. Умылся холодной водой, почистил зубы, привёл себя в порядок. Минут пятнадцать, наверное, прошло. Вышел тихо в коридор. На кухне было подозрительно тихо.

Я медленно, стараясь не скрипеть половицами, подошёл к двери и заглянул.

Увиденное пригвоздило меня к месту.

Лена и Андрюха стояли у окна. Точнее, Андрюха стоял, прижав её к подоконнику, и целовал. Он жадно, грубо всасывался в её губы, его ручища лежала у неё на затылке, не давая отстраниться. А Лена не сопротивлялась. Она стояла, замерев, с закрытыми глазами, и позволяла ему это делать. Её руки висели вдоль тела, безвольные, как плети.

Я стоял, не в силах пошевелиться. Кровь застучала в висках. Сколько это длилось? Секунду? Вечность? Потом я взял себя в руки. Медленно, на цыпочках, отступил назад, к двери туалета, и с силой хлопнул ею, изображая, что только что вышел. Напевая что-то себе под нос, я снова пошёл на кухню.

Когда я вошёл, они уже были порознь. Лена стояла у плиты, спиной ко мне, переставляла сковородку. Руки её слегка дрожали. Андрюха сидел за столом, как ни в чём не бывало, и только широкая, довольная улыбка играла на его лице.

— Ну что, малой? - спросил он, подмигивая мне. - Погнали, покажи мне все злачные места этого города.

Лена обернулась и посмотрела на меня. В её взгляде я не увидел укора или вызова. В нём было что-то другое. Растерянность. И... извинение. Как будто она просила прощения за то, что я только что видел.

Я не мог понять, что произошло. Как Лена в трезвом состоянии решилась на этот поцелуй? А может, это не она решилась. Может, это он. Он с силой взял её, как вчера ночью, не спрашивая разрешения, а она побоялась поднимать шум. Мало ли что у этого уголовника в голове?

Сделав такой вывод, я успокоился. Решил, что главное - увести его. Вызвал такси, и мы поехали на Красную площадь. Решил начать с основного, а там дальше видно будет.

Андрюха, на удивление, вёл себя хорошо. Как ребёнок. Ему всё нравилось. Он фотографировался на фоне памятников, у Исторического музея, возле театров. Мы пошли в большой зоопарк, что стало для него настоящим открытием. Наверное, если бы я его там оставил, он мог бы провести там и месяц. Уж очень ему не хотелось уходить. Он с восторгом разглядывал тигров, обезьян, слонов. Глаза горели живым, неподдельным интересом.

Ближе к позднему вечеру, когда стемнело, мы поехали в стриптиз-клуб. Я думал, вот где ему точно понравится. Но Андрюха сидел за столиком, пил виски и совершенно спокойно, без всякого интереса смотрел на извивающихся у шеста девушек. На животных в зоопарке он смотрел куда более живым взглядом.

— Малой, - сказал он, поморщившись, когда очередная танцовщица закончила номер. - Шляпа какая-то. Скучно. Я устал, погнали домой.

— Может, в массажный салон? - предложил я, не теряя надежды. - Ну, понимаешь...

— Дрочильню, что ли? - усмехнулся он.

— Ну... да.

— Не, - он решительно покачал головой. - Я правда устал. Поехали домой. Лена там ждёт тебя. Давай дома посидим.

У меня снова ничего не вышло.

Мы заехали в магазин, снова взяли алкоголь, колбасы, копчёности. Пока ехали в такси, я пытался аккуратно разузнать про его дальнейшие планы, про мои желания. Предлагал варианты, машину в аренду, чтобы он мог работать в такси, помочь снять квартиру, найти нормальную работу. Но мои разговоры его только раздражали.

— Малой, ну заканчивай, - отмахивался он, глядя в окно. - Я только вышел, понимаешь? Только! А ты мне про работу, про желания. Всё есть у меня. Нормально отдыхаем, не грузи.

Меня злило, что он такой скользкий. Не даёт ни одной зацепки, ни одной догадки. Что у него на уме? Сколько он ещё здесь просидит? Я злился и молчал всю оставшуюся дорогу.

Дома Лена, уже зная о нашем приходе, хлопотала на кухне. Из вчерашних остатков она соорудила новый стол. Запахло жареным мясом, свежими овощами. Я смотрел, как она расставляет тарелки, как улыбается Андрюхе, и чувствовал, что мы снова идём по вчерашнему сценарию. Сценарию, который кончился тем, чем кончился. На душе стало тоскливо.

И вдруг зазвонил телефон.

— Димон! - заорал в трубку голос Серёги. - Борька в ДТП попал! Блатной какой-то на него наехал, по понятиям пытается вопрос решить, вызвал кого-то. Борька переживает, что один не вывезет. Нас всех собирает! Давай быстрее!

Я быстро уточнил адрес, где-то на юго-востоке Москвы, начал лихорадочно собираться. Лена и Андрюха встревоженно смотрели на меня. Я в попыхах, натягивая куртку, рассказал, в чём дело.

— Стоят там, на перекрёстке, Борька в газели заблокировался, а этот амбал вокруг ходит, газель пинает, Борьку вызывает.

Я уже был в дверях, когда меня остановил тяжёлый голос Андрюхи:

— Погоди, малой. - Он встал из-за стола, одёрнул футболку. - Вместе поедем.

— Ты чего? - удивился я. - Сиди, отдыхай.

— Не, - он подошёл ко мне вплотную. - Неправильно как-то мне отсиживаться, когда у тебя проблемы. Я с тобой.

Я не ожидал такого. Думал, съезжу, быстро решу вопрос с помощью денег или просто заберу Борьку, пока этот бугай не натворил дел. А тут он сам предложил помощь. В голове мелькнула мысль, пока он будет со мной, он не будет с Леной. И я согласился.

Мы ехали на такси в жуткой пробке, которую, судя по сообщениям в чате, создал именно этот амбал на крузаке, перегородив полдороги. Водитель нервничал, мы нервничали. В какой-то момент стало ясно, что быстрее пешком. Мы расплатились и вышли.

На перекрёстке стояла знакомая синяя «Газель» Борьки. В ней, запершись изнутри, сидел перепуганный он сам. Сзади в неё почти вписалась мордой огромная белая «Тойота Ленд Крузер». Повреждения у «Газели» были пустяковые, царапина на бампере. А вот у джипа был смят капот и разбита фара. По всем правилам водитель крузака был не прав - он врезался сзади. Но это, видимо, его не волновало.

Вокруг машины ходил здоровенный мужик в дорогой куртке. Он пинал колесо «Газели», колотил кулаком по борту и орал, требуя, чтобы Борька вышел. Борька сидел, вжав голову в плечи.

Мы спокойно подошли. Я обратился к мужику, объяснил, что я владелец. Он развернулся ко мне, и я увидел его красное, злое лицо. От него разило перегаром и луком. Он подскочил ко мне вплотную, почти касаясь грудью, и начал орать прямо в лицо. Кричал, что мы, быдло, дорог не знаем, что он таких, как мы, сотнями давил, что он сейчас позвонит, и нас всех положат на асфальт. Он использовал тюремные фразочки, запугивал, обещал посадить на перо и прежде опустить.

Я молча слушал, надеясь, что он выговорится и успокоится. Но его было не остановить. А когда он сказал про то, что он нас опустит, Андрюха шагнул вперёд.

Короткий, почти незаметный правый боковой и здоровяк рухнул на асфальт, как подкошенный. Андрюха не остановился. Он наклонился и добавил ещё пару раз, методично, без злости, просто добивая. Я даже увидел, как на серый асфальт упал чей-то зуб.

Потом Андрюха схватил его за шиворот, рывком поднял и припёр к капоту его же крузака. Дальше пошёл другой разговор. Тихий, спокойный, но от этого ещё более страшный. Я не слышал слов, но видел, как меняется лицо того мужика. Из красного и злого оно становилось бледным и испуганным. Он понял, кто перед ним стоит. Понял, что наговорил лишнего.

Я подошёл к Борьке, постучал в стекло, показал жестом, чтобы выходил. Он вышел, трясущийся, бледный.

— Диман, я не виноват, он сам...

— Всё нормально, Борь, - перебил я. - Уезжай отсюда.

В это время Андрюха подозвал меня:

— Малой, подойди! Продиктуй ему номер, скажи, сколько за ремонт.

Я продиктовал номер своей карты и, на бум, назвал цифру, пятьдесят тысяч. Мужик, не глядя на меня, застучал по телефону. Через несколько секунд пришло уведомление. Мы отцепили машины. Повреждения на «Газели» оказались и правда царапиной. Борька сразу уехал, даже не попрощавшись.

А нас с Андрюхой новый знакомый вдруг пригласил к себе. Сел в свой разбитый крузак, завёл и жестом показал, чтобы мы садились.

Мы поехали. Всю дорогу он извинялся:

— Ещё раз простите, мужики, - бормотал он, косясь на Андрюху в зеркало заднего вида. - Попутал я совсем. Не подумал, что передо мной уважаемые люди. Спьяну, сдуру. Но косяк свой исправлю. Обиды не держите.

Мы приехали в большой банный комплекс на окраине. Как я понял, мужик был то ли хозяином, то ли совладельцем. Нас встретили как вип-персон. Провели в отдельную баню, накрыли стол в просторной комнате отдыха. Выпили мы прилично. Хозяин, которого звали Руслан, всё пытался загладить вину, рассказывал о своём бизнесе, предлагал приезжать в любое время бесплатно. Андрюха был в ударе, шутил, рассказывал какие-то старые истории, я почти не пил, только пригубливал.

Уже глубокой ночью, хорошо приняв на грудь, мы собрались домой. Руслан заказал нам такси, ещё раз сто извинился, и мы уехали. Андрюха сидел рядом, откинувшись на сиденье. Он был хорошо выпивший.

Дома было тихо и темно. Лена спала. На кухне стол был аккуратно накрыт скатертью, видимо, она ждала, но не дождалась. Я заглянул в комнату, убедился, что она спит, и тихо, стараясь не шуметь, разделся и лёг рядом. Второй день пьянства закончился.

Я лежал на боку, смотрел на спящую Лену при свете уличных фонарей, пробивающемся сквозь шторы. Вспоминал вчерашний вечер, сегодняшнюю ночь. И вдруг, когда я уже начал проваливаться в сон, дверь в комнату бесшумно открылась.

Андрюха зашёл. Голый с возбужденным членом.

Я замер, притворившись спящим. Сердце заколотилось где-то в горле. Сквозь ресницы я видел его фигуру в дверном проёме, подсвеченную сзади тусклым светом из коридора. Его член стоял. Толстый, длинный, он тяжело болтался между ног, когда он делал шаг.

Он подошёл к кровати. К стороне Лены.

Она лежала на спине, раскинув руки, безмятежно дыша во сне. Андрюха встал над ней. Его член качнулся и замер прямо у её лица. Он взял его рукой, надавил, направляя, и опустил тугую головку точно на её губы.

Медленно, с наслаждением, он начал водить членом по её губам, размазывая влагу, оставляя мокрые, блестящие следы на её щеках, на подбородке. Я отчётливо видел его член. Огромную, мясистую головку, которую правильнее назвать залупа. Толстую, с притупленным концом и задранной боковой юбкой крайней плоти. Эта головка проминала её губы, тёрлась о зубы моей спящей жены, раздвигала их.

Лена во сне что-то пробормотала, шевельнула губами, словно пробуя на вкус то, что к ним прикоснулось. Андрюха замер, прислушиваясь к её дыханию, и продолжил. Медленно, ритмично, он водил головкой по её рту, то касаясь губ, то слегка проталкивая внутрь, заставляя её смыкать губы на своей плоти. Я смотрел на это, и меня парализовало. Я лежал рядом и смотрел, как он использует мою жену, как вещь, как надувную куклу.

(от автора)

Спасибо большое за оценки. Скорее выкладываю третью главу.

Написал ещё 4 и 5 главу, их вы можете прочесть, на странице https://boosty.to/repertuar

Если вам нравится как развивается сюжет поставьте оценку, я постараюсь скорее опубликовать следующую часть. Всем, кто поддерживает меня огромное спасибо, для меня это очень важно.