Ученый-биолог и девушка из эскорта. Две вселенные, два одиночества. Она предлагает ему сделку: уничтожить свою «правильность» ради шанса быть настоящим. Откровенная драма о власти, подчинении и поиске себя в глазах другого.

Начиная эту реальную историю, стоит сразу рассказать, кто герои. Но при этом подчеркнем, что имена вымышленны и все совпадения случайны...

Андрей (38 лет): Биолог, гранты, конференции, жизнь в лаборатории. У него высокий IQ, но низкий эмоциональный интеллект. Он одинок, хотя вокруг коллеги и студентки. Ему скучно в "нормальных" отношениях, они кажутся ему пресными уравнениями.

Кира (24 года): Элитный эскорт. Не глупая кукла, а хищница. Она учится на психолога (заочно) и использует мужчин как материал для диплома и кошелек. Она видит людей насквозь.

Андрей снял номер в "Хайятте". Не потому что хотел роскоши, а потому что ему нужна была стерильность. Его собственная квартира была завалена научными журналами и коробками из-под пиццы — не лучшее место для первой встречи с женщиной за два года.

Он нервничал. Поправлял очки, проверял, есть ли наличные в конверте (как было указано в анкете: "Конфиденциальность. Кэш").

Он выбрал её, потому что на фото она не улыбалась. У неё был холодный, почти мертвый взгляд фарфоровой куклы. В анкете было написано: "Кира. Без табу. Выезд".

В 21:00 раздался стук.

Андрей открыл.

Кира была выше, чем он ожидал (каблуки). В бежевом тренче, с маленькой сумочкой. От неё пахло дождем и дорогим, тяжелым парфюмом, который сразу заполнил номер, вытесняя запах кондиционера.

— Андрей? — она не улыбнулась. Просто оценила его взглядом: рубашка застегнута на все пуговицы, руки сцеплены в замок, взгляд бегает.

— Да... проходите.

Она прошла. Не разуваясь (в номере был ковролин), прошла к креслу у окна. Села. Закинула ногу на ногу. Тренч распахнулся, открыв короткое черное платье и чулки.

Андрей остался стоять у двери.

— Вам... налить чего-нибудь? Вино? Вода?

— Виски, — сказала она, глядя в окно на огни Москвы. — Чистый.

Андрей метнулся к мини-бару. Руки дрожали. Бутылочка звякнула о стакан.

Он поднес ей напиток.

— Спасибо, — она взяла стакан, но не пила. Повернулась к нему. — Сядь.

Андрей хотел сесть в кресло напротив.

— Нет. Не туда. На пуфик.

Пуфик был низким. Если он сядет туда, его лицо окажется на уровне её колен.

Андрей заколебался. Это было... нарушение субординации. Он клиент. Он платит.

— Андрей, — в её голосе появились нотки скуки. — Ты хочешь потрахаться по-быстрому и разбежаться? Или ты хочешь отдохнуть?

— Отдохнуть...

— Тогда сядь на пуфик. У тебя вид человека, который не спал неделю. Тебе вредно напрягаться.

Логика была странной, но убедительной. Он сел.

Теперь он смотрел на неё снизу вверх. На острый носок её лакированной туфли, который покачивался в сантиметре от его брюк.

— Рассказывай, — сказала она, сделав глоток. — Кто ты?

— Я... ученый. Биолог. Занимаюсь редактированием генома.

— Редактируешь Бога? — она усмехнулась. — А себя отредактировать не пробовал?

— В смысле?

— Ты зажат. У тебя плечи каменные. И ты смотришь на мои туфли так, будто хочешь их съесть.

Андрей покраснел. Он действительно смотрел. Лаковая кожа гипнотизировала.

— Я... просто смотрю.

— Не ври. Я работаю в эскорте три года. Я вижу мужчин, Андрей. Ты не хочешь секса. Ты хочешь, чтобы тебя избавили от необходимости быть умным.

Она поставила стакан на столик.

— Деньги принес?

— Да. В конверте. На столе.

— Принеси.

Андрей встал, взял конверт, протянул ей.

Она не взяла.

— Положи мне на колени.

Андрей положил белый конверт на её черные чулки.

Кира медленно открыла его. Пересчитала купюры. Тщательно, не стесняясь.

— Здесь ровно за два часа. Стандарт.

Она посмотрела на него.

— А теперь, Андрей, мы проведем эксперимент. Ты же любишь эксперименты?

— Смотря какие...

— Социальные. Представь, что эти деньги — это не оплата за секс. Это плата за то, что я разрешу тебе... поухаживать за мной.

— Поухаживать?

— Да. Сними с меня туфли. У меня ноги устали.

Андрей замер. Снять туфли проститутке? За 50 тысяч рублей?

Но Кира смотрела на него так, словно это было единственно верным решением. Спокойно. Властно.

Андрей опустился на колени (он уже сидел на пуфике, ему просто нужно было сползти ниже).

Он взял её щиколотку. Тонкую, в шелковистом нейлоне.

— Аккуратно, — предупредила она.

Он снял одну туфлю. Потом вторую.

— Поставь их ровно. Рядом.

Он поставил.

Кира пошевелила пальцами в чулках.

— А теперь — массаж. Ты умеешь делать массаж?

— Нет...

— Плохо. Ученый должен уметь работать руками. Пробуй.

Андрей коснулся её ступней. Они были теплыми. Он начал неумело разминать их.

Кира откинулась в кресле и закрыла глаза.

— Сильнее. Не бойся сломать. Я не пробирка.

Андрей нажал сильнее. Он чувствовал странное головокружение. Он, доктор наук, сидит на полу в отеле и мнет ноги девчонке, которая годится ему в студентки. И платит за это деньги.

Это было абсурдно. И... невероятно приятно.

Вдруг Кира открыла глаза.

— Андрей.

— Да?

— А ты знаешь, что у тебя ширинка напряглась?

Андрей дернулся, убрал руки.

— Извини...

— За что? Это реакция. Ты возбудился. От чего? От моих ног? Или от того, что ты сидишь на полу?

— Я не знаю...

— Я знаю. Тебе нравится быть внизу. Тебе нравится служить.

Она наклонилась к нему. Взяла его за подбородок.

— Знаешь, стандартный секс — это скучно. Я могу лечь, раздвинуть ноги, ты попотеешь пять минут и уйдешь. И завтра забудешь.

Она провела пальцем по его губам.

— А я предлагаю тебе другое. Я предлагаю тебе стать моей... лабораторной мышью. На эти два часа.

— Что ты будешь делать?

— Я буду исследовать твои границы. Хочешь?

Андрей посмотрел в её холодные, красивые глаза. Он всю жизнь искал ответы. И сейчас перед ним была загадка, которую он хотел разгадать.

— Хочу.

— Тогда раздевайся. Полностью. И сложи одежду аккуратно. В стопку.

— Прямо здесь?

— Да. Я хочу видеть, насколько ты готов отказаться от своего статуса. Без костюма ты не ученый. Ты просто мясо.

Андрей встал. Начал расстегивать пуговицы. Рубашка, брюки.

Он складывал вещи на кровать. Аккуратно, как она просила.

Он остался голым. Неловким, бледным, с эрекцией, которую некуда было деть.

Кира сидела в кресле, одетая, в чулках, и пила виски.

— Подойди ко мне.

Он подошел.

— На колени.

Он опустился.

— Руки за спину.

Он убрал руки.

Кира поставила свою ногу (в чулке) ему на плечо. Потом сдвинула к груди. И, наконец, уперлась пяткой ему в горло. Слегка.

— Чувствуешь пульс? — спросила она.

— Да... — прохрипел он.

— Я тоже чувствую. Ты жив, Андрей. Впервые за долгое время ты жив.

Она надавила сильнее.

— А теперь... попроси.

— О чем?

— Попроси меня использовать тебя. Не как мужчину. А как вещь. Скажи: "Кира, сделай со мной что хочешь".

Андрей смотрел на неё снизу вверх.

— Кира... сделай со мной что хочешь.

Кира улыбнулась. Впервые за вечер. Улыбка была хищной.

— Хорошо. Иди в ванную. Принеси мое полотенце. В зубах.

Андрей пополз в ванную.

Он понимал, что это безумие. Но его научный интерес сменился животным инстинктом. Он нашел своего вожака.

И он нес полотенце, чувствуя вкус махровой ткани, и был счастлив.

Андрей принес полотенце в зубах. Он полз по ковролину отеля, чувствуя себя глупо и одновременно — невероятно возбужденно. Его колени горели.

Кира сидела в той же позе. Она взяла полотенце.

— Молодец. А теперь вытри мне туфли.

— Полотенцем?

— Да. Отельным. Они всё равно стирают.

Андрей начал вытирать лаковые лодочки белым полотенцем.

— Андрей, — сказала Кира задумчиво. — Я учусь на психолога. Пишу диплом о девиантном поведении. Ты — идеальный кейс.

— Я девиант?

— Ты — скрытый мазохист. Ты подавлял это годами. Наука, дисциплина... А внутри — хаос.

Она достала из сумочки... губную помаду. Ярко-красную.

— Подойди. Лицом.

Андрей подполз.

Кира начала рисовать у него на лбу.

— Что ты пишешь?

— Инвентарный номер. "Объект №1".

Она нарисовала единицу.

— Теперь ты пронумерован.

Она встала. Прошлась по номеру.

— Мне скучно, Андрей. Просто командовать тобой — это банально. Мне нужен... драйв.

Она посмотрела на балкон. Номер был на 15 этаже. Балкон выходил на соседнюю башню офисного центра.

— Иди на балкон.

— Голым?

— Да. Там темно. Но в офисах напротив, пусть и так далеко, еще горит свет. Кто-то работает. Менеджеры, секретарши.

— Они могут увидеть!

— Могут. В этом смысл. Иди. Встань у перил. И сделай вид, что куришь.

— У меня нет сигареты...

— Возьми мою. Держи изящно. Как дама.

Андрей вышел на балкон. Холодный ветер ударил в голое тело. Огни города слепили. Напротив, метрах в ста пятидесяти, светились окна офисов. Он вдалеке видел силуэты людей.

Он встал у перил. Голый, с "№1" на лбу, с розовым вейпом в руке.

Кира стояла в комнате, за стеклом.

— Повернись к ним задом! — крикнула она через стекло. — Покажи им свой "интеллект"!

Андрей повернулся. Нагнулся, опираясь локтями на окно. Выставил задницу городу.

Это было безумие. Маловероятно, но кто-то мог увидеть. Снять. Выложить в сеть. "Известный биолог сходит с ума".

Но страх разоблачения действовал как наркотик. Его член, который до этого падал от холода, снова налился кровью.

Кира постучала в стекло.

— Заходи. Хватит с них.

Андрей вернулся. Его трясло.

— Ну как?

— Страшно...

— И сладко?

— Да.

— Ты больной, Андрей. И мне это нравится.