Professor Peterson Amy рассказ Amy, достаточно интересный рассказ мне понравился, вот перевожу для вас... Про отношения преподавателя и студентки... Вспоминается студенческая пора, когда такие же мысли в голову лезли...

Введение:

После моего долгого перерыва в Австралии я возвращаюсь к настоящим историям моих бывших студенток. История Эми довольно длинная — она растянулась больше чем на полтора года в реальном времени, — поэтому я разбиваю её на две части. Не обязательно, но будет полезно сначала прочитать первую часть.

На кампусе, полном красивых молодых девушек, Эми выделялась. У неё почти идеальная фигура: маленькая грудь, тонкая талия и потрясающая попка. Но главное, что бросалось в глаза, — это её лицо. Она могла бы спокойно позировать для портрета царицы Нефертити на стене египетского храма. У неё смешанное происхождение: отец — немец, мать — сингапурка. Эта комбинация двух этносов подарила Эми невероятно красивое лицо. Высокие азиатские скулы, кожа не совсем белая, пронзительные голубые немецкие глаза.

Но Эми была больше, чем просто привлекательной или красивой. Лицо у неё действительно прекрасное, но в ней было что-то ещё — что-то тлеющее, глубоко чувственное, выходящее далеко за пределы обычной красоты. Не знаю, получится ли объяснить, но попробую. На моём университетском кампусе полно красивых женщин. Высокие, невысокие, с пышной грудью — любых можно вообразить. И любую из них любой назовёт красивой. Но у Эми было нечто дополнительное, что, по-моему, замечали только мужчины. Может, она выделяла какие-то сверхмощные феромоны, но когда ты видел Эми, ты не просто думал: «Вау, она невероятно красивая». Большинство мужчин, включая меня, сразу же думали: «Вау, я хочу её трахнуть. Прямо здесь и прямо сейчас. И похоже, она была бы только рада». Это тот самый взгляд, который бывает у самых сексуальных моделей Victoria’s Secret.

Эми невозможно не заметить на кампусе — чрезвычайно эффектная девушка. Хотя, впрочем, можно и не заметить ее, но потому что вокруг всегда толпились парни, все наперебой пытались завоевать внимание своей принцессы. Красивые женщины часто ненавидят такое обилие внимания, но только не Эми. Она словно расцветала от него. Виртуозно отшивала ухажёров, не раня их чувства. Все — даже девушки, которые завидовали тому, сколько внимания она получает от парней, — описывали Эми как «самого милого человека на свете». У неё идеально сочетались потрясающая внешность и тёплая, открытая, располагающая к себе личность.

По крайней мере, так мне рассказывали. Хотя я и видел её на кампусе, но на моих занятиях она появилась только в первом семестре третьего курса. В типичном для Эми стиле она всегда сидела в окружении парней, но при этом умудрялась их игнорировать и внимательно слушать лекцию. У меня не было никаких особых ожиданий насчёт её успеваемости, но после первых двух-трёх работ стало ясно, что я имею дело с очень умной девушкой.

Тогда я ещё не знал, есть ли у Эми парень, но это и не имело значения — такой девушке наверняка хватало выбора среди мужчин на кампусе. В курсе была тема брака и гендерных властных отношений, поэтому обсуждение сексуальных вопросов на приёмных часах было вполне обычным. Но разговоры почти всегда касались материала курса, а не личной жизни. Тем не менее я не слишком удивился, когда Эми начала затрагивать и свою сексуальную жизнь — пусть и вскользь.

— Профессор, мне очень интересно про эти теории, как люди находят свою пару. Социологи говорят, всё дело в социальном классе и кто в обществе выше того и выбирают. Экономисты — что всё сводится к издержкам поиска: стоит ли бросать этого парня, зависит от того, перевешивают ли шансы найти кого-то лучше чем затраты на дальнейшие поиски. Вы какой теории придерживаетесь? Ведь в будущем может измениться всё — работа, образование, случайности, судьба… Как понять, делаешь ли ты апгрейд? И где вообще во всём этом любовь?

Я сдержал смех. Девушка была хороша. Решил начать ответ с лёгкой шутки, чтобы разрядить обстановку.

— Ну Эми, если по-экономистски — тебя ждёт вечный поиск! Ты всегда можешь найти кого-то получше, и искать долго не придётся — твои издержки минимальные. Просто глянь на очередь у твоей двери.

Эми слегка покраснела и опустила взгляд в колени.

— Спасибо, профессор. Это очень мило с вашей стороны. Жаль только, в жизни всё не так просто.

—Ой, Эми, прости, я просто хотел пошутить и заодно комплимент сделать. Шутка не зашла, извини. При таком выборе у тебя личная жизнь превращается в кошмар.

— Парни преследуют меня везде! Я не могу зайти в туалет, чтобы при выходе меня не ждали четыре-пять человек. Я стараюсь быть милой со всеми, и, кажется, у меня получается.

Я вставил:

— Эми, насколько я слышал, на всём кампусе никто не сказал о тебе ни одного плохого слова.

Эми снова покраснела.

— Спасибо, профессор. Я стараюсь. Но эти теории заставили меня задуматься о своей собственной жизни. Давайте честно: на этом этапе все студенты примерно одинаковые. У кого-то перспективы получше, у кого-то похуже, но кто знает, реализуются ли они. Невозможно предсказать. Мой отец едва закончил университет в Германии и вообще не имел никаких перспектив. Ему пришлось уехать в Сингапур, чтобы найти жену. Немецкие девушки не хотели иметь с ним ничего общего. А теперь он возглавляет азиатское направление крупной немецкой производственной компании. Никто бы не подумал такого, когда он был студентом.

— Эми, зная, какой ты человек — даже по тому немногому, что я о тебе знаю, — я думаю, очевидно, что твой отец сделал правильный выбор спутницы жизни.

— Спасибо ещё раз, профессор. Вы сегодня прямо осыпаете меня комплиментами.

— Нет, это не лесть, если это правда. Я не сказал ничего, что не соответствовало бы действительности. Но давай вернёмся к твоим мыслям об этих теориях. — Я понимал, что рискую зайти слишком далеко в личные темы с девушкой-студенткой, а сейчас это может дорого обойтись.

— Хорошо. Чисто гипотетически. Разве эта теория не говорит, что женщинам — студенткам — стоит выбирать мужчин постарше? У них уже всё устоялось, есть карьера, гораздо меньше неопределённости в том, что ты получаешь. Конечно, это полностью убирает любовь из уравнения. Например, профессор, вы холосты, у вас уже всё устоялось, так что как у мужчины постарше у вас гораздо более предсказуемые перспективы, чем у любых мальчишек здесь. Кто знает, что из них получится?

Я прикусил язык и не сказал, как был бы счастлив, если бы Эми встречалась с мужчиной постарше — например, со мной.

— Во-первых, не думай, что это неправда. Из этого получилась бы отличная курсовая. Сравни возраст первых мужей у выпускниц колледжа и у тех, кто закончил только школу. Во-вторых, разве твоё наблюдение о большей определённости перспектив партнёра не объясняет, почему женщины сейчас выходят замуж позже, чем раньше?

— О, это имеет смысл! — воскликнула Эми, и над её красивой головкой словно зажглась лампочка. — Поняла. Но я всё равно хочу встречаться с мужчинами постарше.

Её внезапное заявление застало меня врасплох — это казалось совсем не в русле разговора.

— Не понимаю, что плохого в молодых мужчинах, Эми. Кроме, конечно, их неопределённых перспектив.

Эми тяжело вздохнула, словно сбрасывала тяжёлую ношу.

— Дело не только в этом, профессор. Вы же знаете этих студентов-парней. Им плевать, умная я, глупая, добрая, злая, богатая, бедная. Им нужно только одно — трах—, ой, простите, им нужно только… ой, опять простите, им нужно только…

— Заниматься любовью? Трахаться? Тереться друг об друга? — Я улыбнулся, глядя, как Эми краснеет всё сильнее. — Я давно на этой работе, Эми, слово «трахаться» меня уже не шокирует. Но спасибо, что стараешься!

— Ладно, — сказала она с лёгким вызовом, — каждый из тех парней, которые весь день ко мне подкатывают, хочет только одного — трахнуть меня, а потом хвастаться перед друзьями и разнести по всему кампусу. Так было с моими первыми двумя «парнями» здесь, поэтому я больше никогда не буду встречаться со студентами!

— Радуйся, Эми, что у тебя столько вариантов, ты можешь выбирать из лучших. Ты поймёшь, когда найдёшь своего. Обязательно появится кто-то, кто будет уважать тебя и любить такой, какая ты есть. Может, он не здесь, в колледже. Может, это будет мужчина постарше. — Я сделал паузу и улыбнулся. Не удержался: — И если выберешь путь мужчины постарше, помни — я свободен!

Эми подняла на меня взгляд, рот приоткрылся, лицо в шоке. Потом она расслабилась, поняв, что я шучу. Почти.

— Простите, профессор, но именно об этом я и говорю. Мы долго разговариваем, вы относитесь ко мне серьёзно, с уважением, и мне это очень нравится. Думаю, я была бы гораздо счастливее, если бы встречалась с кем-то вроде вас.

Последнюю фразу она произнесла так, что ясно было: имеется в виду «кто-то вроде вас», а не конкретно я. Ну что ж.

Это превратилось в нашу не особо смешную внутреннюю шутку. Я встречал её в коридоре и кричал:

— Эй, Эми, я сегодня свободен!

Она отвечала:

— А я нет.

Или она спрашивала:

— Профессор, вы заняты на выходных?

— Конечно! Всегда для тебя!

А она:

— Мечтайте дальше.

Мы смеялись. Честно говоря, мне это не казалось смешным, даже немного грустно становилось.

За остаток семестра поведение Эми по отношению ко мне немного изменилось. Она стала отшивать свою свиту и садиться на первый ряд (парни боялись сесть впереди). Или, может, мои лекции просто завораживают. Эми стала носить блузки с более глубоким вырезом, но из-за небольшой груди это не было особо впечатляюще. Зато ходить без лифчика и с постоянно торчащими через ткань твёрдыми сосками — это было очень интересно. Многие девушки ходят без белья, показывая соски или глубокое декольте. Но обычно это для всеобщего обозрения. Показ Эми вряд ли имел ко мне отношение.

Я не знаю, была ли у неё такая привычка раньше, но когда она пересела на первый ряд, я заметил, что под юбками она не носит трусиков. Она показывала достаточно, чтобы я увидел, что киска полностью выбрита. Опять же, это, скорее всего, не имело ко мне отношения, но я не мог не заметить, что когда я смотрел в её сторону, ноги раздвигались чуть шире.

Однажды на экзамене студенты работали, а я сидел за преподавательским столом впереди. Эми сидела в первом ряду. Я замечтался, не следил за собой и поймал себя на том, что уставился на её выбритую киску. Она, видимо, заметила. Прочистила горло, чтобы привлечь внимание. Когда я поднял глаза, она улыбнулась. А потом, глядя обратно в работу, раздвинула ноги шире и сползла ниже на стуле. Теперь это уже не имело никакой другой цели, кроме как дать мне лучший обзор её киски. Конечно, это могло быть просто дразнилкой. После того экзамена мой член в кабинете получил серьёзную обработку собственной рукой.

Эми также записалась ко мне на курс права во втором семестре. Я был рад снова её видеть, и мы продолжали дружески подшучивать, может, уже с меньшим подтекстом. Эми по-прежнему сидела впереди, улыбалась, когда замечала, что я смотрю на её киску, но в остальном оставалась той самой хорошей, почти ангельской Эми, которую все знали.

Вскоре я узнал, что Эми далеко не та хорошая девочка, за которую её принимали. В конце семестра в мае и потом, когда она вернулась осенью, Эми дважды меня удивила. Эти два случая показали тёмную сторону Эми — и она была намного горячее и интереснее, чем её ангельская сторона.

Май

Первый сюрприз случился после итогового экзамена по праву.

В мае на финальном экзамене было жарко, в здании не работало кондиционирование. Я заметил Эми, когда она вошла, потому что на ней был облегающий топ из спандекса и спортивные штаны. Не самое необычное одеяние для конца курса, это сильно отличалось от той сдержанной элегантности, которую обычно демонстрировала Эми.

Экзамен закончился, студенты уходили. Большинство попрощались, пожелали хорошего лета, несколько человек задержались с вопросами по материалу. Когда Эми уходила, она крикнула через аудиторию:

— Профессор, вы свободны?

— На выходные? Ну, думаю, смогу тебя вписать.

— Мечтайте. А если серьёзно, профессор, — сказала она, подходя ближе. — Вы мой научный руководитель по дипломному проекту на следующий год, и мне нужно обсудить некоторые идеи. Вы сейчас свободны на несколько минут? Я завтра уезжаю домой.

— Конечно, — ответил я. Сказал ей подождать у кабинета, я скоро подойду. Когда я впустил Эми, заметил, что она закрыла за собой дверь. Это было немного необычно — я всегда оставляю дверь приоткрытой при встречах со студентами, особенно с девушками. Но Эми была образцом хорошей девочки, поэтому я не придал значения.

Мы немного поговорили о проекте, договорились поддерживать связь летом, и Эми встала уходить. Я пожелал хорошего лета и пошёл обнять её — по-дружески, как часто делают преподаватели. Но вместо того чтобы разжать объятия, Эми повернулась ко мне лицом и крепко поцеловала в губы. Не лёгкий чмок — полноценный, страстный поцелуй с языком, который исследовал мой рот. Я совершенно этого не ожидал, поэтому сначала растерялся. Но растерянность не помешала ответить. Мозг отключился, кровь прилила к члену, но ощущение как разряд током. Мы оба это почувствовали. Поцелуй становился всё интенсивнее, всё более отчаянным. Этот поцелуй создал связь с женщиной, которой у меня давно не было. И никогда такой мощной. Думаю, Эми тоже это почувствовала — она тоже не хотела прерывать объятия. Не знаю, хотела ли она этого специально, но страсть, которую разжёг этот поцелуй, зажгла в нас обоих огонь, который мог закончиться только одним способом.

Мои руки обнимали Эми за голую талию, гладили нежную молодую кожу. Ощущение тонкой талии и подтянутого пресса чуть не заставило меня кончить прямо там. Я с трудом сдерживал желание запустить руку в штаны и потрогать попку. Хотелось провести пальцами по самой красивой ложбинке между ягодицами на планете. Чтобы выпустить желание, я схватил девушку за волоы и сильно потянул.

— О… да… о да, — прошептала Эми сквозь поцелуй. Я оттянул голову назад, обнажив изящную шею. Губы покинули её рот, я начал покрывать шею поцелуями, покусывать, нежно лизать.

Эми резко втянула воздух, когда язык спустился к верхнему краю декольте.

— О Боже, да! Делай так! Это так заводит… — Она схватила меня за волосы и попыталась прижать голову к груди. Тесный спортивный топ не давал добраться до груди, но она толкала ниже, пока губы не сомкнулись вокруг одного маленького каменно-твёрдого соска. Я тянул и сосал его через ткань, оставляя мокрое пятно. То же самое сделал со вторым.

Я до сих пор не понимал, что происходит и почему. Собственно, до сих пор не знаю, как случилось то, что случилось в кабинете в тот день. Конечно, я хотел Эми. Нет ни одного мужчины, который бы не хотел Эми. Но эта девушка, которая могла заполучить любого жеребца на кампусе, буквально лезла на меня. Почему — не знаю, но зачем спрашивать? Дать ей желаемое, пока не передумала.

Ситуация не прояснилась, когда Эми, не прерывая объятий, одной рукой отвязала шнурок на штанах и позволила им упасть. Конечно, трусиков не было. Я скользнул рукой по спине и начал ласкать упругую красивую попку. Раздвинул ягодицы и запустил руку в ложбинку. Эми игриво пошевелила попкой, пока я исследовал её.

Поскольку руки уже были на попке, Эми стряхнула штаны с ног и прыгнула мне на руки, обхватив талию ногами. Сначала я не поверил, что взрослая женщина может так мало весить. Она смотрела прямо в глаза своими фантастическими голубыми глазами, завораживая, как кобра добычу.

Эми сильнее сжала ноги и набросилась на рот дико — кусая губу, целуя жёстко. Тонкие бёдра тёрлись выбритой киской о мою штанину. Я чувствовал жар от горячей киски, соки уже сильно промочили ткань. Поклялся никогда не стирать эти штаны.

Наконец она оторвалась и приковала внимание голубыми глазами в нескольких сантиметрах от моих. Чуть наклонила голову, словно спрашивая, что дальше. Я начал бормотать что-то — смесь протеста, вопроса и бреда. Эми приложила палец к губам.

— Тсс… тихо, — прошептала она. Я послушался. Она кивнула на стол. Прижалась к уху и прошептала:

— Полижи меня.

День становился всё лучше, подумал я. Стол был завален свежими экзаменами и курсовыми. Я отнёс Эми к столу, смахнул бумаги на пол, насколько дотянулся. Положил её поверх оставшейся стопки. Подумал: «Это будет трудно объяснить», но решил, что подумаю позже.

Опустился на колени, Эми обвила шею ногами. Откинулась на локти, чтобы видеть. Выбритая киска уже была очень мокрой и горячей. Никогда так не хотел засунуть лицо в киску. Уткнулся лицом, схватив за попку, чтобы держать у рта. Запах и вкус — божественные. Засунул язык глубоко. Провёл по верхней стенке, пытаясь достать точку G. Не уверен, что попал, но Эми дико задёргала бёдрами, держа лицо в киске за волосы. Потом лизал длинными движениями от основания до верха губ. Она громко стонала, когда язык проходил по клитору. Тёрлась о лицо, пятками притягивая ближе. Когда оргазм нарастал, тянула волосы, держа голову, шепча: «О да! О да! О да!!» Взглянул вверх — лицо Эми было маской интенсивности и решимости, какой я не видел раньше. Втянул клитор в рот, зажал зубами и быстро защёлкал языком. «Оооох… ооох… ООХ… да! Да!» — и она кончила мне в рот.

Держал попку одной рукой, рот на клиторе, пальцем вошёл в текущую киску, ища точку G. Пальцем попал лучше — бёдра закрутились, вскрикнула, когда нашёл. Начал работать над следующим оргазмом. Скоро бёдра снова тёрлись — теперь о палец, натирая точку, держа лицо глубоко в киске. Дыхание участилось, стало поверхностным. Приподнялась на столе, схватила за уши и потянула. Позже сказала, что нужно было за что-то держаться. «Ммм… да… вот так… да…» — и тихий крик, тело напряглось, бёдра тёрлись о лицо, пока не кончила второй раз. Дрожала, пока волны не утихли.

Эми была ошеломлена, ноги подкашивались от множественных оргазмов.

— Я никогда не кончала больше одного раза с мужчиной, — пробормотала она.

— Тогда пожалуйста. Первый был слишком сильным, поэтому второй не получился, или парень даже не пытался?

Эми ухмыльнулась.

— Ты первый, кто попытался. Как ощущения?

Я улыбнулся.

— Слезай со стола и встань, — скомандовал, всё ещё на коленях. Она послушалась. Взял за бёдра, развернул лицом к столу.

— Наклонись.

Эми в тот момент сделала бы почти всё — послеоргазменный туман. Наверное, думала, что сейчас трахну сзади. Но я собирался поставить галочку напротив ещё одной фантазии. Раздвинул ягодицы широко, обнажив тугой анус. Начал облизывать попку. Эми застонала:

— Ммммух… Боже!… Да, о да… вот так… — и подобное. Язык не мог пробить очень тугой сфинктер. Но Эми помогла.

— Давай помогу, — сказала она. Положив голову и грудь на стол — студенты получат самые странные экзамены в истории — раздвинула ягодицы. Я лизал от киски через промежность через анус, задерживаясь на попке, потом вверх по ложбинке. Вернулся к тугому анусу, пытаясь заставить его открыться. Он был плотно сжат — казалось, ограничусь облизыванием.

Разницу сделало то, что Эми хотела того же — язык внутри. Провела руками по ягодицам, пальцы по бокам ануса. Прямо перед лицом вставила указательные пальцы в попку и потянула.

— Умм… сегодня туго. Попробуй теперь.

Пальцы создали овал, куда вошло почти три сантиметра языка. Схватил бёдра, потянул, загоняя язык в сладкую попку.

— Ох!… Ой!… так хорошо, — пробормотала Эми. После зондирования сфинктер расслабился, я держал язык почти полностью внутри без пальцев. Она оттолкнулась ладонями, выгнув спину, давая рычаг насадить попку на язык. Мы поймали ритм: она насаживалась, я толкал пенис глубже в прямую кишку.

Потрясающе!

— Ну надо же, профессор, вы любите лизать попу! Кто бы подумал? — сказала Эми прерывисто между стонами и кряхтением от растяжения. Я слишком наслаждался вкусом этой попки, чтобы отвечать.

Эми убрала руку со стола, начала тянуть и крутить соски. Стоны поднялись на октаву. Кроме языка в попке, засунул палец в киску массировать точку G. Из-за положения точки стало легче доставать, давил сильнее. Большим пальцем массировал клитор. Это перегрузило нервы сенсорно. Эми тёрлась о лицо, насаживая попку на язык, точку G и клитор о руку, играла мокрым пальцем с сосками. Все центры удовольствия в тазу работали одновременно — оргазм мог начаться от любого. Кажется, все взорвались разом. Ноги стали резиновыми, руки дрожали, голова на столе, тело вибрировало.

— Что..! Оооох… дерьмо! Трах! Ой! — Кряхтение сменилось криками. — Святое дерьмо! Святое трах-трах-трах!! — Вытащил язык.

— Ты в порядке?

— Дааа! Даа! Не останавливайся! — хрипло сказала она. Вогнал язык обратно. Конвульсии достигли пика.

— Ух… ух… ууух… трааах… — Выгнула спину, вскрикнула последний раз, оргазм завершился дрожью всего тела. Рухнула на стол, тяжело дыша. Я смотрел на растянутую попку. Когда отдышалась, быстро заговорила.

— Святое дерьмо! К чёрту члены, к чёрту игрушки — вот чего я хочу всегда. Никакой член так не сможет! — Пауза, глубокие вдохи. — Кстати, что ты сделал? Спланировал?

Я громко засмеялся.

— Эми, иметь тебя полуголой, перегнутой через стол с растянутой попкой — последнее, что я ожидал сегодня. Ты сама попросилась после экзамена, помнишь?

Она тоже засмеялась.

— А, экзамен. Забыла. Значит, «отлично» мне обеспечено, да?

— Ты и так получила «отлично», девочка. Ты курс просто разнесла.

— Ладно, — вздохнула она. — Серьёзно, как ты это сделал? Я первый раз так кончила!

— Понятия не имею. Просто случилось. Было невероятно. Мне тоже понравилось!

Я поднялся. Эми, всё ещё перегнувшись, посмотрела через плечо.

— Подожди. Почему у тебя до сих пор штаны на месте? Я в одном топе, а ты будто готов лекцию читать.

— Потому что никто их не снимал.

— Нельзя так, — сказала Эми, сползая на колени. Расстегнула штаны, стянула. Медленно потянула трусы, наблюдая, как член выскользнул.

— Ооо, профессор, тут у вас серьёзное оружие.

Она преувеличила. Чуть выше среднего, ничего выдающегося. Зато энтузиазм. Эми сильно дрочила, проверяя упругость. Другой рукой обхватила яйца, подтягивала кожу. Прижала член к животу, лизнула выбритые яйца, брала кожу зубами, тянула. По очереди брала яйца в рот, делала скользкими. Остановилась.

— Хмм… какая гигиена! Обожаю лизать чисто выбритые член и яйца. Ждал меня?

— Ха! Только в мечтах, Эми, как ты говорила.

— Мечты сбываются, — улыбнулась она. Язык пошёл от основания ствола. Играла с головкой, ласкала мокрые яйца. Нашла каплю спермы на кончике, размазала по головке.

— Закуска на потом, — озорно сказала она.

Язык скользил по стволу, глаза следили за лицом. Смотрела, оценивала реакцию. Добралась до головки, обвела языком, очистила от спермы.

— Ох… люблю амюз-буш!

Учитывая предыдущую стимуляцию, приходилось сдерживаться, чтобы не кончить сразу. Эми держала взгляд, улыбалась, лизая, посасывая, покусывая. Сосала всего минут пять — но это были лучшие пять минут минета в жизни. Не просто минет — оральное искусство.

Эми словно оживилась от члена во рту. Лизала яйца, массировала промежность, становилась всё энтузиастичнее. Самое интересное — держала меня на грани всё время, не давая сорваться.

Шлёпнула член игриво, встала. Обхватила шею, дрочила член, язык в рот. Лёгкий привкус спермы. Отпустила член, забралась на меня, ноги вокруг талии. Подхватил под попку, двигал по члену, смачивая соками. После долгого мокрого поцелуя улыбнулась, приковала голубыми глазами и прошептала:

— Трахни меня. Сейчас.

Приподнялась, рукой направила член в киску. Руки вокруг шеи, смотрела на лицо, пока поднималась-опускалась. Киска горячая, мокрая, тугая юной девы.

— О Иисус трах Христос, Эми!

— Ага, именно, — закрыла глаза, запрокинула голову, наслаждаясь.

Я никогда не трахал стоя так — когда она прыгает, держась только руками и членом. Видел в порно, но те парни накачанные. Никогда не было настолько лёгкой партнёрши. Потрясающе.

Эми медленно ездила, то целуя, то улыбаясь. Ей нравился эффект её тела на меня. Я наслаждался скольжением члена вверх внутри, пока она ездила жёстче. Перераспределила вес — член массировал чувствительное место. Использовала член как игрушку, ставя куда хотела. Нашла — наклонилась, шепнула:

— Жёстче… трахай жёстче.

Подошёл к шкафу, прислонил спиной к ящикам. Теперь мог вгонять сильно, попка билась о металл. Глаза закатились, яйца шлёпали по промежности. Чавкающий звук траха. Смотрела в глаза, тела сталкивались. Попка гремела о шкаф — прохожие точно поняли бы, что происходит. Глядя в глаза, начала говорить грязно.

— Ну что, профессор? Нравится трахать маленькую Эми? Заставишь кончить своим большим членом? Знаешь, это лучшая попка в твоей жизни, да? Кончай пока можешь. Наполнишь киску спермой? Давай, трахай сильно. Я выдержу! Трахай киску как можно жёстче.

Шкаф загремел громче, когда вгонял максимально. Не верилось, что милая Эми говорит такое.

Чертовски горячо.

— Вот так. Давай максимально. Угу, заставь кончить. Трахай как маленькую шлюшку, которая я и есть.

Киска начала сильно сокращаться, сжимая член. Эми запрокинула голову — тело взяло контроль.

— Угу!… Йееееес! Святое трах-дерьмо. — Вскрикнула, тело затряслось в оргазме. — Боже! Чёрт! — прошептала, когда дрожь утихла. Сила оргазма толкнула меня за грань — член выплеснул семя глубоко внутрь.

— Уууу… — прохрипел я, откладывая большую порцию внутрь. Держал у шкафа, чувствуя, как сперма и соки вытекают, стекают по яйцам, капают на пол. Огромный кремпай по ощущениям.

Медленно разжала ноги, поставила ступни, член вышел. Руки вокруг шеи, целовала, пока комки падали на пол. Посмотрели на беспорядок. Эми засмеялась.

— Дай знать, как объяснишь это уборщикам!

— Забудь пол, — засмеялся я, — посмотри на шкаф! Боковина вмятa. Вмятина круглая, по форме твоей попки.

— Скажи им, что это моя попка сделала. Посмотрим, как пройдёт у декана.

Без слов опустилась на колени в лужу, начала чистить член языком. Игриво смотрела вверх, слизывая остатки.

— Для старика ты справился неплохо, — сказала, лизая вялый член. — Старая древесина — лучшие инструменты.

— Смешно. Завтра не пошевелюсь. Ты дала мне тренировку получше Джейн Фонды.

— И веселее.

Помог встать. Когда потянулась за штанами, увидел потоки спермы по бёдрам. Предложил салфетки — отказалась.

— Люблю оставаться липкой. Чувствую себя шлюхой.

Натянула штаны — киска всё капала. Надевала сабо, я спросил:

— Эми, когда просилась в кабинет, планировала меня трахнуть?

Засмеялась громко.

— Ни за что! Думала, может, дам прощальный минет на лето, если подвернётся. Это оказалось намного лучше. Не знаю, как ты это сделал.

— Я тоже. Невероятная девушка.

— Надень штаны, прежде чем я уйду, — улыбнулась, глядя на меня в кресле. Натянул штаны, забыв трусы и обувь. — Хорошего лета. До сентября.

Вышла лёгкой походкой, будто ничего не было.

Молодость! А я? Думаю еще не смогу пошевелиться пару-тройку часов. Хех.

Летом от Эми ничего не было— нормально для студентов. Дрочил почти каждый день, вспоминая. Но иллюзий не питал — она была возбуждена после экзамена, я оказался рядом.

Не думаю что нашим отношениям быть. Грустно, но что поделать.

Продолжение следует...