Возвращение в город было обманчиво спокойным. Первые недели Алиса действительно цвела: она купила дерзкое белье, и я не раз ловил на ней жадные взгляды прохожих, когда она шла по улице в тонкой майке на голое тело, выставляя напоказ свои твердые соски, чего раньше не бывало в принципе. Но быт - беспощадная штука. Работа, школа ребенка, бесконечные домашние дела постепенно затянули её обратно в кокон «приличной матери и жены».

— Это было безумие, милый. Командировочный угар, - отрезала она однажды, когда я попытался заговорить о встрече с ребятами. - Яжмать, у меня есть обязательства. Давай оставим это в том отеле. Тем более мой гормональный сбой не проходит до сих пор, то и дело сиськи брызгают молоком, устала уже от этого.

Она демонстративно удалила архив с телефона, сменила косметолога и заблокировала Аню в соцсетях. Но Алиса недооценила Аню. Для той это была не просто интрижка, а охота, которую она не собиралась прекращать, да и я то же хотел продолжения...

Пока Алиса думала, что всё закончилось, а я втайне готовил «сюрприз». Повод нашелся идеальный: ребенок уехал в спортивный лагерь на две недели. Аня разработала план, в котором задействовала своих подруг - тех, кому Алиса доверяла.

Вечерняя тренировка по стрейчингу подходила к концу. Марина, тренер Алисы - гибкая, жилистая блондинка с холодным взглядом -задержала её в зале. - Алиса, задержись на пять-десять минут, - бросила она, поправляя коврик. - У тебя правая сторона зажата, на шпагат не сядешь. Давай дотянем.

Ничего не подозревающая Алиса послушно легла на пол. В это время Настя, подруга Марины и администратор клуба, бесшумно закрыла массивную дверь зала на ключ и выключила общий свет, оставив лишь розовую неоновую подсветку по периметру.

Когда Алиса, распаренная и уставшая, зашла в пустую душевую, она надеялась на расслабление. Блаженно зажмурившись под тугими струями горячей воды, услышала резкий щелчок дверного замка на входе в душевую зону, её сердце пропустило удар. Она обернулась, смахивая воду с лица, и застыла. Марина и Настя, уже полностью обнаженные, стояли в проходе, отрезая путь к раздевалкам.

— Ну что, «порядочная мамка», заждалась? - Марина, поигрывая прорисованными бицепсами, медленно двинулась к ней.

Алиса инстинктивно прикрыла грудь и лобок руками. - Девочки, что вы... я уже ухожу, меня муж ждет... - её голос дрогнул. Она попыталась проскользнуть мимо Марины, но та резким, отработанным движением перехватила её запястье и с силой впечатала Алису спиной в мокрый кафель. - Никуда ты не уйдешь, сучка, — Марина наклонилась к самому её уху, обжигая дыханием. - Посмотри на это тело. Оно же так и просит секса. Настя, глянь, как у нашей идеальной леди соски торчат. Она уже течет, просто боится признаться. - Я все время ловлю то ее взгляд на своей или твоей попке то смотрю как под футболкой торчат ее сосочки! Она нас точно хочет!! Громко смеялась Настя.

Алиса рванулась. В ней проснулся инстинкт самосохранения, она попыталась вырваться, её скользкое от мыла тело почти выскользнуло из захвата, но Настя мгновенно подсекла её, повалив на колени прямо в грязную мыльную пену. Алиса ударилась коленями о плитку, из глаз брызнули слезы. Она попыталась закричать, но Марина накрыла её рот своей жесткой ладонью.

— Тихо, тише... - шептала тренерша. - В этом крыле никого нет. Твой крик только добавит нам азарта. Ты же хотела быть «оторванной»? Сегодня мы вытрясем из тебя всю твою «материнскую» дурь по полной!

Они грубо вытащили её, сопротивляющуюся и рыдающую, в центральный зал. Алиса упиралась ногами, её ногти скребли по ламинату, оставляя белые полосы, но две тренированные хищницы были намного сильнее.

В комнате охраны стоял тяжелый, кислый запах пота и дешевого кофе. Мы с Андреем и Аней сидели в на стульях, а за нашими спинами, словно приклеенные к полу, застыли дежурные охранники - Степан и Игорь. Полумрак операторской освещался лишь мертвенно-синим мерцанием десятка мониторов, на которых в разных ракурсах транслировалось только комната где была Алиса.

На центральном мониторе №4 Алиса, распластанная в глубоком шпагате, содрогалась от движений пальцев Марины. Её сорванный, хриплый рык из динамиков заполнял тесную каморку, заставляя воздух вибрировать.

— Ты посмотри на эту «мамку», Игорь, - прохрипел Степан, почти касаясь носом экрана. — Глянь, как у неё там всё раздуло. Она же как порно-актриса из тех жестких немецких фильмов про «наказание». Только у тех всё по сценарию, а у этой... Глянь, как у неё кожа на бедрах покраснела. Это же от того, что её там просто в мясо растерают, а она только жопу подставляет.

Игорь шумно сглотнул, его взгляд лихорадочно метался между экранами. - Да какие там актрисы, Степа... Те - силиконовые куклы. А у этой тело живое, и знакомое, мы же ее с тобой три раза в неделю видим. Ты посмотри на её дырку, когда она прогибается в этом мостике. Она же такая... огромная. И от этого смотреть, как её сейчас пользуют, в сто раз круче. Если бы мне её на одну смену отдали, я бы её первым делом к турнику привязал, чтобы ноги до пола не доставали, и посмотрел бы, как долго она продержится, пока я её в обе дырки «проверять» буду.

Аня лениво прихлебнула вино из пластикового стакана, обернувшись к охранникам с циничной улыбкой: - Нравится, мальчики? Видите, как ломается её «приличие»? Она ненавидит себя за это удовольствие, но остановиться уже не может.

— Да она и так сейчас на четвереньках, - продолжал Игорь, не слушая Аню. - Глянь, глянь! Марина ей сейчас два пальца в ажопу, а два в вагину... а она только шире ноги разводит. Рабочая телка... Кто бы мог подумать, что наша «миссис приличие» которая мило улыбается и здоровается тихим голоском - такая бездонная яма. Смотри, Степа, смотри! У неё соски текут!!

На мониторе было отчетливо видно грудь Алисы. Под мощными, выкручивающими движениями рук Марины и Насти молоко вырывалось из сосков прерывистыми, тугими каплями. Одна из струй ударила прямо фонтанчиком, создавая эффект «белой пены», сквозь которую было видно искаженное экстазом лицо Алисы.

— Она же просто племенная кобыла, - Степан почти дышал на экран, его кулаки были сжаты до белизны суставов. - Глянь, как она давится этим молоком, когда Настя его ей в рот заливает. Она не человек, Игорь. Она - тренажер. И я бы этот тренажер использовал до самого износа. Сначала бы в рот ей дал, чтобы она захлебнулась, а потом бы в ажопу вошел так, чтобы она своего имени не вспомнила.

— Посмотрите на её взгляд, - прошептал Игорь, указывая на монитор №2. - Она же прямо в камеру смотрит. Она знает, Степа! Она знает, что мы тут сидим и дрочим на неё. Она это специально делает - эти прогибы, эти стоны... Она хочет, чтобы мы видели её!. Чтобы мы знали: любая её приличность - это просто ширма для этой шлюхи, которая сейчас на экране рычит от восторга.

Мы с Андреем переглянулись. Зрелище было законченным. Алиса была полностью раздета не только физически, но и морально - под взглядами посторонних мужчин, которые в эту минуту мысленно разрывали её на части.

На главном экране мы увидели, как Алиса внезапно дернулась. Марина на секунду ослабила хватку, и Алиса, собрав остатки сил, рванулась к выходу из зала. Она пробежала всего пару метров, её мокрые ступни шлепали по полу, оставляя влажные следы. Она выглядела жалко — нагая, со спутанными волосами, с белыми каплями молока на животе.

Но Настя была быстрее. Она перехватила Алису у самой двери, грубо схватив за горло и прижав к зеркальной стене. - Куда ты собралась, принцесса? — голос Насти из динамиков звучал как скрежет металла. - Твой муж здесь, твои друзья здесь. Все смотрят на тебя. Ты же не хочешь их разочаровать?

Настя с силой ударила Алису по лобку раскрытой ладонью. Звук шлепка был таким сочным, что охранники в операторской синхронно вздрогнули. Она повторила это 3 раза так что лобок порозовел, а Алиса сползла по стеклу, её голос сорвался на рыдания, переходящие в хриплый, надрывный сип. - Пожалуйста... не надо... — лепетала она, но её тело выдавало её: она терлась спиной о холодное зеркало, непроизвольно раздвигая ноги. Но Настя крепко схватила ее за клитор.

Марина подошла к ней, держа в руках тяжелый валик для йоги. Она заставила Алису лечь на него поясницей, выгнув её тело в неестественный, мучительный мостик. — Ты слишком много болтаешь, - Марина засунула Алисе в рот два пальца, заставляя ту замолчать. - Давай, доись для своих зрителей.

В комнате охраны воцарилась тишина. На экране Марина и Настя начали ритмично и жестко массировать грудь Алисы. - О боже... - выдохнул Игорь. — Смотрите!

Из сосков Алисы под давлением рук Марины ударили мощные струи молока. Они летели прямо на зеркало. Алиса на экране стонала, а Алиса в реальности выла, её рык становился всё более утробным, животным. Она начала давиться слюной и молоком, которое Настя втирала ей в губы.

— Вы видите это? - Степан вцепился в спинку стула так, что костяшки побелели. — Она же сейчас просто захлебнется своим собственным возбуждением. Её соски... они же как вишни, багровые. - Она не захлебнется, - холодно ответил Андрей, наблюдая за тем, как Марина начинает вводить Алисе вибратор в анус прямо на глазах у охранников. - Смотрите, как она начала выгибаться навстречу игрушке. Она уже не плачет. Она хочет.

На всех экранах зала одновременно включился момент, где Алиса в отеле кончает от двойного проникновения. Звук стонов заполнил фитнес-центр, отражаясь от стен. Алиса, лежащая на валике, начала имитировать эти движения. Её пальцы впились в маты, она начала сама себя ласкать, не обращая внимания на Марину и Настю.

Она смотрела прямо в камеру - туда, где сидели мы и охранники. Её взгляд был безумным, затуманенным, в нем читалось полное, окончательное падение. - Она знает, что мы смотрим, - прошептал я. - Она кончает специально для нас.

В этот момент Алиса на экране зашлась в сокрушительном оргазме. Её тело на мониторе забилось в конвульсиях, молоко фонтанировало, заливая всё вокруг. Охранники в операторской закурили, не в силах отвести глаз от этой картины. Они были раздавлены этим зрелищем, их воображение рисовало им тысячи картин того, что они могли бы сделать с этой женщиной, если бы им позволили выйти из этой темной комнаты.

— Ну что, парни, - Андрей встал, поправляя ремень. - Насмотрелись? Теперь мы пойдем вниз и закончим то, что начали девочки. А вы оставайтесь здесь. Смотрите в оба - такое шоу бывает раз в жизни.

Мы вышли из операторской, оставив охранников в душном полумраке. Вслед нам доносился лишь звук их тяжелого, прерывистого дыхания и хриплый, животный рык Алисы, льющийся из динамиков.

Двери зала распахнулись с тяжелым гулом, и мы с Андреем и Аней вошли внутрь. Запах пота, разогретой резины и парного молока здесь был настолько плотным, что его, казалось, можно было потрогать руками. Алиса даже не вздрогнула - она была слишком глубоко в своем персональном аду, который к этому моменту окончательно стал её раем.

Она находилась в самом центре зала, под перекрестным огнем неоновых ламп и экранов. Марина и Настя установили на мате массивный черный вибратор - толщиной с мужское предплечье и длиной почти в локоть. Алиса, полностью нагая, покрытая липким слоем пота и белыми разводами молока, медленно опускалась на него жопой.

Её тело дрожало от запредельного напряжения. Она сидела на корточках, широко раздвинув колени, лобок был красного цвета, а ее половые губы были широко раздвинуты а сама она и сантиметр за сантиметром принимала в себя этот черный снаряд. Её анус был растянут до предела, кожа вокруг него побелела от натяжения.

Алиса больше не кричала. Из её горла вырывался низкий, вибрирующий рык, похожий на звук работающего мотора или рычание крупной хищной кошки. Это был звук сломленной воли, которая в момент своего разрушения обрела истинную свободу.

Мы смотрели на то, как плоть Алисы буквально поглощает огромный девайс. - Она же... она же сейчас лопнет, - сказала Анька. - Вы посмотрите, как у неё живот выпирает изнутри, когда эта штука входит. - Она не лопнет, - ответила, улыбаясь Марина, не отрывая взгляда. - Она создана для этого. Посмотри на её лицо. Она же в трансе. Засунуть себе такое в жопу мало кто может, а ей он практически влетает! Мне в магазине сказали, что это просто декорация, а вот ей я смотрю размерчик под дырку подошел! Алиса закинула голову назад. Её глаза были закрыты, но веки мелко подергивались. Каждый раз, когда она опускалась на пару сантиметров ниже, из её груди, которую Марина продолжала ритмично сжимать, вырывались тонкие белые струи, орошая пол и её собственные бедра.

Мы подошли вплотную. Аня остановилась перед Алисой, глядя на неё сверху вниз с ледяным торжеством. - Ну что, соска? Как тебе твой новый «муж»? — Аня легонько подтолкнула её рукой, заставляя сесть на вибратор практически до самого основания.

Алиса издала звук, от которого у нас у всех по коже пробежал мороз. Это был рык, полный боли и дикого, животного экстаза. Её тело выгнулось, соски стали багровыми, а молоко буквально фонтанировало под пальцами Марины.

— Теперь наша очередь, - Андрей встал позади неё, бесцеремонно отодвигая Марину. Он схватил Алису за плечи, фиксируя её на этом огромном снаряде, а я опустил джинсы перед ее лицом. Алиса открыла глаза - затуманенные, безумные, лишенные последних признаков «приличной женщины». Она сама потянулась ко мне, её рот был широко открыт, язык судорожно облизывал пересохшие губы.

— Соси, - скомандовал я. — Соси так, чтобы охранники там, за стеклом, поняли, для чего ты здесь. Я стал держать ее голову за затылок и толчками двигать свой член глубже и глубже, как будто держал ее раком.

— Теперь она знает, что такое трах в рот! Засмеялась Анька.

Алиса вцепилась в мои бедра. Она работала ртом с яростью утопающего, заглатывая меня до самых гланд, давясь, хрипя и продолжая рычать в такт движениям Андрея, который начал ритмично вколачивать её в этот черный постамент.

На всех экранах вокруг нас крутилось видео из отеля. Прошлая Алиса — испуганная и стыдливая - смотрела на нынешнюю Алису - грязную, залитую молоком и спермой, рычащую от удовольствия на огромнейшем фаллосе. И в этот момент обе реальности окончательно слились в одну. Она была нашей. Вся. Навсегда

Финальный акт в зеркальном зале превратился в первобытное торжество плоти. Гул от работающих на полную мощность кондиционеров не справлялся с жаром, который исходил от шести сплетенных тел. Алиса, насаженная на массивный черный снаряд, была центром этой живой воронки.

Андрей, стоя позади неё, накрыл её тело своим, его руки впились в её бедра, помогая ей совершать эти мучительные и экстазные движения на вибраторе. Каждый толчок заставлял Алису издавать утробный, низкий рык, который вибрировал в её груди и передавался мне, когда я входил ей в рот резко до основания, как мне казалось почти касаясь внутри вибратор.

Я чувствовал, как её челюсти сводит судорогой, как она давится, но продолжает работать языком с неистовством, граничащим с безумием. Я почему-то подумал что на мониторах в комнате охраны Степан и Игорь видели это в мельчайших деталях: как растягивается кожа её ануса, как её живот ходит ходуном от внутреннего давления, как белые капли молока, смешанные с её потом, застилают объектив ближайшей камеры.

— Смотрите на её глаза! - прохрипел Степан в операторской. - Она уже не здесь. Она в другом мире.

Марина и Настя не оставались в стороне. Марина, став на колени рядом с Алисой, продолжала свою профессиональную «дойку», выдавливая последние порции молока прямо на сцепленные тела Андрея и Алисы. Настя же, прижавшись к спине Андрея, ласкала его, одновременно вставляя пальцы в рот Алисе всякий раз, когда та на секунду отрывалась от меня, чтобы глотать воздух.

Аня подошла к этому клубку тел и, схватив Алису за волосы, заставила её выпрямиться, не снимая с вибратора. - Посмотри на монитор, сучка! - крикнула Аня, указывая на экран, где Алиса в отеле плакала от первого двойного проникновения. - Видишь ту слабачку? Её больше нет. Есть только ты - наша общая игрушка.

Алиса взглянула на экран, и в этот момент её рык сменился торжествующим воем. Она сама начала вбивать себя в черный снаряд с удвоенной силой. Она больше не была жертвой - она стала активным участником своего разрушения.

— Сейчас! - скомандовала Аня.

Андрей резко выдернул Алису с вибратора, и вошел в нее сам, одним сокрушительным движением заполнив её вагину. Я же, не давая ей опомниться, вогнал свой ствол ей в рот до самого упора. Алиса оказалась зажата между нами. Марина и Настя вцепились в её грудь, выкручивая соски и направляя последние струи молока нам на животы.

Это был взрыв. Алиса зашлась в оргазме такой силы, что её мышцы сковало судорогой. Она рычала, захлебываясь слюной, молоком и нашими соками. Мы с Андреем кончали одновременно, заполняя её до краев. Горячие потоки семени заливали её горло; она глотала судорожно, её кадык дергался, принимая в себя всё наше естество. Андрей заполнял её изнутри, и Алиса чувствовала, как эта двойная волна тепла растекается по её телу, вымывая последние остатки «приличия». Она упала в лужу собственных соков, её рот был полуоткрыт, а взгляд устремлен в потолок, где в зеркалах множилось её торжество.

— Это было... — Игорь не нашел слов, просто вытирая лицо ладонью.

Мы в зале стояли над ней, тяжело дыша. Марина и Настя смотрели на Алису взглядом, полного профессионального удовлетворения.

— Ну что, - Аня присела рядом с Алисой, проводя пальцем по её перепачканной щеке. - Теперь ты понимаешь, что удалять видео было бесполезно? Ты можешь сменить косметолога, можешь заблокировать нас в телефоне... но ты никогда не заблокируешь это внутри себя.

Алиса лежала и тряслась всем телом и слабо улыбнулась. Её голос вернулся, но это был уже другой голос - тихий, хриплый и абсолютно спокойный. - Я и не буду... - прошептала она, облизывая губы. - Больше не буду.

Она встала, пошатываясь, и, не пытаясь прикрыться, направилась к зеркалу. Она смотрела на себя - грязную, использованную, залитую соками - и впервые в жизни ей по-настоящему нравилось то, что она видит.

Алиса одевалась медленно, каждое движение было для нее болезненным. Она не стала смывать с себя всё - лишь слегка ополоснулась, сохранив на коже тонкий, едва уловимый запах нашего общего безумия. Когда она натягивала свое строгое платье, оно казалось ей чужим, словно карнавальный костюм, под которым скрывалась её истинная суть.

Марина и Настя прощались с ней как с равной. - Ждем на следующей неделе, Алиса, - Марина подмигнула ей, поправляя воротник куртки. - У нас еще много неиспользованных снарядов в дальнем зале. - Обязательно, - хрипло ответила Алиса. Её голос так и не восстановился, оставшись низким и вибрирующим.

Когда мы проходили мимо комнаты охраны, я на секунду заглянул внутрь. Степан и Игорь всё еще сидели там. Мониторы были выключены, но парни застыли в той же позе, в которой мы их оставили. Они смотрели в пустоту. Это зрелище выжгло в их сознании клеймо, которое они не смогут стереть годами. Они видели «святую» женщину в момент её полного растворения в похоти, и теперь любая другая реальность будет казаться им пресной.

Жизнь дома изменилась навсегда. Больше не было криков «я же мать» или попыток спрятаться за бытом. Напротив, быт стал лишь декорацией. Теперь, когда Алиса готовила ужин, она часто делала это, не надевая нижнего белья.

Её «молочный дар» стал нашей общей гордостью. Она больше не стеснялась его - она научилась управлять им, превратив это в изысканную игру.

Однажды вечером, когда мы снова собрались все вместе, Алиса подошла к зеркалу в нашей спальне. Она посмотрела на свое отражение - уверенная, сияющая женщина с глубоким, порочным взглядом. - Знаете, что самое забавное? - спросила она, расстегивая молнию на платье. - Я думала, что те два дня в отеле были пиком. А оказалось, что это была просто разминка перед настоящей жизнью.

Она встала на колени в центре комнаты, привычно и легко, и посмотрела на нас снизу вверх открыв рот и достав язык...руки приподняли грудь держа за соски... В её глазах больше не было страха или стыда. Только бесконечная, темная жажда быть объектом вожделения.

История её превращения была окончена. Началась история нашей жизни.